Слово в плену

-Может наконец-то поговорим честно? Где твои люди? Виталий фыркнул. -Я уже все сказал. Не партизан. -Вы все так говорите. Янссен закурил. Взглядом его окинул. Мальчишка за идиота его держит? Может и не главный, но точно подручный. Врет прямо в глаза глядя. Рыжий... Но хорошенький. Не думал, что у русских водится что то стоящее. Рядом на корточки присел. -Допустим, я тебе поверил. Как ты оказался один в лесу с кучей вещей и припасов? -С города в деревню родную шел. Все. -Oh mein Gott... Keine Fantasie! - Хмыкнув. - Придумай чего поинтереснее. -Да пошел ты, фашист! -Все мужчины твоего возраста сейчас на фронте. Как крыса прятался? -Нет. -Другого варианта я не вижу. -Не успел. Вы прикатились. Иначе я бы давно там был! Капитан языком цокнул. Ну так не интересно. -Unglaublich. - Затяжку сделал и дым выдохнул. Парень поморщился. - Как там тебя звать? Я не запоминал. -Во второй тогда тоже не запомнишь. -Нет. Давай говори. Или... - Не договорил. Толку его пытать снова? Ничерта не сказал. Эти русские и правда не люди, видимо. -Или что? - Оскалился, показывая розовые от крови зубы. - Снова в меня сигаретой будешь тыкать? Можешь не мелочится паяльником! -Nein. Nein, Nein, Nein. Мужчина на ноги поднялся. Прошел сел за стол. -Мне интересно чем такой молодой человек занимается. -В смысле?... -Работал или учился? -Кхммм... Совсем что ли ума лишился, немчура?! -Поэт я. Опальный. Учился на филолога. -Не про партию писал? -Не про нее. -Забавно. Как у вас легко попасть в немилость. - Затяжку сделал и дым через нос выдохнул. - Зачитай-ка мне чего. -Это пойдет к моему делу о партизанстве? -Нет. Это личный интерес. Не сразу ответил, волком на него смотря исподлобья. -Запреты в воздухе, как дым, но разве можно Бога гнать? Он в каждой звезде, в каждом ритме, куда ни посмотри – не спрятать. Судьбы невидимой не сломить. Он с каждым шагом рядом льется. Разум, что пытается забыть, с душой единой вновь сливается. Зачем же гнать светильник веры, когда он в нас как вечный знак? Веки и судьбы не отмерить и Бог с нами, хоть кто б ни так. Запреты, тени – все суета. Любовь его не сокрушить. Благословение, как мечта, в сердцах живет и будет жить. -Как интересно. Ты, судя по всему, бессмертный. Про Бога писать! -Все мы под Ним ходим. -Дай угадаю: твой отец или еще какой родич был священником. Их повесили или в Сибирь сослали. Тот губы поджал. По тому сразу стало ясно, что угадал. -Бедный мальчик. Поди фамилию пришлось сменить из-за такого. Что бы не быть сыном попа. Почти что сын врага народа. -Заткнись... -Зачитай еще. Мне понравилось. Не Гете, конечно, но есть талант. -Пххх... -Давай. Я больше не обижу. Искусство люблю. -По тебе не скажешь. -Внешность бывает обманчива. На деле я очень даже добрый человек. Виталий глаза закатил. Ладно ладно. Пусть слушает. Потом как нибудь выкрутится, чтобы прибить его. -Ты и я как светлый сон. Между нами — мгла. Словно звезды, мерцают взгляды наши. Ветер шепчет нежно, в сердце радости капли. Ночь разворачивает шаль из темных мраков, а луна, наш старый друг, охраняет счастье. Пламя свечи танцует, тени рисует на траве. Время замедляет шаг, словно хочет нас спасти каждый миг. Лунный свет, лица светят будто зефир на губах. Скрыты искры счастья в каждом взгляде, каждом слове. Пусть пройдет все мимо, мгновения летят. Навсегда в моем сердце этот летний взгляд. -Ммм... Для дамы писал? -Не важно. -Так что? Звать как, рыжик? -Кудрявцев Виталий Павлович. Немец посмеялся. -Подходит. Кудряшка. -Я больше ничего не скажу. -Да пожалуйста. Завтра продолжим. - Уже на немецкий перейдя. - Geier, Böhme, Bringt ihn weg! Lass ihn noch nachdenken. Кудрявцев попытался вырваться, когда солдаты его уводили. Один прикладом дал, так что сознание потерял. -Hat er etwas gesagt? - Спросил подошедший адъютант. -Er ist kein Partisan. -Egal. Ihn erschießen? -Nein. Später den Befehl. Geh. Vorerst frei. Тот кивнул. Удалился. Капитан сигарету в пепельнице потушил. Смешно. Партизан ведь. Врать умеет хорошо. **** -Зачем эта убогая страна, где ты изгой? Я могу увезти тебя с собой в Германию. У меня там фамильный особняк. Будешь на полном обеспечении. Виталий пару раз моргнул. Вообще не ожидал что такое будет в этот раз говорить. -Ч-Чего? -Mein lieber Dichter, ich bin total begeistert von dir! Парень не сильно понял что он там сказал, но явно не ругательства какие. Это заставило напрячься. -Что тебе опять надо? Не буду я больше ничего читать! Ральф ухмыльнулся. Дверь запер на засов. После подошел к нему и сел напротив на корточки. Заглянул в глаза голубые. -Выдай где партизаны засели и я организую тебе самую лучшую жизнь. Такую, о которой ваши люди могут лишь мечтать. Будешь в сытости, тепле и при Боге своем. Самому на Бога было все равно. Возможно там кто-то да есть. Но раз где то наверху, то какое до него дело? Улыбнулся, когда заметил как начал рыжик сомневаться. -Ничего не знаю. - Головой мотнул. - Не про каких партизан! Тот хмыкнул. Упертый. Ну ничего. Нашарил уже чем подкупать. Кто там людей искушал? Змий. Побудет им немного. -Только представь что теряешь своей упрямостью! Тебя напечатают. Перевод не такое долгое дело. Зато читатели найдутся. Люди любят такие стихи. Про любовь и всяких крылатых красивых юнош. -Хватит врать! Знаю я что сделаешь. Повесишь! -Могу именем Господа поклясться, раз не веришь. -Совсем из ума выжил... - Зло зашипел. - Не верю ни одному твоему слову, гнида! Верить не хотелось, но так говорил, будто и правда решил такое устроить. Еще Богом клянется! -Милый, у меня столько денег, что я бы мог выкупить целое издательство. Пропихнуть тебя туда вообще раз плюнуть. - Продолжал соблазнять. Взял руки ему развязал. - Не хочу, чтобы талант пропадал. Жалко такого убивать. Кудрявцев назад отпрянул, когда немец слишком близко оказался. -Да будь ты проклят! Ты и все твои родственники! -Какой злой. Взял его по ноге пригладил, заставив совсем опешить. -Твои уста — рубина два. Нежны их очертанья. И счастлив тот, кто с них сорвет стыдливое признанье. Кудрявцев глаза округлил. Кажется, вчера очень хорошо приложили. Вообще не понимает что происходит. -Т-Ты че творишь, немчура?! -Не понравилось? Могу другое зачитать. - Еще ближе оказался. - Кто влюбился без надежды, расточителен, как бог. Кто влюбиться может снова без надежды — тот дурак. Это я влюбился снова без надежды, без ответа. Насмешил я солнце, звезды, сам смеюсь — и умираю. От того уже румянцем вспыхнул. -Хватит! Отвали от меня! В сторону поспешил отскочить. Со стола нож для писем схватил. Капитан рассмеялся. -Was für ein gewaltiger. -Зарежу урода! Мне потом еще спасибо скажут. -Кто? Товарищи по отряду? -Гррррх... Все местные люди! Ральф смехом прыснул. Ближе шаг сделал. -Nun, komm schon. Angriff, Fuchsjunge! Виталий на него кинулся. Драться стали. Янссен и не ожидал, что хилый мальчишка такое умеет. Чему у русских филологов учат вообще? В итоге все же смог выбить нож из руки. В сторону его пнул. -Неплохо. Ты еще и про учебу соврал, да? Филологов рукопашному бою не учат. -Я личность разносторонняя. - Губы пересохшие облизнул, назад отходя. - Не только стихи пишу. -Нравишься мне все больше. - Ухмыльнувшись. - Давай сотрудничать. Я своих предложений не забираю. -Так и я все так же ничего не собираюсь говорить. -Тогда продолжим кулаками махать. Русские это любят. -А сил хватит, старик? -Ах! Я оскорблен до глубины души! Мне всего сорок три. -Скоро и подыхать. -По возрасту судить нехорошо. -По национальности тоже. Зло фыркнул, в стойку вставая. Мужчина ухмыльнулся. -Wunderbar. Einfach toll! -Заткнись и дерись как мужчина! Вновь в бою сошлись. В этот раз Виталий почти победил. Только немец в последний момент сделал обманку. Подсек правую ногу, поняв, что та слабое место. От такого на пол полетел. Зло зарычал, поднимаясь. -Сволочь... -Du siehst gut aus auf dem Boden zu meinen Füßen. -Пошел ты к черту! Ударить попытался, но ногу перехватили. Ральф его потянул на себя, упиваясь победой после достойной схватки. -Netter junger Kerl. - Улыбнувшись. - Продолжим наш разговор в другой плоскости. -Че? Не сильно понял что тот имел ввиду, но такое только больше заставило начать брыкаться. Проклятый фашист! Виталий пытался освободить руки, которые привязали к изголовью кровати. -Тебе это с рук не сойдет! Я глотку перегрызу! Ральф улыбнулся. Продолжил расстегивать китель. -Какая страсть. Завидую молодым. У них еще есть силы так беситься. -Ублюдок! -Ммх... Оставь. Я еще даже не успел раздеться. -Извращенец... -Würde ich nicht sagen. - Задумался как это по-русски будет. - То есть, я хотел сказать, что если мне кто-то понравился, то не важно мужчина или женщина. Ты такой рыженький. Мой любимый типаж. Китель скинул на стул к штанам. От рубашки тоже избавился. Пару минут еще понаблюдал за тщетными попытками парня высвободится. После на край кровати присел. -Я буду кричать. Не думаю, что твои псы оценят, что их главный трахается с русской свиньей! -О. Думаешь на меня подействует такое? - Пальцами прошелся по груди. В той так быстро билось сердце. Казалось, что вот-вот и выскочит. Расстегнул пару пуговиц. - Кричи сколько влезет. Желательно, мое имя. Ты ведь его не забыл? Тот презрительно скривился. Сволочь... Лучше бы иголки под ногти опять загоняли его бойцы, чем эта мерзость! Взял ему в лицо плюнул. -Сдохни! Капитан хмыкнул. Рукой обтерся. -Строптивый мальчишка. За щеки его схватил. Голову повернул, чтобы в глаза смотрел. -Кто-то не умеет принимать поражение. Парень его за руку цапнул до крови. -Tc... Ein Fluch. Дикий звереныш! Кровь слизнул. Больше не сильно церемонясь продолжил раздевать. Рыжий пытался сопротивляться как мог, но подобное положение не сильно давало возможности для такого. Только сильнее веревки затянул от своих выкрутасов. -Зараза. - Процедил сквозь зубы. -Успокоился наконец. Расслабься. Понравится еще. - Пригладил рыжие кудри. - Я опытный любовник. -Иди ты знаешь куда со своими извращениями?! -Ммм... Сейчас взглянем на что ты там посылаешь. -Гррррах! Убери от меня руки! На бок перевернулся. Немец даже так стянул штаны вместе с трусами. В сторону отправил. -Schönheit. - Промурчал, любуясь. Худой и поцарапанный, но первое исправить легко. Покормить нормально, а то сколько уже отказывается хоть что то съесть. -Сука... Что б тебя черти ебали! -Конечно-Конечно. Огладил бедро. Перевернул его на спину и сверху навис. Все это сопровождалось отборной русской бранью. Некоторые слова вообще впервые слышал. Вот и правда богатый язык. Пальцы облизнул, когда парень хрипеть стал от того, что голос сорвал. -Наговорился? Ему ничего не ответили. Виталий голову отвернул, чтобы не видеть эту рожу бледную с глазами карими, которые ехидством так и горели. -Я тебе нравлюсь? -Хуйни не неси... -Не будь я немцем, то понравился бы больше? -Ебанутый ты. Мужчина мужчине в таком плане нравится не может! -Наивный. -Все вы там на западе извращенцы. -Du hast schon angefangen, dich zu wiederholen. Schade. Пальцами проник в колечко мышц. Кудрявцев зубы сжал, жмурясь. Лучше б в лесу и пристрелили, черти! Последнее о чем думал, когда в плен попадет, что трахаться с фашистом придется. Господи, неужели совсем оставить решил? Всхлипнул, когда вдруг вместо противных ощущений по телу разлилась волна чего то неясно приятного. Такого до того никогда не испытывал. -А-А? -Вот так. Зря только упирался как тот зверь. Коза? Ах, нет... Баран. -Че за херня?... -Мужчина еще лучше женщины знает как сделать другому мужчине приятно. - Склонившись. - Поцелуемся, милый? Или ты совсем против прелюдий. Тот оскалился. -Я тебе язык откушу! -Ох, ладно. Без поцелуев в губы. Хотя было бы славно. Губами припал к груди. Поцелуями по ней прошелся. Пришлось за бока браться, чтобы не сильно русский дергался. Один из сосков пососал. Рыжий запыхтел, голову назад откинув. Невозможно было. Разум продолжал бороться, но тело предательски реагировало на каждое прикосновение. Обычно сам ласкал, когда с женщинами спал. Только пару раз в ответ тоже ласкали. -Ммх... Янссен пару раз ножницы сделал. Пальцы вытащил. Удобнее устроился, ноги шире раздвинув, и неспешно вошел. -Паскуда! Аах... Головой замотал, звуки непереводимые издавая. В спине прогнулся, сдавлено стоня, от того, что снова лапать стали. -Что б тебя... Блядь! -Расскажешь где отряд? -Ничего я тебе не скажу! -Подумай хорошенько. - Языком прошелся по изгибу шеи. - Ты ведь хочешь себе лучшей жизни? -Лучше сдохнуть, чем быть предателем! -Gott... Schon wieder? Кожу над ключицами, неприлично выпирающими, прикусил. Тут же зализал укус. -Убей меня, ради Бога! -Не хочу. - Мочку уха без серьги пососал. - Ты мой трофей. "Eine wilde Kreatur aus dem wilden Wald." -Тц... Я тебе не зверье какое, гнида! -Возможно. Он темп стал набирать. Поцелуями спустился нижу. Языком прошелся по шрамам на боку, очередные нежности мурча. Виталий стон не сдержал. -Бляха-муха... Выблядок немецкий!- Зло прошипел, сглатывая слюну. - Заткнись уже, припиздень! Какое же блядство... -Oh. Was für ein böses Tier. За бедра взялся и на всю длину вошел. Парень протяжно застонал. -Что б тебя переебало! Больше не смог ничего сказать. Рот поцелуем заткнули. Глаза прикрыл. Сам не понял как ответил. -Вот так... - Чмокнул в мочку уха. - Хороший, лисенок. Он закурил, довольно жмурясь. Дым через приоткрытые губы выдохнул. Глянул на уснувшего Виталия. По щеке пригладил. Теперь точно не станет убивать. Докурив, собираться стал. Только вот вообще не ожидал, что в следующие мгновение сзади схватят и нож к горлу приставят. -Вот черт... -Нечего расслабляться, сука. -Ну давай прирежь меня. Что делать будешь? Тебя пристрелять, как дикого зверя, стоит только из дома выйти. -Тц... -Оставь ножик, Fuchsjunge. Тот замешкался. Ральф этим воспользовался. Нож выбил, а самого повалил обратно. -Ублюдок... -Хоть бы слово ласковое сказал. Поцеловал страстно. Виталий зло фыркнул. Щеку ему расцарапал. -У меня сейчас нет времени с тобой еще развлекаться. Вечером продолжим, мой милый поэт. Я тебе еще чего зачитаю. Руки ему связал. Одеяло сверху накинул. -Не скучай. Китель надел под очередную ругать. Пуговицы застегнул и волосы пригладил. Будет очень весело. Уже не мог дождаться вечера. -Будь ты проклят! -Да-Да. Сейчас еды принесут. Надеюсь, ты наконец-то поешь. Иначе будет нехорошо. Рыжий звуки непереводимые издал. Плюнул в него. За такое пощечину получил. -Я тебя манерам научу, мальчишка.