Что такое братство?

      Наша Солнечная система. Местечко, пожалуй, очень любопытное, но такое спокойное… Все в округе радуются, веселятся, бурно общаются и заводят новые знакомства. В общем, это место было практически идеальным! Не было практически никаких конфликтов, ссор, неприязни — в общем, обстановка была очень мирной. Единственным условием был лишь запрет на схождение с орбит, с чем никто не спорил. Разве это не лучшее место во всём Млечном Пути?       Но вот в чём проблема… Было в этом ярком и светлом месте нечто тёмное… Крапинка тьмы смогла поселиться в этом месте, тщательно скрывая своё присутствие. Или не совсем тщательно… Учитывая, насколько это пятно черни огромно и насколько яро оно не скрывает свою сущность…       — Чего смотришь, Ганимед? — грубовато выбросил газовый гигант, за которым оливковый так тщательно наблюдал, — Я немного занят. — добавил он, краем глаза поглядывая на собственного спутника.       Вот, о чём и думал галилеевый. Юпитер снова раздражается, когда спутники хотят провести время с ним. Эти чёртовы очки, забавным образом смотрящиеся на хмуром лице гиганта, хотелось просто взять и сломать! А гигантская коллекция книг, которую бледный чёрт пойми как хранит посреди космического вакуума… Ради этих бумажных изделий он променял всех, кому он был дорог! В том числе, и Ганимеда, своего крупнейшего спутника.       — Неважно, здоровяк. — сухо буркнул салатовоглазый, отвернувшись от родительского тела, который лишь задумчиво покачал головой и продолжил чтение очередной книги.       После этого Ганимед начал удаляться от Юпитера, явно погрузившись в свои негативные мысли.       «Он так несчастен…» — мысленно подметил кто-то, наблюдавший за этой сценой, — «Как мне ему помочь?» — охнул тот вдобавок, сделав взгляд более жалобным.       Ио уже давно подмечал, что Ганимед не может расслабиться, ибо оливковый был слишком сконцентрирован на Юпитере. Ядро каждый раз сжималось, когда вулканический видел неудовлетворённое лицо приятеля. Может быть, ему стоило поговорить с ним насчёт этого?       — Ганимед! — выкрикнул жёлтый шар, подбежав к названному поближе. Галилеевый кинул на друга вопросительный взгляд. — Ио? Что ты здесь делаешь? — с грубостью в голосе удивился Ганимед, — Я хотел бы побыть один. — Прости, Гани, но я бы хотел… — вулканический начал собираться с мыслями, — Поговорить с тобой! — после этого, желтоглазый заметил смущение во взгляде друга. — Ты ведь о ситуации с Юпитером? — поинтересовался тот, видимо сразу поняв, в чём дело, — Забей, приятель! Всё окей! — лживо попытался успокоить галилеевый, прикрыв глаза.       Ио прищурил глаза, с ноткой боли смотря в лицо лучшего друга, понимая, что тот ему нагло лжёт. Ганимед на миг округлил глаза, увидев такую реакцию. — Я-я, пожалуй, пойду. — с небольшой запинкой произнёс оливковый, отвернувшись от приятеля.       Когда Ганимед немного отошёл, он почувствовал, как его руку схватили. — Я тебя так просто не отпущу, пока ты не расскажешь, в чём дело. — с удивительной твёрдостью проговорил жёлтый объект, удивив тем самым Ганимеда. — Ладно-ладно, прости за такую грубость! — со вздохом извинился шар, вырвав свою руку из чужой хватки. После этого, лицо вулканического вновь разукрасила добрая чистая улыбка, что заставило ядро Ганимеда слегка смягчиться.       По-правде говоря, Ганимед всегда замечал, что добрая натура Ио всегда его успокаивала. Ему было на редкость легко и непринуждённо именно в компании этого весельчака. Именно за простодушие оливковый его и ценил, хоть никогда открыто об этом не говорил.       — Ты прав, Ио, меня беспокоит Юпитер. — начал галилеевый, выделив имя планеты, — Разве никто не замечает, как он стал отдаляться от нас, своих спутников, проводя больше времени за чтением этих чёртовых книг? — огрызнулся под конец тот, испытав клокот в ядре.       Ио внимательно слушал всё это, твёрдо устремив взгляд на салатовых глазах друга, которые пытались уйти от его пристального взора, но каждый раз возвращались. Желтоглазый испытал долю грусти, что хорошо отражали его очи. Ведь Ганимед был одновременно и прав, и не прав.       — Я понимаю причины твоего беспокойства, Гани. — спокойно начал жёлтый, — Но взгляни на это с другой стороны! — галилеевый широко улыбнулся, громко произнося это, — У Юпитера появилось новое увлечение, что, на самом деле, отлично! — воскликнул вулканический, краем глаза смотря в сторону своей планеты, — Да и мы являемся крупнейшими спутниками системы, нам чужая забота не важна, ведь никто не посмеет обидеть нас. — уже тише напомнил Ио, — И вспомни о младших. Они маленькие и беззащитные, но даже они независимы от Юпитера! Им хватает заботы, которую даёт Европа.       Услышав это имя, Ганимед немного оживился. Вспомнив о своей розовой подружке, галилеевый почувствовал, как его щёки слегка загорелись, но он не придавал этому значения. Его гораздо сильнее волновали слова, которые произнёс жёлтый. С чем-то, оливковый мог согласиться, но сомнения всё ещё оставались. Да, от Юпитера галилеевы спутники не сильно зависимы, но это не значит, что Юпитер в праве постоянно грубить им, когда они хотели провести с ним время. Увлечения не должны перерастать в зависимость.       — Но Юпитер не должен так себя вести! — возразил галилеевый, — Он вечно грубит, когда мы ему чем-то мешаем. — после этого, Ганимед ненадолго замолчал, уставившись на лицо собеседника, — Иногда, мне действительно обидно из-за этого, понимаешь? — признался оливковый, холодно наблюдая за чужой реакцией.       Ио же вновь взглянул на Ганимеда с волнением во взгляде. Зрачки маленьких глазок сильно сузились, превратившись в еле заметные точки. Наблюдая за этим, его собеседник ощутил собственные волнения в ядре.       — Ты прав, мы независимы от него, но всё ещё его спутники. Для меня это значит очень многое… — безучастно произнёс оливковый объект, начав уходить от собеседника, который молча наблюдал за ним с грустью во взгляде.

***

      Прошло несколько часов. К тому моменту, Юпитер и его спутники начали уже готовиться ко сну. Все, кроме Ио, который всё ещё раздумывал над сегодняшним разговором с Ганимедом. Сегодняшняя откровенность галилеевого заставила его сильно задуматься… Что делать жёлтому спутнику? Как помочь Ганимеду перестать зацикливаться на Юпитере? И возможно ли это?       — Привет, Ио. Чего не спишь? — сонно произнёс кто-то, громко зевнув, попутно прикрывая рот рукой. — Ой, Европа! — вулканический напугался от неожиданного прихода розовой луны, — Ты меня напугала. — произнёс он, выдохнув. — Хах, не такая уж я и страшная! — усмехнулась Европа, — Но всё равно прости за это. — Нет нужды извиняться.       Галилеевая, вскоре, серьёзнее посмотрела в лицо друга, заметив в нём что-то. — Я всё ещё жду ответа на свой вопрос. Почему не ложишься спать? — глаза каштанового цвета слегка помрачнели, словно они требовали скорейшего ответа. — Да так… Я беспокоюсь за Ганимеда. — поделился Ио, полагая, что ему незачем скрывать это. — Надо же. И почему?       Ио несколько помедлил, не зная, стоит ли ему раскрывать все карты. Но затем, он продолжил: — Понимаешь, у него какие-то проблемы с Юпитером. Он, кажется, очень недоволен его поведением. — мягко объяснился вулканический, попутно замечая, как розовая начинала задумываться над чем-то. — Ясненько… — она вновь зевнула, — Я попробую поговорить с Ганимедом насчёт этого. Но и ты, Ио, не забивай себе голову этим. — спокойно проговорила луна.       — Как это «не забивай себе голову»? — удивился жёлтый, — Он же мой друг! Лучший друг! Я должен за него переживать! — голосил он, на что каштаноглазая выдала короткий смешок. — А мне кажется, ты к нему относишься немного иначе. — игриво проговорила галилеевая, сбив с толку Ио, — Я часто замечала, что ты очень беспокоишься за Ганимеда и всегда думаешь о нём. — Европа улыбнулась, подойдя к собеседнику поближе.       Что Европа имела ввиду? Ио сильно удивился словам луны. Настолько, что аж потерял дар речи. Он не спорил с фактом, что Ганимед был очень важен для него. Но кем для него приходился оливковый шар, если не другом?       — Какой ты невежа, друг мой. — с добрым хихиканьем подметила розовая, — Я имела ввиду, что вы могли быть отличными братьями. — добавила та, окончательно убив Ио, который сильно округлил жёлтый глаза. — Это землянские штучки. Но они довольно весёлые. — начала пояснять Европа, — В общем, братьями называют двух индивидов мужского пола, у которых одни родители. — галилеевая ненадолго остановилась, — Вы, конечно, не связаны родством, но у вас сильная эмоциональная привязанность друг к другу, что также присуще настоящим братьям. — закончив объяснять, Европа стала смотреть на реакцию вулканического объекта, который, кажется, был потрясён таким наплывом новой странной информации.       — О… Откуда ты это знаешь? — смущённо поинтересовался жёлтый шар, отойдя от первых впечатлений. — Больше читай книги — и не такое узнаешь. — хмыкнула в ответ галилеевая, — Но я пойду, а то спать охота. Спокойной ночи…       После этого Европа оставила Ио одного, громко зевнув по дороге. Тот же тем временем стал размышлять над словами подругу и новой информацией, о которой он узнал. Возможно ли такое, что вулканический воспринимал Ганимеда как брата? Ведь он сильно привязан к нему и чувствует, что роднее него никого нет у спутника Юпитера.       — Глупости всё это! — отмахнулся жёлтый шар, посчитав, что с оливковым у него не настолько крепкие отношения, — Он максимум мой друг и не более того.       В этот момент в голову Ио залезла одна идея. Может быть, ему удастся отвлечь салатовоглазого от мыслей о Юпитере, если сделает для него нечто особенное. «Европа была права, человеческие штучки очень весёлые.» — рассуждал тот, — «Я, кажется, слышал, что земляне делают друг другу подарки в знак чего-либо. Но… Как делают эти подарки? И как мне сделать подарок Ганимеду?»       Внезапно, взгляд Ио привлёкла какая-то тёмная полоса, которая закрывала собой часть солнечного света. «Может, мне стоит отправиться в пояс астероидов? Вдруг я что-нибудь придумаю там.» — совершенно неожиданно пронеслось в голове галилеевого.       Взвесив все за и против, он решил в одиночку исследовать пояс астероидов. Юпитер к тому моменту уже глубоко заснул, да и прочие спутники тоже. А Солнце не заметит, что Ио сошёл с орбиты, ведь как такой гигант заметит крошечного спутника среди кучи камней, легко скрывающего чьё-либо присутствие… В общем, ничего ему не помешает отлучиться на парочку часиков…

***

      — Бррр! Ну и жутковатое местечко… — оказавшись в нужном месте, Ио стал изучать тусклые неровные камушки, левитирующие вокруг него. Это место никак не назовёшь дружелюбным. Тут всё так… Темно и мертво… Здесь вообще хоть кто-то находится? Хотя, наверняка обитатель этого жуткого места не менее страшный, чем сам главный пояс.       — Теперь понятно, чему все так стараются избегать этого места… — шептался галилеевый, осматриваясь по сторонам. Но что ему тут делать? Что можно сделать в качестве подарка для своего лучшего друга в таком непримечательном месте?       — Может быть, мне следует уйти отсюда? Возможно, мой уход уже заметили и меня начали искать… — вслух рассуждал галилеевый. А какой смысл ему тут оставаться? Тут всё равно ничего не найдёшь интересного, а терять время впустую не стоило.       Внезапно, до вулканического донёсся какой-то стук. Он невольно вздрогнул от страха и неожиданности. — Кто здесь??! — высоким и робким голосом прикрикнул Ио, пытаясь взглядом найти источник звука.       Но, вместо какого-нибудь незнакомого спутника или планеты, взор его крохотных жёлтых глаз уловил лишь…       Несколько малюсеньких камушков. Однако, те привлекли его внимание не своими размерами. Их расцветка показалась ему довольно необычной, особенно на фоне скучных тёмных глыб.       Подойдя к этим объектам поближе, Ио смог разглядеть их получше. «О мой Млечный Путь! Это же… Идеальный подарок! Настоящее сокровище!» — жёлтые глаза резко засверкали, когда их обладатель изучал группу некрупных камушков. Он разглядывал их с любопытством, словно маленький ребёнок.       Рассмотрев их ещё пару минут, вулканический спутник решил взять эти астероиды с собой, чтобы потом… Он придумает, как вручить их Ганимеду. Сейчас же Ио стоило поторопиться с возвращением на свою орбиту.

***

      Прошло несколько дней. Ио так и не вернулся на орбиту Юпитера. Что самое удивительное, так это то, что все спокойно отнеслись в его исчезновению, будто такое происходит каждый день.       Все, за исключением Ганимеда. Поначалу он тоже ничего странного не замечал, но, вскоре, подметил, что его дни стали менее насыщенными и… Несколько пустоватыми. Только тогда оливковый понял, что давно не навещал своего жёлтого приятеля.       Не найдя того на его орбите, галилеевый сильно озадачился. Где может быть Ио? И у кого спрашивать об этом?       «Здоровяк как всегда… » — салатовые глаза медленно перевели свой взор в сторону гигантской планеты, которая была занята своим хобби, — «Не думаю, что Юпитер вообще заметил исчезновение Ио, хоть тот и ближе всех к немуимеется ввиду, что из галилеевых спутников Ио по орбите ближе всех к Юпитеру.»       Поняв, что с Юпитером ловить нечего, Ганимед решил расспросить своих друзей об Ио. Первым, кого приметил галилеевый, была его подруга, Европа.       — Европа, мы можем поговорить? — начал оливковый, подойдя к луне поближе. — Оу, Ганимед, привет! — слегка ошарашенным голосом поздоровалась розовая, попутно разбираясь с малыми спутниками, которые игрались рядом, — Т-ты чего-то хотел?       Ганимед покачал головой, внимательно наблюдая за небольшими неровными объектами.       — Ты, случаем, не видела Ио? — прямо спросил Ганимед, взглянув на галилеевую, — Я его не видел уже несколько дней.       Услышав это, Европа слегка округлила глаза. — Эммм… — спутник помедлил, будто пытаясь что-то вспомнить, — Нет, не видела. Прости… — с долей грусти произнесла она.       Ганимед заметил, как каштановые глаза собеседницы слегка потускнели, а затем положил на её поверхность свою руку. — Тебе не за что извиняться. — подбадривал тот, слегка прижимаясь к подруге. Для Европы такой акт нежности стал неожиданностью, отчего она слегка зажмурилась и убрала взгляд с друга, который с печалью хмыкнул.       — Я пойду. Мне нужно срочно найти его. Увидимся позже. — с этими словами, Ганимед быстро покинул Европу, которая стала провожать его томным взглядом.       — Он тебе нравится, не так ли? — с неожиданностью услышала галилеевая, после чего послышались еле сдерживаемые хихиканья. — Элара! — шикнула розовая луна, укоризненно взглянув на названную. — Что? Я же просто интересуюсь! — Не прилично о таком спрашивать. — фыркнула Европа, почувствовав, как щёки начали покрываться румянцем.       Тем временем, Ганимед думал, к кому ещё обратиться. Если даже Европа не знала о местонахождении Ио, то кто тогда может обладать такой информацией?       Пока оливковый находился в рассуждениях, он не замечал, что подходил всё ближе к орбите ещё одной луны. С каждой минутой, салатовоглазый становился всё ближе и ближе к…       — Смотри, куда прёшь! — проворчала Каллисто, вывев Ганимеда из его мыслей. Он резко остановился и широко распахнул глаза.       — Оу, Каллисто! Давно не разговаривали! — немного неровно произнёс спутник, успокаиваясь от такой неожиданности. — Угу. Давно. — отстранённо произнесла тёмная луна, будто ей было безразлично присутствие другого объекта. Причиной была странная книжка с чёрной обложкой и блестящими золотыми буквами, в которую галилеевая уставилась. Чем-то, это напоминало оливковому о Юпитере.       — Слушай, Каллисто, ты не видела Ио? — Ганимед решил прямо спросить об этом, понимая, что разговор не продлится долго. — Не видела. — с долей раздражения произнесла фиолетовая, — А что? — Ну… — оливковый слегка замешкался, — Я с ним не общался несколько дней. Он куда-то ушёл, ибо на его привычной орбите мне не удалось его найти. — объяснялся тот, — Я уже спрашивал об этом у остальных, но никто из них не знает, где он.       Галилеевая с неохотой взглянула на собеседника, прикрыв книгу. Ей самой стало немного интересно, куда же исчез жёлтый шар. — Если даже Европа не знает, где он, то я тем более. — сухо подметила Каллисто, — Ты же знаешь, что мы находимся далеко друг от друга. — Это верно. — сухо согласился Ганимед, убрав взгляд с подруги.       — Может быть, Ио находится где-то вне орбиты Юпитера. Если ты хочешь его найти, то, вероятно, тебе следует расширить зону поисков. — посоветовала Каллисто, — А теперь можешь идти, я как раз хочу уединиться.       После этого она, как ни в чём ни бывало, открыла свою книгу и продолжила читать, попутно отойдя от Ганимеда на достаточное расстояние. Ганимед же остался на месте, думая над тем, как поступить дальше. «Каллисто, вероятно, права.» — размышлял юпитерский, — «Может быть, он куда-то ушёл и…» — по поверхности прошлись мурашки от таких мыслей.       Что, если этот вулканический простофиля решил сбежать, ни сказав никому ни слова? Но ведь… Ио пусть и был любителем развлечений, но уж точно не авантюристом. На такое он просто так бы ни пошёл…       «Может быть, у него были причины этого?» — внезапно всплыло в мыслях крупнейшего спутника системы. Но что могло заставить Ио уйти без предупреждения?       И тут, Ганимед вспомнил, что тот накануне очень сильно переживал за него. Он вспомнил их разговор о Юпитере… А что, если слова оливкового тогда сильно задели ядро жёлтого? Настолько, что тот решил уйти.       «Ио, конечно, не такой, но я думаю, что мне следует его отыскать и извиниться.» — мысленно решил салатовоглазый, зная, что обидчивость — черта, явно не присущая желтоглазому.       «Но вот только где мне его искать?» — Ганимед оглянулся по сторонам. Справа от него находилась орбита Сатурна, куда Ио точно не стал бы идти. А слева был астероидный пояс. «Там легко спрятаться, ведь это же пояс астероидов!» — заметил оливковый. Кажется, это был наиболее верный вариант, куда Ио мог улизнуть.       После ещё некоторых рассуждений, спутник Юпитера решил, всё же, отправиться туда. Желание найти Ио перевешивала все его опасения по поводу реакции библиомана. Да и заметит ли он пропажу ещё одного своего крупного спутника? Не факт. Поэтому, без всяких сомнений, Ганимед направился в сторону Солнца.

***

      Добравшись до главного пояса, Ганимед хмуро кинул взгляд на кучку мелких камней. Ему начало казаться, что он ошибся, ведь кто в здравом уме сунется сюда. Но, прежде чем вдаваться в раздумья, лучше на всякий случай проверить.       Тихо вздохнув, оливковый скрылся среди левитирующих объектов. «Млечный путь, пусть я окажусь прав…» — первая мысль, прокравшаяся в голову галилеевого. Ему уже так не хотелось тут находиться! Нет, Ганимед не боялся, просто это место вызывало чувство тоски и апатии. А как иначе? Мёртвые глыбы никого не развеселят. Спутник посетил это место лишь ради одного потеряшки, которого он так хотел найти…

***

      — Так... Не, лучше так... — жёлтый спутник перевёл взгляд на рядом стоящий астероид, кашлянув, — Привет, Ганимед. Знаю, мы долго не разговаривали, но я хочу тебе показать кое-что...       После этого Ио показал руку, в которой держал несколько маленьких камушков. Раскрыв ладонь, он продемонстрировал то, что прятал.       — Это... Подарок тебе. — неуверенно произнёс галилеевый, — Я просто хотел показать, насколько ты мне важен. Надеюсь, ты примешь это...       Сжав губы, спутник Юпитера взглянул на камень, перед которым сейчас распинался. Его глаза засверкали, словно он ожидал хоть какой-то реакции.       Ничего.       Простояв так ещё пару минут, Ио сжал руку в кулак, промямлив что-то невнятное. Нет. Ганимед не оценит это. Нужно дальше репетировать...       И пока он продумывал, как лучше всего подарить тому свой подарок, вулканический шар совсем потерял счёт времени. Он должен был вернуться на орбиту Юпитера ещё несколько дней назад...       — Ну и в общем... — Ио собирался в очередной раз произнести репетируемую речь перед астероидом, как что-то внутри его дёрнуло. Желтоглазый оглянулся по сторонам.       «А сколько я уже тут?» — осознав это, галилеевый почувствовал мурашки по всему телу.       Внезапно страх овладел им как никогда ранее. Ядро бешено заколотилось, а сам спутник бегал взглядом по окрестности. Ему стоило побыстрее вернуться, если его пропажу ещё не обнаружили...       Вдруг Ио почувствовал боль в горле, отчего громко и резко закашлял. Через пару секунд он прикрылся рукой.       Когда приступ кашля прошёл, галилеевый оглянулся по сторонам. Глаза округлились, когда он увидел, как его сюрприз начал улетать прочь от него. Юпитерский тут же кинулся к небольшой кучке камушков, словно это было его главное сокровище.       Схватив рукой камни, вулканический шумно выдохнул и на миг прикрыл маленькие глаза. Но когда снова их открыл, то паника завладела им пуще прежнего.       — Ио? Какого Стрельца А ты тут делаешь? — удивился Ганимед, стоявший напротив названного. — Эммм... Я... — вулканический пытался подобрать слова, чувствуя, как страх начал овладевать им. — Почему ты сбежал от Юпитера? — в голосе Ганимеда хорошо прослушивалась нехарактерная ему взволнованность, отчего его собеседник лишь сильнее сжался. — Нет, я... — Это всё из-за меня? — в речи галилеевого чувствовалась нотка печали и сожаления.       Ио, явно не ожидавший такого, широко распахнул глаза. Ганимед, понявший, что немного переборщил со словами, замолк.       Они стояли так ещё несколько секунд, пока Ио не решился ответить: — Я не сбегал от Юпитера... — неуверенно начал жёлтый, — Я просто уходил по делам... И потерял счёт времени. — более увереннее продолжил он.       — По каким таким делам можно уходить так далеко от орбиты своей планеты? — с недоверием поинтересовался Ганимед, опустив брови.       Ио вновь почувствовал волну неуверенности внутри. Но может ли простое желание сделать своему лучшему другу приятно потратить столько нервов? Пора отбросить страхи.       — Это... Это тебе. Подарок от меня. — Ио убрал взгляд с Ганимеда, когда показал ему несколько камушков необычной расцветки, — Я всё это время думал, как тебе лучше всего их подарить. Чтобы ты понял, как много значишь для меня.       Ганимед почувствовал, как ядро расплылось от этого. Ему стало очень приятно от такого. Ведь что может быть лучше, чем подарок от лучшего друга? Или не просто друга...       — Я принимаю твой подарок, брат. — полушёпотом произнёс оливковый, взяв с чужой руки несколько астероидов. Вулканический в этот момент взглянул в глаза собеседника.       — Брат? — желтоглазый опешил, вновь услышав это слово. — Да! — кратко ответил Ганимед, — Разве ты никогда не думал, что мы могли быть не просто друзьями? — интересовался салатовоглазый с заинтригованным тоном в голосе.       Спутник Юпитера слегка расстроился, когда его собеседник отрицательно покачал головой. — Да ладно тебе, Ио! — отмахнулся более крупный объект, — Ты разве никогда не ощущал... Ну, особой связи между нами? — с ноткой надежды произнёс тот, — Я вот, к слову, всё это время чувствовал, что потерял нечто важное. И я единственный, кто заметил твою пропажу. — с искренностью говорил оливковый, — Я очень переживал за тебя, честно. Боялся, что с тобой случилось нечто плохое... Я бы не простил себя, будь это правдой.       Он невольно заметил, как жёлтые глаза собеседника начали слезиться. Похоже, откровенность Ганимеда слишком сильно растрогала вулканического.       — Я... — Ио громко шмыгнул носом, после чего прижался к Ганимеду, — Прости, что заставил тебя волноваться! — Шшш, незачем извиняться... — успокаивал тот, обняв брата. Ну, он ещё надеялся, что Ио согласиться называть его братом.       Когда жёлтый успокоился, он отстранился от Ганимеда. — Ты прав. Я всегда чувствовал особую привязанность к тебе. — начал юпитерианский, — Но я думал, что мы просто очень близкие друзья. Однако, если тебе будет проще, можешь называть меня братом, Гани.       Галилеевого немного не устроил такой ответ, но навязывать тому свою точку зрения не имело смысла. — В любом случае, спасибо за подарок. Это для меня тоже важно. — Ганимед решил не продолжать затрагивать тему отношений, сосредоточившись на иных вещах, — А теперь, нам следует вернуться, пока остальные не спохватились.       Оливковый уже развернулся и собирался идти, как вдруг услышал следующее: — Пообещай, что будешь чаще радоваться. — спутник тут же остановился. — Обещаю. — чутка помедлив, ответил Ганимед, понимая, что имел ввиду его собеседник.       После этого, два спутника направились обратно к орбите Юпитера. Им стоило поскорее вернуться с пояса астероидов.       Каждый из них был в своих мыслях. Но оба думали об одном и том же. Этот разговор не оставил никого из них равнодушным. Могут ли они окончательно понять, насколько крепки их отношения? Что они не просто лучшие друзья? Ведь они оба понимают, что имеют особую связь друг с другом. Оставалось лишь принять этот факт.       Лишь время покажет им, что такое братство...