Жизнь?

- Федя.. ты же шутишь? сказал Феликс стараясь держать улыбку. Его руки дрожали, лицо было напяжено, но он верил, что Фёдор одуматься, и сейчас скажет что это шутка.Что он, просто пошутил. Да это просто розыгрыш, Федор нас ценит? Любит? Что? Нет нужно мыслить позитивно...Страх медленно тянулся с глубин сердца, пытаясь съесть всю оставшуюся надежду. Ромео придерживал Феликса за плечи, и пытался его успокоить, его самого била крупная дрожь, но он не прекращал обнимать Феликса за плечи. - Не шутит он.. сказал Пик он смотрел на Федора с отвращением и злобой всем своим видом показывая что он его ненавидит. И только в его голове звучал один простой вопрос.."Зачем?" Вару было уже плевать, на все. Его карта уже надорвана, и он уже, думал о том чтоб это все закончилось чтоб до рвать свою карту... Но ему не дал этого сделать Феликс, сославшись на причину, что самоубийство грех, и вообще надо мыслить позитивно. Какой тут позитив. Мы все скоро умрем - Что же это было ожидаемо но по моим рассчетам я думал мы протянем ещё лет пять, ошибся... Простите, Зонтик, ребята прощайте вздохнул Куромаку ожидая их участи. Габриэль не до конца понимал что происходит, ведь в его голове было слишком много вопросов. Зонтик и Данте стояли и наблюдали за всем этим, они только что вернулись с приятной прогулки на улице, и не понимали что происходит, пока не увидели карты в руках Федора. Не успели они ничего сказать, как послышался звук разрывания карт, они были разорваны на две части, Федор зажмурился надеясь что клоны исчезнут. Но ничего не произошло, ни через секунду, ни через две. Клоны выдохнул с облегчением. Пик чуть рассмеялся и уже хотел врезать Федору за попытку их убийства, но вдруг схватился за сердце.Чувствуя боль.. нет,нет, нет,нет не может быть, больно, так больно, будто душу высасывают подумал Пик, в глазах темнело и сквозь пелену он видел как падает Габриэль, как Куро схватился за сердце, пытаясь помочь Габриэлю и падает, в ушах был звон, крики были как будто подводной, голова кружилась, страшно, страшно было не только за свою жизнь но иза их жизни, страшно было смотреть как твои единственные близкие, умирают.