Часть 1
21 октября 2024 г., 14:06
Январь 1986 года
Майк вздыхает, прислонившись к прохладному кафелю школьного туалета. Официально он пропустил уже три кампании. Три недели пропусков сессий «Адского пламени». Его непременно выгонят — и неважно, насколько он хорош в ролевых играх, в принятии решений, или как высока статистика его персонажа, ведь у Эдди строгая система в отношении посещений. И он даже не может притвориться, что был болен или навещал бабушку (которая на этот раз действительно на смертном одре после трёх лет использования её в качестве дерьмового оправдания), потому что постоянно сидел за столом фриков вместе с остальными, придумывая неубедительные причины, по которым он не мог присутствовать на двух последних кампаниях.
— Только попробуй не прийти сегодня, Уилер! — тычет в него пальцем Эдди, усаживаясь на своё место. — У тебя уже два пропуска, а сейчас ещё только январь.
Чёрт, сейчас всего лишь январь, а Майк уже грезит о лете. Если быть до конца честным, он с ужасом ждёт весенних каникул. Сейчас он ведёт себя как идиот. Даже не подписывает ни одно письмо Эл фразой «С любовью, Майк», а начинать теперь уже слишком поздно. А когда он пытается дозвониться до Уилла, трубку берёт Джойс, поглощённая новой работой телемаркетолога. Боже, как же жаль, что у Уилла нет рации!
С тех пор как он последний раз созванивался со своим лучшим другом, прошло немало времени. Он скучает по нему, скучает по моментам, как они играли с ним в ДнД в его подвале. И по тому, как приходил домой из школы и исписывал свою тетрадь заметками по поводу кампаний с мельчайшими деталями, на которые никто не обращал внимания. Последний раз он писал в 83-м. В «Адском пламени» этим занимался Эдди, правда, сначала тому пришлось выслушивать нотанции Стива на тему о том, что можно, а что нельзя включать в сюжеты.
Как бы то ни было, сейчас он дрожащими руками комкает ткань своих чёрных джинсов. Он очень старается быть похожим на Эдди — если быть до конца честным, он им просто одержим. Не в том смысле, как Дастин, который просто хочет следовать за ним и быть его лучшим другом, а в том, что Майк хочет быть им. Эдди шумный — он прыгает по столам в столовой и достаёт спортсменов, с которыми Лукас быстро (и ошибочно) подружился. Эдди уверен в себе, ему наплевать на мнение окружающих, он флиртует с друзьями-парнями и отпускает не слишком уместные комментарии в адрес Стива. Эдди — громкий и уверенный в себе, Эдди — тот, кем Майк отчаянно мечтает стать.
Но вернёмся к Лукасу и спортсменам. Партия разваливается на части! Уилл и Эл в Калифорнии, и судя по письмам Эл, им там неимоверно весело. У Эл тысяча новых друзей, а у Уилла появилась чёртова девушка! Боже, в прошлом году Майк был тем, кто обвинял его в нежелании взрослеть и двигаться дальше, а теперь он сидит в грязной кабинке туалета, заглушая одной ладонью судорожные рыдания. Дастин проводит всё свое время с Эдди или Стивом, болтая о них без умолку в тех редких случаях, когда он не с ними. И это так неловко (Хотя Майк думает, что причина в том, что для Дастина они являются замещающими фигурами отца или брата). Макс уходит в себя, почти ни с кем не разговаривая. А Лукас... Лукас хуже всех! Он становится спортсменом. Прошлым летом Стив устраивал ему тренировки по баскетболу, чтобы отвлечь от ужасных воспоминаний. И Лукас хорошо справлялся. Вот только Майку теперь каждый раз становится плохо, когда он идёт на его игры.
Наверняка, всё дело в том, что он ужасный человек, который совершает ужасные поступки, и теперь последствия его действий отражаются на нём в полной мере.
***
Эдди издаёт оглушающий клич, провозглающий конец сеанса. На следующей неделе их ждёт напряжённая битва с королём гоблинов. Весь клуб стонет, когда Эдди откидывается назад, ухмыляясь. — Вот и конец сеанса, мальчики. Несмотря на нытьё Дастина и мольбы Гарета, Эдди отказывается продолжать сегодня, делая слишком драматичный жест — хлопая себя по спине со словами, что ему нужно играть на гитаре и кормить кошек в трейлерном парке. Остальные участники выходят из класса по драм-кружку, где проходят сеансы клуба «Адского пламени», бормоча проклятия в адрес треклятых кошек и взахлёб обсуждая безумные заговоры о том, что их ждёт на следующем сеансе. Несмотря на хаотичность во всех отношениях, Эдди всегда с особой тщательностью убирает свои заготовки. Сегодня он решает задержаться после кампании и говорит Гарету, чтобы тот не ждал его, потому что у него есть заботы поважнее, а именно — Майк Уилер и его странное поведение. Мини-Уилер — странный малый. Его нельзя назвать чрезмерно тихим или застенчивым, но и таким энергичным, как Дастин, тоже не назовёшь. Его старшей сестрой является известная на всю школу Нэнси Уилер, которая только и думает, что о школьной газете, и Эдди в курсе, что у этих двоих не самые лучшие отношения. Как он понял, они не особо близки, несмотря на то, что их обоих связывает общая травма, о которой Стив что-то упоминал во время его нравоучительной лекции. Про Майка Эдди может сказать, что парень искренне любит ДнД, постоянно пытаясь украдкой заглянуть в наброски по новой кампании, а ещё он знает, что они с Дастином играли в ДнД с самого детства с каким-то другим ребёнком, о котором Майк болтает без умолку. И пусть Эдди сложно назвать шибко внимательным, даже он замечает, что мини-Уилер пытается отрастить волосы, почти как у него — только волнистые, а не кудрявые, и гораздо короче и ухоженнее. Но в последний месяц Майк стал пропускать сеансы, а иногда и ланч. На вопросы в чём дело, он постоянно выдумывал какое-то неубедительное или туманное оправдание, в которое никто не верил, но Эдди всегда отвлекал внимание от парня, залезая на столы. Лукас и Дастин наверняка замечают ссутуленные плечи и отрешённый взгляд Майка. Поэтому Эдди устраивает им короткий допрос, но они лишь пожимают плечами и рассказывают о подростках по имени Уилл и Эл, по которым, судя по всему, тоскует мини-Уилер. Возможно, так оно и есть, но Эдди всё ещё разочарован тем, что будущий глава «Адского пламени» регулярно прогуливает их собрания. Сегодня он не собирается наезжать на парня, скорее планирует, что сказать ему при встрече. По крайней мере, именно этим он и занимается, пока не выходит из класса, перекинув через плечо сумку с нетронутыми записями, и едва не сталкивается с мини-Уилером во всей его красе. — Уилер! — хмыкает он, машинально протягивая руку, чтобы ухватить парня за лямку рюкзака. — И где же ты был? Он не хотел, чтобы это прозвучало так грубо, но вышло именно так. Мини-Уилер явно плакал — у него опухшие глаза и следы слёз на бледных щеках, а нижняя губа выпячена. Руки паренька крепко прижаты к бокам, а глаза избегают любого контакта с Эдди. — Занимался делами получше, — бурчит он. Есть у Майка такой грешок — срываться всякий раз, когда ему грустно или больно, или он подавлен, или чувствует себя преданным: любые негативные эмоции неизбежно приводят к жгучей ярости. — Делами получше? — решает подшутить над ребёнком Эдди. — Например? Получив в ответ молчание, Эдди усмехается. — Что ж, надеюсь, это были действительно интересные дела, потому что сегодня ты пропустил подготовку к большой битве, которая состоится на следующей неделе. И поверь мне, это будет эпично. Майк так и ничего не отвечает, просто стоит, уставившись в пол, как будто здесь только что кого-то убили. Эдди мысленно вздыхает и проводит рукой по своим непокорным кудрям, кольца цепляются за локоны. У него никогда не получалось вести серьёзные разговоры, но он не может оставить это просто так. — Послушай, парень. Я не сержусь на тебя за то, что ты пропускаешь сеансы. Я волнуюсь. Мы все волнуемся. — Он протягивает руку, чтобы развернуть мини-Уилера к себе. — Ты в последнее время был... не в себе. Не волнуйся, я всё понимаю, жизнь часто бывает той ещё... Ну ты понял. И да, пусть «Адское пламя» — клуб, но это ещё и семья. — Он морщится от того, насколько он сейчас сентиментален. Мерзость! — «Адское пламя» — место, где можно быть самим собой и знать, что никто тебя не осудит. У каждого из нас есть свои проблемы, но когда мы в этой комнате, мы просто кучка ботаников, которые хотят хорошенько оттянуться. Майк наконец отрывает взгляд от пола и смотрит на Эдди. Его глаза всё еще блестят от слёз, а длинные ресницы слипаются. Он выглядит слегка удивлённым, будто потрясён тем, что Эдди не разрывает его на куски за то, что у него три пропуска. Затем он делает вдох. — Ладно, давай уже закончим с этим, выгони меня из клуба! У меня же три пропуска и всё такое. Оборонительная реакция: Эдди узнает в этом себя, таким он был, когда ему исполнилось двенадцать, и он переехал в дом своего дяди Уэйна. Он был хулиганистым, шумным ребенком, не привыкшим к доброте и просто ждал, когда облажается настолько, что либо снова получит ремнём по заднице, либо же его выгонят. Само собой, этот момент так и не наступил. — Я хочу, чтобы ты остался, — пожимает плечами Эдди. И да, это полностью противоречит доктрине Мансона. Отступать от собственных правил? По сути, это ставит его авторитет под сомнение. Но этот парень — олицетворение заблудшей овцы, и было бы несправедливо выгнать его из единственного клуба, куда он, кажется, «вписался». (В «Адское пламя» не принято вписываться — там нужно выделяться. Но суть остаётся прежней: мини-Уилеру нужно пристанище). Плечи Майка немного расслабляются, но настороженность в его глазах не пропадает. — Ты не должен этого делать, — бормочет он, будто осмеливаясь заставить Эдди передумать. — Я знаю правила. Эдди вздыхает, чувствуя, как на него наваливается вся тяжесть ситуации. Он установил эти правила не просто так — для поддержания порядка, чтобы убедиться, что все соблюдают их. Но правила можно нарушать, особенно когда речь идёт о таких вещах, с которыми, похоже, имеет дело Майк. — Послушай, Уилер, я не говорю, что правила не имеют значения — или, ну, мои правила — другие действительно не имеют значения, — это вызывает у мини-Уилера слабый смешок, — но иногда... иногда нужно смотреть на картину шире. Майк не задаётся вопросом, что это значит, и это радует, потому что Эдди и сам не особо в этом смыслит. Он вываливает на парня всю учительскую чушь, а тот, к счастью, просто принимает её за чистую монету. Да уж, Эдди отлично справляется с ролью совершенно не клишированного наставника. — Ты можешь пытаться бежать сколько угодно, — и, ага, он уже лицемерит. — Но, типа... От себя не убежишь. Не хочешь рассказать мне, что у тебя там происходит? — Он легонько постукивает мини-Уилера по макушке. — Я не знаю, — бормочет Майк. Может, он просто защищается и злится, но Эдди кажется, что он действительно не знает, что происходит. Он сползает вниз, прижимаясь спиной к стене, и Эдди присоединяется к нему. — Ничего страшного. Даже если ты не захочешь говорить со мной, когда поймёшь, в чём дело, ты можешь поговорить с Дастином или Лукасом. Или с Уиллом, которого ты постоянно упоминаешь. Как только Эдди упоминает о Уилле, Майк напрягается. Значит, он сказал что-то не то. Он идёт на попятную, положив руку на плечо парня. — В общем, суть такова: тебе есть с кем поговорить, ясно? Дастин донимал меня вопросами, где ты сегодня был, а Лукас всегда следит, чтобы ты приходил на обед. — Он похлопывает Майка по плечу, затем поднимается сам и протягивает руку, чтобы помочь Уилеру. Майк берёт Эдди за руку и встаёт, а затем вытирает пыль со своих джинсов. — Да. Я понял. Эдди кивает, с облегчением замечая, что на лице парня появляется улыбка. — Обращайся, Уилер. И, эй, кампания на следующей неделе будет просто убийственной! Ты не захочешь её пропустить. Можем... э-э... пересечься, если ты не против? Завтра, после школы? — Да, — говорит Майк, и на этот раз в его голосе звучит больше убеждённости. — Я буду там. — Вот и хорошо, — отвечает Эдди. — И помни, если тебе когда-нибудь понадобится поговорить...или просто немного покричать на весь мир, приходи ко мне, ладно? Видит Бог, когда я был в твоём возрасте, мне бы это не помешало. — Буду иметь в виду, — бормочет он, уже не такой жалкий, как в начале разговора, что Эдди воспринимает как огромную победу. Когда они вместе выходят из школы, Эдди не может не почувствовать прилив заботы к ребёнку. Он знает, что Майку предстоит долгий путь, но он также знает, что ему не придётся идти по нему в одиночку. Не придётся, пока с ним Эдди Мансон.
