Светило

      Для принцессы Селестии восход всегда олицетворял собой нечто бóльшее, чем просто начало нового дня. Это был настоящий переломный момент. Время, когда сумрак и мрачные тени отступали в неравной схватке, уступая место чистому свету и блаженному теплу. Момент, когда все пони в Эквестрии с надеждой и любовью смотрели на восходящее светило и были уверенны в том, что Тёмных времён больше не настанет, а благородная принцесса даст им защиту от любой напасти. Были и те, для кого любовь к солнцу переходила всякую грань и превращалась в настоящую одержимость; такие пони видели в принцессе воплощение истинного солнца и поклонялись ей, как божеству.       Этим утром встречавшие новый рассвет пони были, скорее, озадачены. На небе неожиданно появилось два солнца.       — Сестра?.. — принцесса Луна спросонья вышла на балкон и обнаружила там сестру, смотрящую на небо. Селестия даже ухом не повела. Её взгляд был сосредоточен и предельно серьёзен.       — Как такое может быть? — наконец негромко произнесла правительница.       — Что случилось, Тия?       — Солнце, — дневная принцесса не страшилась смотреть на светило невооружённым взглядом; её глаза были вполне устойчивы к такому. — Оно взошло не одно. Ты видишь? Или, быть может, собственные глаза меня обманывают?.. Луна прищурилась и подняла голову наверх. Увиденное действительно было… необычным. Рядом с привычным солнцем находилось ещё одно такое же, но раза в полтора меньше, и, соответственно, менее яркое, чем оригинал. Никаких других странностей в мире не наблюдалось. Температура воздуха, по ощущениям, была прежней, светимость точно такая же, как и обычно. Будто и не было никакого второго светила на небосводе. Но только оно было.       — Признавайся, ты что-то неправильно наколдовала? — попыталась разрядить обстановку Луна.       — Нет, — мотнула головой сестра.       — Но тогда…       — Я не знаю, — честно ответила Селестия. — Оно просто появилось. На улицы Кантерлота начали выходить редкие пони с транспарантами, чтобы встретить долгожданное рождение нового солнца.

***

      Лучшие эквестрийские мудрецы бились друг с другом за титул самого остроумного теоретика, нашедшего причину феномена «двойного солнца». Одни предполагали, что где-то далеко-далеко случился взрыв звезды, превративший её в яркую сверхновую. Другие считали, что магическое воздействие извне привело к вытягиванию звёздной массы в новый центр тяжести, поэтому наблюдаемое над Эквестрией явление — всего лишь поделённое на две части прежнее солнце. Третьи углубились в самые дебри научных гипотез, выдвинув предположение, что происходящее — закономерная стадия эволюции звезды, и что рано или поздно каждая из звёзд становится двойной. Подали голос и многочисленные сторонники теорий заговора, — они считали, что явление двойного солнца знаменовало собой грядущий конец света и начало господства вечной ночи. Солнцепоклонники со всей Эквестрии трактовали же это немного иначе, — как начало истинного солнца.       Сама принцесса Селестия предпочла не забивать голову ничем подобным. Для неё жизнь шла своим чередом, а правление по-прежнему забирало множество сил и времени, так что мыслям о двойном солнце попросту не находилось места среди остального.       — Ваше Величество, подданные жалуются, — доложил капитан королевской гвардии, зайдя в тронный зал и склонившись перед своей принцессой.       — Что их беспокоит, капитан? — прервав ознакомление с новым законопроектом, спросила принцесса дня.       — Двойное солнце, мэм, — ответил страж. Селестия тихо вздохнула.       — Их пугает его вид?       — Нет, мэм… — страж замялся, будто бы не хотел говорить всю правду. Однако суровый взгляд принцессы вынудил его продолжать. — Они не знают, кому теперь поклоняться. Брови Селестии в изумлении метнулись вверх.       — Простите?       — Это то, что они скандируют. Подданные жалуются, что теперь не знают, какое солнце настоящее, а какое нет. Какое солнце истинное, а какое лживое. Нахмурившись, правительница поднялась с трона и тут же исчезла в магической вспышке. Появившись на балконе, она окинула величавым взглядом собравшихся внизу. Толпа перед дворцом призывала раскрыть им правду насчёт нового светила и рассказать всё, что на данный момент известно самой принцессе.       Подняв голову наверх, Селестия растерялась. На небе было два одинаковых солнца.

***

      Астрономы из Ванхувера сделали смелое, и, в какой-то мере сенсационное предположение, что никакого второго солнца на самом деле не существует. Всё это — лишь достоверная иллюзия, созданная под воздействием различных факторов, неожиданно наложившихся друг на друга. Осторожную поддержку группе астрономов высказали представители гильдии иллюзионистов во главе с Великой и Могучей Трикси. Часть представителей гильдии одевались в чёрные робы и приветствовала только второе солнце на небосводе, нарекая иллюзией прежнее.       Принцесса Селестия начала плохо себя чувствовать. Головные боли, бывало, не уходили часами, но правление страной нельзя было пускать на самотёк, поэтому правительница терпела все невзгоды, литрами заливая в себя горячий чай и заедая его целебными травами. По вечерам, ровно перед священным закатом, принцесса выходила на балкон и подолгу смотрела наверх. В пастельных красках неба по-прежнему было два солнца. Одно больше, а другое — значительно меньше.       Под стенами королевского дворца круглые сутки бесновались солнцепоклонники. Часть из них молила Селестию вмешаться и вернуть им истинное светило, другие же праздновали закат старого солнца и восхваляли новое. Принцесса Луна много раз предлагала отправить стражу разгонять сумасшедших по домам, но Селестия каждый раз отказывалась. В конце концов, все они любили солнце.

***

      Вот уже какое-то время принцесса Селестия подолгу не выходила из своих покоев. Её грива больше не развевалась по воздуху, словно эфемерная; под глазами были огромные мешки; тело изрядно похудело, а местами даже проступали рёбра. Единственные пони, которые навещали её постоянно — её личные королевские лекари, и чуть реже — родная сестра. Принцесса Луна с грустью наблюдала за тем, как Тия долго и не моргая смотрит в сторону балкона, не решаясь на него выйти и поднять взгляд к небу.       — Отдыхай, Тия. Отдыхай, — сочувственно произнесла Луна, покидая покои сестры и возвращаясь в тронный зал, чтобы вновь усесться на престол. В очередной раз приёмом подданых и разбором приказов всецело занималась она.       На небе, как и раньше, сияли два солнца. Одно большое и светлое, с лёгким красноватым оттенком. Второе — совсем мелкое, почти как звезда на ночном небе, пусть и очень яркая, раз виднеется даже днём. Преобладающее число солнцепоклонников одеваются в чёрные робы и зажигают красные факела, с размахом празднуя смерть ложного светила, одновременно встречая восход нового — истинного.       Этим вечером большое светило самостоятельно спустилось за линию горизонта, а маленькое оказалось скрыто взошедшей полной луной.

***

      Вот уже долгое время в небе над Эквестрией пылает единственное солнце, даря нежный и тёплый свет каждому пони внизу. Селестия больше не выходит из своих покоев. Нечему теперь выходить. Солнцепоклонники везде, в каждой деревне и каждом городе, и они все торжествуют, ведь солнце отныне свободно. Черёд луны только наступал.