Нежности

Вечер сменялся днём. Улицы Москвы начали загораться яркими огнями. Осенний ветерок приятно дул в лицо прохожим. Казалось бы, что всё хорошо и замечательно, но явно не у Крименова, который в очередной раз сидел в обнимку с унитазом. Ему почти и нечего было выблёвывать, ведь тот суп, которым насильно скормил ему его возлюбленный, утром уже давно вышел наружу. Но все же Матвей старательно запихивал два пальца в рот, и что-то да и выходило. Сильно он не торопился, ведь до прихода Володи оставалось ещё полтора часа. Но вот к невезению Крименова, Вову отпустили со смены пораньше. Но только гетерохром об этом даже не догадывался. Владимир на радостях залетает в квартиру с коробкой их с Матвеем любимых Моти. Но застал своего партнёра за одним из худшим занятием. Третьяков любил в Матвее всё. Всё, кроме его анорексии. Точнее, он был готов с этим смириться, если бы не корил себя за то, что не может помочь своей любимой Черничине. Ему поле наблюдать за тем, как любовь его жизни мучается и страдает. Владимир просто не понимал, как Матвей может не любить тебя или буквально влить, как он в глазах Вовы. Володя не стол долго стоять и против. всё, что было в его руках и рванул в туалет. К его счастью, Матвей не закрыл дверь на замок. Голубоглазый ворвался в ванную комнату и аккуратно взял Крименова за плечи. Синеволосые подскочил от неожиданности. Он испуганно поднял глаза и, посмотрев прямо в душу Владимиру, Матвей расплакался ещё больше. Ему было стыдно, что самый близкий человек видит его таким слабым, зарёванным и отвратительным. Он крепко прижался к Вове, и тот в свою очередь обнял Черничную ещё больше. Просидели эти двое так минут шесть, пока Матвей полностью не успокоился. Третьяков с лёгкостью поднялся зарёванного гетерохрома на руки и донёс до кровати и аккуратно положи в Крименова, он лёг рядом, положив голову Матвею на грудь. Лежать они могли долго. Но брюнет решил начать диалог: –Моть, поговорим об этом? - голубоглазый поднял свой взгляд на партнёра. Он знал, что в ответ он получит "нет", но постараться стоило. –Не думаю, - Матвей произнес это очень у уставшим тоном. Он не хотел, чтобы Володя заморачивался с этой темой. Не хотела, чтобы он вообще заморачивался с загонами синеволосого. –Как скажешь. Я тебя пытать не собираюсь. Но когда ты будешь готов рассказать, Я всегда буду рядом. Ты знаешь, что я люблю тебя. –Я тебе тоже очень люблю. прошу, прости меня. –Прям мамой поклянёшься? –Иди на хуй, - Матвей после такого ответа сполз чуть ниже и поцеловал Володю в висок. ну так они заснули ведь главное, что им было хорошо друг с другом. Может это и вправду была настоящая любовь.