0.
«Заметай снега…
Скрой зима всё, что осталось от меня.
Инеем покрой сейчас…
Оставлю силы на одну лишь льдинку из глаз»
The Hatters - Зима
«— Арсений Сергеевич, рад, что вы пришли ко мне со своей проблемой. Не могли бы вы более подробно рассказать о ней? Когда вы заподозрили, что все пошло не так?Небольшой кабинет с изумрудными стенами и светлым ламинатом. Большой стол, за которым сидит другой, абсолютно посторонний Арсению человек, к которому он сам добровольно пришёл, который поможет решить ему проблему в его состоянии, что-то быстро записывал в блокнот ручкой Паркер. Сам Арсений лежит на кожаном кресле и смотрит в такой спасительный потолок, побеленный явно со времен Советского союза. И темная дубовая дверь с золотой ручкой. Которая так и манит открыть её и выйти из кабинета туда, где кипит «жизнь», где люди снуют туда-сюда, довольные сентябрьским теплом и солнцем, разодетые, как всегда, трендово и шаблонно, что тянет блевать от их пафоса в характере, но пустоты в глазах и головах.
Снова зачесались кулаки, увешенные коростами от ежедневных побоев стенки и небольших синяков от лопнувших капилляр. Глаза почти слипались, мешки под глазами увеличиваются в размерах, руки дрожат мелким тремором, а губы все в трещинах от постоянного покусывания и облизывания. Арсений позабыл что такое ухаживать за собой. Позабыл, когда ходил просто так на массаж к профессионалу, ведь в его жизни появился аппликатор, как у бабушек, на котором он лежит несколько минут с голой спиной, чтобы в выходные была возможность встать. Позабыл, когда ходил на фитнес и вообще занимался какой-либо активностью, ведь в выходные он предпочитал просто лежать на кровати и залипать в телефон, в попытке побега от ебучей реальной взрослой жизни, которая давила на него слишком тяжелым грузом. Позабыл, когда в последний раз в принципе тратил деньги на себя, ведь вся зарплата уходила только на оплату ЖКХ, ипотеки и покупок еды, а на новые штаны ему жалко денег. Зато исправно помогает своим родным, что живут в другом городе – для них денег абсолютно не жалко.
Но никому об этом не слова, ладно? Нельзя в обществе показывать вид, что тебе хуево. Эпоха «лучшей и продуктивной жизни без эмоционального выгорания и депрессии» дает свои плоды как раз в таких людях, как Арсений. И никто, к сожалению, не изобрел лекарства от данной болезни, только лекарства от здоровья – спасительный алкоголь, сигареты и электронные дудки, которые воняют сладким говном. Кажется, мы отвлеклись от самой важной темы, да? Тогда Арсению требуется вернуться в реальность от своего самокопания и руминаций.
— Честно признаюсь, не думаю, что смогу точный временной промежуток вам назвать… Затрудняюсь вам ответить.
— Вы же понимаете: для того, чтобы вылечиться, вам потребуется углубиться в тернии своего сознания, прислушаться не только с своему сердцу, душе, но ещё и разуму.— Да, я понимаю, но…
— Это сложно, да, но исцеление требует сил и времени. Я не прошу вас раскрывать все карты прямо, но и вы поймите: в таком случае, время наших встреч увеличится.— Я понимаю, но… После стольких лет покрытий всех тайн и происшествий, сразу все выдать незнакомому мне человеку… Трудно открыться и довериться людям сразу, когда не готов доверять себе…
— Ох… Хорошо. Тогда, давайте начнем с малого: как вы себя ощущаете на данный момент? Как прошла эта неделя?— Можно с матом?
— Как изволите.— Тогда пиздец как хочу уебать об стену самого себя, а также тех, кто обращается ко мне за помощью.
— Но, вы же…— Да, я в курсе, это не нормальное и не адекватное поведение взрослого человека. Можно не говорить. Но и меня понять можно: я так заебался от всего этого ебанного говна… А разгрузиться вообще некому. Ну, хотя… Были люди, которые предлагали свою помощь, называли меня их другом, только есть два «но»… Первое «но»: я их своими друзьями не считаю. Это пока что они готовы помочь мне на энтузиазме, а когда узнают поближе с каким ужасным человеком они общались… Сразу же пожалеют о том, что ранее говорили…
— Хорошо, а что за второе «но»?— Как вы поняли, новым знакомым я что-то о своих проблемах не говорю. Да и тем, кому доверяю…Просто… Все гораздо сложнее, когда начинаешь задумываться… А готов ли я принять эту помощь?.. Особенно когда понимаешь, что у них могут быть проблемы и поважнее твоих… Смысл им что-либо высказывать?.. Он резко пропадает.
— Арсений, у вас большие проблемы с доверием к людям.— Я знаю. Новая информация будет?
— Хотелось бы понять, почему так у вас?— Потому что люди – ебанные и бесчувственные куски говна, которым важен только личный комфорт. И, для достижения этой ступени пирамиды Маслоу, им будет абсолютно похуй на твоё состояние. Ты хоть убейся нахуй об стол или стул, главное – им сделай хорошо, и они будут довольны.
— Вы сейчас работаете в сфере обслуживания?— И сейчас, и ранее. Я дохуя работаю в сфере обслуживания. Я, блять, всю жизнь в этой сфере ебанной работаю! И буду работать, пока не сдохну!
— Я понимаю вас сейчас: в сфере обслуживания очень тяжело работать, особенно когда сталкиваешься с людьми напрямую. Особенно с претенциозными.— Серьёзно? Вы? Понимаете?
— Да, Арсений, понимаю.— Когда вы в последний раз работали в сфере обслуживания? Не так, чтобы выслушивать ментальные проблемы людей и их решать, а проблемы другого уровня, которые не касаются ментальности?
— Три года назад я работал в одном центре. Сталкивался с разными людьми, с заработной платой от мала до велика, но моя зарплата зависела только от продаж. И мне было очень тяжело предлагать товары пожилой паре или же семье с тремя детьми, у которых все деньги уходят на обеспечение своей жизни… Предлагать им эти товары, а после объяснять людям, у которых уже глаза горят на покупку, по какой причине им пришел отказ банка в кредите… То ещё ужасное болото.— Но, вы же понимаете, что решение в одобрении принимаете не вы лично. И к вам, как к сотруднику, претензий нет. Тут виновата только их своевременная финансовая грамотность, а, точнее, её отсутствие. Но я работаю в контактном центре. И люди, порой, настолько тупые, что не понимают: не все их проблемы можно решить дистанционно! Элементарно по той причине, что тебе не вся информация доступа! А им абсолютно похуй, для них – ты – ебать боженька, целый свет, который готов решить их проблему по звонку, по одному клику по мышке и по нескольким постукиваниям пальцев об клавиатуру. А когда ты им тупо отказываешь в решении этой проблемы по разным, но весомым причинам, которые ты никак не можешь изменить – тебя кроют такими хуями, грозятся судами, разборками… И в чем же я не прав в таких ситуациях, когда хочу разъебать этот ебанный моноблок с наушниками, и выключить их звонок нахуй, чтобы они пиздошили за свои бабки в ближайший офис? — коросты на косточках кистей нервно зачесались.
Арсений закусил губу, почесывая правую руку, но смотрел в сторону стеллажа, что стоит практически перпендикулярно стене с дверью-выходом из кабинета. Психолог записывал какие-то заметки себе в листок, который закреплён на планшете, ничего не говоря, но кивая головой, соглашаясь на все его тирады о заебанности.
— Я вас понял, Арсений. А как вы отвлекались от навязчивых мыслей? Ну, в плане, когда вы хотите ударить стену – вы отвлекались на что-то? Или нет?— Я ебашил стену в туалете в закрывшейся кабинке рукой до крови, пока есть карт-бланш перед начальством и мониторингом. О каком отвлечении вы говорите? — коросты на костяшках снова неприятно зазудели.
— Может, были люди, с кем вы, в момент агрессии, переписывались, общались, чтобы отвлечься, скинуть пар. Или алкоголь? Из близкого круга друзей, родные, начальство?— Алкоголь – да, с 25 лет точно. Друзей я сам, в свое время, скинул, так как понял: нам не по пути. Из близких только родители и… Ещё два человека.
— И они вам помогали?— Не особо, но он старался и помогал, чем мог. Его я не имею права осуждать и как-либо оскорблять. А второй – да, но... Есть свои обстоятельства...
— Давайте, раз вы боитесь довериться мне сейчас, то позовём кого-нибудь из них на наш сеанс тогда, когда будете к этому морально готовы? Но, в таком случае, предупреждаю: возможно, для нашего лечения, потребуется медикаментозное вмешательство. Поэтому, прошу вас отнестись к этому делу серьёзно, без алкоголя. Он, как правило, возвращает вас в точку невозврата, заставляя ещё больше погружаться в ко-руминации, что не есть хорошо для вашего состояния.— Хорошо. Но, прежде чем я уйду, можно я начну с истории?
— У нас с вами есть ещё свободные 10 минут.— Начало не займет много времени. Итак, начнем с того...»
