Любимый
18 октября 2024 г., 16:48
Вечер намечался тяжкий, Джисон уже который день трудится не покладая рук. На работе завал, дорога домой долгая и муторная, в квартире грязно и пусто, никто его не встречает. Хотелось бы имень зверюшку или.. может пару? Уже не важно девушка это или парень, будет секс или нет, какого цвета волосы или глаза, главное, чтобы его любили и понимали.
Очередной эскиз отправляется на почту начальства парой щелчков мышки. Хан от чего то уверен, что их сообщения даже не читают. Успели ли в дедлайн, не успели, все эскизы и параметры верны или нет. Главное - силы потрачены, а на что - не важно.
— Боже мой, ещё одного завала я просто не вытерплю — жужжит себе под нос Джисон.
— Да ладно уж, сейчас как допишем все и рванём куда — потягиваясь на стуле прозевал Хван.
— Насмешил. На мальдивы прям рванем, да?— подкалывает его Хан.
— Ну.. не на мальдивы конечно, но могли бы и в клуб сходить. О, или может в кальянную? — хитро щурит глаза Хёнджин.
— Чувак, ты буквально дышишь дымом вместо воздуха —
— Ну и что?—
— Каждый день... Не сдохнешь?— выгибает бровь Джисон.
— Всё мы рано или поздно умрем, той или иной сме..—
— Ясно, опять твои тирады пока-а— совсем быстро тараторит Хан, вылетая из кабинета.
В коридоре все иначе. Если в их с Хваном кабинете все уютно и светло обустроено, то в коридорах полный мрак. Серые полы, холодные темно - голубые стены, на которые кто-то прицепил радужные треугольные флажки. На прозрачный короткий тюль приклеивали стикеры с заметками.
" Кто научит меня писать программу ***"
" Помогите научиться работать в фотошопе"
" Зацените мой новый фанфик на сайте "
Ни один из стикеров не был подписан. Какие-то предлагали выпить кофе за унылым столом общей столовой, а Какие-то сообщали о том или ином событии.
Хану всегда нравилось разглядывать их. Каждое окно было цветастой доской объявлений. Каждый тюль хранил в себе сотни чужих мыслей и почерков.
Он останавливается у ближайшего, смотрит на закат, переводит взгляд на стикеры и мельком читает.
" Отдам хомяка в добрые руки"
" Приходите на чай +7 ******"
" Ищу дом для своей клавиатуры "
Да, иногда бывают и странные сообщения...
Помойки их заведения вечно забиты сжатыми банками от энергетиков, пухлыми бутылками пива и жестяными скрученными трубочками.
Из каждого кабинета в тихий коридор падал свет разных цветов. Если заглянуть в 21 кабинет, можно увидеть красную неоновую подсветку на потолке и много, много стаканчиков от кофе. Сразу ясно, что здесь рисуют манхвы.
В 22 кабинете было темно, к 9 вечера все уснули и решили остаться на ночь там. Может понятно и не сразу, но это программисты.
Из-за 23 двери пахло обеденным перерывом и холодом. Сидят там обычно самые горячие - хакеры, инженеры, качки и фигурные девушки. Одним словом - физматы.
Хоть все и считали 23 кабинет самым привлекательным, сам Джисон больше любил 19, тот, что находился этажом ниже. Оттуда всегда доносился приятный голос и чьи-то команды. Озвучерская банда. Анимэ, фильмы, переводы и каверы песен - всё, что связано с голосом - принадлежит им.
Хан забегал туда как то раз, когда искал хоть одну рабочую мышку во всем здании. Тогда он и услышал ..его. Ангельский голос, мягкий как тысячи подушек и пуховых одеял. Певчий как голос соловья по ветру, звонкий, как стеклянный колокольчик на тонкой ветке.
Ли Минхо - единственный человек кому Джисон анонимно писал стихи.. пытался писать. Он передавал их солнечному новенькому, пугался его грубого голоса в очередной раз и просил прощения. Минхо же, получал письма, читал и даже улыбался порой, а потом молча рвал и выбрасывал в помойку.
Джимон думал, что Ли узнал, кто передает ему письма. Может быть Хан ему просто не нравится? Или он не оценил гениальные рифмы со словом " чувак" через каждые три строки.
Наверное, Хан просто в пролете..
Он проходит мимо 19, заглядывает внутрь, светлая макушка что-то правит в записи голоса, щелкает по цветастым кнопкам на огромной панели и перезаписывает голос Ли еще раз.
— Хорошо, теперь Рьюджин, вперёд — щелкает Феликс. Минхо показывается из крохотной комнатки для записи звука, смотрит на застывшего в дверях Хана и приподнимает бровь.
— Ты всё еще ищешь мышку?— спрашивает Ли.
Хан молчит, не может ответить, пока не сглатывает и не прочищает горло.
— Я, нет, просто пришел послушать ваши красивые голоса — чуть хихикает Джисон.
— Оу.. ты уже послушал? — намеком отшивает его Минхо.
— Не прогоняй его! Пусть посидит, он такой хороший, ты только пообщайся с ним о чем то— тараторит Ликс.
— Ну заходи — закатываает глаза ли.
Джисон на дрожащих ногах перешагивает порожек и оглядывает их комнату. Вокруг беспорядок, полно плющевых игрушек и забавных предметов. Кучки из крышек от газировки и обёрток от разной еды.
Весь их кабинет походил чём-то на помойку, но Минхо выглядет опрятно. Розовая футболка с хентай девочкой, голубые джинсы и рыжие волосы.
Хан выглядел чуть более нелепо. Он всегда мёрзнет, от того и носит так много слоев одежды. Водолазка-безрукавка, футболка, поверх толстовка, иногда, когда в здании особо холодно, Джисон надевает и куртку. Однажды он в ней даже уснул.
На ногах вместо обыденных треников были широкие джинсы на низкой посадке и двое носков с разными принтами.
— Да вы два нефора — конкретно ржёт Рьюджин, заползая в кабинку для записей.
— Кто бы говорил, чудище ты розовое — дразнит ее за цвет волос ли. Он плюзхется в мягчайший диван и утопает в подушках. Джисон садится рядом, от чего Ли на мгновение подпрыгивает на другой подушке, впечатываясь в Джисона плечом.
— Помочь принцессе?— Хихикает Джисон, перехватывая чужой локоть.
— Какая я тебе принцесса?! Да я тебе моргало выколю — агрызается Хо.
— Мило, ты любишь такое?— старается раскрепоститься Джисон.
— Очень люблю, выкалывать глаза тем кто меня бесит. —
— Почему это я тебя бешу??— моментально возмущается Хан.
— Потому что!— Кричит в ответ Ли.
— Тихо! Рью не слышно — окликивает их Феликс
—.. Курить охота — лепечет Минхо прсле долгого молчания.
— Пойдём?— тихо спрашивает Хан.
— Ряльно? —
— Если ты закончил, то я только за, надоело торчать в этой радужной дыре — зевает Джисон.
— Ты против радуги?— вскидывает бровь Ли.
— Неа, просто глаза от цветного света болят — поясняет Хан.
— А.. ты про это, ну так ..курить идем?—
— Спрашиваешь еще — смеётся Джисон, подскакивая с дивана.
На улице холодно. Минхо накидывает на себя теплую кофту и зажигает сигарету только перешагнув входную дверь. Джисон же укутан в несколько толстовок пальто и плотны шарф. Пальцы его сжимают тонкую вишневую сигарету, зажигалка в чужих руках склоняется и над ней, передавая огонь.
— Не мёрзнешь?— спрашивает Джисон вдыхая в себя дым.
— Потерплю уж— они отходят в сторону, к огромной колонне держащей на себе, и еще двух таких же, роскошный застекленный балкон.
Джисон сжимает в зубах сигарету, стягивает с себя пальто и накидывает его на чужие плечи. Минхо отнекивается, делает вид, что противится, но на деле просто смущет. Хан понял это, когда увидел русянец на щеках, румянец вовсе не от холода.
— Потерпел бы, говорю же —бурчит он.
— Конечно, это просто я вредный, так что прими тепло и стой спокойно — улыбается сам себе Хан. Минхо делает затяжку и тут же кашляет, от чего Джисон сам кашляет со смеха.
— Тебе нужны более легкие сигареты, ты не умеешь курить— хлопает того по плечу Джисон.
— Да как вообще отличать их? Лёгкие, не лёгкие, прихожу в магазин а мне говорят что все курят такие, я и взял. — хмурится Ли.
Джисон немного ждет, думает. Смотрит на Минхо и нежно улыбается.
— Вот, попробуй— Джисон приставляет свою сигарету к чужим губам, игнорирует удар локтем в рёбра. Ждёт пока Ли не обхватит сигарету пальцами, не втянет лёгкой вишни и, возможно, закашляется опять?
Джисон бы посмотрел на это.
— Буду я еще твои слюни в рот брать — крехтит Ли себе под нос, а сам затягивается снова.
— Ну как? — интересуясь спрашивает Хан.
— Сойдет— Минхо делает еще пару затяжек и сигарета заканчивается. Джисон подходит ближе, вынимает ее из чужих рук и выбрасывает в мусорку поблизости.
— Теперь можешь докурить свою — сообщает Хан.
— Спасибо за разрешение — цыкает Ли, прижимая толстую дымящуюся трубочку к губам. В этот раз никакого кашля небыло. Только отвратительный запах и огромная доза.
— А эта хорошо пошла.. — зевает Ли.
— Ну так, кто тебя учил — гордится собой Хан.
— Можно и еще одну — тянется за новой сигаретой Минхо.
Джисон мнется с ноги на ногу.
— Ты.. только не переусердствуй..— уже со страхом предостерегает. Он не хотел показаться стариком или душнилой.. просто боялся. Это ведь нормально?
— Не ссы — отнекивается Минхо. Он выкуривает новую сигарету за пару минут молчания. Трёт глаза и косыми шагами идет в сторону входа.
— Уже назад идем?— хихикает Джисон.
— Ага..— вытирает губы пальцами Ли. Джисон улыбается.
— Что-то мне.. не хорошо — поясняет Ли, дёргая дверную ручку. Та отчего-то не открывается, тогда Хан и подбегает со своим пропуском, проводя им по приёмнику.
— Минхо, может посидишь?— остерегается Хан.
— Ты откуда моё имя знаешь? — кидает Хо.
— Так тебя Феликс при мне так зовет —
— Мне.. м.. — хмурится Ли, прикрывая рот рукой.
— Боже мой, говорил же, не переусердствуй, пойдем поблевать в туалет — тащит его по коридору Хан.
Стоит Минхо увидеть вдалеке знакомую дверь как он вырывается из чужих рук и доходит до неё быстрым шагом. Кабинка тут же отворяется и Ли падает на колени, выпуская все содержимое своего желудка.
Джисон заходит следом, упирается плечом в открытую дверцу кабинки и смотрит как бедного выворачивает.
— Ничего, это пройдёт, а вот воспоминания остануться — хмыкает Джисон.
— Да пошёл ты —
В " офис" они возвращаются так же вместе. Поднимаются до 19 и падают в безформенный диван, забирый ворохом подушек и баночек от мятного тиктака.
— Вас небыло всего 20 минут, что, вы, блять, делали?— уставше трет переносицу Феликс.
Минхо упал на подлакотник и уставше засмеялся с одного его вида.
— Он накурился.. кто-то ему продал травки под видом сигарет, а он сразу две выкурил.
— Балбес, а ты чего не остановил его?— возмущается Ликс, мило сводя брови вместе.
— Он был со мной! Он.. курил мои трубочки — бредит Ли.
— Я не могу с него, ты только посмотри— Хан берёт чужой локоть и потряхивает, рука безвольно тресется, а Минхо смеётся, как будто так и должно быть.
— Ты же ничего с ним не сделал?— презрительно скрещивает руки на груди Рьюджин.
— Я отвёл его в туалет, запер двери.. и.. — начал томно Хан.
— Да я тебя на куски порву — всполошился Феликс, вставая с кресла.
— Эй, эй! Я просто помог ему выпустить лишний пар.. водички попить дал, после того, как он желудок в унитаз вывернул— тараторит оправдываясь Джисон.
— Козёл ты, зачем пугать— риторически спрашивает рьюджин.
— Он не козёл, он полный ху..— хотел было возразить Минхо, как Джисон затыкает ему рот рукой.
— Помолчи пока под кайфом, а то я и обидеться могу — хихикает Джисон. Он смотрит на него вопросительно, Минхо кивает легонько. Хан медленно отнимает руку от чужого лица как другой тут же вдыхает новую порцию кислорода.
— Ну и иди нахуй — машет руками Ли.
— Ну и пойду— фыркает Джисон. Феликс и Рьюджин хихикают, машут Хану на прощание, а тот улыбается им в ответ, пока не выходит из кабинета, оборачиваясь к ним спиной.
Чужие бредни в нетрезвом состоянии правда его задевают, хоть показывать он этого и не хочет. Если Минхо говорил это не всетьёз.. пусть придет и сам скажет это?
С тех пор прошло уже много времени. Хан валялся на твердом диване в их в Хваном кабинете. Тот заваривал чай и ставил на пол рядом с Джисоном.
Стилус быстро проезжался по планшету, вырисовывал все новые идеи и дизайны. Наброски, эскизы вещей, зданий. Всё это Хан продавал, строил проекты для последующих чертежей - вобщем, делал все и сразу, стараясь не думать ни о чем, кроме работы.
Однако, не смотря на это, в его галерее станавилось все больше зарисовок незнакомого лица. Чужих губ, элегантного носа и скул, по которым скатывались бы слезы, если бы тот был влюблён в Джисона. Внимания к себе хотелось неимоверно.. ухаживаний, любви, простого чмока в щёку перед началом рабочего дня.
Минхо же не уделял ничего из этого. Здоровался возле автомата с газировкой, иногда цыкал, видя как Джисон проходит мимо не кинув на него взгляда.
●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●
Дни проходили незаметно, а Хан чувствовал все меньше и меньше. Уже небыло той влюблённости, окрылявшей и приносящей мучения от болючего падения.
Не было роящихся мыслей в голове, стоило Ли только пройти мимо, оставив за собой шлейф вечно новогодних духов.
А пах он пряно. Как сахарные тросточки, как корица и орешки макадамии, как приятные мандарины и нежные нотки сосны.
Теперь он пах и желанием. Желанием заполучить внимание Джисона обратно. Того, который научил его курить, побыл рядом в нужный момент и просто-напросто понял. Все ругают Минхо за грубость. Джисон же.. отвечал не грубо, по-доброму, хоть и хамил пару раз.
— Как думаешь, он любит меня?— закрывает горящие щёки руками Минхо.
— Конечно любит, он по тебе сох еще с той самой мышки — кидает Феликс, глядя в экран.
— Но ведь.. он даже не смотрит на меня—
— Ждёт от тебя первого шага. Хватит уже его отшивать, а то разлюбит — Подпирает рукой подбородок младший Ли.
— Ну и что я ему скажу? "Эй, я тебя засирал как последнее чмо, но теперь люблю, давай встр?"— закатывает глаза Хо.
— Да даже так сойдёт. Хоть что-то ему уже скажи. Он будет счастлив— уже в пустоту говорит Феликс. Минхо его не дослушал, вышел из кабинета, чуть не сбивая с ног Рьюджин с подносом кофе.
— Просто подойти, просто скажи, всё-то у них просто, а я что, железный типо? У меня тоже чувства есть— сам себе бухтит Ли. Он доходит до автомата с газировкой, вставляет пару монет и выбивает жестяную банку силой. (Та никак не хотела падать).
— Ну скажу я ему это. А он что, ответит взаимностью? Глупость какая. Даже я бы— он оборачивается, замечая поодаль знакомый силуэт.
— А может .... можно....— сглатывает.
Минхо засовывает еще закрытую газировку в карман, подбегает к лестнице, с которой спускается Хан и машет рукой, на что джисон только хмыкает.
— Что?— спрашивает улыбчиво Минхо.
— Курить не хочешь?— спрашивает Джисон.
— После того случая не особо.. но если ты приглашаешь — радуется Ли.
Они выходят на то же место, где и были в прошлый раз. Вокруг туман. Влажность в городе все растёт, а красота становится все явственнее.
— Есть зажигалка?— спрашивает Минхо, Джисон хмыкает.
— За кого ты меня держишь?— он достает из карманов пачку сигарет и зажигалку. Даёт огня своей и чужой сигарете.
— Ты купил себе такие же сигареты как у меня — подмечает Джисон.
— Ага, мне.. показалось, что они не плохие — быстро находит оправдание Минхо.
— Да? Ну ка дай— Джисон хитро выхватывает сигарету, отнимая её от чужих губ, и прижимает к своим. Конечно, вкус точно такой же как и у собственных сигарет, но сам факт, что она только что была у губ Минхо...
— Обмен — смеется Ли, забирая сигарету Джисона.
— Непрямой поцелуй! Ли Минхо, как вам не стыдно — посмеивается Хан.
— Я могу и прямой устроить —
— Не можешь, я выше. —
— Пф, нашел проблему—
Минхо замахивается ногой и бьёт Джисона прямо по коленке. Тот взвизгивает и сгибается от боли.
Минхо пользуется моментом, прижимается к чужим губам, свободной рукой обвивая шею.
— Поганец ты — отрывается Хан, тут же припечатываясь к чужим губам. Он жадно сминает одну за другой, выбрасывает свою и чужую сигарету куда-то в сторону, а сам руками сползает по чужой талии.
— Джисон.. мы на улице стоим — задыхается Минхо.
— Молчи— шикает ему Джисон. Руки сползают всё ниже. Хан сжимает чужие ягодицы в своих руках и не перестаёт целовать, Минхо прижимает его к себе, и это мгновение становится самым понятным в их жизни.
Взаимно.
Минхо его отталкивает, утирает губы большим пальцем и уходит в здание, сверкая вызывающим взглядом.
— Я не побегу за тобой...— гордо поднимает голову Хан. Стоит Ли перешагнуть порог, как он тушит выброшенные сигареты подошвой кроссовка и забегает за ним.
— Побежал же — улыбается Ли.
— Хватит меня дразнить, я между прочим еще обижаюсь за то, что ты сделал под кайфом. — Кидает Хан.
— Я могу извиниться— подмигивает Минхо.
Чёрт.. держись Джисон, скоро домой.. скоро ты сходишь в холодный душ и у тебя не будет, блять, вставать член от того, что на тебя посмотрел ебаный Ли Минхо.
— Например как?— тихо лепечет Джисон.
— Бездельники! Кто работать будет, а?!— рявкает Феликс, перепрыгивая ступеньки.
— О, не переживай, Ликси, мы уже идем работать — подозрительно хитро улыбается Хо.
—Смотри мне, раскулачу.— забавно ругается светлая макушка, скрываясь в дверях столовой.
— У нас там есть одно анимэ не озвученное —лыбиться Ли. — Помоги мне, Рью на больничном а Феликс обедает. Мне нужен кто-то, кто смог бы меня записать —
— Научи, а там посмотрим — разводит руками Хан. Они поднимаются наверх, прямо в 19. А Минхо правда учит его. Показывает все кнопки и держит свою руку на его. Дышит в шею, гладит плечи.. блять.. есть тут какой то подвох.
— Иди уже в свою конуру и озвучивай все, что нужно — закатывает глаза Хан.
— Бегу, милый— кокетничает Минхо.
Ли разогревает горло, включает анимэ и начинает.. стонать? Он озвучивал яой анимэ?!?
Какого..
Джисон сидел затаив дыхание, записывал каждый стон, всхлип и писклявый возглас.
Как Минхо вообще додумался до такого..
— Хорошо.. давай следующую реплику — сохраняет запись Хан.
— Хозяин.. господи, так мокро, я.. м, ах!— извивается Минхо. Он просовывает руку между ног, расстегивает ширинку и оглаживает головку горячими пальцами.
Он не дрочит.. просто трогает себя, да? И поглядывать через стаклянное окошко на лицо краснеющего Джисона тоже совершенно нормально. Минхо виляет бедрами и стонет уже не пискляво — по-настоящему, глубоко и сильно натурально для анимэ.
— Пожалуйста.. Джисон— не сдержался Минхо.
Хан в этот момент закончился как человек.
Он сохраняет запись, убирает со лба чёлку и тяжело вздыхает.
— Минхо, иди сюда— командует Джисон, вставая с места.
Ли тут же застегивает ширинку обратно, натягивает ткань на пуговицу и выбегает из комнатки.
— Это и есть твоё извенение?— серьезно спрашивает Хан.
— Нет, это было только начало – выдыхает Минхо. Он губами впивается в чужие, закидывает руки на плечи напротив и целует, долго, жадно, ненасытно впитывая вкус мягких губ.
— Какая прелесть — хихикает на входе в кабинет Феликс.
— А ты не подглядывай — хихикает ему в ответ Минхо. — Мы поработали, недолго правда — Ли хватает Джисона за руку и выбегает с ним из кабинета, оставляя Феликса слушать свое " творение ".
Каждый вечер они уходили вместе. И каждое утро возвращались обратно счастливыми.
— Ты же любишь меня, Минхо?— спрашивает Джисон находу стягивая с себя футболку.
— Спрашиваешь еще — отвечал Ли, пальцами сэимая его грудь.
Джисон любил всё в Минхо, от пухлых губ и цвета волос, до мягких чувствительных стоп.
Минхо просто любил. Пока мог - любил.
— Иди ко мне — горячо нашёптывает Джисон, спиной опираясь на изголовье дивана.
Минхо садится на его бёдра сверху, трется пахом о чужой и руками приглаживает кудри.
Джисон царапает его кожу ногтями, сжимает бока до тихого стона сверху и прилипает губами к одному из сосков.
— Люблю тебя — звучит из его рта, пока он проводит слюнявую дорожку от одной красной бусины к другой.
— Блять.. я люблю тебя — трясется от чувств Ли. — Растяни меня уже, а то я кончу прямо. На этом. Ебучем. Диване. — выплевывает слова он.
— Как скажете, королева— смеялся Хан
Он позволял Минхо садиться на свое лицо, дрочить куда вздумается, смотреть на его интимные фотографии и самому их делать.
Для Джисона Минхо был всем. Великим человеком, которого он безвозвратно полюбил.
●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●
На улице идет снег, вечер становиться уютным, холодным, но до жути, до дрожи в костях тревожным. Хан сам не знает чего боялся. Быть может чужих голосов, своего внутреннего голоса или вовсе всего себя.
Мысли пожирали изнутри, хлопали, взрывались фейерверками и затихали ночной росой.
Хан Джисон медленно погибал.
Не от того, что Минхо, будучи в отношениях с ним часто заглядывался на новенького из отдела программистов. Не от того, что он кокетничал с каждым встречным, а с Джисоном всегда был груб или спокоен.
Сердце сжималось все сильнее, а нервные окончания пульсировали звучнее, все сильнее и сильнее пока мышцы шеи не переставали воспринимать кислород как необходимое.
Ком накатывал на горло, а Хан всё дышал, борол себя, подходил к окну, вдыхал свежий воздух, надеясь, что все пройдет. Это просто враки..
В кабинет заходит Минхо, он садиться на твердый диван как на свое законное место и закидывает ногу на ногу.
— Привет?— еле дыша здоровается Джисон.
— Ага — не отрываясь от телефона кидает Ли.
Сердце неприятно кольнуло.
— Ты отдаляешься — почти шепотом говорит Хан. Минхо на это тяжело вздыхает и хихикает входящим сообщениям.
— Может вообще бросишь меня?— из злости кидает Джисон. Ему надоело. Просто блять надоело.
— Кстати про это, я все думал про наши отношения, ты прости но.. мне скучно с тобой, хотелось бы пожить богато, в одиночестве— аккуратно преподносит Ли.
— Ты шутишь сейчас ведь так?— путается в словах Джисон. В глазах картинка все мутнее, сердце сильно бьётся, держится в груди из последних сил.
— Нет, я бы хотел расстаться— все не отрывается от экрана Минхо.
— .. Уходи— дрожащим голосом командует Джисон.
— А как же ужин? Я не взял с собой кошелёк— переводит наконец взгляд на мертвеца Ли.
— Пошёл вон— Выдыхает слезы Хан.
Минхо пожимает плечами, перешагивает порог и опять залипает в экран телефона, с открытой перепиской.
Жизнь медленно рушилась. Словно Джисон теперь инвалид, словно у здорового с рождения человека отобрали слух, зрение или одну конечность. Это не смертельно. Это мучительно.
Тревога все крутится вокруг. Сирена не прекращается ни на секунду, словно каждый день последний. Хан живет в мучительном ожидании смерти вот и все.
Лешиться конечности - лишиться части тела. Части чувств, нервных окончаний, возмодностей, воспоминаний.
Лишиться человека в которого влюбился по самые уши по воле судьбы - лишиться части мозга, души и по кусочку от каждого из органов.
Минхо забрал вместе с собой все веселье, всю уверенность, задорность, силы..
Джисон выключает компьютер, оставляет свои ноутбук планшет и все вещи в кабинете. Обида сковывает душу, он берет с собой только телефон, кошелек и паспорт.
Ближайший вокзал все еще открыт, касса работает день и ночь, Джисону в его 11 часов вечера еще не поздно куда-то съездить, отдохнуть.
Он спускается по лестнице, встречает светлую макушку Феликса, который казался ему омерзительным, потому что не предупредил о тупом характере никчемного Ли Минхо. И Хван Хёнджин с ним за руку.
– Хан? Ты куда?— интересуется друг.
— Никуда? — хрипло кидает Джисон.
Сил говорить совсем небыло.
— Напиши мне!— волнуясь кричит ему вслед Хван.
Конечно Джисон написал бы ему. Написал бы и Феликсу, о том как он его подставил. А по мнению Джисона подставили его ахренеть как сильно.
Написал бы Минхо с кучей слов о любви, о предательстве и том, что он купил ему кольцо с дорогим бриллиантом..
Написал бы и Хёнджину, что тот был верным другом, забавным, единственным как оказалось другом в его окружении.
Цветные огни разных кабинетов заполняли пустоты коридора. Яркие записки на тюле уже не привлекали, скорее отталкивали. Токсичные цвета резали глаз а кривой почерк заставлял мозги выкипать через уши.
Он уезжает.
Просто бежит от проблем. Что в этом плохого? Джисон просто сгоняет на море, посмотрит на рыбок и может сам искупаетя.. в снег.
На улице он шел без устали, заполнял каждый свободный метр и быстро таял на горячих от жара щеках.
Слез уже не было, Джисон вылил их все, думая о том, как бы Минхо обрадовался его кольцу. Как бы тот плакал, от счастья или, может, от неожиданности.
Ничего не случилось. Теперь Джисон обречен тоскавать, а Минхо жить своей богатой одинокой жизнью с ухожером из отдела хакеров.
А на вокзале тихо. Только голос по громофону оаздается эхом от каменных колонн.
Из прибывшего поезда выходят люди, их встречают родные, любимые и близкие. Обнимают, целуют, гладят и просто греют.
Совсем скоро был бы декабрь, а там и рождество, сочельник, подарки, конфеты, встреча с семьей. Как символично..
Джисон не общался со своей семьей. Они не понимали его, а он их, и те и другие знали, что им не наладить контакт, потому и делали вид, что не родные.
— Можно мне билет в самый дешевый тур — сквозь ком в горле выговаривает Джисон.
— Тур — задумывается девушка на кассе — У нас есть за 50 000 вон, за 70 000 и за 75 000, но первый только на 5 дней — оповещает она.
— Давайте его. — отрезает Хан. Ему совсем не важно куда и насколько он уедет, главное не в "то место", называемое работой.
— С вас 50 000 вон, ваш поезд приезжает через пол часа, в 23:50— девушка улыбчиво ставит печать на билете, сверяет с паспортом, взымает деньги и отдает тур билет и паспорт владельцу.
— Хорошего пути –
Путь был плохим изначально. В поезде тихо, ни одного голоса, только Джисон наедине со своими мыслями.
Потеря оглушает, обездвиживает. Если в счастье Хан строил кучу планов, знал чего хочет и просто жил. То сейчас...
Он просто есть.
Джисона в какой то момент переклинивает, он выходит посреди поля на первой же остановке.
На улице темно, ветер колышет деревья поодаль и совсем низкую траву. Хан ждет пока его поезд уедет, смотрит вслед и ложиться на рельсы.
Голова на одной протяжной рельсе, ноги на другой.
Хан смотрит на небо, чувствует как промерзают его органы и как холодные хлопья плавятся на лице.
Он блаженно прикрывает глаза и ждёт.
Чуда.
Оно случается через следующие пол часа, с прибытием следующего рейса. Машенист громко сигналит, ждет реакции, жмет на тормоза но все четно. Поезд останавливается только после того как голова отпадает от тела, а ноги остаются бездвижно лежать на заснеженной траве.
Земля впитывает в себя еще горячую кровь, пропитывает ей свои живые клетки, у нее нет чувств, ей все равно чью кровь хлебать.
Голова медленно остывает, снежинки уже не таят на щеках, остаются все такими же изящными и пышными, а уже чужие волосы становятся все холоднее, мертвее.
Хотя бы мозг мертвее от поезда не стал. Обширная опухоль в виде рака мозга высасала из его головы все остатки разума, чувств и жизни еще до этого.
На нетронутом теле остаются кровавые подтеки, телефон от вибраций выпадает из кармана грубых джинс.
"Любимый Хо" только и высвечивается на экране.
Звонок сбрасывается, а сообщения сыпятся безостоновочно.
" Хани, где ты?!" " Я волнуюсь, Хан, ответь пожалуйста" " Я люблю тебя, где ты" " Возьми трубку"
А может Джисон и накрутил себе все от рака. Может Минхо и не заглядывался ни на кого, може он выбирал ему подарок на новый год, или обручальное кольцо, не зная, что Джисон уже купил одно.
Поезд уезжает, на морозе остается только двое.
Ли Минхо - что ушел в магазин очень не вовремя, и теперь только сообщениями валяется в снегу рядом с женихом.
И Хан Джисон - живой мертвец, одинокая голова которого думала наобарот.
