Confusing story

– У-у, кажется кому-то хватит, – разнеслось насмешливо над ухом. Это добряк Оливер. Работает тут местным барменом, а ощущение, будто моей сиделкой. Если честно, то он хорош собой. Честный в работе, отличный в семье и профессионально смешивает коктейли. В этом богом забытом месте, голубоглазый действительно лучший в своём деле, вот только заноза редкостная. – Оливка, дорогой мой, не душни. Лучше подлей еще немного, – с чуть усталой улыбкой пробормотал парень. Толкнув пустой стеклянный стакан старшему, тут же облокотился на свою руку, в ожидании своего напитка. Зайдя за деревянную старушку именуемой барной стойкой, перемытую на сто раз, старший окинул насмешливым взглядом малого, проговорив: – Не много ли будет, шкет? Приоткрыв глаза в лёгком удивлении, паренёк ответил. – Да ладно, жалко что ли? – Нет, и ты это знаешь, – улыбнувшись ответил бармен. Сложив руки на стойку и подняв взгляд на парня, тот поинтересовался. – По какому поводу пьём? Скрестив руки между собой на столе, Чонгук положил на них голову. – Разве мне нужен повод? – слабо усмехается паренёк в деревянную стойку. – Чон, ты не исправим, – мужчина вздыхает с тяжестью и взяв хрустальный стакан в руки, он берёт чистую тряпку, чтобы протереть предмет. – Может, нальёшь мне чего-нибудь крепкого? Хочу, чтобы вставило по самое не хочу, – не меняя позу своих рук, Чонгук поднимает голову. – Когда-нибудь я дождусь твоего романтического конца с алкоголем, – прикрыв глаза, бармен улыбается. «Он и вправду никогда не меняется». Поставив стакан на барный прилавок, блондин наливает в него шестидесяти градусный виски, затем кладет кусок блестящего льда, что придает напитку «идеальность». Закончив с напитком, Оливер ставит предмет перед ним. – Принимай, шкет, – с улыбкой на лице, Грей берет всё тот же стакан, продолжая тереть его до блеска. – Вот это по-нашему! – улыбаясь во все зубы, Чонгу выпивает янтарную жидкость залпом, корча странную гримасу. Кровь кипит, а юноша ощущает себя как будто в другой вселенной. Уставившись в одну точку, кудрявый выглядел как накуренный, отчего Оливер лишь изгибал бровь. В тот момент парнишке привиделись звёзды, что сверкали так ярко, как никогда. Едва коснувшись космического тела, было такое ощущение, что оно вот-вот растает в руках брюнета. Вовремя слияния со звездой чувство безусловного покоя заполняло внутренний мир темноволосого. – Чонгук? Чонгук, ты меня слышишь? – мужчина делает пару щелчков пальцами перед лицом друга, отчего тот немного пугается. – Горе ты моё луковое, как же ты меня напугал. Настолько сильно виски что ли в голову ударил? – на все слова от бармена, паренёк лишь хлопает глазами, пытаясь прийти в себя. – Давай помедленнее, я ничего не понял, – юноша протирает свои глаза в надежде понять, о чем говорит его друг. – Я звал тебя около десяти раз, а ты и слова мне не сказал. Что с тобой, Чон? – спросил блондин с некой тревожностью, трогая свою переносицу. – Какой десять раз? Грей, ты что с ума сошел? – от слов приятеля кучерявый опешил. – Скорее ты, Чон, – отчеканил бармен. – Ладно, думаю, тебе все же не стоило пить виски. Воды принести? Облокотившись на барную стойку, Чонгук настойчиво потирает переносицу, издавая при этом хриплый, до невозможности тихий стон. – Я бы точно не отказался от такого предложения, Оливочка. Закончив с яростной процедурой «массирования своего лица», мужчина пытается сфокусировать свой взгляд. Глаза слипаются, не давая Чонгу адекватно оценить обстановку. В горле слишком сухо, от чего кучерявого тянет сильно кашлять, глаза слезятся, а руки потряхивает. Атмосфера в баре казалась ему слишком странной. В голове Чона происходит хаос, ему казалось, что остальные посетители заведения уставились на него. Чем больше кареглазый углублялся в свои мысли, тем тяжелее ему приходилось. Тревожность съедала изнутри. Чонгук молился Богу, чтобы его муки прекратились и Оливер пришёл быстрее. Спустя пару минут заходит сам Грей, хоть сейчас молитвы парня были услышаны. Увидев состояние младшего, Оливера поглощало недоумение. «Этого парнишку и вправду нельзя оставлять одного больше, чем на пять минут». – Чон, ты чего такой бледный? Тебе плохо? – мужчина ставит стакан холодной воды напротив себя. Положив руку на плечо друга, тот нежно поглаживает его, пытаясь успокоить. – Знаешь, Оливер, если бы ты не пришел сейчас, я не знаю, что бы со мной было, –слова юноши были еле слышны. Взгляд Чонгу был настолько бесчувственным, что сердце замирало с каждым разом, когда взор мужчины падал на кучерявого. Держа в руках полный стакан холодной воды, он всматривается в содержимое и понимает, что пить больше не может. – Мне нужно домой, – бесчувственно отчеканивает парень и резко сбрасывая руку товарища со своего плеча, выходит из бара. Он слышит как блондин кричит ему что-то, но разобрать не может. Сейчас ему все равно.

***

Выйдя с бара, мужчина трогает себя в попытках найти сигареты. Все таки нащупав пачку «Chapman» с шоколадным вкусом, он ловко берёт одну штуку в руки и поджигает зажигалкой «Zippo». Вдыхая никотин в легкие, он достает телефон. – Господи, уже полтретьего, я же должен был зайти к Рею и забрать ключи от квартиры. Аргх, ну что за черт! Еще эти звезды... Стоп, звезды? – Брюнет смотрит в небо, теряя дар речи. Небо… Оно было слишком объятным и привлекательным, из-за чего хотелось смотреть на него вечно. Облака сливались воедино, съедая один за другим кусочки себя, не в силах насытиться теплом и откровением друг друга. У Чона упала сигарета, отчего он «просыпается». «О чем я только думаю? Кажется, пора завязать с алкоголем, пока не стало слишком поздно». Вдалеке кареглазый видит лес. На первый взгляд этой чаще нет ни конца, ни края, но если смотреть вглубь, то можно увидеть свет от красочных звезд, что освещают дорогу к ней. Это и манило мужчину зайти в глушь. Чонгук идет прямиком к бескрайнему лесу. Идти аккуратно у брюнета не получается, его заваливает на каждом шагу, отчего ему самому становится смешно. Собравшись, он видит тропинку и наконец-то начинает свой путь.