Могила твоих надежд.

Торонто. Город-крепость, утопал в ночной тьме. Огни небоскребов, как блестящие иглы, протыкали черное полотно ночи, но не могли прогнать ужас, ползущий с улиц. В глубь города проникала не просто ночь, а что-то более темное, более глубокое. Это было нечто невидимое, но ощущаемое всем телом, как тяжесть в груди, как холод в спине. В сердце города, среди бетонных джунглей, стояло старое здание, заброшенное, окруженное р ржавой оградой. Его окна, закрытые деревянными ставнями, смотрели на мир пустым взглядом. Стены были покрыты трещинами, словно морщинами от тяжелого прошлого. Внутри, в глубинах забытой лаборатории, скрывалась тайна. Генетики, одержимые идеей бессмертия, работали над проектом, который мог перевернуть мир. Они искали ключ к победе над смертью, но не знали, что пробуждают древнее зло. Первым сигналом стала тишина. Город, оживленный, полный шума и жизни, внезапно затих. Тишина была неестественной, давящей, словно невидимая рука зажимала горло. В воздухе появился странный, сладковатый запах, не похожий на ничто известное. Потом начались пропажи. Люди исчезали, не оставляя следа. Их находили лишенными жизни, изувеченными, с пустыми глазами, обращенными в никуда. На их телах не было ран, но чувствовалось что-то неладное. В центре этого тайного безумия стояли Они. Люди с блестящим умом, затемненным амбициями. Они видели в этом вирусе не угрозу, а ключ к вечной жизни. Но что-то пошло не так. Вирус мутировал, уходя от контроля. Он переродился в нечто более темное, более зловещее. И теперь он разгуливал по улицам Торонто, проникая в сердца людей, заражая их безумием. Тень надвигалась. Она ползла с улиц, проникала в дома, заползала в души. И никто не знал, что скрывается за ней. * * * "Дни уже сбились со счета, если бы не этот чертов дневник. Кто знает, сколько еще мы протянем… Город – могила, развалины стелются вокруг, как бесконечная пустыня. Здания падают, словно гробы, а люди гибнут не только от ходячих мертвецов, от голода, от холода, от безысходности. Мир давно кончился, и мы – последние выжившие. Или почти последние… Я уверен, где-то еще бродят одиночки, цепляющиеся за жизнь, как за последнюю каплю воды… Но сколько их? Сколько нас осталось?" Рядом послышался шорох, негромкий, но резкий. Сухие ветки трещали под шагами, как кости под жестоким натиском. Тетрадь, толстая, обклеенная скотчем, словно щитом, быстро закрылась. Морти, затаив дыхание, хватился за автомат, лежавший рядом. Фиолетово-розовые волосы, некогда яркие и жизнерадостные, теперь были испещрены пылью и следами крови. Рука сжала ствол, готовая в любой момент выстрелить. Карие глаза, очерченные темными кругами от бессонных ночей, смотрели на мир с жестокостью и страхом, с ощущением безысходности, которую приносило с собой это безумное время. - Кто там?! — голос дрожал, но он пытался звучать увереннее, чем чувствовал на самом деле. Ярковолосый резко вздрогнул, словно от удара тока. Увидев знакомое лицо, Морти, потеряв равновесие, упал на землю со вздохом облегчения. - Черт возьми, Натан, я чуть не выстрелил. - он с трудом сдерживал волнение в своем голосе. - Что ты здесь делаешь? Высокий, кареглазый Спринтер двадцати лет отряхивает пыль с одежды, стягивая маску с лица. Натан оглядывает знакомую комнату, когда-то служившую как палату больницы, прежде чем обратить взгляд на младшего. - Что-то или кто-то преследовало меня всю дорогу, так что мне показалось, что лучше будет не испытывать судьбу. Расследования отложились на другой раз. А ты что? - А, я... ничего особенного. - Морти слабо ухмыльнулся, глядя в лицо другу. Тот вдруг вновь вспомнил, как они познакомились. Морти, шумный и неудобный, тринадцатилетний на тот момент парень, любил пропадать в скейтпарке, оттачивая свои трюки на доске. Однажды, делая сложный прыжок, он неудачно приземлился, уронив доску и получив небольшую ссадину на колене. В этот момент к нему подошел Спринтер, семнадцатилетний парень с широкой улыбкой и опытный трейсер. - Ничего страшного, бывает, - сказал старший, помогая подростку встать. - Я Спринтер, ну, или же просто Натан. А тебя как зовут? - Морти, - ответил он, краснея от неловкости. С того дня они стали часто видеться в скейтпарке. И дружба, зародившаясь в неловкой ситуации, длилась уже почти три года, два из которых они выживают вместе. Ярковолосый отводит взгляд. Такие воспоминания о прошлом вызывают ностальгию, печаль о прошлом. - А где остальные? - Нэйт в приемном корпусе, работает от генератора. Нашёл какой-то сигнал,и пытается отследить его, но пока что тщетно. - Морти взмахивает волосами, делая короткую паузу. - Надо бы и ему что-нибудь принести, не выходит уже второй день, бедолага. Спринтер лишь кивает, ожидая, когда Морти продолжит говорить. - Хао...без понятия. Последний раз видел его вчерашним утром. говорил, что выйдет ненадолго. А Эвелин... хуйней страдает. в прочем, как обычно... Внезапный грохот от удара кулака о стену пронесся по коридору, заглушая слабый свист ветра, проникавшего в разбитые окна. Морти вздрогнул, сжимая в руке все ту же винтовку, раздобывшую где-то в обвалах еще в самом начале апокалипсиа. - Закрой пасть, Морти! Я в отличие от тебя, хоть как-то пытаюсь обезопасить эту гребанную больницу! Не хочешь помочь? - рев женщины прозвучал как гроза в пустыне. Парень вспомнил, как еще недавно она была просто напуганной незнакомкой, но апокалипсис превратил ее в жестокого и беспощадного воина. - Я вообще-то не меньше тебя делаю! Вспомни, чьей идеей была эта больница. - ответил Морти, но его голос дрожал. Он понимал, что практически ничего не делал, кроме как сидел в своем убежище, в то время как она укрепляла защиту и пыталась создать хрупкую иллюзию безопасности. В этот момент в коридор ворвалась высокая, крепкая женщина, чей голос был слышен ранее. Ее ярко-голубые глаза, когда-то искрившиеся добротой, сейчас были холодны и беспощадны. Она быстро направилась к Морти, ее лицо было бледным, с недосыпанием и усталостью. - Слышишь, ты, не строй из себя умника! То, что ты лидер-самозванец, не дает тебе, мелкому засранцу, право разговаривать так со старшими! - ее голос был пропитан злостью и презрением. Морти вскочил на ноги, сжимая руки в кулаки. - Знал бы, что ты такая истеричка, ни за что бы не взял тебя к остальным! - вскрикнул он, но его слова звучали бессильно. - Знала бы я, что ты такой засранец, оставила бы твою гребанную задницу гнить под обвалами! - ответила она, и еще один удар пронесся по коридору, на этот раз от ее кулака об стену. - Ну, успокойтесь, оба... вы находитесь в одной ситуации, так почему бы не помогать друг-другу, вместо того, чтобы разводить ссоры? - прозвучал тихий голос Спринтера. Морти и Эвелин молча повернулись, а тот уже исчез, словно растворился в воздухе. - Слова хороши, но ничего не решают. - прошептала женщина и бросила острый взгляд на младшего. - Ты должен решить, кто ты такой. Настоящий лидер, или же трус и просто самозванец? Морти почувствовал, как холод пробежал по его спине. Он знал, что она права. Нынешний мир не прощал слабости. Он быстро взял себя в руки, взглянул на нее и продолжил. - Я не трус. - Тогда докажи это, хотя бы чем-то. - резко ответила Эвелин. В эту же минуту в коридор ворвался громкий ревущий звук. Зомби. Не один. Их было много. Они были голодны. Их ревущие голоса слились в один нечеловеческий хор, наполняющий коридор мерзкой мелодией смерти. - Вот же...черт! — рыкнула девушка. - Я же говорила,что нужно укрепить стену! Эвелин, глаза которой горели ненавистью, бросилась вперед, как тигрица, атакуя первого зомби. Она уклонилась от его когтей, ударила ножом в грудь, и с резким звуком разорвала его шею. Кровь брызнула на ее лицо, но она не заметила этого. Ее движения были быстрыми, беспощадными, словно она была не человеком, а оружием смерти, без каких либо эмоций. Морти с трудом нашел в себе силу и вступил в бой. Только сейчас он заметил, что в его оружии не было ни единого патрона. Он не был таким быстрым и сильным, как она, но он был хитрым и ловким. Вытянув свой ржавый кинжал, Он уклонялся от атакующих зомби, искал слабые места в их теле, и наносил удар. Оружие впивалось в плоть с резким звуком, и мертвецы падали на пол, издавая глухой стук. Внезапно, в коридоре появился Натан, его движения были не просто быстрыми, а молниеносными. Он скользил между зомби, словно тень, нанося точные удары в виски и шею. Его ноги не касались земли дольше, чем необходимо для атаки. Он были вихрем скорости и смерти, а в его глазах горел адреналин. В течение нескольких секунд Спринтеру убрал с пути всех зомби и остановилс рядом с Морти и Эвелин. Они не промолвили ни слова, лишь кивнул в сторону выхода и побежал дальше. Его движения были плавными и бесшумными, словно он был частью самого темного и холодного ветра. В один момент якроволосый почувствовал, как усталость навалилась на него с неимоверной силой. Его руки дрожали, кинжал выпал из рук, и он пошатнулся. Он увидел, как к нему мчался огромный зомби с разбитым лицом и дикими глазами. Парень закрыл глаза, готовясь к смерти. Но удар не пришел. Он открыл глаза и увидел, что зомби лежит на полу в луже крови. Женщина стояла над ним, еще один нож в ее руке блестел в тусклом свете. Она смотрела на Морти с усмешкой на лице, которая казалась ему нечеловеческой, зловещей. - Ты должен быть сильным, Морти. - прошептала она, ее голос был тихим и страшным, как шепот смерти. - Ты должен быть готовым к всему. Запомни мои слова. Морти посмотрел на кровь, которая стекала по ее лицу, и вдруг понял, что она не просто защищает их. Она живет этим апокалипсисом, она питается им, она слилась с ним. На секунду,ему показалось, что Эвелин даже нравится? * * * Парень, словно прикованный к монитору, сжимал челюсти, вглядываясь в ряды кода, мерцающего на экране. Уже который месяц тот метался в лабиринте данных, пытаясь отыскать ниточку, ведущую к разгадке: к тайне вируса, к истокам этой беды, что превратила мир в пустошь. Каждый символ на экране казался ему зашифрованным посланием, криком о помощи из бездны. Не найти ответы - значит, остаться в вечном плену неопределенности, а это, пожалуй, хуже самой смерти. Спринтер смотрел на Нэйта с нескрываемой тревогой. Они все были связаны невидимой нитью, их чувства сплетались в один клубок. Спринтер всегда чувствовал, когда что-то не так. Они видели, как Нэйт чахнет на глазах, как его глаза, раньше сиявшие хоть какой-то надеждой, теперь потускнели, словно отчаяние затянуло их в свою тьму. Тревога за друга, за брата по несчастью, грызла его изнутри. - Всё ещё сидишь здесь? - произнес он, голос был тихим, но в нем чувствовалась сталь, сталь беспокойства. - Ты бы вышел на свежий воздух. Нэйт моргнул, словно пробуждаясь от глубокого сна. - Я работаю. - пробормотал он, и Спринтер заметили, как тонкие пальцы Нэйта нервно постукивают по клавиатуре, выдавая его беспокойство. В каждом ударе слышалось отчаяние, желание найти хоть какой-то просвет, хоть какую-то надежду в этом бездне. - И как успехи? Нэйт усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья. Это была усмешка отчаяния, усмешка человека, который устал бороться, устал искать ответы в бездонной пустоте. В его глазах отражался страх, что они никогда не найдут ответа, что мир останется навсегда в руинах, а они, как корабли, застрявшие в безмолвном море, будут скучать по берегу. - Всё ещё ничего. - Он не отрывал взгляда от экрана, словно в нём искал спасения, отдушину от реальности. Реальности, которая была полна боли, страха и неопределенности. Спринтер поставили две банки пива на стол, их холодная, мокрая поверхность ощущалась как единственный осязаемый кусочек былого мира. Они стали их единственным утешением, единственным напоминанием о том, что когда-то существовала обыденность, обычный мир. Нэйт привычным движением взял банку, но даже не взглянул на нее, продолжая глядеть в экран. - Ты бы знал, что только что произошло. - Спринтер подошли ближе, его взгляд был остро направлен на Нэйта, он хотел пробить его панцирь, проникнуть в его душу. - Упыри пробрались на наш этаж. Нэйт вдруг очнулся, но старался не подавать виду, сдерживая в себе плявившуюся бурю эмоций, что кипела в его груди. Морти - его единственный выживший родственник, последняя кровь. - С Морти все в порядке? - С твоим братом все хорошо...Он просил тебя навестить. - Спринтер говорил спокойно, но в его голосе проскальзывала тревога, которая не могла ускользнуть от чуткого слуха Нэйта. - Почему сам не пришёл? С ним все же что-то случилось? - перебил его зеленоглазый, что не являлось естественным для него. - Да нет, нет... Он просто пошёл на разведку. Нэйт, наконец, поднял взгляд на Спринтера, в его глазах застыл вопрос, полный волнения. - Один? - С Эвелин. Имя "Эвелин" прозвучало как глоток свежего воздуха. Она была сильной, неутомимой, всегда готовой броситься в бой. Заботливой, пускай и жестокой...Нэйт знал, что Морти в безопасности, пока она рядом. В его груди появилась надежда, пусть и слабая, как лучик солнца в мрачном лесу. Морти и Нэйт. Они были связаны неразрывными узами. С самого детства, с тех пор как их мать покинула этот мир, они были друг для друга опорой, спасением. Морти, всегда жизнерадостный и оптимистичный, был для Нэйта лучом света, тогда как Нэйт, с его спокойствием и рассудительностью, был для Морти надежной скалой. Они дополняли друг друга, они были единым целым, неразлучными, как два берега одной реки. * * * Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в нежные оттенки розового и фиолетового. Морти, ему было пять лет, сидел на крыльце, с любопытством наблюдая за муравьями, ползущими по тропинке. Он считал их, шепча себе под нос: "Один, два, три..." Ему нравилось наблюдать за их стройным рядом, их организованностью, как они тащили крошки и листочки в свой муравейник. Мальчик представлял, что они - воины и что их путь ведет к победе над злом. Рядом, на ступеньках, сидел Нэйт, на четыре года старше. Он читал книгу. Он с интересом слушал, как Морти считает муравьев, но в его глазах читалось какое-то странное, задумчивое выражение. - Нэйти-и. а что будет, если все муравьи вдруг станут злыми? - спросил мальчик, поглядывая на брата. Нэйт усмехнулся. -Злыми? Что ты имеешь в виду? Морти задумался, представляя ужасную картину: как муравьи вдруг превращаются в страшных монстров с острыми челюстями, как они нападают на людей, кусают их, и те превращаются в таких же зомби, как в страшных историях, которые Нэйт ему читал перд сном. Он представил, как зомби-муравьи атакуют их дом, как они заползают в окна и двери, как они кусают маму и папу. Страх охватил его целиком. - Ну, представь, - сказал Морти, голос дрожал, - они вдруг начнут кусаться, и все люди их боятся! и все ходят и кусаются.. Нэйт отложил книгу и посмотрел на Морти с задумчивым взглядом. - Не бойся, - сказал он, гладя Морти по волосам. - Муравьи не станут злыми. Они просто маленькие букашки и не знают, как делать плохо. Морти кивнул, но в его глазах все еще читалось беспокойство. Нэйт понял, что его брат боится. Он потянул Морти к себе и обнял его крепче. - Не волнуйся, - сказал он нежно. - Я всегда буду рядом с тобой. Я никогда не дам тебя обидеть. Морти прижался к Нэйту и улыбнулся. Он всегда чувствовал себя в безопасности в объятиях своего старшего брата. - В я всегда тебя защищу! - ответил младший звонко.. * * * В полуразрушенном здании магазина, где воздух был пропитан запахом гнили и затхлостью, Эвелин методично разламывала деревянные ящики топором, ее движения были точны и безжалостны, словно у опытного охотника. Морти, чьи плечи были еще не окрепшими, наблюдал за ней с отвращением, прячась за полуразбитым стеллажом. - Ты есть хочешь, мальчишка? - ее голос звучал хриплым, с металлическим оттенком, словно ржавый нож, скользнувший по камню. - Нет. - прошептал Морти, его губы сжались в тонкую линию. Он не хотел есть. Он не хотел ничего от этой женщины, которая казалась воплощением мрака, что пропитало этот мир. Эвелин вздохнула, шум был похож на выдох старого, дырявого меха. - Тебе нужно есть, чтобы выжить. - сказала она, не оборачиваясь. Ее взгляд был прикован к ящику, который она пыталась вскрыть. Морти впился в трещины, прорезанные в разрушенной крыше магазина. Через них проникал тусклый свет, но не приносил тепла. - Я не хочу жить в этом мире! - выкрикнул он, его голос был горьким и полным отчаяния. Эвелин наконец повернулась, ее взгляд скользнул по Морти, как лезвие по шелковой ткани. В ее глазах не было сочувствия, только безразличие, которое могло быть хуже ненависти. - Не живи. - Что? -Не хочешь жить? Тогда умри. - прошипела она, ее голос был холодным, как ледяная вода. Она подошла к нему, ее шаги были тяжелыми, как удары молота. Морти отшатнулся, зажав себя в угол, его сердце колотилось, как пойманная в клетку птица. - Я не хочу умирать! - крикнул он, его голос сорвался, а дыхание перехватили от страха. - Тогда жри что дают, и не ной. - она схватила парня за горло, ее хватка была жесткой. Она прижала его к стене, не давая дышать. помни,что ты слаб, и сам бы здесь подох в первый же день, если бы не твой братик, а теперь и я. А я не дам тебе умереть, даже если ты сам будешь мечтать об этом. Она отпустила его, но крепкая рука все ещё была сжата в кулак. Морти, задыхаясь, опустился на колени, его глаза были широко раскрыты, в них отражался ужас и отчаяние. он жадно глотал воздух. в этом мире нет места жалости, нет места слабости. - Ты не сможешь сделать меня сильнее - прохрипел он, его голос был слабым, но в нем звучала решимость. - истеричка... - Смогу. - ее глаза сверкнули, как холодные, бездушные камни. -Ты, дружок, ещё просто ничему не научился. Она снова посмотрела на разрушенные ящики. - Думаешь, твой старший братик гордился бы тобой, если бы знал что ты такой же нытик? - она усмехнулась. В ее словах, несмотря на их грубость, слышалась некач забота, глубокая, как пропасть, которая открывалась в ее душе. Ножом приоткрыв консервную банку, она подбросила ее подростку. Морти, прижавшись к холодной стене, с отвращением жевал фасоль, каждый кусок будто гвоздь вбивался в его желудок. - Ну и хуйня, — выплюнул он, его голос был тихим, подавленным. Кто знает, может он наконец начал задумываться о словах женщины. — я не хочу это есть. Эвелин, чьи руки двигались с точностью и жесткостью хирурга, оборачивалась, ее взгляд останавливался на Морти, как злой дух. - Радуйся, что у тебя вообще есть что-то, - сказала она. - Может быть настанет момент, когда ты будешь настолько голодным, что будешь готов съесть собственного друга. - Откуда ты такая жестокая взялась на мою голову, а? - Морти попытался убежать от ее взгляда, отвернувшись. Его фиолетово-розовые волосы закрыли его лицо, скрывая то, как презрительно он кинул взгляд на ту. Эвелин усмехнулась, ее улыбка была узкой. - Напоминаю, дружок , мы в апокалипсисе. Твоей маленькой заднице просто повезло, что первые месяцы твой городок был в безопасности. - Она сложила консервные банки в рюкзак, стараясь вместить как можно больше еды. - Не ной. Сопля. Морти поник, его плечи опустились. Он не мог понять ее, ее безжалостность, ее холодный взгляд, который видел мир таким, каким он был: жестоким, непрощающим слабости. Но он не мог и не хотел отрицать правду, которую она произносила. - я не хочу умирать. - прошептал он снова, его голос был едва слышен, как шепот ветра. Эвелин не ответила, просто бросила на него быстрый взгляд и вернулась к своему делу, оставляя Морти наедине со своими мыслями... * * * Они вернулись к убежищу под вечер, солнце уже садилось, окрашивая небо в кроваво-красные тона. Морти шел позади Эвелин, его тело было усталым, а душа подавленной. Девушка отворила дверь, и младший увидел внутри свет, слабо освещающий одну из комнат здания, служащего им убежищем. раньше,это, наверное был один из администрационных кабинетов больницы, но сейчас в кусках хлама и сломанных стенах поселилась их группа. Нэйт сидел у стола, покрытого картой, и с сосредоточением изучал какие-то записи, перенося их на ноутбук. Спринтер стоял рядом, его рука лежала на рукоятке топора. - Морти. - с облегчением выдохнул Нэйт, поднимаясь с места. На его лице слабо виднелась улыбка. - Ты вернулся. Младшего поражало, как он был единственным, что могло бы отвлечь его брата от работы. он подошёл ближе, и бросился в обьятия, и его лицо расплылось в усмешке . он почувствовал тепло от его тела, и на миг ему показалось, что он снова дома, в безопасности. — Мы нашли немного еды, — сказала Эвелин, ее голос был спокойным, словно она говорила о погоде. — Хватит на несколько дней. Нэйт кивнул, его взгляд повернулся к Эвелин, и в нем Морти увидел благодарность. — Спасибо, — сказал он. — Ты сделала нам большую услугу.