Никтофобия

,,Славный мальчик, как ты весел, Как светла твоя улыбка, Как милы твои игрушки В нежных трепетных руках, Это будет только шутка, Это будет только пытка, Он придёт, как наважденье, Дядя ужас, дядя страх. И он предстанет пред тобой Холодным белым мимом, Он шепнет тебе на ушко Что-то грустное в стихах, Он дыхнет тебе в лицо Зловонным черным дымом, Он возьмет тебя за горло, И ты в его руках. Он придет из-под кроватки, Потрясая погремушкой, Он расскажет тебе сказку Про зловещих мертвецов, Он щекочет твои пятки, Он сыграет с тобой в прятки, Он положит под подушку Сборник самых страшных снов. А ты залезь под одеяло, Ты заройся под подушку И возьми с собой в кроватку Деревянный пистолет, А когда он встанет рядом, А когда он будет близко, Позови скорее маму, Мама включит яркий свет. И он предстанет пред тобой Холодным белым мимом, Он шепнет тебе на ушко Что-то грустное в стихах, Он дыхнет тебе в лицо Зловонным черным дымом, Он возьмет тебя за горло, И ты в его руках." (Дмитрий Гладченко) (Боязнь темноты называется никтофобией или ахлуофобией.) Девочке пять лет. Она боится темноты. Боится - это мягко сказано. Ей кажется, что ничего страшнее темноты не может быть. Каждую ночь у ее кроватки зажигается ночник, а вечер всегда начинается одинаково: - Мамочка! Пожалуйста, подойди, мне страшно! - кричит ребенок. Мать занята на кухне. Крик дочери раздражает ее. Она вытирает руки полотенцем и с недовольством идет в ее комнату. - Опять? Как мне все это надоело! Твой брат почему-то нормально спал, ничего не боялся, чего ты мне нервы треплешь? У всех дети, как дети, а у меня сплошное наказание. - Пожалуйста, посиди со мной, - умоляет девочка, - извини, что я тебе мешаю, просто я боюсь. - Чего ты боишься? Ведь тут ничего нет, кроме твоих игрушек. - Они тянут ко мне руки, - отвечает девочка. - Кто? Игрушки? - мать уже начинает злиться. - Нет, эти тени... в темноте. Их не видно при свете... - плачет ребенок. - Ты все выдумала сама. Заняться тебе нечем, вот и дергаешь мать по любому поводу. А мне еще суп надо сварить и завтра на работу с утра вставать. - Не уходи! - кричит дочь. Ей стыдно за себя, за свои страхи. В итоге мать открывает книгу и начинает читать вслух, поминутно прерываясь, потому что на кухне кипит суп. Так проходит десять минут. - Ну все, успокоилась? - Нет, не уходи, пожалуйста! Мать идет в другую комнату. Девочка слышит ее голос: - Слушай, я уже убить ее готова. Может, все-таки попробуешь что-то сделать сам? Отец с неохотой поднимается и идет в комнату дочери. В руке он несет зажженную свечу. Он садится над девочкой и начинает петь древние индийские мантры, при этом совершая над ней непонятные пассы руками. От этих странных, непонятных слов и движений ей становится ее страшнее, но прервать отца она не может, он верит в свои мантры, как фанатик. В итоге, когда он заканчивает, ее буквально колотит от страха. - Ну что, лучше? - спрашивает он ее. - Да... - шепчет она, едва не заикаясь, она страшно боится его разозлить. - Вот то-то же, - отец встает с довольным видом, - теперь всегда буду над тобой медитировать, - сказав это, он уходит. - В нее кто-то вселился, - слышит девочка голос отца в зале, - злой дух. Его надо изгнать. - Делай, что хочешь, мне завтра на работу идти, - отвечает мать. Единственным спасением в жизни девочки была ее бабушка. Она с радостью уделяла ей время, не жалуясь, что завтра рано вставать, была православной, в отличие от до сих пор не определившейся матери и отца - индуиста. Она читала над внучкой молитвы, они гнали страх прочь и она спокойно засыпала. Вот бы быть все время вместе, я и бабушка, мечтала девочка. Но это было невозможно. Бабушка жила отдельно и приходила только иногда. Но даже эти редкие визиты всегда заканчивались скандалами матери и отца. - Какого лешего она лезет в нашу жизнь? - возмущался отец, - почему она учит нас, как надо воспитывать дочь? - Она просто сказала, что Света бледная и все. Это правда, Света плохо спит из-за страхов. - Я все время над ней медитирую, уже все давно прошло. Ребенок страшно избалован и просто требует внимания. Чтобы все вокруг нее крутилось. - Извини, но твоя медитация не помогает. Света мне даже призналась, что от нее ей еще страшнее. - Что?! - отец был в ярости, - это не она говорит, это в ней говорят злые духи! Они боятся моих мантр и поэтому настраивают ее против меня. В итоге мать забирает Свету из садика и, одевая ее, говорит: - Сегодня пойдешь к бабушке. Папа в плохом настроении. Лучше тебе сегодня не показываться ему на глаза. - А можно я поживу у бабушки? - с надеждой спрашивает Света. - Это невозможно, ты еще слишком маленькая. А бабушка уже пожилая и слабая. Ей будет тяжело, - вздыхает мать. - Почему наш ребенок торчит у твоей матери? - опять возмущается отец, - она целыми днями настраивает Светлану против меня, убеждает ее, что у нее плохой отец! Вы обе сговорились против меня! Чего она лезет в нашу семью? - Света сама захотела к бабушке, что тут дурного? - Я знаю, что вы обе против меня, - в глазах отца горит настоящий гнев, - считаете меня сектантом и фанатиком, а ведь я спасаю ваши жизни! Если бы я не медитировал, нас бы давно или обокрали или бы убили! Мои мантры защищают наш дом! Посмотри, что происходит вокруг? Неделю назад обокрали наших соседей! Сашу с первого этажа недавно нашли в лесу, он задолжал бандитам! Я изо всех сил стараюсь защитить наш дом, а ты и твоя мать этого не цените. - Если твои мантры такие могущественные, почему они не помогут тебе найти работу? - спрашивает мать, - почему работаю я одна? - Потому что ты, тварь, спишь со своим начальником, вот почему! - раздается грохот разбитой тарелки. А Света с бабушкой тем временем на кухне пьют чай. Бабушка живет очень бедно и по ее стенам бегают тараканы. Но все равно у нее очень уютно и хорошо. - Я так не хочу домой, - вздыхает Света. - Почему? - спрашивает бабушка. - Я боюсь отца. Он иногда становится, как безумный. - Не говори так, Светочка, это не хорошо. Твой папа не пьет, не курит, как другие, ты должна радоваться. - Мне кажется... - тихо говорит Света, - что с его мантрами в наш дом входит зло... - Ну что ты!.. - бабушка обнимает и целует внучку, - а теперь давай молиться. Она достает из буфета большую древнюю, еще дореволюционную икону. На ней изображена Богородица с Младенцем. - Ба-а.. - тихо спрашивает Света, - а можно попросить Божию Матерь, чтобы мой отец ушел от нас? - Да ты что! Как ты можешь! Это же великий грех! Даже и не думай об этом. После молитвы Света ложится спать. Бабушка тихо осеняет ее крестом. И девочка спокойно и крепко спит до самого утра.