Между прошлым и будущим

      Лёха поймал девушку в объятия и закружился с ней на месте.       — Звёздочка моя... — шептал он ей. — Только ночь прошла — а я уж успел соскучиться... Только о тебе и думал.       Наконец опустив Луизу на землю, Лёха припал к её губам.       — Я тоже скучала, — ответила Луиза, когда они снова оторвались друг от друга. — Ты замечательный!       Последний раз поцеловав Луизу в макушку, Лёха повёл её к машине.       — Сейчас на дорогах должно быть тихо, — посмеивался он. — Разойдёмся на полную, а? А потом будет и кино, и покупки, и что пожелаешь. Для тебя, моя звёздочка — всё, что угодно.       — Как скажешь, — согласилась Луиза. — С тобой я куда угодно готова!       Машина мчалась по дороге, мимо мелькали фонари. На поворотах Луиза ахала от восторга.       — А можно окно открыть? Чтобы ветер в лицо!       — Так ветер-то холодный... Не простудишься? — засомневался Лёха.       Пошарив под сиденьем, он протянул Луизе тёплый шарф.       — Надень. Не хочу, чтобы ты заболела.       — Какой ты заботливый! — Луиза старательно завернулись в шарф. — Я же ненадолго! Как замерзну, так сразу и закрою.       — Вот теперь давай, — улыбнулся Лёха. Ему-то простуда была не страшна, но за любимую девушку парень беспокоился неустанно. — Почувствуй себя всадницей ненадолго.       Луиза осторожно повернула ручку, открыв узкую щель. Ветер ворвался в салон, выбивая слезы из глаз.       — Как здорово! — засмеялась Луиза. — Вот это мы мчимся! А ты долго учился так здорово водить?       — Ну, года два... — улыбнулся Лёха. — Вообще, у нас тут редко быстро ездят — условия не те. Метели, гололёд... Но в этом году зима тёплая... относительно. Так что иногда можно разойтись. Тебе правда нравится?       — Года два? Это так сложно! — Луиза с уважением посмотрела на Леху. — Конечно, нравится, ещё как! А можно мне самой попробовать? Не на скорости, конечно, а совсем медленно.       — Не знаю даже... — со вполне искренним сомнением покачал головой Лёха. Отказывать любимой ему не хотелось, но и беспокойство не отпускало. А что, если?.. А вдруг?..       Но в конце концов Лёха убедил себя в том, что должен доверять Луизе. Девушка была ловкой, умной и внимательной — по сути, ничего большего для вождения не требовалось.       Решившись, парень проехал ещё немного. У въезда в другой район, где они сейчас были, находился пустырь, который периодически расчищали от снега, пытаясь начать что-то там строить, но дело каждый раз кончалось пшиком. Сейчас пустырь как раз был расчищен, им повезло.       — Ну, давай попробуем. Я думаю, ты справишься. Если что — я буду рядом.       Лёха вылез из машины, освобождая водительское место для Луизы.       Под руководством Лехи Луизе удалось тронуться с места и, восторженно ойкая, проехать напрямик весь пустырь. С поворотами выходило хуже. Луиза исчертила весь пустырь кругами и синусоидами и наконец въехала в здоровенный сугроб.       — Да, это мне надо очень долго учиться, — вздохнула она с сожалением, вылезая из-за руля.       — Да ладно, для первого раза — вполне неплохо, — приободрил Луизу Лёха, пересаживаясь на водительское сиденье и сдавая назад. — Повезло, что сугроб мягкий, не помялись... вроде. Ну что, ещё погоняем, или поедем куда?       — А ты сам как хочешь? — спросила Луиза, подумала и добавила: — Наверное, можно бы позавтракать. А потом в кино!       — Сейчас важнее твои желания, — улыбнулся Лёха, — ведь ты в гостях, и кто его знает, когда сможешь вернуться снова. Будь по-твоему, милая! Тем более, я и сам не против таких вариантов. Поехали!       — Да, я сюда нескоро снова попаду, — согласилась Луиза. — Это же одной дороги день сюда, день обратно! Кто же меня в другой раз на столько отпустит? Так что давай уж ты приходи! Хотя у тебя ведь тоже работа. Ладно, не будем сегодня грустить! Как говорится, хоть день, но наш, верно?       — На Рождество — обязательно приду, моя звёздочка, — улыбнулся Лёха. — Надеюсь, там у нас тоже будет время, чтобы побыть только вдвоём...       Вскоре они въехали в город и наконец остановились у торгового центра, где были и разнообразные закусочные, и кинотеатр, и магазины.       — Прошу, — выйдя из машины, Лёха обошёл её, открыл вторую переднюю дверь и подал Луизе руку.       — Это ведь не то же место, где мы в тот раз обедали? — спросила Луиза, с интересом оглядываясь. — Мне там понравилось, но и что-нибудь другое попробовать было бы неплохо. А на Рождество время будет обязательно! Мы с тетей Магдой все приготовим заранее, чтобы в праздник только разогреть. И с детьми хозяева сами возиться будут. Обычно в Рождество мы с тетей Магдой с утра по гостям ходим, к ее друзьям, а потом я просто гуляю с подружками, на коньках катаемся или просто так.       — Нет, это другое, — ответил Лёха. — И место другое, и трактиры тут другие. На этот раз давай угостимся тем, чего ты ещё не видела.       И он повёл Луизу в итальянскую пиццерию. Заказал две пиццы с максимальным разнообразием начинок, чтобы девушка могла выбрать себе куски по вкусу.       — А насчёт будущего... — вернулся парень к прерванному разговору. — Тех же подружек... ты готова оставить их? Это у Нелли и Ма Сон не было таких проблем, но ты — другое дело. Не отвечай сразу, если не уверена.       — А что подружки? — вздохнула Луиза. — Они все равно не навеки. На другой конец города замуж выйдет, и то уже видеться будем раз в год. А если уж в другой город, так и вовсе... Я вот матушку пару раз в год вижу, и отца, и братьев. По ним я скучаю, конечно... Но ведь мы будем их навещать, правда? Знаешь, я больше буду скучать по самому городу. По нашим улочкам, домам. Помнишь, как мы с тобой вдоль канала гуляли? Но что поделать! Ты же не Нелли, ты у нас работы не найдешь.       — Конечно, будем, — улыбнулся Лёха, мимолётно накрывая своей ладонью ладошку Луизы. — А насчёт работы у вас мы тоже можем что-то придумать. Нелли и Ма Сон ведь устроились. Хотя, честно скажу, я бы предпочёл, чтобы ты осталась со мной здесь, — он вздохнул.       — Нелли готовит, Ма Сон торгует, — возразила Луиза. — Оно у вас и у нас примерно одинаково. А шахты у вас наверняка совсем другие. Да и нет у нас в округе шахт. И не надо, мне у вас нравится! У вас много интересного, и в хозяйстве многое проще. Я обязательно привыкну!       — Ну да, горное дело ведь развивалось... — согласился Лёха. — Спасибо тебе, милая. Я постараюсь сделать всё, чтобы тебе здесь понравилось.       Тем временем принесли их заказ. Лёха разделил пиццы так, чтобы Луизе досталось побольше разнообразных начинок, и пара приступила к трапезе.       — Неплохо, — оценила Луиза. — И готовить легко, это же просто открытый пирог. Думаю, я смогу такое испечь. Надо будет рассказать тете Магде... Вот придешь ты к нам на Рождество, я и приготовлю. Вообще, мне надо научиться готовить то, что тебе нравится. А из чего этот сок? Ни на что не похож!       — Это персики, — улыбнулся Лёха. — У вас их, вроде, пока не знают... или знают, но они пока дорогие. У нас с этим проще. Я хочу, чтобы ты здесь попробовала всякое такое, что у вас там только богачи едят. Это такой хитрый план, чтобы тебе здесь больше понравилось, — он подмигнул Луизе.       — Но ведь наверняка и у вас есть что-то такое, что доступно только богатым, — засмеялась Луиза. Потом вдруг посерьезнела, нахмурилась:       — Но ты же не по правде... Ты же не думаешь, что я с тобой из-за всего этого?       — Ты чего?.. — удивился Лёха. — Конечно, нет! — он замялся. — Вообще, ты мне сразу понравилась. Не красотой даже, а... ну, просто характером. Ты одновременно и добрая, и весёлая, и от труда не бегаешь... А когда ты меня хвалила, — там, в саду, — мне так хорошо было, как никогда прежде. Благодаря тебе я сумел изменить свою жизнь. Надеюсь, что к лучшему.       — Разве тебя раньше никто не хвалил? — удивилась Луиза. — Ты же такой... Заботливый и внимательный. И на работе тебя ценят, раз аж на три дня отпустили.       — Дело в тебе, — пояснил Лёха. — Твоя похвала, вера в меня... Ты заставила меня поверить в то, что я могу что-то поменять в своей жизни. И самое главное — мне есть ради кого это делать.       — Как же хорошо, что мы с тобой встретились, — шепнула Луиза, — как нам с тобой повезло!       — Думаешь, тебе со мной тоже... повезло? — спросил Лёха, отчего-то тоже шёпотом, с ужасом думая, что вот теперь-то он влип окончательно и бесповоротно... Потому что не знал, как рассказать Луизе о своей самой главной и страшной тайне. Как с этим обстоят дела у Нелли и Ма Сон, тоже.        — Конечно! — горячо ответила Луиза, сжимая Лехину ладонь.       В лице Лехи она увидела какое-то напряжение, тревогу, что ли... Это было непонятно, ведь у них все хорошо. Может, он не хочет расставаться с холостой жизнью? Ну так она же его и не торопит...       — Ну, пойдем в кино? — спросила она с улыбкой, надеясь отвлечь любимого от тревожных мыслей.       — Пойдём, — Лёха улыбнулся. Жест Луизы придал ему душевных сил, заставляя верить, что всё будет хорошо. Он найдёт выход. Они все найдут. И он будет счастлив. Вместе с Луизой, которую тоже сделает счастливой.       — Ты на какой фильм хочешь? — поинтересовался парень. — Может, на романтическую комедию? Хотя, как по мне, романтики нам и в жизни хватает... — он подмигнул возлюбленной.       — Знаешь, честно говоря, я в тот раз мало что поняла, — призналась Луиза. — Мне интересно было смотреть, как эти картинки двигаются, а вот что там происходило... Я же ещё плохо знаю вашу жизнь! Может, есть что-нибудь такое, что я пойму? Какая-нибудь сказка, например...       — Можно и сказку, — улыбнулся Лёха. — Перед Новым Годом как раз новый «Муттабар» вышел, как всегда. Правда, это не фильм, а мультфильм... зато сказка. Пойдём!       — Пойдем, — согласилась Луиза. — Если что, ты мне будешь объяснять, что там происходит, ладно? Я люблю сказки! Мне мама раньше рассказывала, когда я маленькой была, а я теперь хозяйским детям по вечерам рассказываю.       — Конечно, объясню, — улыбнулся Лёха. — Если хочешь, когда поженимся — будем друг другу рассказывать. Мы ещё молоды, имеем право иногда побыть детьми, так?       Из кинотеатра парочка выходила очень довольной — Луиза всё ещё посмеивалась, а Лёха не мог не улыбаться, глядя на то, как она радуется.       — Ну, куда теперь? — поинтересовался он, когда девушка наконец смогла перестать хихикать.       — Даже не знаю, — Луиза огляделась, словно ждала подсказки. — Может, поедем куда-нибудь, где можно просто погулять? Ну, как у нас на майле. В снежки поиграть, или с горки покататься. Жаль, я коньки с собой не взяла.       — А это идея! — подхватил Лёха. — Коньки-то можно и напрокат взять. Ну, на время. Поедем на каток? У нас они обычно под крышей, в зданиях. Время дневное, да и день будний, так что народу должно быть не так много.       — Давай! — обрадовалась Луиза. — Каток под крышей — вот удивительно! Хотя, конечно, у вас тут так холодно... Туда ехать надо, да?       — Съездим, тут недалеко, — успокоил Лёха.       Вскоре они были на месте. Парень, посоветовавшись с любимой, подобрал ей коньки, лично зашнуровал их на её ножках и отнёс девушку на руках к полю катка, а вскоре присоединился к Луизе и сам.       Луиза с изумлением оглядывалась по сторонам, поражаясь огромному пространству под крышей.       — Как же это все не падает? — спрашивала она, задирая голову к потолку. — Даже ни одной колонны нет, чтобы поддерживать!       — Сейчас обходятся без этого, — пояснил Лёха, подавая Луизе руку. — Колонн никаких не нужно.       Сказавши так, парень осторожно повёл возлюбленную по малому кругу, поддерживая её, чтобы не упала, и подготавливая к танцу.       Впрочем, довольно быстро Луиза освоилась, привыкла к новым конькам и уже к концу круга вполне уверенно держалась на ногах.       — Не волнуйся за меня, коньки — это не машина, — улыбнулась она. — Кататься я хорошо умею!       — Тогда... спляшем? — улыбнулся Лёха, взглядом указывая на относительно пустой участок катка, где выкрутасы пары не могли бы никому помешать.       — Прекрасно! — согласилась Луиза. — Жалко, что музыки нет, но и так можно!       Они закружились, сначала осторожно, притираясь друг к другу, а там все смелее и быстрее.       Лёха вёл в танце, стараясь соблюдать для Луизы баланс между поддержкой и свободой действий. Но вскоре случилось неожиданное — словно повинуясь обоюдному желанию пары, из репродукторов над сценой раздался голос, возвестивший: «Время танцев! Дамы приглашают кавалеров!». Парню хотелось думать, что на такой шаг руководство катка вдохновили именно их выкрутасы.       Луиза вздрогнула от неожиданности, закрутила головой, оглядываясь по сторонам.       — Кто это сказал? Как у него получилось так громко?       — Не беспокойся, это такие устройства, — Лёха показал взглядом на один из репродукторов. — Они позволяют усилить голос и послать его в несколько мест сразу.       Тем временем над катком грянуло танго...       Красивая музыка звучала непонятно откуда, как будто со всех сторон сразу, как и голос перед этим. Мелодия была незнакома Луизе, но она доверилась своему кавалеру, подчинялась его напору, давала себя вести... И чувствовала, что танец получается прекрасным. И вообще все было прекрасно, и этот удивительный зал, залитый ярким белым светом, и необыкновенно гладкий лёд, гораздо более ровный, чем у них в городе на каналах...       Леха уверенно держал ее за талию. Когда он первый раз так взялся, она смутилась, это было неловко... Но здесь все так танцевали. И, по правде сказать, когда она немного привыкла, это оказалось приятно.       Лёха тоже наслаждался танцем. Доверие, которое он видел в глазах Луизы, окрыляло. То, как она доверчиво льнула к нему, заставляло парня чувствовать себя счастливейшим из мужчин. Порой, когда они отрывались друг от друга, он ненароком придерживал свою даму сильнее, чем нужно — не только от нежелания отпускать, но и из опасения, что она ненароком упадёт. Лёха не простил бы себе такого...       Мелодии сменяли одна другую. Луиза танцевала, не чувствуя усталости, чувствуя себя невесомой в сильных и надёжных Лехиных руках.       Потом невидимые музыканты замолчали, и Луиза с Лехой тоже остановились, не размыкая рук.       Девушка облизнула пересохшие губы и проговорила:       — Сейчас бы воды... Знаешь, я немного устала.       — Наплясалась? — улыбнулся Лёха, в последний раз обнимая Луизу. — Ну что ж, пойдём за водой — тут где-то буфет был... А потом — ещё здесь побудем, или ты ещё куда хочешь? Ты говори, не стесняйся. Этот день — твой день.       — Можно для разнообразия и ещё куда-нибудь, но я же не знаю, что у вас есть, — резонно ответила Луиза. — А нельзя посмотреть, где ты работаешь? Или женщин в шахту не пускают?       — Извини, у нас пропускной режим, — развёл руками Лёха. — А экскурсий к нам не водят. Зато можем сходить, скажем, в музей — это такое место, где можно увидеть всякие вещи, связанные с историей города, да и не только с ней, и узнать о нём больше. Хочешь?       — Давай, — согласилась Луиза. — Это же твой город, значит, мне интересно! Тем более если я сама буду тут жить... Но сначала перекусим. Ты говорил, тут есть буфет?       — Твоя правда, тебе стоит освоиться здесь. Я с радостью помогу, — улыбнулся Лёха. — В музее интересно, на самом-то деле... но туда почему-то всё равно почти никто не ходит.       Наскоро перекусив, пара уже тряслась в машине по направлению к намеченной цели.       — Не хочу, чтобы этот день заканчивался, — вздохнул Лёха. — Утешает только, что скоро встретимся снова...       — Да, скоро, — согласилась Луиза. — Через девять дней. Даже немного раньше, ведь праздник начинается вечером. Мы добрались до дома Нелли совсем поздно, но ты же можешь выйти пораньше, чтобы успеть сходить с нами в церковь и поужинать!       — А меня пустят в церковь-то?.. — засомневался Лёха. — Я ведь католик... Так-то я с удовольствием провёл бы время с вами... и особенно с тобой, конечно.       Тем временем они подъехали к музею, и Лёха уже привычно отправился открывать перед Луизой дверь.       — А как тебя могут не пустить? — удивилась Луиза. — На тебе же не написано, кто ты! Музыку послушаешь, там орган знаешь как красиво звучит! Ну и помолиться тоже, мне кажется, где угодно можно. А вот обвенчать нас не смогут, кому-то из нас придется менять веру. Наверное, мне.       Она улыбнулась, пряча тревогу.       — А родители против не будут? — сразу уточнил Лёха. — Для меня, конечно, вера тоже значит достаточно много, но... может, всё же лучше я?       — Будут, конечно, — вздохнула Луиза. — Особенно отец. Ну, я уже сказала, если что, я к тебе убегу. Но, конечно, хотелось бы, чтобы все по-хорошему... А может, ты просто соврешь? Скажешь, что протестант, никто ведь не знает! А для нас с тобой это в любом случае будет по-настоящему... и для бога, наверное, тоже.       — Моя звёздочка... — улыбнулся Лёха, подхватывая Луизу на руки и начиная кружить по парковке. — Кажется, мы оба готовы на всё ради друг друга. Вопрос только, кому лучше уступить... Ну да ладно, не будем омрачать наш отдых, отложим этот вопрос. Ну что, давай отнесу тебя до входа? Дверь прикрой только.       — Давай! — засмеялась Луиза. — Какой девушке не хочется, чтобы ее на руках носили? Ты прав, об этом мы ещё подумаем. Может, с хозяевами посоветуюсь.       Лёха подставил руки, и Луиза с удовольствием на них умостилась. Захлопнула дверь машины — и была торжественно препровождена ко входу в музей.       — А хозяева или Магда смогут нам помочь? — поинтересовался парень по пути.       — Помочь... — Луиза вздохнула. — Да чем тут поможешь! Просто хозяева умные, с ними посоветоваться можно. А тетя Магда, наверное, сможет убедить мою маму, что это не страшно, если я веру сменю. Ну, ты же сам сказал, не будем пока об этом!       — Не будем, — покладисто согласился Лёха. Он донёс Луизу до самой двери музея, поставил девушку на крыльце и галантно эту самую дверь отворил. Вскоре пара уже бродила по залам, изучая немногочисленные нехитрые экспонаты — история города, увы, была не так богата событиями, как история какой-нибудь столицы... впрочем, это было неудивительно.       — Это правда белый медведь! — Луиза смотрела с восторгом и почти со страхом. — Я слышала про такого зверя, но думала, что это сказки!       Мамонтенка ей было жалко чуть ли не до слез, а овцебыка она разглядывала с практическим интересом.       — Если такого держать дома, то это же сразу и молоко, и шерсть! Хотя, конечно, как его удержишь...       — Ну, как видишь, не сказки, — улыбнулся Лёха. — Но они редки даже в наших краях, хотя порой и забредают сюда. А овцебыков и правда дома не держат, они есть только в паре мест во всём мире. Одно из таких мест — достаточно далеко отсюда. Ну что, пойдём дальше?       — Конечно, пойдем, — согласилась Луиза. — А теленочек у этого овцебыка хорошенький, такой мохнатый! А что там дальше?       — Дальше... Дальше, вроде, не так и много, — честно сказал Лёха. — Я тут был уже и сам не упомню когда, позабыл всё. Может, найдём ещё что интересное. Пошли!       — Мне всё интересно! — честно сказала Луиза.       Ей действительно нравилось всё — и необычные меховые одежды, и картинки (Леха их назвал фотографиями), на которых было видно, как рос город, и непонятная техника. Правда, даже с Лехиными объяснениями ей было понятно далеко не все.       — Ну ничего, со временем я все это узнаю и запомню! — твердо сказала Луиза. — Это твой город... А будет наш!       — Ой, да у тебя грандиозные планы? — улыбнулся Лёха. — Это даже хорошо. Ты у меня девочка деятельная и умная, ты справишься. Ну, и я, конечно, постараюсь помочь, чем смогу. А пока... как насчёт отправиться пока ко мне домой? Я на гитаре сыграю, передохнём от приключений... А потом можно будет ещё куда-то.       Лёхе стало несколько смешно и одновременно неприятно от собственных слов — раньше он частенько видел, как глупых девочек заманивали в подвалы — «музыку послушать»... Парня передёрнуло от отвращения. В отношении Луизы у него даже мысли такой не возникало. Пусть будет так, как она хочет — по-честному, после свадьбы... А пока — можно было вести её к себе домой, благодаря судьбу за то, что он узнал о визите гостей из прошлого заранее и успел вызвать службу уборки. Теперь приводить девушку было не стыдно.       — К тебе домой? А это удобно? — усомнилась Луиза. — Ты же один живёшь... Хотя мы с тобой и в машине вдвоем были, и ничего, так что давай! И я могу попробовать приготовить обед. Я помогала Нелли, так что уже умею управляться с плитой. Только, наверное, надо будет купить продуктов.       — Не проблема, купим, — усмехнулся Лёха. — На любой вкус и цвет.       Сначала он не понял, что Луиза имеет в виду, но потом сообразил — прошлое, другие нравы и порядки... тогда-то, небось, посмотреть на чужого мужчину само по себе было позором, не то что наедине остаться...       — И да... Ты что же, боишься со мной одна оставаться? — на всякий случай уточнил Лёха. — Или просто потому, что «не принято»? У нас-то с этим проще...       — Если бы я боялась, так и в тот раз, у нас, гулять бы не пошла, — резонно ответила Луиза. — Я тебе верю, ты меня не обидишь. Просто... это как-то не очень прилично. Но раз у вас тут по-другому, значит, все в порядке. Ну, пойдем?       — Извини, глупость ляпнул, — Лёха смущённо почесал в затылке. — Ну, раз не боишься — это хорошо. Поехали!       Вскоре после короткого похода по магазинам пара уже была у Лёхи дома. Луиза занималась приготовлением обеда, а сам хозяин квартиры сидел за столом напротив, настраивая гитару и украдкой любуясь возлюбленной.       Луиза решила не экспериментировать с малознакомыми продуктами и теперь готовила тушёную капусту. К счастью, капуста, морковь и лук не изменились за прошедшие годы, да и копчёная грудинка тоже. Быстро и ловко нашинковав овощи, Луиза поставила на огонь самую большую сковородку, что нашлась у Лехи на кухне.       — Теперь надо только время от времени мешать, — пояснила она, — и через полчаса будет готово. А пока сыграй что-нибудь веселое!       — Как у тебя хорошо получается... — похвалил Лёха. Он сидел несколько наискось от того места, где стояла Луиза, так что ему частично было видно то, что она делает. — Эдак ты скоро Нелли переплюнешь. А сыграть... Как тебе подобное? В чём-то похабно... зато весело.       — Я с середины песни догадалась, чем она закончится, — смеясь, сказала Луиза. — Ну и поделом этому папаше! Сам обманывает жену и думает, что она должна это просто так терпеть? А Джона жалко, он из-за этого расстался с первой любовью... Знаешь, лучше теперь спой что-нибудь... про настоящую любовь! Такое... светлое, хорошо?       — Твоё желание — закон, милая! — усмехнулся Лёха, довольный тем, что может порадовать Луизу. — Эта песня чем-то напоминает мне нашу историю...       Он тронул струны...       — Как красиво! — вздохнула Луиза. — И правда похоже, как будто про нас с тобой...       Она придвинулась ближе к Лехе, с нежностью глядя на него... чтобы в следующий момент вскочить на ноги и броситься к плите.       — Ну я и растяпа, чуть не подгорело! Ну вот, теперь обед готов! Где у тебя тарелки?        — Да ладно, бывает... — поспешил Лёха успокоить Луизу. — Тарелки вон там, в шкафу.       Он был несколько раздосадован подобным, на деле предпочтя бы потерять обед, но заполучить нежные объятия... впрочем, время у них ещё было. А пока можно было и поесть. Тем более, запах стоял умопомрачительный, даже несмотря на досадное происшествие, — девушка расстаралась на славу...       Нехитрое блюдо удалось Луизе как никогда, и теперь девушка с удовольствием наблюдала, как Леха уплетает ее угощение. Она и сама не жаловалась на аппетит, так что тарелки опустели быстро.       — Может, тебе добавки положить? — предложила Луиза. Ей нравилось вот так сидеть вдвоем, рядом, на маленькой кухне, за обедом, который она приготовила только для них двоих...       — Не откажусь, — улыбнулся Лёха, проглотив последнюю порцию. — У тебя отлично получилось. Ты повар точно не хуже Нелли... а для меня — ещё и прекраснее неё, — честно признался он.       — Спасибо, — заулыбалась Луиза, — я рада, что тебе нравится. Но на самом деле мне далеко и до Нелли, и до тети Магды. Потушить капусту — это самое простое, а вот пирог я пока вряд ли испеку. Но я научусь, и продукты всякие освою, и все!        — Конечно, научишься, я в тебя верю, — поддержал Луизу Лёха. — Тем более, у нас тут и проще изыски выдавать... К слову, как хочешь занять вечернее время? Можно ещё куда-то сходить — в театр, например. Культурный отдых, всё такое...       — Давай! — согласилась девушка. — Кино — это здорово, но живые актеры тоже интересно. У нас по праздникам на площади выступают актеры, ставят всякие смешные сценки, я всегда стараюсь выбраться посмотреть!       — Что ж, тогда доедаем — и поехали, — улыбнулся Лёха. — Надеюсь, в нашем городе живут не настолько убеждённые ценители искусства, и парочка билетов на что-то стоящее останется.       Луиза взглянула на парня с удивлением, потом рассмеялась.       — Я привыкла, что у нас актеры выступают прямо на площади. Но у вас-то холодно, каток и тот под крышей, что уж говорить про театр!       Она встала, взяла со стола грязные тарелки.       — Ну что, как тогда, я мою, а ты вытираешь?       — Давай на этот раз наоборот, — улыбнулся Лёха, — ради разнообразия, да и... я ведь мужчина, возьму себе что посложнее, — он негромко рассмеялся. — До блеска натирать не надо, хозяев всё равно рядом нет.       Луиза тоже засмеялась.       — При чем здесь хозяева? Разве тебе самому не нравится, чтобы тарелки блестели? На таких и еда кажется вкуснее! Хорошо же, когда все вокруг чистое и красивое. Да и недолго натереть, нас же всего двое!       — Твоя правда, моя звёздочка, — согласился Лёха. — Чистота и порядок — оно всегда нужно.       Действительно, в чистой квартире даже дышалось как-то легче. Пропал затхлый запах, так ранее характерный для обиталища завзятого холостяка, исчезли месяцами покоившиеся на своих местах комья пыли... С удовлетворением отметив это, парень подхватил опустевшие уже тарелки, отнёс их в раковину и принялся за дело.       С посудой они управились быстро, благо было ее — две тарелки и две вилки.       — Смотри, тут ещё осталось, — Луиза подняла крышку сковороды, — тебе на два дня хватит. Попозже убери в холодильник, Нелли говорила, что горячее туда ставить нельзя. Будешь завтра ужинать и думать обо мне! Ну что, нам уже пора? Во сколько представление в театре?       — Не знаю, — честно сказал Лёха. — Я ведь не готовился заранее, не покупал билетов... Прости. Нам надо ехать в театр и смотреть, на что есть билеты, и что будет скоро. А еда... спасибо, моя милая, — он привлёк Луизу к себе и поцеловал, — так и сделаю. Хотя я и без еды о тебе часто думаю.       Луиза прижалась к Лехе, обняла, ответила на его поцелуй...       — Спасибо тебе! — проговорила Луиза. — Я тебе так благодарна, ты мне устроил чудесный день! Ты такой заботливый! А за представление не волнуйся, не попадём туда — значит, придумаем что-нибудь другое. Может, покатаемся.       — И то верно, — согласился Лёха, окрылённый их близостью. — Но ты тоже мне устроила отличный день, одним своим присутствием. Ну, с тарелками закончили — поехали!       Им повезло — оставалось несколько билетов на романтически-комедийный спектакль, который должен был пройти вскоре. Скоротав время за разговорами в буфете театра, пара отправилась окультуриваться.       Нехитрый сюжет оказался вполне понятен Луизе. А все остальное — интерьер театра, мягкие кресла, освещение — все привело ее в восторг. После спектакля она со смехом призналась Лехе:       — У меня в голове уже все перемешалось, я не помню, что было в спектакле, а что в мультфильме! Зато теперь мне надолго хватит воспоминаний!       — Да ладно... — усмехнулся Лёха. — Я тоже и там, и там помню только две вещи — что от души посмеялся... и что ты была рядом.       Он приобнял Луизу, подводя её к машине.       — Ну что, покатаемся ещё? Время есть.       — Давай, — согласилась девушка. — С тобой я куда угодно согласна!       — Только не говори таких слов кому-то другому, ладно, — польщённо кивнул Лёха, доводя Луизу до машины и подсаживая девушку на сиденье. — А то я обижусь.       Он закрыл переднюю пассажирскую дверь, а сам обошёл машину и уселся на водительское сиденье.       — А у тебя, значит, родители строгие, да? — спросил он невзначай. — Думаешь, я им понравлюсь? Ну, без учёта того, что я иноверец, — он завёл мотор, и они выехали со стоянки перед театром.       — Не уверена, что они очень строгие, — с сомнением в голосе сказала Луиза. — Обыкновенные, наверное. Примерно как все. А почему ты не должен понравиться? Ты работящий, добрый, не жадный.       Девушка подумала и добавила:       — Только рассказывать, откуда ты, мы не будем. Мне не поверят, а если поверят, то уж точно не отпустят. Скажем, как Нелли чужим говорит, что ты из Бретани.       — Ну, мало ли... Ты говорила, что моя вера им не понравится. Мало ли, что ещё не понравится, — привёл резонный довод Лёха. — Впрочем, надеюсь, что обойдётся. А насчёт моего происхождения — ты права: не стоит их посвящать. И так уже очень много народу знает...       — Конечно, обойдется! — уверенно сказала Луиза. — Все будет хорошо, вот увидишь. Мы скажем, что у тебя свой дом и лошадь с повозкой, это же почти правда!       Если бы не надо было держать руль, Лёха всплеснул бы руками.       — Мне досталась не только красивая, но и умная невеста, — улыбнулся он Луизе.— Только, думаю, про лошадь не скажем, только про повозку. Вот тогда будет чистая правда, — парень негромко рассмеялся.       — Но ведь наши повозки без лошадей не ездят, — возразила Луиза. — Ну ладно, это мы ещё подумаем.       — Подумаем, — согласился Лёха. — Я постараюсь тебе всё объяснять, чтобы ты могла лучше тут освоиться.       Машин на улице стало меньше, Лёха смог набрать ход. Предугадывая мысли Луизы, он подал ей шарф.       Луиза благодарно улыбнулась, закуталась в шарф и приоткрыла окно. Ветер ворвался в салон, ударил в лицо.       — Замечательно! — засмеялась Луиза. — Мы как будто летим. А полетать на самолёте мы с тобой сможем когда-нибудь?       — Ну конечно, — улыбнулся Лёха. — Мне и самому интересно. Сюда меня привезли совсем мелкого, я этого не помню. С тех пор я города не покидал. Как-нибудь надо будет свозить тебя «на материк». Это так называют... не потому, что мы на острове находимся, просто отсюда достаточно сложно выбраться. По большей части — как раз только самолётом. И то — получается не всегда.       Минут через десять Луиза озябла, несмотря на шарф, и закрыла окно. Довольно быстро в салоне стало тепло. Усталую от избытка впечатлений, от долгого и насыщенного дня девушку разморило в тепле. Глаза сами закрывались. Луиза боролась с собой, боясь пропустить хоть минуту рядом с любимым, но усталость была сильнее.       Когда Луиза сладко засопела, даже не сняв шарфа, Лёха только улыбнулся. Сейчас, во сне, девушка была прекрасна, но, что ещё важнее, казалась как никогда беззащитной. И парню хотелось защитить её от всякой угрозы, сделать так, чтобы она была счастлива... Одного только он не знал — как защитить её от угрозы в лице самого себя...       Лёха мог бы катать Луизу ещё долго, украдкой любуясь ею... но понимал, что это было бы эгоизмом с его стороны. Сон на сиденье не заменил бы сна в кровати. И парень порулил к дому, где квартировали хозяева его возлюбленной.       До двери Лёха нёс Луизу на руках, периодически осторожно перекладывая её на плечо, чтобы открывать двери, а затем вновь нежно прижимая к себе. Наконец он позвонил в дверь Неллиной квартиры.       Дверь открыл Лангер. Кажется, это была их судьба — сталкиваться в дверях.       — Ничего себе! — шепотом удивился Лангер. — Чем вы с ней занимались, что она так устала? Ну уж заноси, мы диван уже разложили, а то ведь завтра рано в дорогу!       — Не поверите — на машине катались, — улыбнулся Лёха. Искренне, без намёка на насмешку. — Ещё в кино были, в театре...       Про визит к нему домой парень упоминать не стал, справедливо полагая, что одного этого факта будет вполне достаточно, чтобы обвинить его невесть в чём. Лёха занёс Луизу в квартиру, не раздевая, положил на диван, и, не удержавшись, невесомо коснулся губами пухлой румяной щёчки девушки, а затем, тотчас став невидимым, ретировался.       Будильник прозвенел рано — гостям предстоял долгий путь, и хотелось добраться домой до ночи. Луиза совершенно не помнила, как оказалась в квартире, и отчаянно стеснялась этого, чем давала всем остальным повод к шуткам. Риона и Нелли наскоро готовили завтрак, остальные упаковывали вещи. Михель нашел-таки нужные резцы, Лангер не удержался от покупки заводной машинки...       Леха позвонил в дверь как раз вовремя, когда все уже были одеты и собраны.       — Как спалось? — первым делом поинтересовался Лёха у Луизы после взаимных приветствий, когда вся компания спускалась к машине. — Готова к возвращению?       Спасибо, — чуть невпопад ответила Луиза. — Я что, в машине уснула? Ты бы разбудил... Не готова, совсем не готова расставаться с тобой! Но надо, так что я буду тебя ждать.       — Тебя — будить? Да как я смог бы?.. — ответил Лёха, растроганный последними словами Луизы. — Но ты... ты потерпи немного, ладно? Меньше, чем через десять дней, снова увидимся!       — Конечно, потерплю, что поделать, — согласилась Луиза, привычно садясь рядом с Лехой в машину.       Остальные гости уже устраивались сзади. В этот раз в машине было немного просторнее — Ма Сон и Ян до Рождества оставались здесь.       До знакомой остановки доехали быстро. Тропинку уже замело снегом, но метки на стволах ещё угадывались.       Лёха по пути на всякий случай подновлял метки ножом. Когда же они добрались по сугробам к нужному месту, он обнял Луизу.       — Не скучай. Скоро вместе будем. И хорошенько повеселимся на праздниках, — парень подмигнул ей.       До деревни путники добрались быстро.       Пока Лангер запрягал лошадь, Риона отвела Нелли в сторону.       — Мне бы надо раньше спросить, да забыла... Ты вроде как здорово удивилась, когда Луиза стала расхваливать Леху... Ты что, знаешь о нем что-то плохое? Что-то такое, о чем стоит предупредить девочку?       Нелли смутилась... однако ответила почти честно:       — Ну... Лёха болен тем же, чем и все мы семеро. К тому же раньше, до того, как присоединился к нам, он был... преступником. Но он давно отказался от этого. Я боялась, что дурные наклонности всё равно останутся. Но... Ты видела, как Лёха смотрел на Луизу? По-моему, хотя бы ради неё он откажется от всех таких умыслов.       — Ну это не беда, — улыбнулась Риона. — Что было, то было. Люди могут меняться, уж я это точно знаю. А в болезни и вовсе его вины нет.       — Думаешь, ради Луизы Лёха действительно сумеет измениться? — улыбнулась Нелли. — По-моему, там уже процесс идёт вовсю. А болезнь... — она вздохнула. — Ну, вины-то нет, конечно... но всё равно, знаешь, приятного мало.       Нелли понимала, что теперь они, все трое, вынуждены будут скрывать от любимых истинное положение дел... и от этого ей было невыносимо больно.       «Надеюсь, Абрам сумеет найти лекарство... иначе нам всем конец»