¿do I wanna know?

— Я жив! – орал он что есть мочи, но был слишком мал, а лодка уже удалялась к гавани. Он закрыл глаза и приготовился к смерти. Мальчик надеялся, что проснётся уже в другом мире – тёплом, безопасном, с набитым животом и братом рядом. Но реальность не была так добра. Он лежал на отмели у Баржи Жнеца, одежда насквозь промокла, кожа сморщилась от воды. Рядом, словно чудовище из глубин, покачивалось опухшее, бледное тело брата – едва узнаваемое, раздутое тлением. Температура спала. Голод исчез, но жажда мучила его так, что Каз едва не сходил с ума. Когда ночь окутала город, а течение сменило направление, он заставил себя опустить руки на тело Джорди. Вместе они поплыли вперёд. Раздутое тело брата стало его плотом. Он обязан был выжить. Кто-то должен был заплатить за всё.

***

Мальчик рухнул спиной на деревянные рейки, заставил себя перекатиться. Грудь тяжело вздымалась. Почти все силы ушли на дорогу, но жажда – его неотступная спутница – заставила его подняться. Пройдя пару метров, он завернул в переулок. Где-то здесь должен был быть кран – тот самый, из которого они с Джорди часто набирали воду. Им пользовались многие "блуждающие". Завернув за угол, он увидел его. Каз опустился на корточки, но едва дотронулся до крана – тяжёлая мокрая одежда потянула вниз. Он почти лёг на холодную землю. Из крана хлынула сильная струя. Каз бросился вперёд, открывая рот. Жадно пил, пока живот не наполнился до боли. Хотел ещё, но не мог – мозг жаждал воды, но тело было сыто. Измождённый, он уснул прямо там.

***

Каз почувствовал толчок в бок. – Он бухой? – над ним нависал крупный парень. Нахмурившись, он полез к нему в карманы. – Фу, господи, от него несёт. – Хватит, – рядом послышался голос девушки. – Ты не видишь? Это ребёнок. – От него воняет. – Да, но не алкоголем. Смотри, одежда помята, будто только высохла. – Она присела рядом. – Он очень худой. Вряд ли у него есть хоть грошь. Ты пытаешься ограбить того, у кого ничего нет. – Чёрт, Эш, как в тебе умещается столько душноты, – проворчал парень. – Чёрт , Пим, ты просто не хочешь признать, что я права, – усмехнулась Эш. Она откинула тёмные волосы за ухо, затем развернулась к крану, наполняя вёдра водой. Каз всё слышал. Глаза его оставались закрыты, но он чувствовал их присутствие. Пим замахнулся, чтобы ударить его на прощание, но тут же отдёрнул ногу, когда локоть мальчишки резко взвился вверх. Тот уже смотрел на него. – Вот видишь, Пим, – с ухмылкой бросила Эш, – ты настолько всех достал, что даже мёртвые восстали против тебя. Она взяла ведро. – Шевелись, иначе Хаскель снова найдёт повод "задержать" нам зарплату. Эш ещё раз взглянула на лежавшего мальчишку. Их взгляды встретились.Пим тоже взял ведро и поплелся за ней. На последок Эш краем глаза посмотрела на лежавшего парня. Его темно-карие глаза продолжали неосознанно наблюдать за ними. Они пересеклись взглядами. Эш щуриться,пытаясь увидеть в его глазах хоть что-то. Его тёмные глаза были пусты. В них не было ни капли детского, наивного света. Они ушли, но мысль о нём не оставляла её. Резко остановившись, она передала Пиму своё ведро. – Иди без меня, я скоро. – Что? Куда? – возмутился тот, но она уже исчезла.

***

"Я больше ничего не чувствую. Не чувствую своих конечностей. Я пережил бедность, предательство, лихорадку и смерть брата. И вот так просто умру? Зачем же я тогда так отчаянно цеплялся за жизнь? Инстинкты? Это уже не важно. Джорди… спасибо за то, что всегда пытался меня осчастливить." Каз начал прокручивать все воспоминания,которые он приобрёл за свою короткую жизнь. Шлепки по лицу вырвали его из забытья. – Эй, ты живой? Каз с трудом разлепил веки. Он не слышал её. От её прикосновения он почувствовал как кожу начинает жечь. Дрожь прошла по всему телу,волосы встали дыбом. Ему максимально сильно хотелось избавиться от этого прикосновения,оно ощущалось очень мерзко,липко. Он едва не зашипел, но тут почувствовал, как его подхватили и подняли. Эш усадила его на лавку, сама расположилась напротив. Они были в таверне "Бочка". Полдень. Кроме пары выпивох, никого. – Ну что, расскажешь о себе? Ответа не последовало. – Как тебя зовут? Он не реагировал. – Надо было тебя сначала искупать... – вздохнула Эш. – Но сначала еда. Сколько ты не ел? Он молчал. – Точно, ты же мне не отвечаешь, – с ноткой раздражения проговорила она. Каз приподнял руку, показывая пять пальцев. Эш вскинула брови. – Пять дней? Это чертовски много. – Она подозвала официанта. – Будешь чечевичный суп? Он кивнул. Когда через десять минут перед ним поставили тарелку, он потянулся за ложкой… но как только пальцы коснулись металла, тело снова пронзило знакомое жжение. Каз дёрнул руку, отшвырнув ложку. Эш нахмурилась. Только он дотронулся до неё кончиками пальцев,как снова почувствовал то противное чувство. Он отбросил ложку подальше. Эш с не пониманием посмотрела на него. А тот смотрел на свою руку,которая пульсировала. Этот мерзкий огонь пронёсся по всему телу. Девушка наблюдала за этим в недоумении. Мальчик смотрел на свою ладонь. Она пульсировала, огонь боли пробежал по венам. Эш, ничего не говоря, пересела рядом, зачерпнула ложкой супа и поднесла к его губам. – Пей. Он поддался её голосу, но, когда жидкость коснулась губ, отдёрнулся. – Горячо? – догадалась она и начала дуть на ложку. Каз жадно выпил суп до дна. Ему хотелось есть ещё, но супа было достаточно. Эш поставила пустую тарелку на стол и, заметив, что мальчишку уже клонит в сон, улыбнулась. – Ну что ж… – девушка не знала как к нему обращаться,так как имени не узнала. – Каз, – негромко докончил её он. Она кивнула. – Ну что ж, Каз, пойдём в наше "общежитие"? Доверять никому в этом городе было нельзя. Но ему терять было нечего. В таверну вошли двое парней. Один высокий и крепкий, другой – куда меньше ростом, почти щуплый на его фоне. Силуэт первого показался Казу знакомым. Они уверенно направлялись к их столику. Пим и Киг уселись напротив Каза и Эш. – И зачем тебе этот ребёнок? – проворчал Пим. Он всё ещё злился: из-за этого мальчишки ему одному пришлось отмывать окна, на которые кто-то ночью справил нужду. – Ребёнок? Да брось, он младше нас всего на пару лет, – поправил его Киг. – Тебя не спрашивали, – буркнул Пим. Каз молчал, ковыряя ложкой остывающий суп. – Я вижу в нём потенциал, – спокойно ответила Эш. – Он мог бы стать одним из нас. – Одним из нас? – Пим хмыкнул. – Таким же никому не нужным отбросом без гроша в кармане? Эш скрестила руки на груди. – Если вы бомжи, это не значит, что он вырастет таким же. – Что, снова решила поиграть в старшую сестру? Или просто захотелось почувствовать себя героем? – ехидно ухмыльнулся Пим. – У тебя самой денег нет даже на себя. Зачем тебе этот прицеп? Эш резко встала. – Замолчи и говори за себя. Затем повернулась к Казу: – Пора идти. Казу нужен был отдых. Сил почти не осталось. Но что-то в голосе Эш подсказывало – вставать нужно. Он поднялся, чувствуя, как ноги подкашиваются от усталости. – Приятно познакомиться, Каз! – крикнул ему вслед Киг, за что тут же получил подзатыльник от Пима.

***

Эш оставила его в своей комнате. Каз только искупался, теперь сидел на кровати в свободной белой рубахе и таких же штанах – где-то она откопала их для него. Комната была простая: стол, полка с книгами, стул, на котором свалена одежда, и кровать. На маленькой полочке он увидел несколько книг. Ему было скучно,поэтому он решил изучить их. Он не умел читать,потому что Джорди считал школы бесполезной тратой времени,но Казу всегда хотелось научиться читать. Подойдя к полке,он потянулся к одной из книг. Взяв книгу,сел обратно на кровать. Это была книга в синих-черных оттенках. На ней был изображён ворон, а на первых страницах карта мира. Надписи на ней и в ней он прочитать не смог. Этот язык был ему не знаком. Каз с интересом рассматривал эту книгу,ему понравился ворон на ней. Он потянулся за второй книгой – и вскрикнул. Руки обожгло болью. Дверь открылась. – Что случилось? – Эш увидела его скрюченным от боли. Книга с вороном будто приклеилась к его руке. Она выхватила её, поставила обратно. – Почему это происходит? – Не знаю. Но я не могу ничего трогать – боль пронзает руки. Эш задумалась. – Я заметила волдыри на ногах. Дай обработаю. Она достала аптечку. Около волдырей девушка прошлась какой-то мазью,а раны она обработала перекисью и завязала бинтом. Каз молча смотрел, как она бинтует его раны. – На каком языке была та книга? – Без понятия, – пожала плечами девушка. Выключив свет, она направилась к двери. – Ты куда? – Дела. Спи. Каз устало опустил голову на подушку и мгновенно уснул.