Бог, Чёрт и Человек.

      Бог, Чёрт и Человек. Три элемента равнодействия Вселенной.       Бог стар, мудр, честен, велик, безгрешен и великодушен. Он заправляет светом. Любовь есть Бог, а Бог есть любовь.       Чёрт жалок, глуп, жесток и грешен. Чёрт — воплощение греха. Им управляет лишь тьма.       А Человек мал и наивен, Человеком управляет и тьма и свет, и лишь ученье способно привести его к правде.       Это утверждение кажется мне абсурдным и сюрреалистичным. Наяву я наблюдаю совершенно иное.       Бога я вижу нечасто, ведь на меня у него совершенно нет времени. Мой Бог проводит свой досуг с другими людьми. Он ставит их в неловкое положение, делая обстоятельства так, чтобы люди чувствовали позор, страх, уязвимость. Богу всё это в радость. Он играет с людьми в эти гнусные игры.       Так же Бог проводит время с Ангелами, его маленькими, и не очень, детьми. Вместе они устраивают пиры, где в достатке всеразличные кушанья и напитки. Присутствуют даже губительные, включая отменного качества вино.       Играет громкая музыка, дети Бога пляшут и веселятся. Ангелы не знают, что такое горе. А их отец, Бог, и телом и мыслями уносится в полёт, забывая, что происходит с его рабами, с людьми.       Ко мне приходит Чёрт, весь забитый и печальный. Нередко он ко мне захаживает. Он не забывает про меня с тех самых пор, когда мы только познакомились.       Мне было только одиннадцать, когда он впервые появился. Помню, как сперва я сильно испугался его. Он был молод, прям как я, но уже изрядно потрёпан судьбой. Помню, как он спросил меня: "Найдётся ли в сие месте пристанище для меня?". Чертёнок был робок и стеснителен. Щёки и уши его пылали, а в чёрных глазах виднелась влага. Он заикался. Мне стало так жаль его, что я решил его выслушать.       Маленький Чертёнок поведал мне, как тяжко ему приходится. Как жесток с ним его отец — Дьявол. Как он ежедневно бьёт его, пылающими огнём, розгами. Дьявол никогда не забывал про своих детей. Но был и остаётся по сей день к ним строг. Он учил и учит своих детей плохим вещам, грехам. А Чертёнку было это всё странно и грустно. Он не подчинялся воле отца, за что нередко становился его "козлом отпущения".       Я очень сострадал и сожалел Чертёнку, поэтому на вопрос: "Изволишь ли ты стать мне добрым другом, родным братом?" я ответил искренним и безоговорочным согласием.       Сейчас же маленький Чертёнок вырос, как и я. Его голова покоится на моих коленях, а он сам молвит о своём тяжком бремени. — Я в отчаянье, мой друг. Солнце пробивается сквозь грозные облака, но я не внимаю его тёплые лучи. Я погряз в пучине боли и страха, на моих руках грязь моего отца, на моём теле следы его злости. Я чертовски грешен, как бы смехотворно это не звучало, ведь я — Чёрт, сын Дьявола, — молвил он. — Я каюсь, безмерно каюсь, друг мой. — Послушай, — встрял я. — Да, на твоих руках, в твоём сердце ошибки отца твоего. Но ты — не есть твой отец. Грешен тот, кто грешит из удовольствия. Тот, кто погряз во тьме, тот, кому сие забавно. Ты, мой брат, чист и светел! Ты и только ты несёшь в мою серую жизнь надежду и прозрение. Ты — есть мои помыслы и действия. А они благородны и честны.       Чёрт, со временем посеревший и посуровевший, расплакался. Чёрные слёзы стекали по его чумазому лицу. Я обхватил его тело руками, заключив в крепкие братские объятья. Через некоторое время Чёрт успокоился, а затем, распрощавшись со мною, удалился восвояси.       Человек чист и светел, до поры до времени, это подлинная правда. Человек волен изъявлять желанье кем, собственно, ему быть: светлым иль грешным. Но не только мы, люди, можем выбирать. Кто бы как не молвил, якобы Бог — есть свет и любовь, моё сужденье таково: прекрасен тот, для кого тьма иль свет с рожденья — не опора. Свят тот, кто свят изнутри. А мой Чертёнок — самое светлейшее, что у меня есть.