Во мраке

***

      Под ногами хрустит мелкий песок, вперемешку с галькой и первой осенней грязью. Путь через лес был быстрее не больше чем на пять минут, и, игнорируя все сказки и опасности, мой мозг всегда поддавался этому обману, и вот я уже иду по заезженной лесной дороге, укутанная в шарф и большую кожаную куртку отца.       Не сказать, что это страшный, пустой лес из фильма ужасов: с туманом, сухими, сутулыми деревьями и костями время от времени; нет, все гораздо лучше — довольно ухоженный лес пролегал между небольшим городком и поселком. Молодые мамочки выбирали его вместо всех парков для прогулок с колясками, люди нередко срезали путь по протоптанным тропинкам, правда, встретить парочку наркоманов ближе к вечеру все еще оставалось возможным и очень даже частым событием.       Поэтому, нервно сжимая перцовый баллончик в кармане кожаной куртки, я быстрым шагом пробиралась до знакомых уличек поселка, минуя лужи и перепрыгивая поваленные деревья. Возможно, это мои уже в край пошатанные нервы, а может, всего лишь совпадение, но лес сегодня был на удивление живым. Сначала пронеслась машина, водитель которой подозрительно приостановился около меня, затем двое мужчин в годах с лопатами, и, сравнивая с обычной загробной тишиной этого места, меня такая активность немного настораживала. Каждое шуршание заставляло дернуться и крепче сжать баллончик, каждый прохожий — пожалеть, что у меня с собой нет заряженного пистолета. Слух обострился, взгляд цеплялся за каждую подрагивающую ветку, всего за 10 минут я успела превратиться в психически неуравновешенного параноика, хотя раньше всегда доходила до дома без лишнего стресса. Со стороны наверняка выглядело жалко. Никогда бы не подумала, что дорога домой без наушников может оказаться такой изнурительной.       К моменту, когда я дошла до последней яркой достопримечательности по пути домой, мне казалось, что воспользоваться баллончиком меня заставит даже дуновение ветра. К кладбищу я вышла на пределе, но, только увидев макушку знакомой заброшенной церкви вдали, расслабилась. Значит, лес почти позади, вот уже дорога к дому, вот уже поселок и знакомые, оживленные улицы.       Когда живешь у кладбища большую часть жизни, забываешь о том, что оно должно пугать или наводить какую-то мрачную атмосферу. Оно лишь как знак, что до дома не больше полукилометра, а там — спокойствие и теплая кровать, если повезет. А если нет – постоянные ссоры и бесконечные конспекты.       Я огляделась вокруг. Все, как обычно: те же фамилии, то же расположение, одинокая ива вдали плачет над сотнями, а то и тысячами надгробий. Первый раз, проходя мимо еще совсем ребенком, меня это испугало: тогда я подумала, что каждую ночь мне в окно будут стучаться злые духи и сводить с ума, поэтому старательно обходила это место стороной, выбирая длинный путь до дома. Но время идет, я повзрослела, сказки больше не пугали, и я нашла отличный способ, как экономить двадцать минут своей жизни каждый день, чтобы потом тратить на просмотр очередной документалки или залипание в телефоне, продуктивность после долгого и убийственного учебного дня – это не про меня. Теперь я даже подумываю о том, чтобы правда прийти сюда в ночь с 31 на 1 и проверить все теории и легенды. Посмотреть на истощавшие силуэты призраков, неуклюже карабкающихся из своих могил, завести новые знакомства, услышать, что два века назад всё было куда лучше. Удобно, наверное, было бы иметь под рукой призрака – как в фильмах: полупрозрачный, время от времени невидимый. Здорово помогал бы сдавать зачеты по культурологии – летал бы себе по аудитории и подсказывал.       Как только в моей голове всплыла эта мысль, очередное тихое шуршание раздалось позади, но в этот раз проезжая часть была уже настолько близко, что никакой шум меня больше не волновал. Пока шорох не превратился в еле различимые шаги, поспешные и крадущиеся, явно не поступь обычного студента, который торопится к дому, минуя коряги под ногами. Без какого-либо желания оборачиваться и позориться перед бедным человеком из-за своей паранойи, я немного ускорила шаг, чтобы быстрее покинуть лес. Рука снова, уже скорее по привычке, сжала баллончик, а пальцы начали беззвучно отстукивать знакомую мелодию, идя в такт с легкими шагами и звуком скользящих под подошвой кроссовок камушков. В этот раз дорога домой казалась дольше, чем когда-либо.       На какой-то момент мне даже удалось уйти в свои мысли и позабыть о странном попутчике. Оглядевшись вокруг еще раз, боковым зрением не удалось заметить кого-либо позади. Похоже, все-таки нервы ни к черту. Я глубоко вдохнула и, наконец, решившись, остановилась, правда хватка на перцовке осталась все такой же крепкой. Как и ожидалось – ни одного постороннего звука: только шелест пожелтевшей листвы, лай собак из поселка и мое тяжелое дыхание. Я резко обернулась, сама не ожидая такой смелости, но сзади было пусто. Лишь казавшаяся бесконечной дорога в лес, откуда я пришла.       Неожиданный и резкий звук заставил меня дрогнуть и недовольно чертыхнуться в сторону улетающего ворона. Я смотрела ему вслед еще пару секунд, успокаивая дыхание, а затем улыбнулась. Мне удалось перебороть себя – остановиться, обернуться, не убежать прочь и доказать, что мой мозг приукрашивает каждый шорох. С расслабленной полуулыбкой, я медленно обернулась, даже высунув руки из карманов. Уверенность в себе возросла до предела. Казалось, я сейчас хоть в бой, хоть на марафон. Казалось, пока, обернувшись, я не заметила отзеркалившего мою улыбку мужчину. Не знаю, выглядела ли моя так же, но его походила больше на какую-то маниакальную, азартную и точно не предвещающую ничего хорошего. Я моментально отступила назад, и рука сама собой потянулась обратно за баллончиком, а взгляд незнакомца проследил за моей реакцией и тот довольно усмехнулся:       — Ну что вы, мисс, — он покачал головой и вынул руки из карманов немного потертой куртки, затем поправил кольца, как бы уверяясь, что они на месте, и потер руки, разминая. – Как бестактно. Он говорил медленно, с расстановкой, и каждое его слово было будто пропитано насквозь какой-то необъяснимой ненавистью или даже призрением. Я быстро метнула взгляд в сторону, но только убедилась, что вокруг никого, лес будто затих, а возможно просто был настолько приглушен интенсивным биением моего сердца. В ушах до боли пульсировало, и я боялась, что даже если незнакомец скажет еще что-либо, я не услышу.       Рука все же скользнула в карман, ноги сами пятились назад, а незнакомец стоял на месте. Он смотрел на меня с нескрываемой усмешкой, пристально следил за каждым действием, но не двигался. Может, я преувеличиваю? Я уже сжимала баллончик в кармане и была наготове, в моей голове сейчас работал только план «бей, беги», об остальном можно подумать и позже.       — Мисс? – не знаю, что пугало больше всего. То, что мы в лесу и мимо, как назло, последние пятнадцать минут не проезжала ни одна машина, или то, что мы стоим у входа на огромное кладбище и спрятать тут труп, по моим догадкам, особо сложно не будет. Нет, наверное, самое страшное сейчас было спокойствие и расслабленность человека напротив. Его руки были мне видны и в них не было никакого оружия, но даже если его карманы пусты, учитывая телосложение, ему не доставит труда расправиться со мной голыми руками.       В моей голове уже пронеслось нескончаемое количество теорий и все с плохим концом. Видимо, неподвижно молчала я уже довольно долго, потому что незнакомец решил сделать шаг навстречу, из-за чего я тут же вынула баллончик из кармана и направила ему в лицо. Он моментально остановился, но на лице не дрогнул ни один мускул, затем медленно поднял руки, и на секунду в его глазах что-то сверкнуло – он смотрел на меня так, будто увидел призрака.       — Без обид, но я сомневаюсь, что это могло бы чем-то помочь. – Он все же опустил руки и равнодушно глянул на баллончик. Я снова сделала шаг назад, и в этот раз незнакомец последовал за мной. Его руки скрылись в карманах куртки и тут мои нервы уже окончательно сдали.       Я, быстро отреагировав, наконец нажала «спуск», после чего немедленно рванула сторону дома, отталкивая мужчину. Бежать назад, в лес, было бы слишком неразумно. Через секунду я ощутила невыносимое жжение, но бежать не переставала, только ускорилась, не обращая внимание на проступающие слезы. Едва успела заметить расплывшийся силуэт впереди и сбавить скорость, как мне преградили дорогу. Одна рука грубым движением закрыла мне глаза, а вторая легла на талию, вплотную прижимая меня к чьей-то груди. Голова неприятно закружилась, и я почувствовала, что вот-вот потеряю сознание.       Уже успела попрощаться со всеми и даже думала, как оставить подсказку, чтобы полиция знала где именно меня искать, но вновь почувствовала землю под ногами. А вскоре и оказалась на ней, потому что опора пропала, за ней равновесие, и я повалилась вниз. Глаза все так же невыносимо горели, а органы будто выворачивало наружу: мне хотелось плакать, тело трясло, и я еле сдерживала рвотные позывы. Мужчина устало опустился на корточки возле меня и вздохнул:       — Вы недальновидны, мисс, — в его голосе было слышно нескрываемое разочарование. Он схватил меня под локоть и помог подняться. Хотя, скорее, поднял насильно, потому что я не чувствовала силы в своих ногах и не была так уверена, что простою сама и секунду. Благо, он меня не отпустил, хотя было сложно говорить об этом с облегчением. Хватка была сильной и наверняка оставит синяки. Ничего, так будет только легче доказать его вину в суде. И это я еще недальновидная. Как только головокружение уменьшилось, я осмотрелась и заметила, что вход на кладбище остался где-то далеко, а мы были в глубине леса, ближе к той самой маленькой церквушке. Неужели, я все же отключилась?       Я аккуратно освободила свою руку из его хватки, отодвинулась в сторону и только тогда осмелилась встретиться с незнакомцем взглядом, где не было ничего кроме непонимания и отголосков страха. Меня сильно удивила резкая перемена в его настроении, теперь я не была уверена, что делать: звать на помощь, бежать или атаковать первой, потому что как жертва тут выглядел скорее он. Подождав еще пару минут и убедившись, что он все еще витает где-то в другом измерении, я решила спросить на прямую:       — Вы собираетесь меня убить, да, сэр? — Не знаю, что так сильно на меня повлияло, но весь страх как будто смыло и теперь мне хотелось только быстрее с этим разобраться и… отдохнуть? Все силы как будто выкачали из моего тела. Только я была готова побить все рекорды, убегая прочь от этого чертового кладбища, и вот мне уже… все равно? Нет, умирать мне точно не хочется — безумно хочется наконец дойти до дома, повалиться в мягкую кровать и проспать пару тройку суток, не просыпаясь ни разу. Но на мое удивление, он отвернулся и покачал головой, отстраненным взглядом блуждая между деревьев. Затем, как будто очнувшись, схватил меня за плечо и пристально посмотрел в глаза, будто пытаясь отрыть там ответы на все его вопросы. Я сощурилась от крепкой хватки и попыталась вырваться, но на этот раз мне не позволили этого сделать, вернув в прежнее положение.              — Почему так? – он прошептал, склонившись чуть ниже, изучая меня как дикое животное, пока я задержала дыхание. – Почему ты меня видишь? Почему именно ты? Значит он не насильник, убийца и похититель? Всего лишь сбежал из дурдома? С такими надо еще аккуратнее.              — Сэр, я, — я сглотнула, а он отпустил мое плечо и отошел назад все такой же ошеломленный, будто только что потерял всякий смысл в жизни. Мужчина оглянулся, а затем продолжил пытливо на меня глядеть. – Я… Договорить я не успела, хотя будем честны, я даже не знала, что в такой ситуации надо говорить. Незнакомец начал торопливо идти обратно в сторону кладбища, и я, немного засомневавшись, все же поспешила за ним. Может он понял, что ошибся с жертвой и теперь решил проводить меня обратно, чтобы наверняка не потерялась? Такой себе из него маньяк.              Весь путь мужчина нервно поглядывал на часы, что заставило меня вспомнить — скоро стемнеет и на землю опустятся сумерки, а я все еще в этом проклятом лесу. Сколько бы я не шутила, не уверена, что готова остаться здесь на ночь. По крайней мере сегодня мне приключений хватило.       Не отставать было по меньшей мере сложно – силы все так же не вернулись и ноги приходилось волочить с трудом. Мой оппонент явно знал этот лес вдоль и поперек, потому что пути, по которым мы шли, навряд ли знакомы даже местным наркоманам. Быстрее, чем я предполагала, мы дошли к нашему месту встречи и, понимая, что я намереваюсь идти дальше, мужчина схватил меня за локоть снова, удерживая на месте. Вот теперь синяк точно будет.       Солнце почти село и редкие лучи мягко скользили по еловым макушкам. Он очередной раз посмотрел на часы и, выругавшись, повернулся обратно ко мне, только теперь его глаза потемнели и выражение лица стало по-настоящему пугающим: под глазами проступили явные синяки, скулы стали явнее и заострились, кожа посерела. Он закрыл глаза на мгновение, а когда открыл, в отражении я могла четко видеть себя. Казалось, время остановилось – листья застыли в воздухе, так и не долетев до земли, ветер затих, оставляя в покое непослушные пряди.              — Ты вернешься, когда позову и станешь ключом к моей свободе, будем связаны вплоть до самой смерти и после — в небытии.              Тихий шепот раздался будто сразу ото всюду, из каждого уголка моего сознания. А затем - безжизненные глаза, ледяная рука на лбу, агония и вся жизнь пронеслась перед глазами. Все вокруг померкло, сумерки опустились и туман разлился между нами. Ноги подвели и колени ударились об заледеневшую песчаную тропу, веки налились свинцом, а голова раскалывалась. Передо мной теперь была только бесконечная пустота. Пустота и до боли сжатое в ладони изящное резное кольцо.