Ушедшая невинность под покровом ночи

Странник и Люмин в отношениях уже как пару месяцев. Всё было более чем хорошо: поцелуи, ночные прогулки, невинные ухаживания... Однако это не выходило за рамки – ни туда ни сюда, ни больше ни меньше. Юноша очень хотел наконец выйти за эту грань, предаться и забыться, занявшись любовью с путешественницей... Но не решался предложить, намекнуть ни действиями, ни словами, чрезмерно сильно беспокоясь о том, что только оттолкнëт своим поведением. Комфорт Люмин был превыше его желаний. И вот сама судьба снизошла к ним, подталкивая удобный случай...

***

Это был один из непримечательных дней, как и все остальные. Утро, поручения, вечер, нежности влюблëнных... На сей раз было принято решение остаться в Обители, девушка выглядела как-то грустно и поникшей. Бывший предвестник чётко подмечал перемены её настроения, не первый день в конце концов знакомы. Что-то было не то, и из чайника отказалась выходить... Куда пропала её лучезарная улыбка? Где тот ослепительный жизнерадостный блеск в янтарных очах? Странник не мог слишком долго предполагать у себя в голове. Обхватив её лицо, он сфокусировал всё своё внимание на зрачках напротив, мягко, но при этом настойчиво, не позволяя оборвать зрительный контакт, спросил: — Ты сама не своя. Что случилось? В ответ последовала томительная тишина. А после тихий голос... — Сегодня между поручениями я вздремнула под деревом и.. мне приснился кошмар. – последнее слово прозвучало особенно сдавленно, словно Люмин не хотела делиться этим дальше. Любому другому она бы и не стала выкладывать тягостный груз с души на волю, но сейчас...с ней был он – Странник, её милый возлюбленный, которому она готова рассказать всё, что гложило и терзало изнутри. — В этом кошмаре был ты, любимый... Ты покинул меня... Пожертвовал своей жизнью ради меня в битве с моим братом... Ошеломлëнный услышанным, Странник потерял дар речи... На секунду он представил те ужасные события, будто видел это сам наяву глазами Люмин. Представил себя на её месте и задал вопрос: «Тяжело ли было перенести потерю?..» Ответ напрашивался сам – да, безусловно, потерю близкого человека всегда нелегко осознавать и принимать. Главное не впадать в отчаяние ещё больше... Мрачные мысли так и норовились заполонить рассудок юноши, но что-то внутри щëлкнуло, болезненно ëкнуло, вынуждая собраться и не впасть в отчаяние самому после столь представленной душераздирающей картины... Разум возобладал над чувствами, твердя лишь одно: «поддержка. ей нужна поддержка. её нужно поддержать и дать понять, что это всё не взаправду!» Подушечки больших пальцев пришли в движение, призывая к спокойствию. Поглаживали, пробегались по бархатной коже щёк, скул... Пока один палец не замер у уголка изящных тонких губ. В глазах девушки показался намёк на выплеск эмоций и Странник поспешил вытолкнуть речь: — Звёздочка, я вижу, как тебе плохо, и прежде чем ты захочешь добавить что-нибудь ещё, выслушай меня: я понимаю твои страхи – предательство брата и смерть близкого. Ты боишься, что рано или поздно они могут воплотиться в жизнь, но этому не бывать. Что бы ни случилось, как бы судьба ни была против нас, я буду рядом. Я всегда буду рядом. И телом и душой... И я не позволю себе такой участи, а тебе тем более, это непростительная оплошность. К тому же... Это сон, плохой и несбыточный сон. Нет повода для переживаний, нам они ни к чему. А если вдруг настигнет тоска, то вспомни, кому принадлежит твоё сердце, вспомни, чьё имя на твоих устах в первую очередь, вспомни всё то хорошее, что было между нами... Былой блеск стал ярче просачиваться в её зрачках, а губы произнесли всё также тихим тоном: — Спасибо... Я... Она не смогла договорить из-за пальца, прервавший поток её слов... — Ш-ш-ш, не стоит благодарности, иди сюда... Губы сошлись в жизненно-необходимом поцелуе для обоих. Слишком много потрясений за этот вечер – её сон, его беспокойство... И только чувствам под силу отбросить ситуацию куда-то в дальний ящик. Только чувства способны излечить душевную боль и переживания... Они упали на кровать, растворяясь в касаниях друг друга... Целовали всё, что только попадётся в отчаянные, жаждущие найти спокойствие губы: один поцелуй в лоб, другой прошёлся по щеке, третий оставил след на кончике носа... В этой нежной суматохе, пленительной ловушке Люмин ощутила клубок, который всё сильнее закручивался с каждым новым поцелуем – потребность... Потребность почувствовать больше, ярче, сильнее, чувственнее... Отдаться моменту с головой, не думая о том, что будет потом, что принесёт завтрашний день. Оставив ещё некоторое количество поцелуев на шее, Странник бросил взгляд на её лицо – немой вопрос на то, нужно ли продолжать... На что получил положительный ответ лёгким кивком головы. Их отношения вышли совершенно на новый уровень, пара понимала друг друга без слов, выражая всё через действия и эмоции. Постепенно одежда начала слетать с тел, влюблённые сочли её лишней в данный момент времени. Слой за слоем, ткань за тканью... Когда преграды более не оказалось, любящие взгляды заскользили по телу своей половинки. Каждый отмечал превосходства тела своего избранника: Люмин – подтянутый торс и в целом тело юноши казалось для неё изящным идеалом без единой царапинки, родинки, шрама, оно было безукоризненно чистым, Странник же в свою очередь выделил её соблазнительную пышноватую грудь – не большая, но и не совсем маленькая, приятной формы и размера, стройное телосложение... — Ах... Ты такая, такая... Он не смог подобрать слов, чтобы описать её очаровательную наготу. Сглотнул, припал к груди... Пальцы нащупали один из сосков, доводя его до твёрдой вершинки, а язык захватил оставшийся, неустанно теребя. Тихие стоны заполнили комнату, давая понять бывшему предвестнику о наслаждении партнëрши. От исходящих звуков прямо над ним, юноша уловил уже под собой неумолимое возбуждение... Член болезненно упирался в бёдра девушки, жаждя наконец овладеть столь привлекательным телом и выпустить весь накопившийся за эти месяцы пыл. Одна из свободных рук легла на промежность. Странник мысленно усмехнулся: она уже была достаточно мокрая для проникновения... — Влажная... Ты так этого хочешь, моя нежная возлюбленная? — Да.. Но я должна тебя о кое-чëм предупредить... Он кивнул, готовый внимательно выслушать. — Я... Невинна. До тебя у меня не было отношений, а интимной близости и подавно. Прошу, будь нежнее... В этот момент Странник испытал целую палитру чувств: удивление, испуг навредить, трепет от того, что она сохранила нетронутость для него... Но сильнее всего оказалась гордость. Гордость за то, что он первый. Первый и единственный, кто увидел её такой. Первый, кто лишит её девственности... Подобное заявление и просьба повлекли за собой улыбку, впервые за этот вечер... — Для меня это тоже первый раз... Ты моя первая и единственная любовь... И в силу своей неопытности я... боюсь сделать больно. – признался юноша. Поудобнее пристроившись, бывший предвестник аккуратно развёл девичьи бёдра. Бросил нежный взгляд на спутницу, а затем очень осторожно начал попытки войти. Первое что почувствовал юноша – приятная теснота, обволакивающая орган всё больше с каждым медленным толчком внутрь. Пара охнула одновременно, когда член полностью вошёл... Лёгкая боль пронзила девушку, и когда Странник заметил это, он обхватил её руку, чтобы хоть как-то отвлечь от мимолëтного спазма. — Не отпущу тебя... Мх.. Л-любимая, ты такая тёплая... За этими словами последовал мягкий толчок, вызвав непроизвольно стон вновь у обоих. А за ним ещё и ещё... Нежные звуки, шлепки сплетëнных тел окутали комнату. Она стонала, он блаженно прикрыл глаза от интимной мелодии... Руки переплелись, поддерживая тесный контакт тел. Влюблённые двигались всё сильнее, каждый толчок становился интенсивнее предыдущего. Странник в порыве чувств запрокинул её ноги на свои плечи... Медленно и уверенно они приближались к краю... — Я люблю тебя!.. – крикнула Люмин в предчувствии кульминации. Юноша распахнул глаза от этого искреннего признания, сорвавшееся с губ, посмотрел на любимую: дрожащую, такой поистине прекрасной без всех этих лишних одежд... Откровенное зрелище будоражит и пробирает всё тело насквозь, словно электрический разряд. Подгоняемый её криками, движения обрели совсем неистовый ритм, буквально выбивая ещё больше прелестных звуков из всего её естества. Путешественница наблюдала из-под прикрытых век за ним и ощущала на себе, как её любимый парень старается доставить ей как можно больше удовольствия... Это пробило девушку на слезу, хоть и не намеренно... Беспокойство нещадно кольнуло бывшего предвестника, испугался, что ей стало больно и не медля потянулся вытереть непрошенные слёзы, сбавляя темп. На что Люмин улыбнулась, заверяя, что всё хорошо. Облегчённый выдох и прежний ритм вернулся... Особенно глубокий чувственный толчок стал приятным заключением их сладостного занятия любовью. Странник закричал с ней в унисон, изливая свои горячие чувства глубоко внутрь тёплой влажной плоти. Задержался ненадолго, позволяя окутать девушку своей любовью... И устало рухнул рядом, трепетно прижимаясь всем телом к её. Стало тихо, и только сбитое дыхание достигало стен их спальной комнаты. — Я точно не сделал тебе больно?.. – беспокойно выпалил юноша, этот вопрос никак не давал ему покоя. Он не простит себе, если его любимой было дискомфортно. — Точно. Мне всё понравилось, это была волшебная ночь... И я хотела бы, чтобы мы занимались этим чаще.. От последней фразы оба покраснели... Как бы Странника ни смущала эта мысль она ему явно пришлась по душе. — Спасибо за незабываемую ночь... – прошептала напоследок она, утыкаясь в грудь возлюбленного. — Это тебе спасибо, что доверилась мне... Солнышко. – ответил также шёпотом он, накрывая их с ней тёплым одеялом. Так они и уснули: мокрые и счастливые...