Последний шепот магии

Вдвоём они направились к лифтам Министерства магии, обсуждая загадочный знак. Нотт не видел в нём ничего особенного, но Гермионе казалось, что в нём скрыто больше, чем можно заметить с первого взгляда. Именно поэтому они шли к Малфою — чтобы выяснить правду. Холодный женский голос в лифте произнёс: — Архивное бюро Министерства магии. Двери мягко распахнулись. — Я уверена, что этот знак уже где-то упоминался, — твёрдо сказала Гермиона. — Он что-то значит. — Ты его где-то ещё видела или он тебе просто кажется знакомым? — уточнил Нотт, слегка наклонив голову. — На самом деле, Теодор… только никому не говори, — её голос стал тише. — В День Памяти, в атриуме, я видела этот знак на стенде. Потом — у себя дома. И вот снова — здесь, в министерстве. Это слишком странно. Я не понимаю, как всё это может быть связано. — Скоро узнаем, — пожал плечами Нотт. — Но то, что ты видела его дома… звучит тревожно. Они открыли двери в департамент. Архивное бюро оказалось величественным и мрачным местом. Высоченные стеллажи из тёмного дерева тянулись до самого потолка, увитые лестницами, которые сами перемещались вдоль рядов. Воздух был густой, пахнущий старым пергаментом, пылью и магией. Вдоль стен мерцали лампы с мягким золотистым светом, а в центре зала стояли длинные столы, заваленные свитками и артефактами. В этом месте само время, казалось, текло иначе, словно каждый шаг отзывался эхом прошлого. Их поиски не заняли много времени — характерная светлая шевелюра Малфоя выделялась в толпе сотрудников. — Малфой, привет, — первым обратился Теодор. — Какие люди! — прищурился Драко, поднимая бровь. — Мой дорогой однокурсник и мисс-заучка. Прошу, не стесняйтесь. Я даже рад вас видеть. — Его голос скользил ядом, и в этом он был по-прежнему мастер. — Мы пришли не за перепалками, Малфой, — сухо ответила Гермиона. — Нам нужна твоя помощь. — Моя помощь? — Драко театрально положил ладонь на грудь. — Какая честь. Я уж думал, вы с друзьями и без меня всё знаете, всё умеете. Даже в Атриуме, на Дне Памяти, ты умудрилась… ну как это сказать… блистать. — Его серые глаза сверкнули насмешкой. — Стояла, говорила свою речь, и толпа внимала тебе, будто ты — сама основательница Хогвартса. И твои дружки рядом, как всегда, — целый ансамбль героев. Вы даже там нашли способ показать себя. Гермиона ощутила, как её щёки слегка вспыхнули, но она сжала губы и выдержала его взгляд. — Мы пришли не обсуждать мою речь, — холодно произнесла она. — Речь идёт о знаке. Она развернула пергамент с тщательно перерисованным символом и положила его перед Малфоем. Драко изначально хотел отмахнуться, но, увидев рисунок, нахмурился и взял лист в руки. Его насмешливое выражение медленно сменилось на задумчивое. — Хм… любопытно, — протянул он, проводя пальцами по линиям символа. — Очень любопытно. Теодор переглянулся с Гермионой: Малфой, казалось, действительно зацепился за знак. — Ты знаешь, что это? — осторожно спросила Гермиона. Драко поднял на неё взгляд — уже без издёвки. Его голос стал ниже, серьёзнее: — Я не уверен. Но этот знак я видел раньше. И если он всплыл снова… — он замолчал, слегка прищурившись. — Возможно, вы даже не представляете, во что ввязались. Драко некоторое время молча рассматривал символ, его пальцы всё ещё скользили по линиям, будто он пытался вспомнить что-то давно забытое. — Я видел его в старых записях, — наконец произнёс он. — Но не в наших архивах. Этот знак относится к очень древним практикам, которые официально никто не изучает. По крайней мере… открыто. — И что он значит? — сразу спросила Гермиона, делая шаг ближе. Малфой покосился на неё, и уголок его рта дрогнул — насмешка всё же вернулась, но уже мягче: — Ты думаешь, я скажу всё прямо здесь, в центре архива? — он обвёл взглядом помещение, где мимо проходили другие сотрудники, несущие кипы свитков. — Этот знак связан с Навью. Миром мёртвых. И если он начал проявляться значит, кто-то сознательно запускает старый ритуал. Гермиона нахмурилась. — Но кто? И зачем? — Это вопрос, на который я пока не могу ответить, — холодно отозвался Драко, сворачивая пергамент и возвращая ей. — Единственное, что я знаю: с такими вещами лучше не играть. — Ты же понимаешь, что мы не остановимся, пока не узнаем правду, — твёрдо сказала Гермиона. Малфой задержал на ней взгляд. Его серые глаза на секунду потемнели, и он чуть тише добавил: — Тогда вы ещё вернётесь ко мне. И, Грейнджер… — он слегка приподнял бровь, — в следующий раз будь готова услышать то, что тебе может не понравиться. Он развернулся и направился к высоким стеллажам, оставив их с Тео посреди зала. Теодор молчал, лишь задумчиво наблюдая за удаляющейся фигурой Малфоя. — Кажется, мы только что открыли дверь, за которой лучше было бы не заглядывать, — пробормотал он. — Но теперь у нас нет выбора, — твёрдо ответила Гермиона, прижимая к груди пергамент со знаком. — Мы должны узнать, что всё это значит. Коробка, оставленная в их отделе, словно отзывалась на её слова — в памяти мелькнуло лёгкое сияние, которое она видела утром.