Лучший парень во всей Вселенной

Казалось, все было отлично. О чем еще мечтать в этой жизни? Он — Тони Старк. Тот самый гений, миллиардер, плейбой (на самом деле уже нет) и филантроп, к тому же герой, вернувший из камня половину Вселенной и умудрившийся при этом выжить. А еще заполучивший самого доброго, смелого, нежного, красивого, талантливого и отчаянного парня на всем белом свете. Очнувшись в медотсеке и едва осознав произошедшее, Тони решил в корне изменить свою жизнь. Он был в шаге от смерти далеко не впервые, но именно в этот раз смирился с судьбой и даже не надеялся остаться в живых. Однако вселенная предоставила ему шанс, и он не намерен был его упускать. Тони не признавал этого вслух, но в глубине души давным-давно признался самому себе, что пошел на опасную авантюру с путешествиями во времени только ради одного человека. Ради Питера. Сколько раз у него была возможность поговорить с пацаном, дать ему понять, что его чувства вовсе не безответны, поцеловать в губы или даже просто обнять… Однако раз за разом Тони находил все новые отговорки. Может быть, пусть первый опыт Питера произойдет с ровесником или ровесницей, а не со зрелым мужчиной, годящимся ему в отцы? И какие там объяснения в чувствах, когда речь идет об уничтожении половины жителей Вселенной… И вообще, пусть парень для начала закончит школу, а там видно будет. И только на Титане, когда Питер рассыпался пеплом прямо у него на глазах, Тони осознал, каким был идиотом. Мысли о том, что он умер, так и не узнав, насколько дорог был Тони, что теперь ему никогда не увидеть ни его смущенную улыбку, ни того, как пацан что-то отчаянно доказывает со всем своим юношеским максимализмом, выжигали ему душу и заставляли рассыпаться на части. Жаль, лишь в переносном смысле. После всего они с Пеппер утешали друг друга как могли и даже попытались стать друг для друга семьей. Пожалуй, завести семью с давней подругой, с которой не было нужды играть в любовь и притворяться другим человеком, было не такой уж плохой идеей. С появлением Морган Тони снова научился улыбаться — пусть и не так радостно, во все тридцать два зуба, как раньше. Но лучшая подруга и даже любимая дочь не смогли заполнить пустоту в его сердце, не смогли заглушить то отчаянное чувство вины, ежеминутно поедавшее его изнутри. Он, гений, миллиардер и филантроп, не спас стольких людей и других разумных существ, хотя мог бы. Но самое главное — он не спас Питера. Пацана, который доверял ему больше всего на свете, который рассчитывал на него и который так и не узнал, насколько важное место занял в жизни Тони. Когда бывшие друзья приехали в гости к ним с Пеппер и Морган, начали рассказывать ему о том, как Человек-муравей случайно проделал брешь во времени и пространстве, и уговаривать поучаствовать в их невероятно смелой затее, Тони испугался. Он едва научился жить без Питера, едва примирился с мыслью о том, что не смог его спасти, и теперь ему подсовывают худшее, что может быть в этом случае, — надежду. Надежду на то, что Питер снова откроет глаза. Посмотрит на него, улыбнется и скажет, чуть запинаясь: «Ну здравствуйте, мистер Старк». Но даже если был всего один шанс на миллион на то, что их затея удастся, Тони никогда бы себе не простил, если бы не попытался. Даже Пеппер благословила его, хоть явно и не хотела потерять друга и отца своей дочери, справедливо заметив, что без этой попытки Тони жить дальше уже попросту не сможет. И вот теперь Питер был жив. Не только он, но и все рассыпавшиеся пеплом от злополучного щелчка Таноса. Более того, сам Тони, вопреки всему, тоже выжил. Правая рука, правда, нещадно болела, несмотря на то что его, судя по количеству проводов и трубочек, накачали нехилым количество обезболивающего. После всего произошедшего Тони решил, что больше не упустит свой шанс на счастье и расскажет Паучку все как есть при первой же возможности. Поэтому, когда взволнованного Питера в мятой майке и с синяками под глазами пустили к нему, Тони сразу же перешел к делу, пока сам не передумал. Он повернулся на бок лицом к Питеру (к счастью, длина многочисленных проводов позволяла это сделать), поглубже вздохнул и начал: — Пит, нам надо серьезно поговорить. Едва появившаяся неуверенная улыбка на его красивом лице сразу же пропала. — Мистер Старк, ну какие разговоры? Вы едва пришли в себя, — парень активно начать жестикулировать руками, как всегда, когда хотел во что бы то ни стало донести до собеседника важность своих слов. Конечно же, у Тони возник сильнейший соблазн отложить сложный разговор до лучших времен, но он не позволил этому соблазну взять верх. А что, если тот самый момент так никогда и не наступит? Да и, как ни прискорбно это было признавать, никогда не знаешь, сколько им осталось, с их-то супергеройской жизнью. Поэтому Тони мягко, но уверенно продолжил: — Пит, я и так слишком долго откладывал этот разговор. Все ждал какого-то подходящего момента, думал, у нас с тобой вся жизнь впереди, а потом… — на этих словах Тони снова глубоко вздохнул, — потом ты рассыпался пеплом у меня на руках. — И что вы хотите сказать? — настороженно поинтересовался Питер, сидевший на стуле рядом с больничной койкой. — Что ты ко мне чувствуешь? — Тони хотел сказать совсем не это, но было поздно брать свои слова обратно. Во взгляде Питера промелькнул страх. — В-вы что имеете в виду? Так вы… об этом хотели поговорить? — Питер отвел взгляд в пол и начал нервно теребить низ серой футболки. — П-простите, я не думал, что все так очевидно. Я все понимаю, у вас жена и дочь, и вообще где вы, а где я… Мистер Старк, я не хотел доставлять вам неудобств, — Питер, казалось, окончательно сник, а затем подпрыгнул со стула, посмотрел на Тони и продолжил более решительным тоном, словно защищаясь: — Но вы и сами должны понимать, как действуете на людей. Вы самый красивый, самый замечательный, вечно всех спасаете и готовы пожертвовать собой ради целого мира. Чтобы это развидеть, мне придется выколоть себе глаза, хотя, боюсь, и это не поможет! Тони слушал этот монолог, раскрыв рот и не смея вставить ни слова. Хотя он сам виноват, что довел бедного парня. Вечно флиртовал с ним, старался как можно чаще прикоснуться, похлопать его по плечу, и в то же время не говорил ни «да», ни «нет», не давал ни словом, ни делом понять, выходят ли его собственные чувства за рамки наставничества и заботы. — Ты закончил? — Да, мистер Старк, простите, — казалось, Питеру стало стыдно за то, что в конце он уже практически кричал. — Вам надо отдыхать и восстанавливаться, а не нервничать. Я все понял, вам не обязательно было… Я пойду, мистер Старк. — Пит, подожди. — Питер уже было развернулся и пошел к двери, но остановился, услышав свое имя. — Я совсем не то хотел сказать. Вечно веду себя как мудак, даже сейчас, — он поморщился от своих же слов. Питер повернулся к нему, но не подходил ближе и молча смотрел на него. — Я же только ради тебя это все затеял. Сначала сомневался, ведь шансов почти не было. Я боялся позволить себе надеяться… А потом мне удалось провести нужные расчеты, я сам себе не поверил от счастья, — Тони невесело усмехнулся. — Я подумал, что сильно рискую оставить Морган без отца, и снова засомневался. Но Пеппс спросила меня: смогу ли я жить дальше, если не попробую всех вернуть? Смогу ли просыпаться дальше и смотреть в свое отражение, если не попробую вернуть тебя? Конечно, не смог бы. Я бы на что угодно пошел, лишь бы узнать, что ты жив, что у тебя все хорошо, лишь бы еще раз увидеть и обнять тебя… Тони сам не заметил, как на его глазах выступили слезы. Зато заметил зоркий Паучок, возвращаясь к койке и снова присаживаясь на стул у ее изголовья. — Мистер Старк, вы что это… плачете из-за меня? — в его голосе слышалось искреннее недоумение. — Я вам очень благодарен за то, что вы меня вернули, правда. Вы не волнуйтесь, со мной все будет хорошо, — он торопился, словно боялся, что Тони не даст ему договорить, его слова наскакивали друг на друга. — И я честно постараюсь не донимать вас своими глупыми чувствами… — он на мгновение запнулся. — Я не знал, что это настолько очевидно и что вам так больно от этого. Вы ни в чем не виноваты, это я сам в вас влюбился, — впервые за их разговор прозвучало то самое слово, и Питеру явно стало совсем неловко. — Пацан, ты вроде такой умный, а иногда такой идиот, — Тони безуспешно попытался покачать головой, лежа на боку. — Над твоей самооценкой мы еще поработаем. С чего ты решил, что недостоин меня? «Не буду донимать вас своими глупыми чувствами», ну ты завернул, — Тони на автомате попытался протянуть к нему правую руку, которую сразу же прострелило резкой болью. — Все в порядке, не зови никого, — ответил он, увидев, что Питер уже тянется к кнопке вызова врача. — Собственно, что я хотел сказать, — Тони в последний раз собрался с силами и едва слышно (что было вполне достаточно Питеру с его паучьим слухом) выдохнул, не отводя от Питера глаз: — Я тебя люблю. — Питер молчал, и Тони продолжил: — Не как друга или подопечного, хотя, конечно, как друга тоже, и опекать тебя мне нравится… На этих словах Питер впервые с момента, как зашел в палату, наконец-то широко улыбнулся и ехидно ответил: — Ну и кто еще здесь подросток, мистер Старк.

***

С того дня начались их великолепные, восхитительные и, пожалуй, самые нежные в длинной жизни Тони Старка отношения. Питер, осознав, что его чувства взаимны и любые их проявления только приветствуются, будто слетел с катушек. Две недели, пока Тони не вставал с больничной койки, Питер буквально не отлипал от него, регулярно таская цветы, конфеты и прочую чепуху. Тони пытался ворчать и делать вид, что слишком стар для подобного, но был не в силах сдержать улыбку, в которую растягивались его губы всякий раз при виде влюбленного по уши и крайне довольного парня. Если бы не Мэй и выпускные экзамены на носу, Питер бы, наверное, вообще поселился у него в палате. Впрочем, когда Тони встал на ноги, Питер никуда не делся, но теперь их времяпрепровождение стало куда более разнообразным. Наконец-то Тони смог осуществить самую смелую мечту и пригласить своего парня на настоящее свидание. Изысканный французский ресторан, арендованный только для них двоих кинотеатр с просмотром старой трилогии «Звездных войн», их первая (если не считать Германии) поездка за границу… Конечно, в глазах окружающих они выглядели как отец и сын. И если Тони научился к своим годам держать лицо, то не увидеть щенячью влюбленность и безграничное счастье на лице Питера было попросту невозможно. Хотя Питер так смотрел на него и раньше, и кроме Тони никто ничего не замечал — или все просто тактично молчали о том, что их не касалось. Выпускной остался позади, до начала учебы в Нью-Йоркском университете была еще куча времени, и теперь Питер по-настоящему помогал Тони в мастерской, а не просто сидел рядом, обложившись учебниками. У него появилась своя комната на Базе, он практически полностью переехал в нее, и, как ни странно, Мэй даже почти не возражала. В общем, все было идеально… за исключением одного. Они с Питером никак не могли заняться сексом. Они много целовались, Питер часто забирался к нему на колени и шептал на ушко грязные вещи, но как только дело начинало идти к постели, постоянно что-то шло не так. Казалось, что они оба хотят этого как безумные, но вечно что-то им мешало. То Клинт едва не застукает, то внезапно окажется, что Питеру много задали, то Мэй зазвонит в самый неподходящий момент. Разумеется, Тони доверял своему бойфренду (как же непривычно и вместе с тем восхитительно звучало это слово — бойфренд!), но в какой-то момент совпадений стало слишком много, и Тони заподозрил неладное. Не стоило забывать, что Питеру через пару недель стукнет семнадцать и что до Тони он ничем подобным не занимался. Разумеется, он рассказал ему о поцелуе с одноклассницей, оказавшейся дочерью Стервятника (как же ее звали? Лесли? Лиза? Мисси? Нет, определенно первой в ее имени была буква «л»), но едва ли это можно было считать хоть сколько-нибудь значительным. Вполне вероятно, парень просто переживал о первом сексуальном опыте, хоть и безумно хотел отдаться своему престарелому возлюбленному (Тони поморщился от того, насколько патетично это прозвучало у него в голове). И каким бы бойфрендом Тони был, если бы не поговорил с Питером, не успокоил его и не объяснил, что приложит все усилия, чтобы его первый раз прошел идеально? Впрочем, даже если и не идеально — они смогут поработать над ошибками, будут с каждым разом все лучше узнавать тела друг друга, учиться доставлять друг другу удовольствие. От мысли о том, как он будет медленно изучать тело Питера пальцами и языком, находя и запоминая самые чувствительные местечки, его тело прошила сладкая дрожь. Конечно же, Тони не станет давить на Питера и склонять его к тому, к чему тот пока не готов. Они вполне могут двигаться медленно. Тони давным-давно не подросток и может подождать. Для начала он может сделать Питеру нежный массаж, поцеловать его в губы и шею, затем медленно спустится поцелуями по его телу, оставаясь при этом строго выше пояса. Он убедится, что Питер не боится, и аккуратно дотронется до его возбуждения. Сначала через белье, но Питер же подросток, у него гормоны бушуют, наверняка он быстро захочет большего. Тони представил, как Питер нетерпеливо хватает его за руку и засовывает к себе в трусы, краснея при этом словно спелый помидор, и от этой довольно-таки невинной фантазии у Тони окончательно и бесповоротно встал.

***

— Пит, нам надо поговорить, — начал сразу с места в карьер Тони, едва Питер переступил порог его мастерской. Паучок словно закаменел, в его глазах плескался дикий ужас. Только тут Тони осознал, что у молодежи обычно означает эта фраза. — Я не то хотел сказать, — быстро спохватился он, поднимая руки в примирительном жесте. — У нас все хорошо, просто хотел кое-что обсудить, — Тони сделал шаг по направлению к своему бойфренду и успокаивающе улыбнулся. Питер заметно расслабился, его плечи опустились, но взгляд по-прежнему выражал некоторое недоверие. — И что же вы хотели обсудить, мистер Старк? Тони хотел в очередной раз подколоть его на тему того, что Пит никак не начнет называть его по имени, но передумал, рассудив, что сейчас стоит обсудить куда более важный вопрос. — Присаживайся, Пит, — Тони кивнул на старый диванчик в углу и схватил синюю тряпку, чтобы вытереть руки, заляпанные машинным маслом. Он скинул майку, перепачканную тем же маслом, и ощутил на себе пристальный жадный взгляд. Паучок смотрел на него с плохо скрываемым вожделением, будто облизывал взглядом и раздевал одновременно. Тони потянулся к шкафчику, в котором всегда лежала стопка чистых футболок, и услышал, как Питер шумно сглотнул. В тишине мастерской (все приборы были отключены, потому что пацан застал его за ручной сваркой) этот звук ударил по ушам словно раскат грома. Быстро нацепив первую попавшуюся футболку (белую с какими-то микросхемами), Тони приземлился на диванчик рядом с Питером. Тони слегка приобнял своего парня и задал давно мучивший его вопрос без лишних предисловий: — Ты боишься секса? — Что?! Конечно, нет, — ответил Питер слишком поспешно и не слишком убедительно. Его юное лицо выражало целую гамму эмоций — от смущения и удивления до легкого испуга. Впрочем, Тони решил не пытаться угадать, о чем думает его парень. Хватило с него уже кучи безуспешных попыток прочитать мысли Пеппер. Если Тони что-то и вынес из этих заведомо обреченных отношений, так это то, что честный и откровенный разговор лучше любых предположений и угадываний. Невозможно понять, что в голове у другого, пусть и невероятно близкого человека, и уж это к своим пятидесяти трем годам Тони Старк наконец усвоил.. Поэтому он попытался растянуть губы в ободряющей улыбке и продолжил, не убирая руку с плеча Питера: — Послушай, Пит, — на этих словах он попытался заглянуть ему в глаза, но парень отвел взгляд. — Ты же знаешь, что можешь рассказать мне все. Разве я давал тебе повод усомниться в этом, хоть раз? Я не буду осуждать тебя. — Питер по-прежнему не смотрел на него. — Тебе всего шестнадцать. — На этих словах Питер все же поднял голову, будто готовясь защищаться. — Я к тому, что в твоем возрасте абсолютно нормально бояться подобного. Это я тертый калач. Боже, да я уже и не помню, с кем и когда впервые переспал, — усмехнулся Тони, понимая, что забыл об этом он явно не из-за того, что это было давно, а из-за количества алкоголя и других веществ в его организме в тот день. Питер все еще молчал, и Тони продолжил свой монолог. — Ты пойми, я не собираюсь на тебя давить, мы перейдем к следующему шагу только тогда, когда ты будешь готов. Хорошо? В мастерской наступила тишина. Внезапно в метре от них щелкнул увлажнитель воздуха, который притащил на прошлой неделе заботливый Паучок, бормоча что-то о вреде сухого воздуха для его здоровья. Увлажнитель выпустил небольшую порцию пара, отчего оба вздрогнули. — Не в этом дело, — все же подал голос Питер. — Недаром вас считают гением. Было лишь вопросом времени, когда вы поймете, что со мной что-то не так. — Питер явно старался говорить уверенно, но его голос слегка дрожал. — Все с тобой так, Пит, это совершенно нормально… — Выслушайте меня пожалуйста, — мягко прервал его Паучок, и Тони тут же замолчал. — Это не просто переживания насчет лишения девственности. Я думаю, точнее знаю, что все будет сложно. — Если ты о том, что мы оба мужчины… — Да дайте мне уже сказать! — Питер слегка повысил голос, что случалось с ним не так часто, и Тони мысленно напомнил себе: никакого гребаного чтения мыслей. — Мистер Старк, я вообще не уверен, что мы сможем заняться сексом. Я очень хочу вас, только об этом и думаю, — поспешно добавил он, прижимаясь чуть ближе, подставляясь под его руку на своем плече, — но есть некоторые особенности. — И… какие особенности? — на этот раз Тони уже не пытался угадывать, а просто задал вопрос, когда Питер снова замолчал. — Я никогда не делал этого… с другим человеком, поэтому не уверен… Я хотел бы попробовать с вами, очень хотел, вы такой горячий, сексуальный, я вас так люблю, — на щеках Питера заиграл румянец, а его пальцы начали теребить край его же бордовой футболки, но тем не менее он смело продолжил. — И вы, мистер Старк, лучше всех понимаете меня. Не говоря уже о том, что вы знаете о моей мутации. Если у меня и получится заняться сексом, то только с вами. Кажется, Тони начал понимать. У Питер есть какие-то физиологические особенности, вызванные укусом того паука? Никаких предположений, черт возьми, повторил он сам себе и мягко произнес: — Расскажи мне, Пит. Обещаю, я не буду смеяться или осуждать тебя. Со времен появления Железного Человека я с какими только мутантами ни общался. И я хочу знать все о том, кого люблю. Питер, привалившийся было спиной к его груди, слегка отстранился, поднимая руки к его лицу и одаривая его глубоким взглядом. — Мистер Старк, вы только не обижайтесь, — как-то уж совсем по-детски произнес Питер. — Но вы же взрослый мужчина со вполне понятными потребностями. Разве вам захочется возиться с подростком, который и сексом нормально заняться не может? — на его глазах выступили слезы от волнения, отчаяния и чего-то еще. — Вот именно, Пит, ты правильно заметил, я уже совсем взрослый мужчина. И период, когда я хотел тупых потрахушек, давно в прошлом. Не буду скрывать, ты нехило меня возбуждаешь, мне нравится твое тело, но я с тобой не поэтому, уж ты-то должен это понимать. Когда ты ум… — Тони запнулся, — рассыпался пеплом прямо на моих руках, я жалел лишь об одном: что ты так и не узнал, насколько дорог мне. Пит, мы оба живы, любим друг друга, мы здесь, сейчас вместе, и ты серьезно думаешь, что меня остановят какие-то твои интимные особенности? Возможно, ты уже забыл, пока тут виновато отводил свои прекрасные глазки, но перед тобой стоит, точнее сидит, Тони Старк собственной персоной — гений, миллиардер и бла-бла-бла. Даже если мы вообще не сможем заняться сексом, я разработаю нам систему дополненной реальности, где будет все то же самое, только ты сможешь сделать со мной все, чего только захочешь, и никакой укус паука не будет помехой. Я доработаю ее так, что нам будут сниться одни и те же сны. Да и старую добрую дрочку глядя друг на друга никто не отменял. Питер выглядел уже не столько смущенным и отчаянным, сколько растерянным и задумчивым. — Ну... боюсь, дрочить придется только вам, а я так, эм-м, посмотрю. Отлично, Питер начал наконец-то рассказывать, в чем дело. Тони просто смотрел на него, не решаясь притянуть к себе и тем самым отвлечь Питера от начатой фразы. — Так ты не можешь дрочить? — осторожно уточнил он. — Не могу, — подтвердил Пит. — Он… мой член такой чувствительный, мне даже просто прикасаться к нему неприятно, не то что дрочить. Для меня даже вымыться целая пытка, — грустно добавил он. — Но как же ты тогда?.. Тони теперь вообще ничего не понимал. Питер говорил, что Тони его возбуждает, да и он сам не раз ощущал его стояк. И он совсем не дрочит? К счастью, Питер продолжил и сам. — Дело в том, что … я не знаю, как это правильно называется. Дрочить я не дрочу, но оргазм регулярно получаю. — Во сне, что ли? — Тони готов был откусить себе язык за столь идиотский вопрос, но увы, слово не воробей. — Не во сне. Я как бы, ну… В общем, трусь обо что-нибудь, прямо в одежде. И кончаю от этого. — И как часто? — снова не удержался от вопроса Тони. Но Питер, казалось, окончательно успокоился и даже был рад заинтересованности Тони и его вопросам. — Ну в среднем пять раз, хотя бывало всякое. Когда мы с классом ездили на природу, там было элементарно негде, все время кто-то рядом. Ну и тот долгий день, когда я… на Титане… и доктор Стрэндж меня вернул… Вообще не до этого было, сами понимаете. Я тогда целый день не кончал. До Тони наконец начало доходить. — Подожди, малыш, пять раз в день? — Ну, э-э-э, да. Тони едва удержался от смеха, опасаясь, что Паучок его неверно поймет. — Поправь меня, если я сейчас где-то ошибусь. Твой организм вполне себе нормально функционирует. У тебя нормальное подростковое либидо, даже скорее выше среднего. Ты дрочишь по пять раз в день, не называя это словом «дрочка» из-за того, что делаешь это через одежду и не трогаешь себя напрямую. Тебя возбуждает твой бойфренд, ты хочешь заняться с ним сексом, но переживаешь, что он такой скучный старик и якобы способен заниматься только аналом да минетом. И при всем при этом ты с какого-то перепугу считаешь, что с тобой что-то не так. Я ничего не упустил? — Тони и сам не заметил, как на эмоциях вскочил с дивана, размахивая руками. Пит сидел, пристыженный, снова глядя в сторону, и наконец ответил: — Ну в общем как-то так. Мистер Старк, вы такой умный. Простите меня, я вел себя как идиот, — так, а вот это уже прозвучало весьма по-взрослому. — Так вы не против попробовать… э-э-э… нечто странное?

***

На этот раз они никуда не торопились. Тони задал множество уточняющих вопросов, чтобы быть в курсе всей ситуации, — и неважно, насколько смущающими оказались некоторые вопросы для Паучка. Главное, Тони узнал все, что его интересовало, и мог разработать примерный план действий. Конечно, план включал в себя различные сексуальные практики со странными названиями, не подразумевающие полного обнажения, как то раббинг, драй-хампинг и что-то еще, на что Тони предпочел не тратить свою оперативную память. Ведь какая разница, как правильно называется то или иное действие? Наверняка Питеру тоже не было дела до этих бесполезных названий. Но практики практиками, а в первую очередь план Тони заключался в том, чтобы быть внимательным, бережным и осторожным. И быть готовым остановиться, если Питеру что-то не понравится. Они договорились, что Тони ни при каких обстоятельствах не предпримет попыток стащить с него нижнее белье, ни в коем случае не будет засовывать руку ему в трусы, а также не станет полностью раздеваться сам — по крайней мере, в первый раз. Здесь уже не было столь серьезных ограничений, но Тони помнил, что Пит рассказал ему про чересчур острое обоняние, временами причиняющее неудобства, про чрезмерно чувствительные слизистые во рту и про то, что все его чувства в целом были обострены до предела. И судя по тому, насколько расслабленнее был Питер на этот раз, Тони все понял правильно. Они были в спальне Старка, на его огроменной двуспальной кровати. Тони полусидел-полулежал, прислонившись к стене, а Питер сидел на нем верхом и ерзал у него на коленях, с нежной, робкой, застенчивой улыбкой глядя ему в глаза. — Можно тебя поцеловать? — спросил Тони, проводя пальцем по его щеке. — Спасибо, что спросили, мистер Старк. Можно, — шире улыбнулся Питер и быстро чмокнул его в губы. — Когда ты уже начнешь называть меня по имени? — Тони постарался, чтобы это прозвучало скорее шутливо, чем обиженно. — Я пытаюсь… Тони, — ответил Питер, на глазах краснея, словно спелый помидор. — Так что, может, э-э-э, попробуем? — выдавил он, отводя взгляд. — Малыш, ты же знаешь, что всегда можешь попросить меня остановиться? — уточнил Тони, будучи уверенным, что лучше перестраховаться. Он дождался неловкого кивка Питера и продолжил: — Я не сделаю ничего против твоего согласия, обещаю. И не буду пытаться снять с тебя одежду, хорошо? А ты, в свою очередь, пообещай, что сразу же скажешь, если я сделаю что-то не так. — Хорошо, мистер Старк… Тони, — Питер посмотрел ему в глаза. — Я рад, что встретил такого понимающего человека, как ты. Тони хмыкнул и осторожно обхватил лицо Питера руками, явно давая понять, что собирается его поцеловать, и давая время передумать. Впрочем, Питер резко двинулся ему навстречу. Они немного неловко стукнулись зубами, после чего Питер смело запустил язык ему в рот, сводя Тони с ума. Тони сразу же последовал за ним, нежно отвечая на поцелуй и думая о том, насколько же быстро Питер научился целоваться. Тони был рад стать его учителем, тем более что Питер все схватывал на лету. — Поцелую тебя в шею? — прошептал Тони ему на ушко, оторвавшись от сладких губ Питера. — Да, конечно, — поспешно ответил Паучок. Они только начали, а Тони уже чувствовал его стояк. Впрочем, он не собирался торопиться. Вместо этого он нежно прикоснулся к шее Питера губами, слегка прихватывая кожу и сразу же ее отпуская. Всего пара поцелуев — и Питер уже возбужденно застонал. Тони почувствовал, как его стон отзывается в собственном члене. Ему требовалось куда больше времени, чем Питеру, чтобы полноценно возбудиться, но от того, что он делал приятное любимому человеку, Тони получал ничуть не меньшее удовольствие. Он осторожно погладил Питера по спине, прямо через одежду, и почувствовал его дрожь. — Все хорошо? — на всякий случай уточнил он. — Да-да, Тони, мне приятно, — смущенно подтвердил Питер. — Погладь меня еще… пожалуйста, — нерешительно попросил он. Питер редко о чем-то его просил, поэтому, услышав заветные слова, Тони с огромным удовольствием их выполнил, чуть более интенсивно поглаживая Паучка по плечам и спине, а затем переходя на задницу, обтянутую штанами, и вырывая из Питера более громкий стон. — Хочешь, чтобы я потрогал твой член? — прямо спросил Тони, добавив: — Через штаны, конечно. — Да-а-а, хочу, только очень осторожно, — ответил Питер, чье дыхание быстро потяжелело. Тони нервничал так, будто это его первый раз. Впрочем, он и был первым — по искренней и взаимной любви. Однако желание доставить удовольствие своему возлюбленному пересилило страх, и он скользнул с бедра на живот, а затем чуть ниже, ощущая через ткань мощный стояк. Легонько пройдясь по всей длине, Тони обхватил член, принимаясь ласкать его как можно аккуратнее, не переходя черту и не касаясь головки. И судя по довольным стонам Питера и его сбитому дыханию, ему было в самый раз. — Мне продолжить? Или хочешь чего-то еще? — спросил Тони, понимая, что сейчас однозначно лучше обойтись без чтения мыслей и додумывания за своего парня. — М-можно я сяду на тебя и потрусь о твое колено, а ты меня поцелуешь? — выпалил Питер на одном дыхании, еще сильнее заливаясь краской. — Конечно, мой хороший, — ласково ответил Тони. Он чувствовал, как от всего происходящего собственный член встал уже почти в полную силу, но сейчас главными были желания Питера. Тони хотел подарить ему идеальный первый раз и просто не мог облажаться. Осуществив задуманное и оседлав Тони, Питер принялся тереться о его ногу, и это выглядело куда горячее, чем весь его предыдущий опыт — возможно, потому, что только к Паучку него были настоящие чувства. Переведя взгляд с затуманенных глаз Питера на его покрасневшие приоткрытые губы, Тони вспомнил о его второй просьбе — и увлек своего бойфренда в нежный поцелуй, который быстро перерос в страстный. Тони целовал его, гладил по спине и бедрам сквозь штаны, слушал его стоны и вздохи — и искренне наслаждался. В какой-то момент движения Питера стали резче, поцелуи — хаотичнее, и он затрясся, делая последние несколько толчков. — Мистер Старк… Тони, это было вау, — растянулся в улыбке Питер, едва отдышавшись. — Наверное, сегодня я не готов прикоснуться к вам… — обеспокоенно проговорил он. — Все же в порядке? Но в следующий раз… — Все в полном порядке и даже лучше, — заверил его Тони, улыбаясь в ответ. — Я рад, что тебе понравилось. А мной заняться мы всегда успеем, — добавил он, оставляя на губах Питера быстрый поцелуй, помогая ему слезть с собственных колен и отмечая, как на штанах Паучка начало расплываться темное пятно. — Спасибо, Тони, — энергично поблагодарил его Питер. — Я тебя люблю. — И я тебя люблю, Пит, — ответил Тони. — А теперь тебе не помешает переодеться, — хихикнул он, снова вгоняя парня в краску. Питер убежал в ванную, захватив с собой сменную одежду, а Тони остался сидеть на кровати, думая о том, насколько же ему повезло встретить лучшего парня во всей Вселенной.