Между прошлым и будущим

      После танцев и активных игр все вновь вернулись за стол, дабы отведать жемчужину вечера — Неллин пирог. Повариха и её маленькие помощники расстарались на славу, подобрав начинки так, чтобы они, при всём разнообразии, дополняли друг друга. А размеры пирога были таковы, что хватило всем, даже с учётом любви Абрама и его людей покушать.       — Как хорошо, что мы вот так все собрались! — проговорила Луиза. — Весело и вообще здорово! Теперь, значит, на Новый год можно будет собраться, а потом на свадьбу... Только на чью раньше, интересно?       Дагмар покраснела и опустила голову. Вильгельмина улыбнулась.       Женихи почти синхронно приобняли невест.       — Если моя дг'агоценная не пг'отив — я уступлю пег'венство тебе, — обратился Абрам к Марку. — Да и, в любом случае, свадьба — серьёзное дело, с которым не стоит спешить.       — А я только собирался сам тебе уступить... — улыбнулся Марк. — Ну, в любом случае, мы, как будущие главы семей, нашли удачную возможность всё обсудить. Конечно, с оглядкой на мнение наших дам, — он вопросительно посмотрел на Дагмар.       Дагмар вздрогнула. В первый момент ей показалось, что она ослышалась. Нет, все правильно. Марк вовсе не спешит жениться, ищет повод отложить. То есть на самом деле вовсе и не хочет.       Она не заплачет у всех на глазах. И тем более не будет портить праздник этим славным ребятам.       — Как ты хочешь, так и будет, — ответила она спокойно.       По моментально изменившемуся тону Дагмар Марк понял, что сморозил что-то не то. Заглянуть ей в глаза из такого положения было затруднительно, и мужчина просто постарался поскорее понять, что он не так сказал. И тут дошло: свадьба! Дагмар, видимо, просто боится, что он передумает! Украдкой взяв невесту за руку, мужчина постарался исправить оплошность:       — Хотя, знаешь... — заговорил Марк, — пожалуй, я всё же воспользуюсь твоим благородством, раз ты предлагаешь. И правда незачем тянуть — тем более, с моей опасной работой...       Абрам, сидевший в стороне, в глаза Дагмар заглянуть мог. И то, что он там увидел, ему сильно не понравилось... так что парень только улыбнулся, помогая подчинённому исправить промах:       — Чьто ж, будь по-твоему. Тем более, мы всё ж помладше вас, врэмени у нас побольше... Женитесь на здог'овье.       — Как ты хочешь, — повторила Дагмар. Даже ради Конрада она не будет навязываться. Ей и так неплохо...       Она не замечала, что все присутствующие смотрят на них, не думала, что все ее переживания видны по ее лицу...       — Так, может, сразу и дату назначить? — вдруг предложил Михель, который лучше других понимал переживания девушки — остальные здешние не знали о внебрачном ребенке, а гости не слишком разбирались в местных нравах.       — Да вот сразу как потеплеет... — подал голос Марк, всё ещё несколько обескураженный внезапной переменой в поведении Дагмар. Во всяком случае, его попытка исправить положение, кажется, не улучшила ситуацию. Как бы хуже не стало...       — Значит, в маг'те... навег'ное, — подал голос Абрам, тоже неуверенно глядя на Дагмар. Марка надо было как-то спасать, а то, кажется, вскоре им пришлось бы играть только одну свадьбу... Посмотрев на подчинённого многозначительным взглядом, смысл которого можно было бы истолковать как «Заткнись и не вякай!», парень поддержал идею Михеля:       — Когда у вас тут более-менее хог'ошо с погодой становится? — нарочито бодро поинтересовался он. — Это у нас зима девять месяцев в году, а у вас здесь бывает по-г'азному...       — Год на год не приходится, — проговорил Михель, — бывает, уже в середине февраля снег тает.       — До того как раз можно успеть и платье заказать, и вообще все подготовить, — заметила Вильгельмина. Она, конечно, не знала наверняка, чей сын Конрад... но на Марка он явно не был похож.       — Вон чего... — покачал головой Абрам. — У нас-то он частенько выпадает уже в конце августа. Ну, думаю, как снег сойдёт — уже и можно будет. Все согласны?       — А что вам снег? — переспросил Михель с недоумением. — Вы же не овес сеять собираетесь!       Дагмар молчала. Она чувствовала себя неловко и глупо. Всем было так весело, пока она все не испортила...       Марк вздохнул. Кажется, их семья рушилась, ещё даже официально не образовавшись. И повинен в этом был он один. Что-то надо было делать. И мужчина не придумал ничего лучшего, чем встать из-за стола.       — Я, пожалуй, выйду ненадолго. Жарковато здесь... — неловко улыбнулся он и обратился к невесте: — Милая, не составишь мне компанию?       Дагмар с готовностью встала. Не то что она хотела сейчас разговаривать с Марком, но уж оставаться здесь она точно не хотела. Лучше было провалиться сквозь землю, чем чувствовать на себе взгляды всех присутствующих.       Они вышли на крыльцо. Дагмар дрожащими руками торопливо отстёгивала брошку. Ну и правильно, куда ей такая дорогая вещь... Теперь все будет правильно. Как и должно быть, а не так, как она себе вообразила. А Конрад забудет, он ещё маленький.       Марк вроде и аккуратно, но крепко — не дёрнешься — придержал руки Дагмар, поправил брошку.       — А теперь скажи мне, что с тобой, — всё так же спокойно поинтересовался он. — Я что-то не так сказал? А что? Дорогая моя, только не надо отмалчиваться. Сейчас всё, что ты скажешь, лучше, чем молчание или отговорки. Ну, что случилось?       Дагмар ответила не сразу. Говорить было трудно — вернее, трудно было не расплакаться...       — Ты обрадовался поводу отложить, — проговорила она наконец. — Обрадовался, заулыбался. Сейчас до их свадьбы отложить, потом еще повод найдется... Ты понял, что вовсе и не хочешь... Это ты тогда так, сгоряча сказал.       — Да вовсе нет! — возразил Марк наконец. — Просто хотелось проявить уважение к начальнику. Он много для меня делал и делает — в конце концов, косвенно благодаря ему мы и познакомились... Нет, я знал, конечно, что ты хочешь свадьбы, но не думал, что ты будешь так спешить. Я могу поклясться в том, что люблю тебя так же сильно и не отступлю от своих намерений. Если хочешь — сыграем свадьбу хоть завтра.       — Я не спешу, — возразила Дагмар. — Я сразу сказала, что не спешу. Для того и не спешу, чтобы ты успел подумать. Только... ты же обрадовался!       — Так я за товарища! — улыбнулся Марк. — Ты его видела? С его внешностью найти пару... сама понимаешь. А тут нашлась та, кто сама готова пойти за него замуж, вроде как, даже добровольно... Конечно, я очень обрадовался. Мы все за него рады... ну, кроме Ма Сон, наверное. И ещё Нелли, хотя насчёт неё я не уверен — пусть у неё с Абрамом и сложные отношения, но сопереживать она умеет.       — Правда? — переспросила Дагмар растерянно. — Значит, я зря... Прости, я такая дура!       И она всё-таки расплакалась.       Марк обнял Дагмар, пока что ничего не говоря. Он понимал, что ей надо дать выплакаться. Мужчина заговорил только тогда, когда плач утих.       — Не говори ерунды, — с наигранной строгостью сказал Марк. — Я всё понимаю, перед свадьбой время неспокойное, все невесты нервничают... Я, вон, тоже боюсь, что прямо на церемонии грохнусь в обморок, — неловко пошутил он, уже понимая, что Дагмар перепугалась оттого, что может мало того что вновь оказаться одна с Конрадом на руках, так ещё и, наверное, по местным понятиям, второй раз опозоренной... Марку захотелось отрезать себе язык — это ж надо было, всего парой фраз едва не разрушить их общее счастье...       — Ну, пойдём обратно, — наконец проговорил мужчина, окончательно закрепляя брошь на груди невесты. — Но если хочешь, можем просто уйти. Абрам всё равно будет знать, где мы.       — Как ты хочешь, — сейчас эти слова звучали совсем по-другому. — Но, наверное, лучше вернуться. Абрам, может, и так поймет, а остальные? И дети будут волноваться... Я тебя не обидела? Прости, я не должна была в тебе сомневаться...       — Ну что ты... — усмехнулся Марк. — Это я, дурак, наговорил лишнего, вот ты и подумала что-то не то. Конечно, я вас с Конрадом никогда не покину. Ведь вы моя семья.       Пара в обнимку вернулась в пиршественный зал, к явному, пусть и невысказанному облегчению присутствующих — в частности, Абрама и Нелли. Застолье продолжилось в прежнем бодром духе.       Понемногу праздник подошел к концу. Пирог был съеден, песни спеты, и гости собрались уходить — кроме Нелли, которую Абрам попросил задержаться. Дети, которым был обещан еще какой-то сюрприз, ждали с нетерпением, пытались расспрашивать и Вильгельмину, и Абрама, но те только посмеивались.       Наконец детей препроводили в тёмную комнату, где были заранее установлены экран и проектор. Абрам включил аппарат — и на экране начали плавно сменяться слайды. Зазвучала музыка — сначала негромкая и печальная, но набирающая силу, а затем — нежный женский голос. Нелли играла на заранее спрятанной в той же комнате арфе, а Абрам подыгрывал ей на небольшом походном барабане.       В первый момент Йохан воскликнул:       — Это волшебный фонарь, я знаю!       Кто-то зашикал на него, другие, наоборот, стали шепотом расспрашивать... Но через пару минут в комнате стало тихо, и только музыка и красивый, глубокий голос Нелли сплетались воедино, творя истинное чудо. Ребята смотрели не отрываясь, одинаково околдованные и печальной историей, и чудом техники.       Такая длинная партия оказалась испытанием даже для Нелли... хорошо, что она, заранее зная, когда будет выступать, успела потренироваться и в пении, и с арфой, так что выступление получилось на славу. Когда оно закончилось, раскрасневшаяся и довольная певица оглядела зрителей — кажется, равнодушным её исполнение не оставило никого.       Восторженный гомон и нестройный хор благодарностей были наградой для Нелли.       — А вы к нам ещё придёте? А ваш муж правда возьмёт кого-то в ученики? А долго учиться играть на арфе? — звучало со всех сторон.       — Обязательно приду, мои дорогие, — смеялась Нелли, обнимая детей. — Конечно, возьмёт, если кто из вас захочет. А учиться... ну, я пять лет училась, прежде чем так наловчилась. Если постараетесь — сможете так же.       В общем, и Нелли, и дети были очень довольны — женщина разве что автографы не раздавала. Воодушевлённая, она по возвращении домой устроила мужу незабываемую ночь и уснула счастливой.       Праздник продолжался и на следующий день. Мальчики бегали по каналу на коньках, ходили на площадь смотреть на уличных музыкантов и фокусников... Абрам с Вильгельминой тоже с удовольствием гуляли по празднично украшенному городу.       А когда возвращались к обеду, то почти у дверей столкнулись с Бертом.       — Минхеер! — радостно воскликнул мальчик. — Минхеер, возьмите меня обратно, пожалуйста!       — Не понял... — удивился Абрам, — Бег'т, чьто случилось? Тебя в той семье кто-то обидел? Зачем тебе обг'атно?       Мальчик не выглядел голодным или побитым, и оттого такое его желание казалось ещё более странным.       — Пойдём в дом, — решил Абрам наконец, — Там г'асскажешь.       — Сейчас, — Берт обернулся, высматривая кого-то. — Сейчас дядя Кристоф подойдёт... Я как вас увидел, так вперёд побежал. Нет, он меня вовсе не обижает!       Уже знакомый Абраму и Вильгельмине Кристоф подошёл к ним, проговорил чуть смущённо:       — Доброго дня вам, и с праздником! Вот, Берт обратно к вам хочет...       — Вам того же, — отозвался Абрам. — Ну, заходите.       Когда все четверо оказались дома, за столом, он спросил ещё раз:       — Так чьто случилось, Бег'т? Почему ты хочешь обг'атно? Я рэшительно ничего не понимаю...       — У вас интереснее! — выпалил Берт. — И на скрипке вы меня учите, и книжки интересные!       Кристоф пояснил:       — Брат-то у меня любил читать, и сына приохотил. А я человек простой, мое дело переплет. Опять же в ремесло, в ученики ему рано, а в школе скучно. Вы не подумайте, что я его с рук сбыть хочу! Я платить готов, как за ученика. Двадцать талеров в месяц, и одежду сам ему буду покупать.       — Вы за кого меня дег'жите? — поинтересовался Абрам, мрачно поглядев на Кристофа. — Бг'ать за это деньги... Да кто я тогда буду? А чьто в школе скучно — это плохо... — на этот раз недоброго взгляда удостоился уже Берт. — Надо как-то по-дг'угому сделать.       — Да что же плохого? — удивился Кристоф. — Одно дело — сироты, о которых позаботиться некому, а тут-то... Ну если не хотите, чтобы я за Берта платил, давайте я эти деньги просто на приют дам, ну, тоже поучаствую в добром деле! А в школе ему скучно, потому что он своих одноклассников обгоняет.       — Фройлен Вильгельмина всем разные задания даёт, кому попроще, кому потруднее, — пояснил Берт, переводя взгляд на девушку, — а в школе всем одинаково. И по истории не так рассказывают, как вы!       — Ну... это можно, — согласился Абрам, ещё подумав. — Г'аз обгоняет — это хог'ошо. Значит, ты хог'ошо учишь. Гог'дись, милая, — улыбнулся он Вильгельмине. — Договорьились. По г'укам, — Абрам протянул Кристофу руку и кивнул Берту, — Добг'о пожаловать. Снова.       Кристоф ответил на рукопожатие, потом высыпал на стол содержимое кошелька:       — Вот на первый раз, а потом я каждый месяц буду навещать Берта и заодно деньги приносить. Хоть какой-то и мой вклад будет в то, что эти мальчики не вырастут ворами да бродягами.       Абрам, демонстративно не посмотрев на деньги, с улыбкой поглядел в глаза Кристофу.       — Спасибо на добг'ом слове и за добг'ое дело. Вы сейчас делаете вклад в будушчее не только своего племянника и остальных, но и всего наг'ода. Вам это зачтётся. А пока... останетесь отобедать?       — С удовольствием, — кивнул Кристоф.       Они прошли в столовую. Мальчики окружили Берта, расспрашивали его и сами рассказывали:       — Тебе бы раньше вернуться, а то тут такое было! Фейерверк, да какой! Такого, наверное, и у королей не бывает! И волшебный фонарь!       — Да, ты многое упустил... — Абрам покровительственно похлопал Берта по плечу. — Ну да ничего, хватит и на твою жизнь зрэлишч, ешчо увидишь.       Когда дежурные начали разносить обед, Абрам с Вильгельминой выделили Кристофу почётное место почти во главе стола, недалеко от того, где сидели сами.       — Надо будет всё же г'асспг'осить паг'ня, точно ли всё в порьядке, — украдкой шепнул Абрам Вильгельмине. — Мало ли чьто...       — Ну, поговоришь с ним потом, он тебе доверяет, — согласилась девушка. — Но мне кажется, Кристоф искренне заботится о мальчике, да и тот к нему, похоже, привязан. А волшебный фонарь можно и сегодня показать, у тебя же ещё остались картинки про джунгли.       — Непрэменно, — согласился Абрам. — Пока пг'аздник — все должны отдыхать на полную, чьтобы потом с новыми силами включиться в г'аботу. А насьчёт Бег'та... я тоже думаю, чьто Крьистоф не хочет ему ничего плохого. Это пг'осто прэдостог'ожность, фог'мальность, если хочешь. Кажется, у меня начинает г'азвиваться паг'анойя... — он неловко усмехнулся. — Ладно, шучу. Прьиятного аппетита, моя милая.       Закончились праздники, и снова жизнь пошла обычным порядком. Лиза с Лехой и Ма Сон с Яном, Матвей и Карл вернулись к себе. А Марк почему-то остался, хотя Вильгельмина тоже была на месте.       Днём Дагмар работала у Нелли, а Марк уходил в приют, занимался с детьми физкультурой, помогал с уроками, присматривал за ними, пока Вильгельмина искала для них очередную работу — на этот раз они вырезали деревянные заготовки для сапожников... По вечерам Дагмар и Марк гуляли, то с Конрадом, а то и вдвоем. А когда они возвращались, к Дагмар тотчас приставала Лиза, спрашивала, где они будут праздновать свадьбу и какого фасона будет платье...       Сначала Дагмар думала обновить одно из своих платьев — спасибо хозяйке, они были достаточно нарядными. Пришить новое кружево, и ладно... А потом вдруг подумалось — а ведь это ее праздник, можно сказать, главный! Один раз в жизни! И деньги у нее есть, она достаточно накопила... Осталось придумать фасон и выбрать ткань. Ну и отпроситься у хозяйки, чтобы сходить к портному.       Оная хозяйка, однако, не отпустила служанку одну.       — С тобой пойду, — объявила Нелли. — И с выбором помогу, и денег накину, если вдруг не хватит... Сама бы купила тебе платье, да знаю, что ты не примешь.       С выбором хозяйка действительно помогла. Без нее Дагмар заказала бы совсем другое, гораздо скромнее. Каждый раз, когда портной предлагал добавить двойную оборку с кружевом по подолу, или вставку из кружев в глубокий вырез, или что-то в этом роде — не успевала Дагмар ответить, что это слишком дорого и вообще неуместно, как Нелли уже начинала обсуждать подробности. И даже нижнюю юбку в итоге заказали не из полотна, а из саржи... И, конечно, тех денег, что Дагмар взяла с собой, ей не хватило бы. Она бы могла занести потом, из приданого взять немножко, но хозяйка доплатила сама.       — Невеста... — улыбнулась Нелли, когда они закончили обсуждать итоговый вариант. — Во всех смыслах этого слова. Надо будет и Марку подобрать что-то сообразное случаю. Не платье, конечно... хотя я бы на это глянула, — она хихикнула. — Ну да ладно. Будешь у меня самая завидная невеста на весь город!       — Спасибо вам, — проговорила Дагмар смущённо, — и за платье, и за все! А если вы Марка хотите нарядить по-нашему, то это господина Лангера надо спросить, вот уж он всегда одет модно и нарядно! Только захочет ли Марк... Господин Абрам же тоже ваш земляк, а одевается по-нашему, а Марк все время в своей шинели.       — Ну так Абрам-то тут почти постоянно живёт, а Марк только к тебе и заходит, — резонно заметила Нелли. — Если он окончательно к тебе переедет — конечно, приоденется по местной моде... с которой мне, честно говоря, до сих пор иногда смешно — те же узенькие штаны чего стоят... А если вы с Конрадом к нему жить переедете — уже вам придётся носить что-то, более подходящее для тех мест — в частности, что-то потеплее. Он ведь рассказывал, какие у нас там условия?       — Рассказывал, — кивнула Дагмар и поежилась. — Говорил, у вас весь год холодно, и полгода темно. Ну уж нет... Если только в гости сходить. Вы-то опять собираетесь, да?       — Ну, не весь год... — педантично уточнила Нелли. — Иногда летом бывает даже жарко. Хотя, конечно, и тогда снег может выпасть. А я... ну да, куда мне деваться. Придётся ненадолго отбыть. Но я постараюсь как можно скорее вернуться — не могу без вас, семья моя, — она улыбнулась. — Ну, что у нас дальше после платья?       — Теперь договориться с пастором о дате, решить, где праздновать будем, — размышляла вслух Дагмар. — Заказывать праздничный обед — это точно пока рано. Ну, вроде и всё.       — Да зачем заказывать, сами всё сделаем... — усмехнулась Нелли, — не впервой. Я, вон, на свою свадьбу сама готовила. Ну, максимум, ещё девушку наймём, чтобы помогла по мелочи — нарезать, там, вымыть, всё такое... Управимся. Тем более, нас теперь стало больше.       — Приготовить самим можно, а где уместиться? — возразила Дагмар. — Если Марк захочет пригласить тех же, с кем и Рождество отмечал... Столько у вас не уместятся. Если только опять в приюте.       — Ну, значит, в приюте, — пожала плечами Нелли. — Думаю, Абрам вам не откажет, и дети не будут против — всё-таки дорогой учитель женится... да и я у них, смею надеяться, обладаю каким-никаким влиянием, — она усмехнулась. — Так что это вопрос решаемый. Ты пока подумай, кого позовёшь со своей стороны — с его-то будем все мы, куда без этого...       — Родных своих позову, — сказала Дагмар не раздумывая. — Давно я их не видела... Не могла же я туда заявиться, пузом своим сестер опозорить! Ну а свадьба все покроет. Ну и подруг, немного их у меня, но троих, пожалуй, позову.       — Не так много, — заметила Нелли. — Со стороны жениха гостей получится больше... ну, если всеми семьями придут, конечно. Но это не проблема, надо будет — потеснимся. Главное — чтобы не обратили внимания на то, что сын на предполагаемого отца не похож. Ты же не собираешься раскрывать правду?       — Ну так что же, бывает, что ребенок удается в мать, — возразила Дагмар. — На меня-то он похож! Да хоть бы и шептались, неважно. Главное, что по закону все правильно будет.       — Вот и молодец, — Нелли покровительственно похлопала Дагмар по плечу. — Чужих пересудов бояться — последнее дело. У нас с этим ещё проще, а у вас девушки до сих пор чужих поганых языков боятся. Повыдёргивать бы их, чтоб неповадно было... ну да ладно. Ну что, давай и к пастору с тобой схожу?       — Да подождите, точный день мы ещё вроде не выбрали, — улыбнулась Дагмар, — да и, наверное, приличнее, чтобы это мы с Марком сходили. А вы там, в ваших краях, Новый год празднуете, да? А Марк, значит, не сможет с вами отпраздновать, из-за приюта...       — Тоже верно, идите сами, — легко согласилась Нелли. — Просто я хотела сама удостовериться в том, что всё у вас будет хорошо. Да, у нас Рождество не празднуют... нет, ну, празднуют, конечно, но уже после Нового года, седьмого января. А на Новый год у нас полноценные гуляния на всю страну, и вообще много всего интересного. Марк-то... ну, может, и не сможет. Главное — чтобы с тобой и с детьми побыть время нашёл, а я без него как-нибудь проживу.       А между тем в другом мире вовсю готовились к Новому году. Луиза увешала квартиру елочными игрушками, наклеила на окна вырезанные из бумаги узоры... Снежинка живо интересовалась этими изменениями, пыталась сорвать гирлянду, катала по полу разноцветные шары.       А вот Ян, наоборот, последние дни был, кажется, чем-то сильно занят, целыми днями пропадая где-то и отделываясь шутками и недомолвками от расспросов Ма Сон. А за два дня до Нового года пришел домой, сияя, как медный грош.       — Поздравь меня, я на права сдал!       Ма Сон с радостным визгом повисла на муже, смеясь, обнимая его и целуя.       — Молодчина мой! — смеялась она. — Я в тебе и не сомневалась! Ну что, теперь можем спокойно отправляться в автосалон? В автошколе, наверное, обсуждали, какая машина лучше... Ты запоминал? Знаешь, на что ориентироваться хотя бы примерно?       — Конечно, — согласился Ян. — И между собой обсуждали, и с инструкторами советовались. Так что я в общих чертах представляю себе, что нам надо. Поехали выбирать? К празднику будем со своими колесами!       — Только сразу покупать не будем, конечно, — наставительно сказала Ма Сон. — Сначала присмотримся. А то знаю я вас, мужчин: выберете самую крутую и дорогую игрушку, и потом не будете знать, что с ней делать, или почти сразу сломаете. Я, правда, в машинах особо не разбираюсь... ну да ничего, вместе справимся. Сейчас, подожди, оденусь только...       Вскоре семья уже была в автосалоне и фланировала между рядами машин, присматриваясь и сравнивая характеристики.       — Инструктор сказал сразу дорогую и крутую не брать, — пояснил Ян, — взять простую и надёжную, но без лишних наворотов. А крутую покупать года через три, когда уже водить толком научусь. Вот смотри, тут и багажник большой, и задние сиденья можно сложить. А какой цвет ты хочешь?       — Не белый точно, — решила Ма Сон. — Тут вообще белые машины не в ходу, заметил? Чёрная на солнце нагреваться будет... хотя какое у нас тут солнце, ей-богу. Однако же бывает. Так что я бы взяла красную. А ты сам какую хочешь? Ты же будешь ездить. Так что последнее слово за тобой.       — Я буду водить, а ездить будем вместе, — поправил Ян. — И я хочу, чтобы тебе нравилось. Красный? Ну почему бы и нет, ярко и красиво. Теперь еще на ходу ее надо попробовать...       Он окликнул консультанта. Через несколько минут они втроем сидели в салоне, и Ян осторожно тронулся с места.       Ма Сон ничего не говорила, не отвлекая Яна, но когда он посмотрел на неё — увидел её улыбку и одобрительный кивок, жесты безмолвной, но искренней поддержки. Ян хорошо справлялся, и первоначальное беспокойство Ма Сон понемногу улетучивалось.       За полчаса они покрутились по площадке, Ян сдавал задом, припарковывался, поворачивал, тормозил... Наконец остановился, повернулся к Ма Сон.       — Ну что, берем? Или еще посмотрим?       — Там, откуда я родом, не принято покупать сразу, не осмотрев всего, — улыбнулась Ма Сон. — Посмотрим ещё.       Вообще, на её родине принято было ещё и торговаться, и переходить от одного продавца к другому, будто в другом месте товар был получше... но здесь был не рынок, торг не имел смысла, так что женщина решила упростить процедуру. Вообще, она остановилась бы и на этом варианте, а продолжить предложила скорее для проформы.       — Резонно, — согласился Ян. — Глупо брать первую понравившуюся, если покупаешь вещь на несколько лет.       Следующие два часа они бродили по салону, смущали консультанта самыми неожиданными вопросами, а две машины даже попробовали на ходу.       — Знаешь, мне та, первая, все равно больше нравится, — признался Ян. — Но решай ты, я хочу, чтобы тебе нравилось.       — Будь по-твоему, — улыбнулась Ма Сон. — Должна же я хоть иногда уступать тебе. К тому же, это тот случай, когда мы с тобой солидарны — мне тоже первая больше всех понравилась.       Она обернулась к консультанту, царственно кивнула ему.       — Мы берём. Ко скольки можно будет завтра подойти с деньгами? И чтобы документы были готовы.       — Да прямо с утра и приходите, — с привычной жизнерадостной улыбкой проговорил консультант, — за час сделаем!       — И мы отсюда уже на машине уедем? — уточнил Ян и, дождавшись утвердительного ответа, улыбнулся Ма Сон: — Буду тебя катать, как королеву!       — Обязательно! Зачем ещё мы машину брали? — негромко рассмеялась Ма Сон. Конечно, брали они её не только для этого, но не пошутить женщина не могла.       Автосалон молодая семья покидала очень довольной. Ма Сон вообще разве что не сияла от удовольствия.       — Надо будет всё-таки уломать Абрама на то, чтобы устроил какой-нибудь схрон вблизи от места перехода, — тихонько поделилась она с Яном, когда они уже шли домой. — Там можно будет и машину спрятать, и наш товар хранить... Хотя денег на обустройство, наверное, уйдёт немерено.       — Да, это было бы удобно, — согласился Ян. — Но это уж летом, когда снег растает. А сейчас пойдем, что ли, в трактир, отметим!       — Да уж не зимой... — усмехнулась Ма Сон. — Летом вечная мерзлота немного подтает, копать будет легче... надеюсь. А насчёт «отпразднуем»... у меня есть идея получше. Давай-ка завернём в магазин... и отпразднуем дома, — она лукаво подмигнула мужу. — Мне сейчас больше хочется провести время с тобой одним.       — Мне нравится твоя идея, — засмеялся Ян. — Ну, пойдем купим чего-нибудь такого, чтобы только разогреть. Не хочется тратить время на готовку!