choose one or two at once?

      местом, где прошло всё детство джисона, был домик на дереве семьи ли. в садике он познакомился с феликсом, который стал его лучшим другом и является им по сей день.       однако учёба и разные направления по жизни разделили их на тысячи километров. ли улетел учиться в англию, а хан решил остаться в корее. — ало, да, феликс, — поднимая телефон со стола и прикладывая его к уху, говорит джисон. — привет, красавчик, — хихикает в трубку феликс. он прекрасно знает, что в корее сейчас около двух. — ты даже не ложился, да?       хан поднимает очки, потирая переносицу. установленный дедлайн горит, а всё из-за глупости и лени парня, который привык откладывать все дела на потом. — да, ликси, даже не закрывал глаза дольше, чем на две секунды, — устало выдыхает джисон. — как у тебя дела? ты что-то хотел?       феликс положительно мычит, начиная долгий рассказ о последних днях. он упоминает малейшие детали, пока хан кивает головой и задумывается, что где-то он это всё слышал. — и вот! я тебе про это в голосовых рассказывал, — говорит ли, а в голове у джисона складывается пазл. — подожди… — он делает длинную паузу. — то есть ты мне в сотый раз рассказываешь историю, где на тебя романтично пролил кофе бариста?       феликс смеётся, начиная истерично объясняться: — ну да! но его взгляд в этот момент… ты не понимаешь этой романтики, хан-и…       хан жалостливо завывает на всю квартиру, закрывая глаза. он откидывается на спинку стула, закидывая голову. — дура, у меня проект сейчас горит, а ты мне про своего англичанина ноешь, — парень отчаянно возвращается в ровное положение, принимаясь снова печатать буквы. — не англичанин он, а итальянец, — пытается поправить его ли, но джисон моментально перебивает. — да хоть австралопитек. он за меня работу не сделает, поэтому не отвлекай меня, ликси, ради бога, — говорит хан, зажимая телефон между ухом и плечом, включая вторую руку в работу. — есть какие-нибудь другие новости, кроме твоих любовных похождений? если нет, то я отключаюсь, мне через шесть часов презентовать этот проект всему университету.       феликс мычит, пытаясь таким образом симулировать бурную мозговую деятельность, но джисон настойчиво подгоняет его: — да, есть, — на удивление чётко отвечает ли. — братья мои старшие вернулись в корею на парочку дней, хотят с тобой встретиться.       от слова «братья» хан покрывается мурашками. ему не то чтобы страшно, просто… видеть минхо и хёнджина впервые за три года вживую странно? и стыдно.       стыдно посмотреть им в глаза, вспомнить всё то, что крутилось на уме в лихие шестнадцать… джисон даже выбрать не мог, на кого больше хочется подрочить. минхо со своей удлинённой стрижкой и тёмно-фиолетовым окрашиванием или красноволосый хёнджин с блядским пирсингом в губе.       сейчас же хан только тяжело выдыхает, стараясь вернуться в реальность и не уплывать в мечты о несбывшемся. накрывшие чувства возвращают в то время, когда пубертат больно и нещадно бил по голове. — ты чё там язык проглотил? — интересуется феликс, когда молчание затягивается. — нет, я просто пытаюсь одновременно сконцентрироваться на работе, которую мне нужно сдать, и твоих братьях, — отвечает джисон. — можешь написать мне, когда и во сколько мы можем встретиться?       ли тараторит, что всю информацию скинет через час, а после сбрасывает, чувствуя вину за занятое у хана время.       тот же отвешивает себе подзатыльник, обещая извиниться перед другом сразу же, как доделает этот несчастный проект.

***

      прийти на место, указанное феликсом в сообщении, удаётся лишь через два дня.       в один день была презентация, а во второй, после двух пар, он пытался насытить организм сном, который пропустил.       и вот сейчас хан стоит напротив домика на дереве, что до сих пор стоит на территории семьи ли, ожидая услышать в своих стенах громкий детский смех.       почему братья феликса выбрали именно это место — неизвестно. это настораживает, хотя джисон и пытается себе внушить, что он уже взрослый, а хёнджин и минхо совсем не чужие люди.       поднимаясь по шаткой лестнице, которая из себя представляет две верёвки и балки вместо ступенек, парень думает, что легче просто обмотать их вокруг шеи и повиснуть. когда он был маленьким, эти несчастные два с половиной метра казались совсем лёгкими.       закидывая свою тушку на бортик конструкции, хан наконец-то выдыхает. спорт точно не был его главным достижением, в отличие от старших сыновей ли. минхо, будучи самым взрослым, постоянно ходил в разные секции и скакал по этой лестнице как обезьянка, а хёнджин везде ходил с братом.       джисон кратко улыбается, вставая с досок. все спортивные штаны в области колен замарались, но это его пока мало волнует.       само помещение встречает его тишиной. парень оглядывается по сторонам. в каждой вещице, разбросанной на полу, можно прочитать несколько историй. здесь каждый уголок имеет своё особое значение.       хан замечает плакат с логотипом любимой группы минхо. тот никогда не разрешал даже дышать рядом с ним.       ехидность играет на его лице, пока он тянет руку к солисту, чей силуэт на фото чётко выражен среди других участников. однако пальцам не суждено коснуться реликвии.       джисон вздрагивает, когда его запястье перехватывает чужая ладонь, а сзади слышится глубокий голос: — я же говорил, что к нему нельзя прикасаться.       хан оборачивается, первым делом цепляясь взглядом за серые волосы. минхо почти полностью сменил имидж, проколол бровь и набил тату, что переходит с шеи на плечо. — я даже не собирался, хён, — хихикает парень, замечая сзади минхо его брата. — и тебе привет, хёнджин-хён.       внешность хёнджина тоже не осталась без изменений. от красного цвета волос ничего не осталось, и на лицо сейчас спадали тёмные длинные пряди. эти парни, должно быть, ни на день не прекращали заниматься спортом, потому что джисон не может перестать пялиться на глубокие вырезы их маек.       неловкая тишина затягивается, а рука минхо всё также обхватывает чужую кисть. парень нутром чувствует не то чтобы зловещую, но точно давящую ауру. это… возбуждает?       хан шумно выдыхает, стараясь совладать с собой, пока братья ли изучают его силуэт в освещении последних лучей солнца, которые пробиваются сквозь окна. — я очень рад, что мы встретились, — начинает джисон, но менее уверенно, чем ранее. — о чём хотите поговорить? мы так давно не виделись.       и вновь ответом служит тишина. это настораживает.       хёнджин кидает краткий взгляд на минхо, после чего тот кивает. — мы решили, что ты уже достаточно взрослый, — говорит парень, прерывая молчание. — взрослый для чего? — хан недоумевает. — да, мне уже почти двадцать и я… — он прерывает себя, забывая то, что хотел сказать, из-за резкого движения.       минхо за руку притягивает его ближе, обхватывая талию ладонями и прижимая нос к медовой коже на шее. джисон распахивает глаза, натыкаясь на растянутые в ухмылке губы хёнджина. тот стоит не так далеко, оперевшись плечом о стену.       хан в растерянности пытается понять, что ему делать, пока минхо не начинает объяснять. — понимаешь, джисон-а, мы поняли всё, еще когда жили здесь. все твои взгляды, розовые щёки и невнятные слова, которые выходили из твоего рта при нас, тебя давно сдали, — старший приподнимает подол футболки, залезая под неё. мягкие подушечки пальцев рисуют на спине незамысловатые узоры, отчего мурашки бегут. — ну, может быть, в этом есть вина и феликса. не думаю, что стоило рассказывать ему о стояке, с которым ты вышел тогда из бассейна, где мы все плескались летом.       джисон пытается выбрать путь, по которому пойдут его руки: или он закроет горящее от смущения лицо, или обхватит чужую шею. — минхо, прекрати его заранее смущать, — хёнджин останавливает брата, обходя хана сзади. — просто скажи ему прямо.       минхо усмехается, крепче прижимая к себе подтянутое тело парня, пока младший ведёт ладонями по бёдрам. — в общем, ты стал достаточно взрослым, чтобы стать нашим, — произносит старший ли.       джисон, кажется, краснеет ещё больше. тяжёлое дыхание на шее с двух сторон и четыре руки, оглаживающие его тело, сбивают с толку.       он напуган таким резким заявлением, хотя внутри прекрасно понимает, что это именно то, чего он вожделел. — а что, если я откажусь? — почти пищит хан, вздрагивая от каждого более ощутимого прикосновения. — тогда ты соврёшь не только нам, но и себе, — спокойно отвечает минхо. — я чувствую, что ты уже возбудился. мы не меньше, поэтому скажи сейчас, хочешь ли ты этого. если нет, то мы тебя отпустим.       парень мечется от мысли к мысли, пытаясь выхватить ту самую подходящую. выходит плохо, хотя и удается выдавить из себя тихое: — я хочу, но мне страшно и я не совсем уверен.       сзади слышится смех, после чего хёнджин сжимает бёдра джисона, впечатываясь меж ягодиц тазом: — тогда предлагаю сначала проверить то, что мы можем предложить.       минхо улыбается на слова брата, так же приближаясь к желанному телу.       теперь хан зажат между двумя крепкими парнями, на которых у него в подростковом возрасте вставал ежедневно.       но есть одна проблема. ему давно не шестнадцать, а член стоит невероятно сильно. он чувствует, как вжимается в бедро старшего ли, пока его талию сжимают длинные узловатые пальцы.       минхо, совсем не стесняясь, поднимает широкую футболку, ведёт ладонями по плоскому животу вверх и останавливается на вставших из-за щекотки сосках. парень обводит их подушечками пальцев, после проводя коротко постриженными ногтями. джисон мычит, стараясь сразу же заткнуть себе рот, чтобы братья ли не услышали. — не стесняйся, — почти сразу же мурлычет прямо на ухо хёнджин. — покажи нам, насколько хорошо тебе.       у хана, должно быть, крыша едет. шумное и горячее дыхание опаляет ушную раковину, заставляя с каждым выдохом вздрагивать.       он необдуманно толкается вперёд, стараясь изогнуться так, чтобы младший ли умело проскользнул руками по спине, а минхо сильнее сжал соски. джисон елозит по бедру старшего, который специально выставил ногу вперёд для удобства. с языка чаще срываются протяжные гласные, пока хан старается сохранить хоть каплю самообладания. — хёны… — шепчет парень, чувствуя пик возбуждения. он падает лбом на плечо минхо, чувствуя, как хёнджин тоже приближается. — я готов, пожалуйста, сделайте меня своим. — точно готов, хан-и? — щуря кошачьи глаза, буквально мурлычет старший.       джисон резко поднимает голову, встречаясь с глубоким взглядом своим влажным. он шмыгает, часто кивая.       братья улыбаются друг другу, словно изначально знали, как довести хана. они одновременно отходят на шаг назад, из-за чего джисон чуть ли не валится на пол.       хёнджин успевает подхватить его, после провожая до небольшого диванчика в самом углу домика. хан откидывается на спину, окидывая мутным взглядом нависших над ним парней.       когда джисон стоял перед местом, где прошло его детство, он думал, что эти стены услышат много новых историй из жизни друзей, что давно уже повзрослели, а не его громкие стоны. хотя братья ли, что смотрят на него с нескрываемым голодом, наверняка совсем не против.       хёнджин стягивает с худых ног штаны вместе с нижним бельём, слыша в ответ облегчённый стон. старший же поднимает футболку, закатывая её по подбородок и открывая вид на быстро вздымающуюся грудную клетку.       минхо опускается ниже, обводя языком правый сосок, не оставляя без внимания левый, проходясь по нему ноготком. хан вплетает пятерню в волосы ли, прижимая его голову ближе и выгибаясь навстречу. громкий стон отскакивает от деревянных стен.       хёнджин в свою очередь оглаживает выпирающие тазовые косточки, медленно приближаясь к текущему органу, из-за которого впалый живот уже покрылся смазкой. он обхватывает всю длину ладонью, проводя несколько раз снизу вверх, большим пальцем распределяя смазку.       джисон мычит, дёргаясь всем телом. ему кажется, что он просто чисто физически не может переварить все приятные ощущения, которые сплетаются в огромный узел в животе. всё тело дрожит, пока младший ли дрочит ему, а старший прикусывает чувствительную бусину. — мило, — комментирует хёнджин, потирая уздечку. ему до чёртиков нравится такой хан: вспотевший, раскрасневшийся и возбуждённый. — не затягивай и не мучай его, минхо, мы же не хотим, чтобы он отрубился тут.       минхо усмехается, поднимаясь. он оглядывает лицо джисона, неожиданно сокращая расстояние между ними.       губы касаются чужих нежно, со временем набирая обороты. старший ли целует страстно, прикусывая нижнюю губу и оттягивая её. он делает это мокро, ловя своим ртом жалобные писки.       хёнджин за шиворот оттягивает его от парня, упрекая за то, что даже не предложил поделиться. сам наклоняется, затыкая хана медленным и более чувственным поцелуем.       минхо же сползает ниже, тянется к заранее подготовленной смазке в углу диванчика. он слабым толчком в бок просит брата отодвинуться, чтобы раздвинуть ноги джисона шире. — расслабься, хан-а, хён сделает всё как нужно, — уверяет старший ли, выдавливая на пальцы субстанцию.       в ответ доносятся невнятные слова. хёнджин сдавливает щёки хана, выцеловывая губы.       минхо аккуратно приставляет пальцы ко входу, входя сначала одним. младший ли прекрасно справляется с тем, чтобы отвлечь парня от неприятных ощущений. старший не отстаёт, ноготками проходится по медовой коже, щекотя. — умничка, — хвалит он. — а ты не налегай, — он шлёпает брата по заднице. — щас задохнется же.       хёнджин усмехается, отстраняясь. он вытирает лишнюю слюну с подбородка тыльной стороной ладони, не забывая и про джисона.       минхо неспешно вставляет второй палец, замечая, как хмурится хан. младший ли тоже замечает сведённые далеко не от удовольствия бровки, поэтому начинает водить по чужому члену активнее, уделяя большее внимание красной головке.       хан сжимает подушку под головой в кулаки, уже не сдерживая скулёж. неприятные ощущения постепенно сменяются крышесносными. пальцы минхо хоть и не такие длинные, как у хёнджина, но касаются внутренних стенок в самых нужных местах.       старший ли не задерживается на двух пальцах, вставляя третий. он внимательно следит за эмоциями на желанном лице, пока растягивает парня.       безумно хочется раздвинуть эти пухлые губы, которые джисон постоянно кусает, своим членом. поставить хана на колени и сжать волосы на макушке, чтобы после, управляя ими, отыметь его рот, из которого так и льются безумно возбуждающие звуки.       джисон стремится сохранить хоть немного самообладания, но оно будто ускользает из его рук. ему сложно решить, в какую сторону он хочет толкнуться, когда с обеих доставляют невероятное удовольствие. — джисон-и, кого бы ты хотел почувствовать первым? — хёнджин оставляет поцелуи по всему лицу парня, пока шепчет интересующий вопрос. — меня или минхо? — я не знаю… — запинаясь, бормочет хан. его глаза мечутся от одного красивого лица к другому. — я правда не знаю, хён…       братья переглядываются. — уступишь старшему? — ухмыляется минхо, прекрасно зная взрывной характер младшего. — обещаю, что он не кончит, пока ты не войдёшь в него.       старший ли поднимает руки, как бы ознаменовывая свою капитуляцию.       хёнджин задумывается на пару секунд, в конце концов закатывая глаза и кивая. он кидает брату пачку презервативов, после чего склоняется к животу джисона.       минхо принимает пачку, вытаскивая один. он удерживает контрацептив между зубов, расстёгивая джинсы и стягивая их ниже. за ними идут и трусы.       когда член получает желанную свободу, старший не сдерживает эмоций, сильно зажмуривается, резко опуская плечи вниз.       ли разрывает квадратик, раскатывая резину по всей длине, сверху добавляя смазки для лучшего скольжения. он аккуратно пристраивает головку ко входу, медленно двигая таз вперёд.       хан закрывает глаза. он просто не в силах наблюдать за этими жилистыми руками, которые крепко удерживают его бёдра, и за тяжело дышащим минхо.       тот вставляет до конца, опускает голову и пытается совладать с собой, что выходит невероятно плохо. ритм сразу же набирает обороты и по домику начинают разноситься шлепки кожи о кожу. — помедленнее, х-хён, — ноет джисон, царапая подушку.       ему, кажется, совсем нехорошо.       поцелуи, которыми покрыл всё его тело хёнджин, мягкие. такие же, как и его губы, что бережно касаются его кожи. и это вообще никак не вяжется с быстрым темпом минхо.       старший ли долбится, задевая головкой простату, а пальцами оставляет отпечатки на бёдрах, которые вскоре приобретут цвет. минхо почти рычит, когда таз с каждым разом выпадает вперёд всё сильнее. — боюсь, что медленнее здесь не получится, — делая огромные паузы на то, чтобы глотнуть воздух, отвечает парень. — я на пределе, хан-и, сожми меня.       хан кусает губы, выполняя просьбу. теперь он отчётливо чувствует член внутри себя. и это ощущается немного странно, но от этого не менее приятно.       теперь, когда он напрягся, все спектры, что и так били со всех возможных сторон, обострились. теперь они направлены на крепко стянутый узел внизу живота с целью развязать его. — я сейчас, — почти плачет джисон. — хён, подожди… — я помню, хан-а, — перебивает его старший ли. — я всегда сдерживаю обещания, особенно те, которые даю родным.       минхо обхватывает основание органа хана, прерывая и заставляя отступить сильный поток оргазма. сам же делает ещё более резкие движения, выстанывая в такт каждому толчку.       собственный оргазм настигает парня, накрывая волной расслабленности и сладкой неги. он размякает, ожидая, пока сперма наполнит презерватив. — ты кончил? — интересуется младший ли, выпрямляясь. он спускает свои штаны вместе с бельём, надевая заранее приготовленный презерватив.       минхо кивает, выходя из парня, который моментально сводит ноги, и выбрасывая контрацептив в мусорку. джисон что-то недовольно скулит, смаргивая капли слёз. — отлично, — хёнджин перемещается, легко похлопывая хана по бедру. — перевернись на живот, малыш, и обопрись на колени.       хан послушно выполняет указ, делая всё в точности, как ему и сказали. теперь он полностью открыт для хёна, однако чувство стыда не настигает. только томящее и нетерпеливое ожидание.       младший ли смеётся, рукой направляя собственный орган к колечку мышц.       он входит аккуратно, пока джисон изгибается в пояснице.       минхо старается быть активным до конца, начиная выцеловывать чужие плечи. там, как оказалось, после лета появилось достаточно много новых веснушек. и хотя они были не так заметны, как у феликса, старший находил это милым и эстетичным.       хёнджин входит до конца, сжимая в ладонях мягкие ягодицы. на теле хана сегодня появится много новых следов, которые он предпочтёт не показывать никому, кроме братьев ли.       младший устанавливает неспешный темп, хотя и заканчивает его грубо. тогда джисон и осознаёт, чего ему не хватало в сексе с другими людьми.       этого невероятного контраста.       минхо ведёт себя достаточно грубо, но точно без цели навредить хану. он кусает его плечи, оставляя на коже заметные следы. его ритм бешеный, и взять его под контроль не кажется возможным.       в отличие от хёнджина. тот выстраивает нежный и медленный темп, вбиваясь резче лишь под конец. он целует его нежно, стараясь не метить без разрешения.       именно этой встречи противоположностей в интимном плане так не хватало джисону.       поэтому сейчас он плавится ото всех чувств, которые ему дарят те, о ком он пару лет назад только грезил в самых влажных мечтах.       хёнджин шепчет что-то непонятное, слегка увеличивая темп. его движения не ускоряются, но становятся рваными. он тоже на пределе.       минхо ведёт пальцем по позвоночнику хана, слушая высокие и звонкие стоны. — я сейчас, — предупреждает младший ли, хотя это больше было направлено на брата.       тот кивает, заводя руку под поднятый таз джисона. он находит подрагивающий член, который хорошенько замарал обивку дивана естественной смазкой, что капала с него.       минхо надрачивает в такт толчкам хёнджина до того момента, пока хан не начинает судорожно трястись, а его ладонь не покрывается спермой. младший ли заканчивает двумя толчками позже, сразу же выходя и завязывая презерватив. он так же отправляется в мусорку, а парень заваливается по другую сторону от джисона.       они лежат некоторое время в тишине, задумываясь каждый о своём. хан старается привести мысли в порядок, а хёнджин отдышаться. — теперь ты наш, — шепчет минхо, прижимаясь к парню ближе.

***

— алло? — да, ликси, что такое? — джисон поднимает трубку почти сразу же. — ну как всё прошло? вы встретились? — интересуется феликс. хан подмечает, что тот снова в кофейне, ведь слышно, как он пьёт через трубочку. — надеюсь, что эти недоумки не доставили тебе много проблем. — ну, как тебе сказать… — парень делает длинную паузу. он не знает, как преподнести другу такую… необычную информацию. — я теперь, возможно, встречаюсь с твоими братьями? с другого конца слышен кашель, а после мат: — каким образом, хан джисон? я, блять, подавился и залил нахуй весь столик в кофейне. джисон усмехается, представляя эту картину. — надеюсь, что твой абориген из англии это увидел, — теперь он не сдерживает смех. — он из италии, идиот! — возникает феликс. — и как ты вообще умудрился за два дня начать встречаться с моими братьями?!