Тишина в аду

***

— Я всегда восхищался полётом бабочки. Один взмах тонкого крыла способен вызвать бурю. Одно неверное слово способно разрушить чью-то жизнь.

***

Чем дальше шли Дмитрий и Артур, тем хуже становилась видимость. Всего через несколько минут белая пелена полностью покрыла хвойные платья высоких сосен. Чуть нахмурившись, Артур произнёс: — Тебе не кажется странным, что здесь нет ни единого звука? — он начал оглядываться, а спустя несколько секунд Дима резко потянул его за рукав на себя. — Я бы больше беспокоился о том, что ты чуть в дерево не втесался! Смотри под ноги, сухие иголки довольно скользкие. Больше Артур нарушать тишину не стал, сосредоточившись на том, чтобы снова не вписаться в очередное внезапно появившееся дерево. Едва они подошли к концу леса, Артур внезапно произнёс: — Четыреста двести двадцать! — Что? — Число шагов, которое мы прошли от того дерева, что почти меня не убило. — Зачем тебе эта информация? — Надо же чем-то себя отвлечь! Ладно, забей, идём дальше. Дмитрий лишь удивлённо приподнял брови, но комментировать ситуацию не стал, свыкшись со странностями друга после стольких лет дружбы. Однажды они с компанией играли в кооперативную игру, где нужно было собирать на неизведанных планетах металл или иные сокровища, тем самым "набивая" квоту. Артур куда-то делся, но во время того, как все собрались на базе, он принёс с собой улий, громко прокричав: "Кого первым они убили, тот закупает рации в следующей катке!". Естественно, первым убили Дмитрия, у него в принципе в таких играх удача сваливает в самый неподходящий момент. Возмущений было много, но ничего не оставалось, кроме как выполнить, так скажем, задание Артура. Повторялось подобное ни один раз, и практически каждый из них Диме не везло, так что свыкнуться с подобными выходками было одним из верных решений. Тем не менее, он всё равно тепло относился к Артуру, к своему лучшему другу. С каждым шагом тишина становилась более гнетущей. После городского шума особенно остро ощущалось отсутствие человека в этом необычном месте: ржавый забор, сплетённый из стальной проволоки; тусклые автомобили, выстроеннные в ширенгу на парковке; бетонные здания, в которых, казалось, много лет не раздавались людские голоса и не слышны были иные запахи, кроме ноток пыли вперемешку со спёртым воздухом. Только ветер то и дело захлёстывал своим дыханием белые простыни, сшитые в большое полотно высотой в несколько метров и шириной в два дома. И лишь эти пожелтевшие от времени ткани и глухие шаги не давали звону в ушах породить ужас отчаяния и одиночества. — Дим, покажи карту. Нам нужно сориентироваться, а то мы так совсем потеряемся в этом тумане, — они остановились возле заправочной станции. Пока Дмитрий доставал из рюкзака путеводитель, Артур беспокойно взглядывался в опустевшие витрины. Дима, заметив что он вертится, спросил: — Что-то случилось? Опять в туалет приспичило? — Да нет. Но мне кажется, за нами кто-то наблюдает. — Сомневаюсь. Судя по всему, тут давно никого не было, а если и кто-то и был, то он здесь явно не задерживался. — Ладно, как скажешь, – потирая руки, произнёс Артур. Хотя, Дмитрий готов был поклясться, что на секунду заметил чьё-то присутствие за углом угрюмого здания. То был лишь миг, и он, чтобы ещё больше не напрягать напарника, решил пока что промолчать. Кто здесь может быть? Бандиты? Вряд ли, стёкла не тронутые, двери тоже. Они бы сразу всё обчистили, а поджидать каждого заходящего сюда человека слишком утомительно. Тем более, как-то в газетах мелькала новость о том, что в одном из убежищ местных сектантов был найден десяток трупов пропавших жителей этого города, в основном мужчин. Их туристические агентства явно обонкротились после подобной истории, так что посторонние сюда редко заглядывают. Что случилось с самими сектантами, Дмитрия особо не волновало, потому что дальше этого случая подобных ситуаций не было. Наверное, поймали и посадили на пожизненное. Кто знает? Подумав, Дима ответил: — Если кого-то и найдём, то либо он у нас помощь попросит, либо сами спросим, как добраться до этого адреса. А так, давай сосредоточимся на поисках, времени у нас не так уж и много, — после этих слов, он расправил карту, найдя их примерное местоположение, — дальше по дороге до Лейк-авеню. Увидим продуктовый магазин на углу, может, там и найдём воду. Пойдём. — Ди-и-и-и-м. — А? — Пока ты задумался и проверял карту, я нашёл странную надпись на той стороне здания. Сейчас покажу, — движение Артура были крайне дёргаными, а сам он стал бледнее обычного. — Это действительно важно? — В этот раз, да. Смотри! Они обошли заправку с левой стороны. Увиденная надпись заставила живот напрячься, а руки сами по себе смяли карту: "ТО, ЗАЧЕМ ТЫ ПРИШЁЛ, ЗАПЯТНАНО КРОВЬЮ. ЕСЛИ ПОДОЛЖИШЬ СВОЙ ПУТЬ, УВЯЗНЕШЬ В ПУЧИНЕ КОШМАРА". — Твою мать! Чёрт! Почему я раньше не заметил здесь это? — Тут не было этой надписи, я клянусь, иначе сказал бы сразу! Она появилась уже после того, как мы остановились. Друг, может, пора сваливать отсюда? — Мне тоже так кажется. Просто так письма из заброшенного города не приходят. Поворачиваем назад. Спрятав уже порядком измятую карту в карман, они направились в ту сторону, откуда пришли. Добравшись до начала леса, друзья осторожно начали ощупывать каждое дерево, так как под покровом вечерних сумерек и тумана не было возможности увидеть даже руку. — Почему я не чувствую подъёма? — поинтересовался Артур. — Не знаю, здесь сворачивать некуда. Давай ещё поднажмём, чем раньше доберёмся до машины, тем лучше. Ступни ныли, в горле пересохло, а белая пелена застилала глаза. Казалось, они шли по кругу и создавалось ощущение, что тропа никогда не закончится. Наконец, они почувствовали под ногами асфальтированную дорожку и уже обрадовались, как Дмитрий налетел на дверь, притаившуюся на стене, которая была закрыта белой простынью, из-за чего её невозможно было здесь увидеть, а в гуще тумана она, казалось, доставала до небосвода. Лоб саднило, голова начала побаливать, а сам Дима почувствовал раздражение от усталости. Его друг прошептал: — Кажется, тут ещё одна надпись. — Где? — Вот, — Артур взял под руки Дмитрия и они вместе уставились на буквы, написанные либо красной краской, либо кровью, чему бы никто из двоих уже не удивился. Это слово было похоже на острие гильотины. Оно раскромсало оставшуюся надежду выбраться из этого города на кусочки. "ПОЗДНО".

***

"Плачь, не плачь, тебя убьёт палач. Верь, не верь, закрыта будет дверь. Жди, не жди, тебя зальют дожди. Будь, не будь, туман раскроет путь."