МЯУ Любовь

Федору иногда казалось, что он стал феечкой. Должен вставать с рассветом, кормить всех зверей, петь с ними песни, обязательно оказывать им психологическую помощь и просто радовать. Другого объяснения, почему его так сильно-насильно любили абсолютно все звери, он не находил. Он был убежден, что зверье не должно было разговаривать… Но оно говорило постоянно! Почему-то сей факт смущал его одного: остальные люди тоже общались с животными, но не так, как Федя. К нему животные липли, а он отчего-то не мог им отказать. В квартире вместе с парнем жил огромный рыжий кот. Наглейшее создание природы. Федя спал и видел прекрасный сон, в котором была идеальная тишина, без монотонного бубнежа братьев меньших. Перевернувшись на бок, Федор посильнее завернулся в одеяло, обнимая подушку. Он бы так и спал, если бы пушистик-котик не начал свою каждодневную утреннюю арию. — Мне плохо, мне плохо-о-о!!! Я умираю. Я точно умираю! Божий Котий, спаси и сохрани, из меня что-то вырывается, — кричал кот, истошно мяукая и выпучивая глаза. Кот раскрыл пасть и извергнул этому миру рыжий комок шерсти. Плюнув ещё раз прямо на свое творение, кот, с видом существа, выполнившего свой долг, двинулся в сторону кровати к недовольному бормотанию хозяина. Прыгнув рядом с его лицом, кот стал внимательно следить за движениями ресниц. — Лева, уходи, у меня выходной, — проговорил Федя, накрываясь одеялом с головой. — Я очень рад, что ты помнишь мое имя, но я голодный! Я не ел целую ночь! Ты меня голодом моришь! Проснись! — Кот пнул одеяло лапой, пытаясь привлечь внимание Феди, но тот опять перевернулся на другую сторону и издал протяжный полустон-полувсхлип. — Тебе ещё предстоит за мной убрать! — сказал кот, забираясь прямо на Федора. — Я слышал. Ты снова наблевал на ковер. — А вот и не угадал. Я наблевал тебе в тапки! Глаза Феди открылись так резко, что, казалось, открылись они с явным звуком негодования, со злостью и с фразой «За что?». Он сел на кровати, глядя на тапочки с мокрым комком. Запустил руку в отросшие волосы и уставился на кота с укоризной. — Извини, я линяю, — с напускным сочувствием и без грамма осознания своей вины, сказал кот. — Почему ты у меня живешь? — спросил Федя, переведя взгляд в окно. Он будто решил пофилософствовать с самого утра и задаться вопросами своего существования и бренности бытия… — Ты разве не помнишь? Погоди, у меня всё записано! — Кот спрыгнул с кровати и подошел к стене, на которой красовались следы от его когтей. — Ну вот же! Вот! Цитата: «Мама, посмотри, какие у него жалостливые глаза, давай возьмем! Ну мам, я так хочу котика!». 2012 год так-то! У меня всё задокументировано, ты не думай, что я рыжий балбес. Лева важно вздернул хвост, будто выставил указательный палец, как человек в знак неоспоримого аргумента. Но Федя решил поспорить! — Мне было 13 лет, не борзей! Ты ведь тогда не разговаривал? — Я был маленький и ещё не умел. Надо было тебя с моей матерью познакомить, тогда бы понял, какая она у нас, эта кошачья натура! — Кот махнул хвостом и вальяжно разлегся на паркете в лучах слабого солнца, лапами ловя солнечных зайчиков. Снова посмотрев на тапочки, Федя их поднял и понес в ванную комнату. Смыв проделки Левы и набрызгав мылом, он поставил тапки сушиться, а сам начал умываться. Кот бегал по коридору и отчаянно орал: — Жра-а-а-ть! Насыпь мне корма! Федя смиренно вздохнул и пошел на кухню. Там его радостно встретила муха, которая жужжала и билась об стекло. Посмотрев в миску, на пакет корма, затем на кота, а затем ещё раз на переполненную миску корма, Федя провел рукой по лицу и скрестил руки на груди. — У тебя есть еда. — Где? — спросил кот оскорбленным тоном. — В миске. — Она старая и заветренная. Я такое не ем! Федя закатил глаза и подложил несколько подушечек корма чисто для вида, а после поменял воду. Лева благодарно потерся о ногу и начал хрустеть. — Вот так лучше. И выпусти эту муху, а то я её сожру. Федор открыл окно, но муха упорно билась об стекло. — Лети уже. Ты же чувствуешь ветер! — Свободу! Свободу мухам! Свободу крыльям! — пищала муха и продолжала биться головой. Не выдержав, Федя пнул её лежащей неподалеку газетой, чтобы она улетела. В конце он услышал радостный вопль и удаляющееся жужжание. Снова в квартире остались только они вдвоем. И хрумканье Левы. После завтрака, Федя решил прогуляться. — Я ушел в магазин. — Ты принесешь мне еды? — Посмотрим. Лева показательно скривил морду и отвернулся. Федор опять цокнул и наконец-то вышел в подъезд, тоже показательно хлопнув входной дверью. Не успев дойти до первого этажа, его остановила милая бабуля по имени Глафира. Весьма своеобразная мадам с синими тенями на веках и с квадратными очками на половину лица. — Милок, мне моя подружанька сказала, что ты заделался звериным психологом! От такого заявления Федя остановился, так и не переступив на следующую ступень. Он даже не понял какую именно ступень: лестницы или развития? — Кто вам такое сказал? — нахмурившись, спросил он. — Людочка, ты у неё тараканов перевез в другое место. Она чуть с ума не сошла от их цыганских плясок в ночи. Эти тараканы ей аж снились! Федя почесал затылок. Да. Тараканы. Он действительно вел переговоры с тараканами Людмилы Игоревны с первого этажа недели две назад, чтобы те переселились в соседний дом в шаурмечную у Ашота. И Ашоту веселей работать под чечетку и песни тараканов, и Людмиле спокойнее жить, а соответственно, и Феде, ибо Людмила Игоревна была весьма надоедливой женщиной с тягучей манерой вести беседы. — А при чем тут я? — Ты же мне поможешь? — сделав глаза невероятно печальными, спросила женщина. В голову Федора закралась неприятная мысль, что Глафира хочет в его выходной призвать его к общественной работе в виде успокоения разбушевавшихся каких-то там животных. Настроение падало, а губа Глафиры Ивановны ходила ходуном в попытках что-то сказать ему. — А-э-э… — Я знала, что ты не сможешь отказать такой женщине, как я! — восторженно и неожиданно громко сказала Глафира. Она необычайно сильно схватила Федю за руку и завела в полумрак своего коридора. В квартире пахло кислыми щами. Бабуля буквально из ниоткуда достала невероятно удобные тапки и убежала вглубь своих хором. — Хочешь пирожок? Хотя зачем спрашиваю, вон какой ты тощий! — Глафира сунула прямо в рот Феде пирожок с капустой, будто знала, что молодой человек хотел начать возмущаться происходящему. Настроение Федора от еды слегка подулучшилось. — Так по какому вопросу вы меня позвали? — Попугай! Он меня терроризирует! Федя сел на диван в комнате от услышанного. Почему все животные в его жизни ведут себя как настоящие гопники? Что плохого он сделал в прошлой жизни, что в этой с ним живет кот, считающий себя львом, и половина подъезда с проблемными зверями? Пока мысли о справедливости своей судьбы настигли Федора, бабуля сняла покрывало с вышивкой с клетки. Там сидел маленький волнистый попугайчик, что постоянно кричал: — Дай сосисончик, а то оторву тебе пистончик! Федя проглотил кусок пирожка и не нашел, что сказать. — Это ещё ничего, — проговорила Глафира. — Прекрати хулиганить! — Эй, бабка, бери тряпку и давай, тщательней мой пол! Ать-два, ать-два! Тщательней! На полу грязища, в воздухе пылища. Мне плохо! Мне дурно! Я умираю, умираю! — тараторил попугай, расхаживая на своей веточке в клетке то вправо, то влево. Услышав подозрительно знакомую фразу от попугая, Федя откусил пирожок и принял позу настоящего мыслителя-философа. — Откуда он у вас взялся? Не припомню, чтобы у вас был попугай… — Сам прилетел ко мне два месяца назад. Я его пожалела, приютила, а он… Мой покойный ныне муж Альбертик такого нахальства не допустил бы. Он у меня полковником был, этого попугая заставил бы не командовать, а мыть полы! — последнее Глафира адресовала хохотавшему попугаю. — Так отпустите его обратно. Очевидно, его манеры испортило дурное влияние улицы. — Куда обратно! Он хоть и вытворяет всякое, но чем-то напоминает мне Альбертика! Я его назвала в честь него. Попугай Альберт, не иначе как Эйнштейн, снова начал кричать, что он умирает, а после сделал то, отчего у Феди начал дергаться глаз. Попугай замяукал в точности, как его кот Лева. — Вот негодяй! — воскликнул парень. — Глафира Ивановна, я скоро буду. Федя выбежал из квартиры соседки и, переступая сразу через несколько ступеней, достиг двери своей квартиры. Быстро открыв дверь, он увидел разлегшегося кота Леву с бутылкой валерьянки, который лежал в крайне неприличной позе и с затуманенным взглядом. — Ты! — закричал Федор возмущенно. — Я! Мяу! А где моя еда? — Это ты научил соседского попугая ругаться? Лева перевернулся, а бутылка закатилась за диван. Кот встал на четыре лапы и подошел к хозяину. Посмотрел на Федю снизу вверх и без капли сожаления выдал: — Да, это был я. И что? — Но зачем? Теперь она требует меня отучить этого попугая командовать ею! — Твоя подружка-соседка пугала меня мокрой тряпкой в подъезде и пылесосом! — аргументировал кот. — Это ещё ничего не значит. Ты пойдешь со мной и будешь решать проблему с попугаем. Лева не успел возразить — его взяли за шкирку и потащили как котенка в квартиру к Глафире. Крайне унизительно для такого кота, как Лева. Кошачья гордость была не просто задета — опрокинута! Федя зашел в квартиру к соседке и поставил кота сразу на диван напротив клетки попугая. — Да как ты смеешь! Я — кот, ты — человек! — начал было Лева свою гневную тираду, но тут же умолк, увидя бабулю с тарелочкой чего-то очень вкусненького, судя по запаху. Облизнувшись, кот улыбнулся и перестал шипеть. Наевшись отварной курочки, Лева снова пришел в расположение своего кошачьего духа и злобно посмотрел на птичку в клетке. Альберт сидел и продолжал говорить какие-то речи про уборку помещения, грозился отобрать хвосты у мышей и последний хлеб у голубей. — Значит так, — важно начал кот. — Ты, птица! Она твоя хозяйка — ты её слушаешься. Если Глафира Ивановна ещё хоть раз на тебя пожалуется, я тебя сцапаю! — сказал Лева, полоснув когтями по прутьям клетки, отчего попугай издал испуганный писк. — Ну зачем же ты так, Левушка, — начало было Глафира Ивановна, но была перебита выразительным взглядом кошачьих глаз. — Ладно. — Это несправедливо! — закричал Альберт, вращая головой. — Сожру тебя прямо сейчас, если не прекратишь.Сиди молча, учи стихи вместе с бабушкой своей, будешь её же радовать. Лева деловито спрыгнул с дивана и проследовал на выход. Федя быстро попрощался с соседкой и вышел в подъезд вместе с котом. — Не хочешь прогуляться со мной? — предложил Федор коту. — Погода хорошая, в этом году теплый март. — Нет, у меня есть дела, — загадочно сказал Лева. Федя не стал спорить, впустил кота обратно домой, а сам ушел наконец-то гулять на улицу. Во дворе его встретили надоедливые голуби, с которыми разговаривал пожилой мужчина, кидая птицам пшено. Чуть дальше на детской площадке дети играли с собакой, рассказывали ей правила игры и кидали палку. Собака радостно приносила в пасти палку и облизывала руку ребенка, на что маленький мальчик гладил её за ухом и говорил: «Спасибо». Собачка предложила поиграть в догонялки детям и побежала от них. Все веселились и радовались. Какая-то женщина пыталась поймать лягушку возле пруда и поговорить с ней. Всё-таки не одному Феде приходилось вести переговоры с животными. Некоторым животным приходилось договариваться с людьми, как этой лягушке, к которой пристала женщина с задушевными диалогами. Федя зашел в подъезд к своей подруге. Настя встретила его крепкими объятиями. Они немного поговорили, но разговор никак не клеился. — Ты какая-то грустная. — Моя кошка Сонечка уже целую неделю лежит какая-то никакая, — пожаловалась Настя, а Федя начал искать глазами ту самую кошку. Сонечка лежала на подоконнике и томно смотрела в окно. Подойдя к кошке, Федя заметил в окне напротив рыжее пятно. Лева. Его кот ходил по подоконнику, весь распушился и явно что-то говорил, но было не слышно. Далее он скинул горшок с цветком и демонстративно разлегся на окне. Кот махал пушистым хвостом, привлекая внимание Сонечки. Сонечка потянулась и глянула на Федю, слегка смущаясь. — Он каждый день смотрит на меня, — печально заговорила кошка. — А ты что? — А я его никогда не смогу увидеть. Мы в разных домах, у разных хозяев… И зачем я только столько времени намываюсь по утрам? — Я всё сейчас решу! Федя побежал на выход из квартиры, но его остановила Настя. — Куда ты? Что она тебе сказала? — спросила девушка. — Сонечка очень ласковая обычно, а тут… — Я принесу своего кота. У наших с тобой питомцев случилась кошачья любовь. Федя ворвался в собственную квартиру, поднял упавший цветок, чудом не разбившийся, и погладил Леву. — Чем занят? Кот посмотрел на него скучающим видом и выдал: — Лежу, ворон считаю. — У тебя сейчас будет свидание с Сонечкой, соседской кошкой! Лева упал с подоконника и заорал: — Что? Сейчас?! Я не готов! Мне надо умыться, расчесаться, собрать подарки, не могу же я явиться к ней в таком виде! Кот носился по комнате, залез лапой под комод и вынул оттуда целые залежи бутылок с валерьянкой, игрушечных мышей и каких-то очень нужных фантиков. — Что ей взять? А что ей нравится? Возьму всё! Уже через десять минут кот Лева с испуганными глазами стоял в квартире Насти и принюхивался, ловя волшебный кошачий запах. Настенька заулыбалась и хихикнула, а Федя пнул её локтем. — У него и так стресс. — Закройте дверь! Мы должны остаться наедине. В этот момент из комнаты вышла Сонечка. Вся чистенькая, красивая. Она выразительно открыла глаза, обрамленные длинными пушистыми ресничками и стрелочкой до ушей. — Заходи, раз пришел. Настя прикрыла рот рукой в попытке не рассмеяться. Левушка присел напротив Сонечки и кинул ей игрушечную мышку. Кошка принюхалась и смущенно завернулась в хвост. Эти двое что-то обсуждали, пока Настя с Федей стояли за дверью и нагло подслушивали внезапное свидание. - Ты гений. Давно не видела Сонечку в таком настроении игривом. Не зря в нашем дворе тебя прозвали звериным психологом. Все с животными разговаривают, а понимаешь ты их лучше остальных, - сказала Настя и положила свою голову ему на плечо. Федя смутился и приобнял подругу. Странный романтичный день. Глафира Ивановна наладила отношения с попугаем Альбертом. У Левы и Сонечки только зарождались нежные чувства. А Федя и Настя, кажется, наконец-то поняли, что их подростковая дружба перерастает в нечто большее, чистое и светлое. Федору, как и всем остальным людям, предстоит получше разобраться в общении с животными.