Продолжение законченного сценария.

Ричард однозначно никогда не скучал по прошлому на острове, возможно, лишь немного и по некоторым воспоминаниям. Он ненавидел практически каждого человека (точнее, автоматона) с поддельного Хенфорда, но и здесь были исключения. Безусловно, ему было сложно вспоминать о том одиночестве, что ему пришлось пережить, но приятно видеть в комментариях слова сочувствия. Нет, нет, он снимал эти видео не для того, чтобы получить поддержку, она шла лишь приятным бонусом. Он же хотел донести до людей что-то очень важное, что вновь и вновь понимал сам, смотря на одного оставшегося из своих первых настоящих друзей. Он не особо понимал, стоило ли это осознать раньше? Толку бы особо не было. Все детство он был одинок, ведь его не было в чьих-то сценариях, а родители его, к сожалению, лишь уборщики, никак не меняющие чужие настройки. Как бы они ни старались его развлекать, детям всегда нужны сверстники, друзья, любое общение, а не вечно работающие взрослые. Конечно, Ричи находил себе друзей. Каждый день. Одних и тех же. Все они раз за разом забывали его, а семья говорила, что иначе никак, придется терпеть и все дела, это было... Очень обидно. Адаптироваться в этом университете после такого было достаточно сложно. Плюс есть: его никто не забывает. Минусов гораздо больше, во столько раз, что что-то хорошее можно даже не рассматривать, его перекроет все остальное. Ничего нормального из его учебы не получалось, точно так же, как и из его отношений с окружающими. Здесь нет каких-то скрытых мотивов и причин, все довольно просто — нежелание. Правда, он попросту не хотел общаться со своим окружением, его раздражал каждый, кто только пройдет мимо, он ведь знал, что это не люди. И ему так не хватало общения с человеком... Стыдно ли ему, что будучи учеником того университета, он снимал такие видео? На этот вопрос нельзя ответить однозначно. С одной стороны это и правда было отвратительным поведением, неуважением и всё такое, но другой стороны, что бы мог сделать любой другой человек на его месте? Сколько бы времени ни прошло, Труман всё-таки понимает, что другого выбора у него особо не было, хоть и чувствует вину. Вспоминать о жизни в поддельном Херфорде всё ещё больно, но относительно необходимо. Иногда этого просто не хватает, и как бы он ненавидел свою жизнь в то время, его до сих пор преследуют ощущение, что он скучает. Он не понимает, по чему конкретно, быть может, ему нравилось то время, когда они только планировали побег с острова, когда это казалось чем-то нереальным и опасным, когда он впервые познакомился с осознанным автоматоном и потихоньку стал менять своё мнение, но ещё не хватает и тех чувств, что дарили ему неравнодушные к его "суровой" натуре автоматоны. Да, была парочка таких гениев, которые старались с ним подружиться даже несмотря на его сложный характер и не очень оправдываемые с точки зрения морали поступки, но зачастую эти ребята быстро сдавались и понимали, что им просто придётся мириться с этим, просто факт, что у них учится такая неординарная личность. Интересно, они и правда его запоминали? Даже такому умному в этой сфере человеку, который всю жизнь был окружён этими существами, иногда бывает сложно понять всё. Но также был ещё один гений, который не забросил своё дело на полпути. Этот назойливый автоматон постоянно предпринимал новые попытки подружиться с одногруппником, уменьшительно-ласкательно называя его "Ричи" каждый чёртов раз, когда обращался к нему. Тому так запало это имя, что он ненавидел, когда его называл так кто-то ещё. Нет-нет, и того автоматона, который его так звал, он тоже ненавидел, просто с ним мириться было бесполезно, а вот другим ещё есть шанс сделать замечание и запретить себя так называть. Рэн. Каждый раз, когда он вспоминал его имя, настолько натуральные рыжие волосы и синие-синие глаза, в которых можно было утонуть, которые совсем не похожи на стекло, в которых горела жизнь, в сердце что-то неприятно кололо. Он был бы не против общаться с таким прекрасным человеком с такой выдержкой, правда, но он был против общения с автоматоном. Да и кто знает, быть может, не ненавидь он так этих созданий, этот самый добрый Рэн и не захотел бы с ним общаться? Стоит признать, что он единственный из всех, кого Труман повстречал за свою жизнь, кто был таким добрым и наивным. Конечно, нельзя сказать, что он точно как овечка следовал бы за каким-нибудь волком, но если он каким-то там своим искусственным интеллектом понимал, что сильной опасности ему не угрожает, он был готов на это. Так доброта или наивность, вера в лучшее или хорошее отношение к окружающим? К сожалению, этого уже никому не удастся узнать. Наверное из всего того ужаса, который ему пришлось пережить для своей психики на том острове, этот был меньшим злом, так сказать, по нему даже можно скучать. Ричард сам не знал, что он достаточно приятный и весёлый человек, пока не стал жить в окружении других людей и перестал испытывать ненависть к ним. Жаль только, тот добряк уже никогда не узнает этого. Он бы заслужил.

***

После очередного накрытия воспоминаниями, Ричи решил покопаться в своей старой одежде, которую надевал на острове. Не сказать, что она отличалась чем-то от нынешней, но было интересно найти какие-нибудь гайки и все дела с того времени — уж этого добра у него всегда было много. Подпевая бодрой песне, он проверяет карманы очередных штанов, находя там три маленьких пластинки и сразу же замолкая. Эти пластинки похожи на симки по форме, только чуть больше и другого цвета. Кажется, их предназначение не сильно отличается — карты памяти. И откуда у него только джинсах карты памяти... неизвестно кого? У всех автомотонов они выглядели одинаково, разве что разный серийный код, поэтому так просто невозможно определить, чьи воспоминания ты держишь в руке. Что ж, если сын уборщиков некогда разбирался в этих штучках (а точнее единожды нашёл отверстие, куда вставить флешку с воспоминаниями), то сейчас он явно утерял такие возможности и не представлял, что ему делать с найденными вещами. Выключив музыку и осмотрев их ещё раз, парень выдохнул, прикидывая, кто ему может помочь. Ответ был очевиден: самым умный из этих всех роботов всегда был и остаётся Саймон Солус, он был создан практически раньше всех и был знаком с создателем, а так как подобраться к нему прямой возможности не было, был ещё один посредник, который мог помочь. Дилан бы ни за что не отказал своему любимому второму в жизни другу, уж тем более учитывая то, что он и сам отлично шарит в этой теме. Минута, две, пять, и вот из блогер хауса выходит человек в привычной зелёной кофте, направляясь к оставшемуся, так сказать, другу, в руках сжимая карты. Надо же, где он их только мог взять? Вполне возможно, что их подобрал Лололошка, когда они убегали с острова — он любит брать все с собой, а так как это ему бы вряд ли понадобилось ещё когда-нибудь, вполне логичным решением было отдать тому, кто сможет с этим разобраться. — Ди-лан, — тянет Ричи сразу же, как только открывается дверь и за ней появляется недовольный геймер, — скучно тебе? Я нашел тебе занятие, — гордо заявляет, ставит перед фактом. — Знаешь что, Ричи? — бесполезно этой железяке объяснять, что нежелательно его так называть, — научиться бы тебе нормально просить, а не заставлять меня что-то делать. — Тебе понравится, уверяю, — усмехается Труман и протягивает три маленьких плоских детальки другу, после чего замечает на себе недовольный взгляд, полный непонимания, почему приходится пояснять, — это карты памяти каких-то людей с острова. Если честно, я даже не представляю, кто это может быть, но я подумал, что восстановить их будет интересной идеей. У тебя есть дар убеждения и объяснения, ты вполне можешь поговорить с ними через какую-нибудь программу, объяснить им всё, что случилось, и тот, кто это примет, если таковые будут, сможет снова жить. — Замечательно, чувак, — выдыхает автоматон, забирая эти карты и рассматривая их, — ты снова не спросил моего мнения и заставляешь чем-то заниматься. — Ты что-то имеешь против? — прежде чем он получает ответ, приходится добавить, — кроме лени. Дилан недовольно закрывает рот, так как до этих слов намеревался что-то возразить. И правда, возродить каких-то личностей с того сумасшедшего острова — хорошая идея, если, конечно, получится, а если получится, то возможно они смогут убедить Солуса сделать этим ребяткам тело. Конечно ещё одна проблема заключалась в том, что скорее всего ему потом придётся делить с этим человеком комнату, пока он не найдёт себе хотя бы какой-нибудь заработок и место жительства, но это временно, а поговорить с кем-то оттуда будет достаточно интересно. — Ладно, ладно, я понял. Постараюсь сделать все в лучшем виде, — хмыкает программист и закрывает дверь прямо перед чужим лицом. Вот урод, а?

***

С того момента прошел примерно месяц, быть может, больше, если честно, Ричард не считал, он забыл об этом примерно на второй день. У него и своих дел полно, так что ему оставалось только заниматься ими и ждать каких-то новостей от друга, но и без этого он уж точно найдёт, чем заняться (не то, чтобы он в целом ждал кого-то с острова). При воспоминаниях об острове ему на ум приходил только один образ, но почему-то сын уборщиков не был уверен, что его карта памяти вообще могла выжить. Серьезно, этот автомотон буквально взорвался самым первым прямо перед ним! Если это несчастная карта и могла как-то уцелеть, то как Лошка успел ее вообще поднять? Другие варианты тоже не были особо вероятны, большинство просто взорвалось, а на то, чтобы вытащить что-то из тех, которые так и сидели с включённой сигнализацией о перегреве, ни у кого уж точно не было бы времени. Остаётся ждать. Правда в своих заботах Труман совсем забыл про это, уж слишком резко на него все навалилось. Хоть он и жил всю свою жизнь в поддельном Херфорде, рано или поздно все истории заканчиваются, а идеи для видео вслед за ними. Если не будет снимать видео — вылетит, и вот тогда уже начнутся настоящие проблемы, а пока всё не дошло до крайности, нужно хотя бы постараться что-то сделать. Самой первой и прибыльной рубрикой оказались банальные ответы на вопросы, но и это занимало определенное время. Пока ты выберешь эти вопросы только для одного видео, уже пройдёт половина дня, а так как у него была ещё подработка, зачастую видео ему приходилось снимать ночью. По крайней мере это было более-менее интересно, ибо многие комментаторы и правда задавали вопросы, над которыми можно задуматься, но иногда просто не хватало сил, а писать сценарий тоже долго. Да все, черт возьми, долго, засыпать приходится под утро и в перерывах на обеде, что не очень то приятно для здоровья, а не то чтобы Ричи никогда не жалел себя и бездумно относился к своему здоровью. Он пытался как-то облегчить это все, многие его поддерживали, но что-то сейчас совсем не клеилось. Просто время такое, оно обязательно пройдет. — Ну, быть может, однажды я тебе дам посмотреть на мои старые видео, — отвечает темноволосый Тиму, подходя к двери, от которой пару секунд назад слышался звонок, — но мне нужно это ещё что раз обдумать, потому что... Знакомое, блять, лицо. Рэн? Парень застыл перед открытой дверью с таким же открытым в немом вопросе ртом, что вызвало вопросы у его собеседника и он также подошёл к двери. И вот тут уже неясно, что сказать сначала: "привет" или "Тим, закрой глаза". А что, вдруг он не выдержит стольких автоматонов рядом с ним? Перед блогерами стояли двое таковых, которые тоже не спешили начинать разговор, но в конце концов Дилан выдохнул с пониманием, что объяснять все придется именно ему. — Привет, Ричард, привет, Тим. Ты можешь идти собираться, я заберу тебя на некоторое время, — обращаясь к белобрысому и намекая, что им нужно поговорить втроём, начал он. Блондин хотел было задать вопрос, но видя на себе столько взглядов, молча ушел, а программист продолжил, — итак, вот он – результат твоих карт. Одна из них оказалась слишком сломана, а второй не выдержал такой информационной нагрузки. Рэн же пошел на контакт и, на удивление, осознал себя. Ты ничего не подумай, естественно, я разбирался с их настройками, чтобы они приняли это, но, кажется, Карлу это не очень помогло.. так что вот, — Дилан довольно заулыбался, будто ожидая похвалу. — Привет, Ричи, — послышался знакомый голос, после чего названный перевел ошеломлённый взгляд от одного автоматона к другому. Твою мать, Саймон что, помнит внешность и голоса всех наизусть, или как? На секунду Труман ощутил себя снова в том времени, но не душой, а телом. Душа у него с настоящими друзьями, здесь, среди людей, но перед ним стоял чёртов Рэн, точно такой же, какой доставал его на протяжении всего универа своим желанием подружиться. Волосы точь в точь того же оттенка, что и у его прошлой версии, глаза такие же синие-синие, глубокие и не похожие на стекло, взгляд такой же добрый, а интонация до боли знакомого прозвища будто с диктофона того времени снята. Ричард молчал пару секунд. — Здравствуй, Рэн, — чутка оклемавшись, ради приличия поздоровался Ричард, переводя взгляд на вторую железку рядом, что была чуть повыше первой (но оба выше него, понаделают же), — Дилан, это просто замечательно, — очевидный сарказм, — но ты мог мне написать и хотя бы предупредить, я не знаю, зачем ты привел его сюда? — Ох, об этом... Чел, извини, просто ему придется переночевать у вас. Я знаю, что тут разрешено только один раз, но у меня никак не получится! Я в комнате не убрался. — Подожди, — казалось, сын уборщиков впал в ступор, — ты сейчас серьезно!? — Абсолютно. Извини пожалуйста, Ри-чард, — он же специально протягивает его имя, указывая, что теперь не в праве называть его по прозвищу? Он же специально оставляет Рэна у него? Что этому сталкеру известно об их отношениях? — никак не получится. Передай Тиму, что я жду его на крыльце, — быстренько усмехается Дилан, прежде чем уйти на безопасное расстояние, чтобы ему как минимум не врезали в случае чего. Намекает, что разговор окончен. Ричард стискивает зубы, он и правда готов был бы ударить, так как эта дружеская практика для них норма, но очевидно, что Рэн не поймет, из-за чего лишь выдыхает, провожая отходящего с хитрой улыбкой геймера. Он что, у Ло что-то узнал об их взаимоотношениях, или что? Сам он с другого факультета и знать никак не мог. Ему это так просто с рук не сойдёт, а пока что придется пережить этот вечер неловкости. В одиночку, ибо блогер хаус снова опустел.