Сказка о Стейси-пожирательнице или Концерт в животе

Давным-давно в маленькой деревушке, приютившейся в самом сердце густого леса, жила одна молодая девушка. Как её звали? Хм... Да уж, есть над чем подумать. Эта история произошла так давно, что её имя уже почти никто и не помнит. Но допустим, её звали Стейси. Стейси была красивой. Её кожа зимой была нежной и аристократически бледной, а летом — бронзовой от загара. Она была фигуристой, высокой, не каждое платье могло обтянуть её бёдра и не каждый бюстгальтер мог объять её грудь. У Стейси был очаровательный вздёрнутый носик, живые и юркие карие глаза, тёмно-русые, почти каштановые волосы. А уж когда она улыбалась… ох, её улыбка была сногсшибательной. Но была она известна не только своей красотой, но и своим умом, расчётливостью, целеустремленностью и страстью к неизведанному. Эта последняя упомянутая мной черта её характера и стала катализатором к нашей истории. Однажды родители сказали Стейси: — Дочка, сходи за ягодами и грибами в соседний лес. Мы будем варить варенье и грибной суп. Девушка согласилась. Она была очень послушной и сильно любила своих родителей. Взяв лукошко и ножик, рано утром Стейси отправилась в лес, пообещав вернуться до рассвета. Перед выходом она оделась в белую рубашку, которую узлом завязала на животе, красную юбку и деревянные башмачки. Она шла до леса недолго. Сразу же очутившись на месте, Стейси стала искать грибы, но увы: лето в тот год было совсем сухим, грибы не уродились. — Ладно… - решила она. - Может, хотя бы ягоды поспели? И снова нет: ни черники, ни малины, ни-че-го. Конечно, Стейси не была бы собой, — я ведь сказал, какой она была настойчивой? — если бы не продолжила поиски. Но увы. Прошёл час, за ним другой — толку было ноль. Стейси, устав, села на пенёк и задумалась, как быть дальше. И вдруг она услышала громкое урчание в своём животе. Настолько громкое, что будь рядом кто-то другой, он наверняка бы подумал, что где-то в округе бродит волк или медведь (а то и гибрид волка и медведя). Стейси в ужасе схватилась за живот, будто кто-то мог её услышать. Тут она с досадой вспомнила, что даже не позавтракала перед выходом из дома… Вдруг она услышала откуда-то издалека странный, ни на что не похожий звук. Похожий то ли на музыку лиры, то ли на трель соловья. Это была какая-то неведомая мелодия, которую девушка никогда раньше не слышала. Другого, быть может, насторожил бы этот звук. Но не Стейси. Она, сама не зная, зачем, пошла, ломая кусты, туда, где был слышна таинственная музыка. Звук, который удалялся по мере того, как девушка шла в его сторону. Это было очень странно. Точно кто-то заманивал девушку в свою ловушку. Наконец, Стейси остановилась. Она устала идти и стояла, чтобы отдышаться. Переведя дух, девушка огляделась. Она стояла на широкой, залитой светом поляне. Вокруг высились деревья с листьями фиолетового, оранжевого, синего цвета. Трава под ногами была мягкой, как шёлк. — Где это я оказалась?... - спросила девушка сама у себя. И тут она снова услышала мелодию, которая её сюда и привела. Она доносилась из-за белого, как молоко, ствола дерева с синими ветвями. Осторожно девушка заглянула за ствол и увидела там… …Она увидела трёх маленьких фей, игравших на незнакомом ей музыкальном инструменте, похожем на огромную флейту, но где-то к ней были приделаны колёсики, которые вращала одна фея, где-то она разветвлялась на несколько трубочек, которые по очереди зажимала другая фея, ну а третья душа в саму флейту. Девушку завораживала музыка, которая доносилась из этого инструмента. Её завораживало и то, как феи играли на нём. Феи были маленькие, одетые в полупрозрачные короткие платьица, а за их спинами трепетали маленькие крылышки. Они были похожи на изящных фарфоровых кукол. И тут у Стейси снова заурчал живот. Уже громче, чем в прошлый раз. Наверное, он вызвал небольшое землетрясение. Феи тут же обернулись и в ужасе уставились на незнакомку. — Т-ты кто?... - тоненьким голосом пролепетала одна из них, голубоглазая и с короткими светлыми волосами. — Я?... - произнесла девушка. - Ахах. Я Стейси. Приятно познакомиться. - она показала свою чарующую улыбку. - Я искала тут ягоды или грибы, но… ничего не нашла. Тут я услышала вашу музыку ну и пришла сюда. Без приглашения, уж извините. А на мой живот не обращайте внимания: я очень голодна. — Что ж… - сказала вторая фея, с черными кудрями за плечами. - Мы всегда рады гостям. Но увы, я не знаю, получится ли у нас накормить тебя… Ты такая большая, а мы такие маленькие, и едим мы, соответственно, тоже слишком мало. — Да, - поддакнула третья фея, рыжая и веснушчатая, - мы сами тебе в еду годимся. - и она заливисто захохотала. В этот момент внутри у Стейси, где-то в желудке, что-то сжалось. А в голове загорелась единственная мысль: сейчас или никогда. — Ну что ж… - вторая фея явно нервничала, - нам пора лететь по своим… эээ фейским делам. Какими бы они ни были. — Постойте! - крикнула Стейси. - А сыграйте ещё раз эту волшебную мелодию. Я проделала такой путь сюда, чтобы её послушать… Феи переглянулись. Задумчиво, даже нехотя, но они согласились. Они вновь расселись по своим местам. Феи начали медленно играть свою мелодию. И чем дольше они её играли, тем больше погружались в транс, закрывая глаза и все обращаясь в слух. И тут Стейси разом схватила их. Одну фею, рыжую, она сжала в левой руке, две других — в правой. Те не сразу поняли, что произошло, а когда поняли, в ужасе закричали и попытались выбраться из цепких рук хищницы. Та, что была зажата в левой руке, отправилась в рот Стейси первой. Она опустилась на язык, увидела перед собой развернувшуюся глотку великанши. Затем мизинец Стейси ткнул её в попу, и она заскользила внутрь по горлу, по пищеводу, и наконец очутилась в животе. Стейси этот глоток дался нелегко, было непривычно проглатывать живое существо целиком. Правда, однажды она лет в 5, купалась в пруду, где обнаружила колонию головастиков, а затем проглотила одного из них. Но где головастик и где фея! Фея-блондинка отправилась внутрь девушки вслед за своей подругой. Она упиралась руками в нёбо, билась крыльями, старалась не дать протолкнуть себя в горло, но девушка была сильнее. Наконец, блондинка ослабла и безвольно провалилась в глотку ненасытной девушки. Третья фея заплакала. — Пощади нас!... - всхлипывала она. - Мы не хотим быть в темноте и темноте твоей утробы… без нашей музыки… — Как будто вас кто-то спрашивает! - Стейси грозно расхохоталась и шлёпнула себя по порядком вздувшемуся пузу левой рукой. Она в третий раз открыла рот и протолкнула туда феечку. Та, как и вторая, пыталась отбиваться, била по языку и нёбу своими маленькими кулачками. Глоток! И она стремится к своим подругам, в ненасытное брюхо Стейси. Стейси, наполнив свой желудок, рыгнула и погладила себя по пузу. — Ах да! Я совсем забыла. Значит, кто-то хотел музыки? Она подняла неведомый ей музыкальный инструмент и засунула его в рот. Он был небольшим, но больше тех проглоченных фей, и тем не менее, пролез в её горло и медленно заскользил в желудок. Живот увеличился округлым бугорком. Узелок рубашки на животе заметно поднялся. Юбка начала слегка давить на сытое брюхо. Пришлось расстегнуть рубашку. Надо сказать, Стейси в этот день не ожидала встретиться с кем-либо в лесу, поэтому не стала надевать лифчик. Итак, юная леди с полным, но всё ещё голодным брюхом, голой грудью и хитрой улыбочкой на невинном и чарующем своей красотой лице отправилась дальше. В поисках уже не грибов и ягод, а еды. Особой еды, такой, какой никогда не встретишь в её мире. Сначала она этого не заметила, но по мере того, как она продолжала идти по лесу, Стейси начала испытывать странные ощущения в животе. Сначала это было похоже на легкое покалывание. Изнутри доносились всхлипы проглоченных фей. Но вскоре оно превратилось в нежное жужжание, — видимо, шелест крыльев, — а затем в животе заиграла приглашенная мелодия неведомого инструмента. — Чего это вы там удумали? - недовольная Стейси несколько раз легонько ударила по животу. Внутри всё стихло. “Интересно… - подумала она. - А что если их музыка обладает… магическим эффектом? Что если этот звук способен разорвать моё брюхо и открыть им путь на волю? Ладно, это всё ерунда. Скоро они переварятся в моём животике”. Но чтобы переварить добычу в своём чреве, ей было необходимо вздремнуть. Она прилегла на траву, раскинула ноги, отбросив в сторону башмачки сабо. Трава щекотала её нежные пяточки. Девушка чувствовала приятное ощущение сытости. Лучи солнца нежно гладили её набитый живот. Но сон никак не шёл. В животе снова началось какое-то странное роптание. Нет, сытое пузо слегка урчало, пытаясь переваривать добычу, но к звуку урчания примешивалось ещё что-то. — Что ж вы, блин, устроили в моём животе? - прорычала Стейси. От размышлений над тем, что происходит внутри её ненасытного желудка, девушку отвлёк новый звук. Но на этот раз вполне ей знакомый. Это был барабанный бой, где-то недалеко, кажется, за соседними кустами. А вместе с ним слышалось пение нескольких мужских голосов. Только язык песни был незнакомым. “Кто бы это мог быть? - подумала Стейси. - Раз фей я уже видела и даже проглотила, то это…” Она тихо подобралась к кустам и заглянула между веток. Да. Это были гномы, стройным шагом идущие по лесной дорожке. У каждого был маленький барабанчик и каждый горланил песню. И каждый был одет в синие панталоны, красный остроконечный колпак, за спиной у каждого была кирка или лопата. Видимо, они только собирались идти на работу в шахту, или где они собирались копать. Главный гном шёл впереди строя и задавал тон песне. Он был заметно крепче остальных, выше, шире в плечах, и борода у него была густая-густая. И вдруг посреди дороги путь ему преградила пара голых женских ног. В недоумении командир поднял глаза наверх и увидел огромную великаншу с голой грудью и набухшим животом. — Всем привет. - притворно улыбнулась коварная Стейси. Она опустилась на корточки, а затем легла на живот прямо на дороге, поддерживая голову одной рукой, а другую положив перед собой. Её томные глаза, которыми она разглядывала командира, и лёгкая полуулыбка заставили того застыть как вкопанного. Его маленькое гномье сердечко тут же забилось, как колокол на пожаре. — Вы наверное хотите узнать, кто я, не так ли? - лениво разглядывая свои ногти, произнесла великанша. - Так вот, смертные. Я — богиня золота и всех драгоценных металлов, руд и камней. Надо было видеть лица гномов, они были просто в шоке. — И я, прекрасная богиня всех недр земли, - девушке становилось смешно от собственной лжи, - предлагаю вам вот что. В моём животе, вы же видели, как он набит? Так вот, кто догадается, что сейчас находится в моем животе? — Ты наверняка съела целого быка! - крикнул кто-то из толпы. — Не, она выпила целое озеро! - ответил кто-то другой. По толпе прокатился смех. — Да какое там озеро, в этом животике максимум речка поместилась бы. — Тихо! - рявкнул командир и снова уставился на Стейси влюблёнными глазами. — Нет, нет, нет. Никто из вас не угадал. В моём животе… - она встала на четвереньке, потрогал своё пузо, затем встала на ноги и спустила юбку чуть ниже, чтобы обнажить пупок. Она начала гладить живот, и от такого зрелища в толпе гномов послышался благоговейный лепет и вздохи восхищения. - В моём животе несметные сокровища. Поэтому я предлагаю вам сделку. Тот, залезет мне в рот и кто унесёт больше всего сокровищ из моего брюха, тот станет моим мужем. Ну что? - она легонько ткнула себя в пупок. - Вы согласны? — ДА! - единодушно крикнули гномы. — Стоять! - скомандовал командир. - Я пойду первым в рот этой красавицы. Остальные пусть идут в порядке очереди. И я первым вынесу из её чрева больше всего сокровищ и именно моей женой она и будет. — А почему сразу ты? - послышался ропот в толпе. - Раз ты всеми командуешь, тебе всё можно? — Так, тихо! - прикрикнула Стейси. Она знала, чем может закончиться этот спор: она останется без еды. - Я сейчас возьму и уйду отсюда. Останетесь без золота и без великанши-жены. А крепенький пусть идёт первым. Остальные в порядке очереди. Она легла на спину, надула живот и открыла рот. Первым к ней подошёл командир. Он тут же залез ей в рот, — глоток! — и Стейси разом проглотила его. Непонятно, с чем это было связано, но гном проскользнул в глотку легче, чем феи. Хотя гном был отягощён барабаном и киркой. “Интересно, - подумала девушка, - а его кирка тоже переварится в моём животе? Или так и останется там?” Но уже спустя пару гномов, исчезнувших в её голодной пасти, Стейси поняла, в чем подвох. В животе после проглатывания чувствовалась тяжесть, а во рту появился вяжущий привкус. После пятого проглоченного гнома Стейси поднялась на локтях и оглядела оставшийся строй желающих угодить в её пузо. Оставалось минимум штук 10… в животе началось недовольное урчание, а затем — стоны проглоченной добычи. Стейси взглянула на свой живот. Это был уже не просто набитый валик, а небольшой тугой шар. Тяжёлый и полный до краёв. А выдержит ли он ещё десять гномов? Так или иначе, решила Стейси, нужно их как-то доесть. И она встала, пошатываясь от тяжести собственного брюха. Она вспомнила, что при ней ещё есть лукошко, с которым она собиралась по грибы. Что ж, это должно было облегчить работу. Стейси скребла оставшихся гномов в корзину, подняла её и тяжело вздохнула перед решающим рывком. Гномы были явно напуганы: их побратимы бесследно сгинули в желудке великанши, и они уже поняли это. А великанша между тем открыла рот и стала запихивать внутрь свою добычу. В детстве она запихивала в рот по пять штук маминых пирожков и ничего, живот не лопнул (хотя и был потом круглым, как мяч). Гномы всё тяжелее и тяжелее проходили внутрь. Последние трое так и вовсе забились на дальний край корзины, выставив кирки и лопаты на изготовку. К этому моменту живот бедняжки Стейси уже был таким большим, что пупок был готов выйти наружу. А в горле у девушки уже порядком пересохло. — Фух… - она опустила корзину на землю и перевернула её. - бегите отсюда. - сказала она оставшимся гномам, трясущимся от страха. - Я дарую вам жизнь. Чтобы вы знали, кто истинный хозяин этого леса. Выжившим не требовалось особого приглашения, и они помчали во весь опор. А объевшаяся девушка повалилась на траву кверху животом. Ей стало жарко, поэтому она окончательно сняла рубашку. Да и юбка ощутимо давила на вздутое пузо. Таким образом, она осталась в одних трусах, что её вполне устраивало. А вот что её не устраивало, так это… концерт, который начался в её брюхе. Сначала в животе было покалывание и какие-то удары. Они были не слишком болезненными, но доставляли дискомфорт и беспокойство. “Это гномы пытаются кирками пробить себе путь на свободу…” - догадалась Стейси. Но затем удары прекратились, девушка уже надеялась на то, что бунтовщики в её брюхе уже переварены, но нет. Снова раздался звук незнакомого инструмента, но к нему примешивалось пение фей и бас гномов. А ещё барабанный бой, куда ж без этого. И тут Стейси осенило. Это были не песни и не музыка, это были заклинания. Чары, которые не дадут ей переварить своих жертв. А живот становился всё больше и больше. Она ведь не сможет вечно раздувать его, рано или поздно он… — Чёрт… - простонала Стейси. - Я как будто ношу у себя в пузе небольшую планету… Было очевидно, что пора прервать все эти колдунства внутри желудка. Но как? Стейси встала, потрясла животом. Внутри началось смятение. Это позволило выиграть время. Думай, думай, думай… нужно чем-то их запить или залить. Но чем? В раздумьях Стейси отправилась куда глаза глядят. Глаза глядели прямо, пока в лицо не врезался какой-то странный летающий объект. Столкнувшись с ней, он запарил перед глазами. Маленький человечек в остроконечной шапке, с крыльями и шпагой. Это был эльф. — Именем закона вы арестованы за пожирание живых существ! - завопил эльф, и его и без того злое личико аж покраснело. Поняв, что никакой реакции от великанши он не получит, эльф спустился ниже. Шпага тут уже упёрлась в пупок юной леди. Эльф пытался вспороть живот, но толку не было. Его потуги вызывали лишь щекотку у прожорливой Стейси. Смеясь, она взяла эльфа за крылышки, подняла его к своему лицу и пристально посмотрела. — Милый мой… - девушка саркастически улыбнулась. - Мне твои тычки в пупок что слону дробина. Поэтому давай так. Или ты мне указываешь место, где я могу попить. Озеро, река, что угодно. Либо ты окажешься по ту сторону желудочных стенок. - при этих словах Стейси облизнулась и погладила животик. Эльф думал недолго. Он тут же выложил всё что знал о большой лимонадной реке, лежащей в тридцати шагах ходьбы отсюда. Стейси поверила, но свою часть уговора не выполнила: открытая пасть, эльф проталкивается внутрь, глоток, медленное скольжение по сухому горлу и вот добыча и попала в утробу. Медленно и вальяжно Стейси шагала по лесу, булькая тяжёлым животом при каждом шаге. Оттуда лилась музыка. Девушка била себя по брюху, но это уже не помогало. Кажется, живот надувался всё больше и больше. Наконец девушка вышла к берегу той самой лимонадной реки. Она решила выпить немного лимонада, чтобы унять буйство в своем животе. Стейси встала на четвереньки, опустила голову и принялась пить сладкий и прохладный лимонад. “Уж теперь-то животик успокоится.” - подумала девушка. Но по мере того, как она делала глоток за глотком лимонада, вечеринка в ее животе становилась только громче! Феи заиграли громче на своей флейте, в то время как гномы заплясали внутри. Живот Стейси начал раздуваться, как воздушный шар, – теперь он был огромным! Но что хуже всего, после нескольких глотков она ощутила, что не может остановиться. Ручей обладал своей собственной магией, и чем больше она пила, тем больше ей хотелось выпить ещё. Она сделала уже глотков пятнадцать и пыталась перевести дух. В животе раздавалось громогласное бульканье. Это был огромный шар, который своей тяжестью тянул девушку к земле. Внутри него могло уже поместиться три таких девушки, как она сама. Бедняжка Стейси захныкала. Давление стало слишком сильным для желудка Стейси. Внезапно брюхо пронзила острая боль… раздался хлопок… …Что там дальше было со Стейси, выжила ли она после такого «концерта» в животе, или нет — никто не знает. Но до сих пор в той деревне люди рассказывают эту историю всякий раз, когда собираются у костра. И всякий раз, когда они слышали странные звуки, доносящиеся из глубины их собственных желудков, они шутят, что, возможно, внутри крошечный гном или фея устраивают вечеринку!