Ecstasy

— И как ты себя чувствуешь? — Эээ… свободно. Дорога домой казалась дольше, чем обычно, но оно того стоило. Йен и Микки распугивали прохожих окровавленными лицами и довольными улыбками и радовали себя тем, что эти люди не знали, что вообще только что случилось. Они видели психов, а на самом деле перед ними прямо сейчас прошли самые счастливые люди на свете. Микки всё время проводил языком по сколотому зубу, а Йен старался особо не смеяться от травмированных рёбер. Не перелом, конечно, но всё равно неприятно. Так хотелось вернуться домой, остаться наедине, когда дома не будет совсем никого, и быть на этот раз громче, чем обычно. Теперь Йен перестанет дразниться или жаловаться лишний раз. Когда они переступили порог дома, то отстраниться друг от друга уже никак не могли. Куртки были повешены на крючки второпях, одна из них даже упала, но этого всё равно не было слышно. Хлопнула дверь. — Че, прям так, в крови? — Микки быстро расстёгивал свою рубашку, иногда даже промахиваясь пальцами. На лице блистала довольная улыбка, а румянец на щеках было видно даже сквозь кровавое месиво. Что-то в такой неряшливости было особенным. — А почему нет? — Йен крепко взял Микки за голову и притянул к себе, утягивая в поцелуй и наслаждаясь чужими едва слышными стонами. Казалось, что ещё немного, и по подбородку начнёт стекать слюна. Йен отстранился, разрываясь с чужими губами с громким чмоком, и радостно улыбнулся. — Как ты там сказал? «Хорошо и жёстко»? — Я не прав, что ли? — Микки прикусил губу и выправил рубашку из-под джинсов, теперь позволяя ей упасть на пол. — Или для тебя этого слишком мало? — Нет, я хочу, чтобы было не просто хорошо, а отлично, — Йен довольно улыбнулся и прошёлся руками по чужому телу через майку, случайно задевая грудь. Самое чувствительное место у Микки. — Ты же знаешь, что я хочу хорошенько это с тобой отметить, да? Когда Микки почувствовал касание, то даже немного зажался. Йен ведь знал, что делает, и делал он это специально. А чему противиться? Следом за рубашкой полетела и майка, обнажая то место, к которому Йен недавно пристрастился. — И чего тебя сюда так тянет, а?.. — Я люблю всё, что твоё, — Йен и сам стал быстро раздеваться, кидая одежду в общую кучу, и повалил Микки на кровать, чтобы до конца раздеть и его. — Грудь… — он поудобнее устроился между чужих ног и оставил несколько поцелуев на груди, специально прикусывая кожу вокруг сосков. — Живот, — Йен вслепую начал расстёгивать чужой ремень, пока спускался губами от груди и до низа живота с поцелуями, наслаждаясь мягкой кожей. — Ты такой красивый, детка. — «Детка»? — фыркнул Микки, уже снова заведённый от такого восхваления, и приподнялся на одном локте, свободной рукой поглаживая Йена по голове и зарываясь в чужие волосы пальцами. — Блять, сними их с меня уже, мне больно… — Больно? Выдаёшь себя, — Йен вздохнул и потянул чужие джинсы на себя, стягивая их как можно ниже вместе с боксерами. — Расслабься, всё в порядке, — он прильнул обратно и обхватил чужой член, медленно водя по нему рукой. — Я уже говорил, что у тебя очень красивые ноги, но знаешь, что сделает их ещё красивее? — Мм… — Микки расставил ноги пошире и вздрогнул, когда Йен наконец-то коснулся его там, где ему хотелось больше всего. — Ну и что? — Я думаю, они будут хорошо смотреться на моих плечах, Мик. Йен не стал ждать чужого ответа. Он выпрямился и закинул обе ноги себе на плечи, а потом — нагнулся снова, смотря Микки прямо в глаза и поглаживая его лодыжку. — Смотри, какой ты гибкий, — Йен радостно прильнул к чужой шее и оставил несколько поцелуев, а потом снова вернулся к груди. Что-то в этом… было. Он сжимал её время от времени, и сначала Микки это явно доставало, но Йен продолжал. Знал ведь, что понравится. — Бля, мне даже стремно представить, на чём ты дальше зациклишься, — Микки шумно вздохнул и прикрыл глаза, стараясь не сопротивляться касаниям. Он уже давно понял, что во время близости становился в разы чувствительнее, и старался избегать того, чтобы Йен трогал его слишком много. Хотелось ведь продержаться подольше… — Йен… — М? — Йен оставил ещё один поцелуй на груди и отстранился, проводя пару раз рукой по своему дрогнувшему члену. — Тебя так легко превратить в беспорядок, Микки. Только мне этого мало, — он полностью выпрямился и провёл головкой по сжимающейся дырочке, прикусывая губу. — Ненавижу тебя, — Микки специально стал подставляться в ответ, уже желая получить то, о чём его тело так просит, и потянулся к Йену, чтобы крепко обнять за шею и почти повиснуть на нём. — Слишком долго тянешь… Йен, прошу, пожалуйста. — И я могу делать с тобой всё, что захочу? — Йен послушно наклонился, чтобы Микки было удобнее за него держаться, и прошёлся своей рукой по чужой, останавливаясь у запястья и поглаживая большим пальцем. — А я много чего хочу в последнее время. Всё ещё помню про твои игрушки. Ты правда их использовал? Мне даже интересно, когда. Расскажешь? — Йен не мог перестать говорить и пусть и оставался на одной и той же теме, но перепрыгивал с одного на другое по щелчку пальца, даже не давая Микки шанса ответить на предыдущие вопросы, как уже засыпал его новыми. — Ты реально это хочешь знать? — Микки недовольно взвыл, когда чужой член снова дразняще прошёлся по мышцам. — Там всё… — он тут же прервался, когда снова почувствовал чужие пальцы на своих сосках. Пора было это признать: из него правда легко сделать беспорядок. — Там все пиздец как странно. — Да? Я люблю, когда странно, — Йен, вполне удовлетворенней ответом и наконец готовый слушать, медленно начал входить. — О чём ты думал тогда? Или… о ком? Микки наконец-то смог выдохнуть и удовлетворённо улыбнулся, тут же маня Йена к себе, чтобы поцеловать. Вот по этому он соскучился больше всего. Без поцелуя даже говорить не собирался. Наверное, они оба были не в себе, раз уже даже перестали замечать кровь на лицах. Даже довольно грубое сжатие груди, тягу Йена к которой он так и не смог понять, уже не так сильно смущало. — Блять, я… — Микки отстранился и простонал от того, как глубоко Йен старался войти. Казалось, что даже глубже, чем обычно. — Я в дыру ту приходил, и… — он даже говорил с трудом: всё смешивалось, пусть и в приятном смысле. Он смотрел Йену прямо в глаза, на его такую наглую улыбку и горящие глаза, с радостью принимал его движения и специально подставлялся, чтобы получить больше. — Блять, я так хотел тебя увидеть тогда, просто чтобы запомнить, а потом подрочить на это дома, и ещё и эта херня нашлась, и- — Поэтому ты так легко принимал меня тогда? Потому что тренировался? — Йен обвёл большим пальцем грудь и прикусил губу. — Боже, Мик… если бы я знал, то влюбился ещё сильнее, — он тяжело вздохнул и замедлился, давая Микки прочувствовать каждое движение. — Я люблю тебя, очень. Микки тут же вернулся в чувства и растерянно побегал глазами. Они с Йеном такое толком друг другу не говорили, а показывали действиями, жестами, касаниями, да чем угодно, но говорить напрямую для Микки было трудно. Знал, что должен был, но сегодняшним днём ведь и так доказал, что был готов на все ради Йена и их отношений. Весь сегодняшний день и был его «я люблю тебя». Микки что-то пробубнил про себя и потянул к Йену руки, притягивая его к себе за шею и крепко целуя. Он в момент проник языком между чужих губ и простонал в них, когда Йен, кажется, наконец-то задел чувствительное место. Чем дольше Микки удерживал его в таком положении, тем приятнее ему становилось, и даже ноги уже начинали подрагивать. Надо прекращать. Поцелуй громко разорвался. — Ещё рано, ты ведь знаешь? Нельзя, — Йен опустил чужие ноги со своих плеч и медленно вышел. — Хочу посмотреть, как ты будешь меня седлать. — Щас, погоди… — Микки вздохнул и дал себе немного времени, через несколько мгновений поднимаясь и валя Йена на постель. Седлать Микки умел, даже слишком хорошо. Он послушно прогнулся в спине, когда почувствовал чужую руку у себя на талии, и с тихим рыком насадился. Микки крепко надавил на руку, которая была у него на талии, и поднял её выше по своему торсу, позволяя Йену, который и так уже лежал с наглой улыбкой, дотронуться до любимого места. Йен крепко сжимал обе руки: одной стискивал чужую кожу, а другой — держал Микки за руку. Он смотрел Микки прямо в глаза и даже не собирался отводить взгляда от него и от его тела. Слишком красиво и мягко. Было приятно смотреть, как он поднимался и опускался, тяжело дышал, слушать его подвывания и стоны и наблюдать за тем, как по его члену уже стекал предэякулят. Йен завёл обе руки назад и крепко сжал Микки за ягодицы, начиная сильнее насаживать на себя и выглядывать, чтобы хоть немного увидеть, как всё происходит. — Если бы ты только знал, как это горячо… блять, я так люблю тебя. — Я т- блять, — Микки остановился и зажмурился на пару секунд, поднимая взгляд и выдыхая. Он старался держаться до тех пор, пока Йен бы не позволил ему закончить. Тогда ведь Микки будет хорошим. Послушным. Иногда можно. В следующий раз он обязательно отыграется. — Дыши, Мик, — Йен стал проводить руками по чужому телу и восстанавливать и собственное дыхание. Он и сам был близко, но сдерживался так сильно, как только мог. — Хочешь лечь? Передохнешь. — Да… да, — Микки крепко взял Йена за руку и помог себе подняться, тут же заваливаясь рядом и тяжело дыша. Когда он оказался в чужих объятиях, то прильнул к Йену получше и постарался отдышаться. — Блять, тебе из меня надо всю херню вытрахать. Проблема за проблемой. — В смысле? — Йен приподнялся на одном локте и подпёр голову одной рукой, а другой стал проводить по животу Микки и гладить большим пальцем. — Я думал, что теперь всё закончилось. — Ага, только у меня всё ещё есть непонятная жена и непонятный ребёнок, и я понятия не имею, че с этим делать, — Микки посмотрел на чужую руку и улыбнулся уголком губ. — Будешь жить здесь, а? Хоть чёт стабильное, вся херня. — Я не против, — Йен улыбнулся уголком губ и нагнулся поближе к Микки, целуя его в лоб и прижимаясь к нему. — Могу помогать, чтобы тебе было легче. Мне нравятся малыши. — Да хоть себе его забирай, ему нормальный отец нужен, — Микки нахмурился и потянулся к тумбе с пачкой сигарет и зажигалкой. После привычного звука от зажигалки послышался громкий вдох, а потом — выдох. — Ну… не думаю, что стриптизер-дезертир тоже будет хорошим отцом, — Йен фыркнул и улыбнулся уголком губ, слыша хлопок двери из гостиной. — Придётся быть потише. — Бля, ладно… — Микки передал Йену сигарету и постарался не закрывать глаза. — Умыться надо хотя бы, мужик, я потом не встану. Щас тоже не встану. — Может, полотенце тебе принести, м? Хочу позаботиться о тебе, — Йен принял сигарету и стряхнул пепел с сигареты в небольшую пепельницу на изголовье кровати. — Я бы тоже хотел на тебя чистого посмотреть. — Ага, и я на тебя тоже, хотя это секси, — Микки специально приподнялся и с трудом сел на постель, чтобы точно не уснуть. — Не напорись на Светлану только, а то пиздец тебе, точно бошку молотком разобьёт. *** Когда Йен отходил, пусть и всего на пару минут, Микки успел уснуть. Проснулся с первыми же скрипом двери и сразу сделал вид, что и не спал вовсе. Наконец-то лицо и шею больше ничего не тяготило, а смотреть в зеркало напротив кровати снова стало приятно. Йен, в отличие от Микки, был бодрее некуда. Он не постеснялся сразу же, как они закончили помогать друг другу, прижать Микки к постели за запястья и крепко сжать одно из них, а другой рукой погладить по щеке. Когда Йен почувствовал крепкую хватку в волосах, то тут же прильнул ближе с довольной улыбкой и остановился прямо у чужих губ. — Ты такой милый, когда сонный, — он тихо фыркнул и нежно прикусил чужую губу с глубоким вздохом. Укус продлился не очень долго: Йен просто не мог удерживать себя от сладких поцелуев и обхватил своими губами нижнюю губу Микки, крепче сжимая его запястье и поудобнее устраиваясь между чужих ног. Он протянул свободную руку вниз, прямо между них, и стиснул ей оба члена, начиная водить по ним пальцами и крепко сжимать, чтобы каждый мог лучше прочувствовать друг друга. — Это чёт новое, — пробормотал Микки и тихо выдохнул, раздвигая ноги пошире и наслаждаясь настолько близким касанием. Он такого даже и в порно толком не видел, но теперь хотел бы повторять снова и снова. — Блять, я помню, как в первый раз твой увидел… пиздец. — Что, испугался? — Йен ускорил движение руки и прикусил губу, отстраняясь в самый чувствительный момент. — И вот где ты сейчас, м? — он снова, как и почти час назад, поднял чужие ноги и положил себе на плечи, чтобы войти внутрь. — Так хорошо принимаешь меня… я люблю тебя, Мик. — Я тебя тоже, — Микки шумно выдохнул и обнял Йена за шею одной рукой, притягивая к себе поближе и снова утягивая в поцелуй. Казалось, что ощущения уже будут не такими сильными, придётся делать всё заново, и Микки совсем не был против, но, как только Йен попал по простате, Микки тут же взвыл в поцелуй и отстранился, стараясь отвернуться. Что-то было… не так. — Эй? — Йен замедлился, но всё равно продолжал двигаться, теперь стараясь быть очень осторожным. Он легко мог сделать больно и навредить или… — Боже, Мик, я- — Бля, нет, продолжай. Быстрее, — Микки всхлипнул и шмыгнул носом, свободной рукой вытирая слёзы с и без того красных щёк. Он ещё никогда не плакал от такого. От удовольствия. Даже не знал, что это возможно, а не было обычной порно-фантазией. — Просто пиздец как хорошо. Для Йена лучше комплимента и не придумать. Он быстро поцеловал Микки в щёку и стал двигаться только быстрее и увереннее, наблюдая за тем, как вздымалась чужая грудь. Ему чересчур нравилось. *** — Не могу перестать тебя трогать вот здесь, — Йен тихо вздохнул и ткнулся в чужое плечо, чтобы вдохнуть приятный запах. Он продолжал сжимать чужую грудь и медленно толкаться, пока они с Микки уже лежали на боку и собирались спать. — Я ж не девка, почему тогда?.. — Микки прижал к себе чужую руку и особо таким касаниям не противился. Ему тоже нравилось, он был крайне чувствительным здесь, но понять всё равно не мог. — Я же сказал. Мне просто нравится, потому что это твоё, а мне нравится все то, что связано с тобой, понимаешь? — Йен оставил маленький поцелуй на плече и прикрыл глаза. Он чувствовал, как силы понемногу уходили, но списывал всё на усталость. Завтра новый день. Они обязательно продолжат праздновать.