О том как Степа решил ухо проколоть

Смирнов спокойно лежит на своей кровати, русые волосы чуть выше плечь заплетены в низкий хвост, слабый, так, просто чтобы не мешали. За окном вечерело и был красивый алый закат. Антон в данный момент был полностью спокоен, тихая песня группы «Кино», название которой он забыл, играла где-то в углу комнаты на пластинке, которую ему батя подарил на день рождения. От данной атмосферы так и хотелось провалиться в сон, но этому помешал резкий стук в окно. Смирнов почти подскочил от испуга, смотря в окно, видя знакомую высокую и худую фигуру, стоящую за стеклом, с рукой на окне. Он выдохнул, усмехнулся, щипа себя за переносицу и быстро встав и подойдя к окну открыл его, впуская Козырева во внутрь, приветствуя его поцелуем. Точнее наоборот, ведь это Степа первее впился в мягкие губы, кладя руки на поясницу, сразу же начиная их слегка покусывать. Смирнову это безумно нравилось. Нравится этот его напор, руки по телу, кусачие поцелуи... Мысли покинули голову на некоторое время, они словно были в трансе, очнулись только когда оказались лежащими на кровати, и когда легкие уже горели от отсутствие кислорода Они отстранились, дышали во рту друг друга, смотря в глаза с легкой улыбкой. Козырев и Смирнов не виделись достаточно давно, из-за отца первого, который по какой-то причине начал подозревать сына в том, что тот пидор. Хоть это и было так, говорить отцу менту об этом - плохая идея. Степа лег сверху на своего парня, выдыхая ему в шею, привычный жест когда ему что-то не нравится и он хочет выговорится. - что-то случилось?- наконец решил спросить Антон спустя почти минуту такого лежания. - да пиздец полный случился... - отвечает он в шею, продолжая говорить,- в общем батя попросил меня ему кофту принести в ментовку, я принес, стою жду его, решил зайти в кабинет, где он был, а смотрю, он уже мою кофту на трупак надевает! Прикинь. Так еще и газету прочитал про другую его хуйню, ваще противно от него стало... Смирнов внимательно слушал и офигевал, тихо хихикнув, поражаясь тому, что происходит в его семье. - Нихера себе.... Ну он и мудло конечно. Надеюсь кофту выкинул хоть? - спрашивает Антон, смотря на Степу. Тот поднял голову и посмотрел в ответ. - конечно, я что по твоему терпеть такое буду? Выкинул и сжег нахуй. Антон лишь улыбается, наклоняясь чтобы прикусить губу Стёпы. У них это обычное дело, кусаться, царапаться, даже слегка ударять друг друга, но не слишком сильно, а то все таки это уже будет похоже не на обычные их "игры", а на избиение, а за это можно и получить от бати Степы, если узнает, что его сына бил кто-то. они встречаются тайно уже как год, и у них много было случаев, где их почти ловили, но длинные волосы и постоянное ношение масок на улице спасает их от лишних слухов о том, что сын полицейского встречается с каким-то парнишкой, так еще и пипец каким непослушным и проблемным. Они полежали так немного, покусались и вдруг Козырев отстраняется, подставляя руку к губам Антона, говоря ему притормозить. –Тош, слушай, я тут подумал... Может ты мне ухо проколиш? Просто так я хоть как-то от него отличаться буду... Тем более опыт у тебя есть.- говорит Стёпа, имея ввиду не только проколотое левое ухо, но и губу с носом, которую он проколол себе сам, а губу прям перед Козыревом. Услышав просьбу Антон сначала удивился, смотря пару секунд на него, а затем подумав еще пары секунд ответил: –Да без б, давно уже пора! - улыбается Смирнов, кладя руку ему на правую щеку, наклоняясь к левому уху,- но сначала... - беря мочку в рот, слегка посасывая не пробитую мочку в последний раз. –Блять... Тош...- с выдохом произносит парень, почти неслышно мыча. - ну все, перестань! Иди прокалывай уже. - бурчит он, хотя на самом деле не хотелось чтобы Антон прекращал свои махинации, ведь если бы он продолжал еще хотя бы пара секунд, Стёпа бы не сдержался. После слов Степы прошло пол часа. Оба сидят на кровати, Антон сидел без верха из за жары, а Стёпа был в одежде Смирнова, рядом на подносе лежали игла, спирт, нитка шерстяная, пробка от вина, спички и пачка сигарет. Дом Антон - единственное место где Стёпа может спокойно курить, не боясь, что отец придет и начнет орать. Сигарета уже в зубах Стёпы, курит не спеша, смотря на Антона, наслаждаясь его худым, веснушчатым телом. –Все, Стёп, туши и давай ухо. - заговорил резко и неожиданно Антон, из за чего Степа даже вздрогнул. Наконец-то процесс начался. Горячая игла медленно подступила к уху, сзади которого находилась пробка, чтобы случайно не пробить ему еще что-то. Козырев зажмурился, сжал до побеления костяшки пальцев в предвкушении и... Громко выругался, чуть ли не крича, но сдерживаясь, чтобы соседи не сбежались на крики. Ухо жгло невообразимо. Он сжал губы, а затем просто прикусил, продолжая сжимать пальцы, пока Антон продевал нитку, чтобы ухо не заросло, пока он рылся в ящике, пытаясь найти сережку, которую забыл подготовить. Дальше все просто:нитка вытащена, Серёжка вставлена, поцелуй в ухо получен и укус в губу тоже. Вот, прошло время, Стёпа сидит на все той же кровати, все еще немного морщась от неприятных ощущений, поглаживая пушистые волосы Антона одной рукой, пока в другой держит банку пива, которую дал ему Смирнов, чтобы расслабить, ну и сам лег ему на колени, для того, ведь волосы Смирнова действуют на него словно антистресс. Оставшееся время прошло обычно, они обговаривали все варианты и реакции Валерия, когда тот увидит своего сына с серьгой, и отработали все ответы, чтобы все прошло хорошо.