Быть рядом

Утро началось, как обычно начиналось у всех, с того, что парень открыл глаза, почувствовав слабый свет, пробивающийся через шторы. Лежа на спине, он несколько минут смотрел в потолок, будто там были нарисованы остатки сна, прежде чем заставить себя сесть на край кровати. Слегка зевнув и потянувшись, парень ощутил, как по телу пробежал холодок, вызвавший тысячу мурашек, которые быстро распространились по его телу. Черные лохматые пряди волос падали на глаза, неприятно коля кожу, и как бы он ни старался их сдуть, все равно пришлось напрячь мышцы и убрать их в сторону. Парень чувствовал недомогание и сонливость. Странно... Может, заболел? Или просто еще не до конца проснулся? Впрочем, даже если он подхватил какой-то вирус, он не собирался из-за этого грустить. Руки в ноги — парень улыбнулся. От былой сонливости не осталось ничего, даже намека на странное недомогание. В доме обычно было уютно и спокойно, в воздухе всегда, без исключения, витал легкий запах кофе. В гостиной и кухне царила тишина — до тех пор, пока все семейство не собиралось вместе. Все это было частью его повседневной жизни, и именно такие моменты он особенно ценил. Однако сейчас было немного иначе: спустившись на первый этаж, он никого не обнаружил. Парень уже был готов начать паниковать, но быстро успокоился: наверное, они просто вышли погулять. Да, точно, Ли вчера предупреждала, что с утра вместе с Джимми пойдет на прогулку, ведь потом будет дождь. Парень усмехнулся на мысль о том, что он иногда бывает диким параноиком. Заулыбавшись, он едва сдерживал громкий смех, который, казалось, отскакивал от стен, словно резиновый мячик. Даже когда парень остановился, чтобы отдышаться, смех продолжал «прыгать» по комнате, пока не затих. Уставившись в потолок, парень не знал, что делать дальше. Хотя нет, знал: кофе. Вот что его окончательно разбудит. Он уже был готов уйти на кухню, чтобы заварить столь желанный напиток, как услышал звук, исходящий от входной двери. Это они, они вернулись. Ли и Джимми, немного осматриваясь, вошли в дом, о чем-то перешептываясь. Лео сразу же забыл о том, что хотел на кухне. Он буквально вылетел из нее, желая обнять любимую Ли. Та от неожиданности издала негромкий крик, а Лео держал ее так крепко, но нежно, что казалось, Ли улетит, если он ее отпустит. Лео перевел взгляд на Джимми, которая слабыми ударами пыталась отцепить его от Ли. Она так быстро растет, даже не верится, что она теперь такая большая. Разорвав объятия с Ли, он со всей нежностью обнял свою дочь. В отличие от Ли, Джимми не слишком этого хотела и даже, когда Лео полностью ее обнял, продолжала стучать ему по плечам, как бы говоря «нет». Такая большая, а все еще ведет себя как ребенок. Но, как бы Лео ни хотелось вечно стоять и обнимать близких, отпустить их все-таки пришлось. Тогда Лео заметил еще один родной силуэт, который, казалось, не видел целую вечность. За окном, на улице, стоял Стив. Он молча смотрел в окно, был одет в серую кожаную куртку, а на шее висел фирменный красный шарф. Свои излюбленные длинные волосы он завязал в хвост. Казалось, он словно герой книги или фильма, который ассоциируется с осенью — идеально подходил под погоду. Или погода под него. Все-таки это Стив. Лео быстро подбежал к стеклу, буквально вмазался в него, чем немного напугал Стива, если вздрагивание и шаг назад можно считать испугом. Хоть Стив и выглядел немного уставшим или недовольным, его легкая улыбка и прищуренные глаза были при нем как обязательный атрибут; без этого Стив не был бы собой. Ли с Джимми куда-то удалились вглубь дома, а Лео продолжал стоять у окна, ведя односторонний диалог со Стивом, односторонний потому, что через стекло звук совершенно не проходил, а заходить Стив не собирался. Как бы Лео ни показывал жестом или ни пытался перекричать стекло, ничего не выходило. Стив продолжал стоять на месте, иногда пытаясь ответить что-то жестом. Вот же хитрый совенок! Это продолжалось бы долго, пока Лео не додумался по-человечески подойти к двери и открыть ее. Вот серьезно, почему Лео сразу этого не сделал? Действие несложное, и решать великую математику для достижения этой цели не нужно, но парню потребовалось полчаса, чтобы додуматься подойти к двери. Его рука коснулась холодной ручки двери, и он дернул ее вниз, но дверь не поддалась. Лео еще раз быстро дернул ручку вверх и вниз — результат тот же. Пожав плечами, он вернулся к окну, за которым все еще стоял Стив, только теперь он с кем-то разговаривал, абсолютно не обращая внимания на Лео. Последнего это опечалило, и он стал стучать по стеклу, пытаясь привлечь внимание. На стук прибежала только Ли, оттащив его от окна и попросив больше не стучать по нему, как и не пытаться сломать ручку двери. Что ж, Лео кивнул, все-таки это уже обыденность. Однако она немного, нет, сильно надоедает. На улицу, в конце концов, хочется. ... .. . .. ... Небо уже давно стало серым из-за густых облаков, и солнце всё реже выглядывало. Деревья постепенно теряли золотистые листья, а их сухие ветви неспешно двигались в такт ветра. Если стоять на улице долго, становилось зябко даже в тёплой одежде. Люди старались одеваться теплее, пряча руки в карманы и накидывая капюшоны, чтобы защититься от ветра. Осень никогда не была любимым временем года. Парень больше предпочитал жаркое лето — тепло, отсутствие необходимости носить тёплую одежду, и ветер был менее резким. Но и в осени была своя доля красоты — золотистая, тёплая, немного уютная. Парень вряд ли поверил бы, что кто-то на полном серьёзе ждёт сырую, мокрую и противную осень, разве что мазохисты или те, кто не понимает красоты. Идя вперёд по знакомому маршруту, который, казалось, будет преследовать его вечно, он услышал жужжание в кармане. Парень остановился и вытащил телефон. Новое уведомление гласило: Совушка❤️ "Знаешь, я всё понимаю, как и то, что не должна вмешиваться в твои дела." Через пару минут, когда парень разблокировал телефон и открыл чат, пришло новое сообщение: Совушка❤️ "Но каждый раз ты возвращаешься оттуда если не разбитым, то хмурым." Совушка❤️ "Мне больно видеть тебя таким, я ведь волнуюсь за тебя." Парень вздохнул. С одной стороны, его злили её попытки заботы и желание оградить его от этих посещений, но с другой — он понимал, что она в чём-то права. Он сам всё реже ходил туда, чтобы не печалиться и не поражаться тому, как далеко всё это зашло. Но с другой стороны, это был его друг, лучший друг. У него была некая обязанность перед ним, видеть его, даже если эти визиты происходили всё реже, пока однажды он совсем перестанет ходить к нему. Он не стал отвечать девушке, не отправил ни гифку, ни стикер — предпочёл промолчать. Телефон вернулся в карман куртки, и парень продолжил свой путь. Оставалось немного. Вот и оно, виднелось за деревьями. Переход с холодной улицы в тёплое помещение был таким же резким, как осознание того, насколько здесь душно. Белый свет приглушился, стал мутно-жёлтым — лампочку, видимо, с последнего визита не меняли. Стив вздохнул, отгоняя нежеланные мысли и образы, и вдохнул знакомый, душный запах приёмной. Этот запах был неприятен, но и родным одновременно. Запах представлял собой что-то между хлоркой и стерильным спиртом — резкий, но с оттенком затхлости. Пора бы перестать удивляться: эта часть здания была старой, реставрации не планировалось. Мысль, которую Стив каждый раз повторял себе, чтобы напомнить об этом. Всё как обычно: подойти к стойке, назвать своё имя, цель визита и ждать, пока за ним придут. Эти действия были как отдельный алгоритм, созданный однажды и больше не подлежащий правке. Единственное, что менялось в этом алгоритме, — время ожидания сопровождающего. На этот раз ждать пришлось полчаса. Стив уже подумывал оставить попытку, как из белых дверей показался мужчина, который не в первый раз сопровождал его. Пройдя через те же белые двери, парень быстро почувствовал разницу между старым и новым корпусом. Белый коридор с бледно-синеватым оттенком выглядел живее старого, серо-жёлтого. Да и воздух был менее спёртым, дышать было легче. Стив молча шёл за мужчиной, смотря на палаты и окна. За окнами находились люди — разные, но в одинаковых комнатах и белых пижамах. Кто-то читал, кто-то спал, кто-то смотрел в стену или в окно. Лицо Стива оставалось безучастным — раньше при виде этого места и этих людей он испытывал шок, но теперь максимум, что он чувствовал, — простая человеческая жалость. Однако лицо менялось, когда он доходил до нужной двери, и, глядя в окно, смотрел на закреплённую палату. За стеклом был парень в такой же белой пижаме; рядом с ним находились две медсестры, одну из которых он обнимал, пока та пыталась вырваться. Завидев Стива, парень отпустил девушку и подбежал к окну, почти поцеловав стекло. Знакомые чёрные волосы, странно подстриженные, слегка заплывшие глаза, полные наивного детского оптимизма, улыбка, описывающая всю его личность. Таким был Лео, по крайней мере, когда-то давно. Стиву всё ещё было неприятно; ощущалась даже злость на мир за такую несправедливость по отношению к его другу. Ведь Лео не сделал почти ничего плохого или ужасного, чтобы находиться среди психически больных, но и здоровым его больше нельзя было назвать. Стив не помнил, когда именно друг начал терять связь с реальностью, но он знал, что стало причиной. Лилит. Он знал эту девушку лично: приятная, добрая и отзывчивая. Её смерть стала ударом для всей их компании, но больше всего это отразилось на Лео, ведь Ли была его первой любовью — первой и последней. Её смерть была несчастным случаем, хотя Лео твердил обратное. У Ли были проблемы с сердцем, которые она недооценивала. Девушка скончалась сразу же, упав лицом в костёр; хоть её и вытащили довольно быстро, ожоги уже не имели значения — она была мертва. Стив знал эту историю со слов Сары и долго не верил ей, предпочитая словам друга. Но со временем этот пересказ оброс фантасмагорическим бредом. Первые "красные флаги" появились и раньше, но Стив сознательно их игнорировал. Лео начал уходить в мир фантазий, рассказывая удивительные истории. Сначала это казалось забавным, ведь было очевидно, что так он хотел справиться с потерей. Оглядываясь назад, Стив понимал, что Лео просто пытался убежать от неё. Сара, сумевшая принять случившееся, пыталась вразумить парня, но тот лишь отдалялся. Последний огонёк их дружбы угасал, но Сара цеплялась за него, надеясь вытащить друга из мира воображения. Всё закончилось тем, что Лео чуть ли не напал на бедную девушку, обвинив её во всех грехах. После этого Сара всё поняла, исчезнув так же неожиданно, как и появилась. Безумие продолжалось долго, пока Лео не поместили в лечебницу — человек, живущий в мире фантазий и подчиняющийся его законам, опасен для окружающих. Тяжело, но такова суровая реальность. Стив давно принял, что прежний Лео по сути умер; от него осталась лишь оболочка, существующая в мире фантазий. Стив строил свою жизнь, стараясь отпустить слепую надежду, что друг однажды вернётся. Но она его не покидала — угасала, но продолжала звать к нему. Так будет до тех пор, пока вся надежда не уйдёт окончательно.