Мне было одиноко

      TV-058 обнаружил TV-112 лишь на следующий день, когда TV-112 не ответил на его сообщения. TV-058 подумал, что тот просто занят и ответит позже. Но время шло, а TV-112 всё не выходил на связь.              Выглядел младшрук погано: дыра в груди, разбитый экран и абсолютно безжизненное тело. Аккумулятор больше не стучал, и TV-058 знал, что такое не чинится. Но он попробует.        — TV-227, — позвал он начальника по рации. — Мне надо, чтобы ты зашёл. Срочно. Это насчёт TV-112.       Они все видели изменения в поведении TV-112, поэтому начальник прибыл быстро. Он увидел своего подчинённого, понял всё без лишних слов и взял планшет в руки. — Надо посмотреть его карту памяти, — сказал TV-058, влезая в телевизор младшрука. — Если она цела.       TV-058 достал закоптелую карту, очистил её и передал начальнику. TV-227 взялся за дело, а TV-058 начал починку.       Это было сложно. Аккумулятор порвал провода, связывающие между собой все системы. Взрыв задел эндоскелет и выбил пару позвонков, а из грудных мышц вылилась жидкость. Процессор запылился и погнулся, и TV-058 с дрожью отсоединил майн-плату. Он заменил её, выпрямил процессор и установил на место, а после стал восстанавливать тело.       Начальник в это время изучал всё, что происходило с TV-112, пока тот был включен. Цеховые, кабинет, работа. Вечная тоска, ненависть и растерянность. Видимо, TV-112 действительно одиноко. — Мы как-то просрали тот момент… — TV-227 поднял голову и посмотрел на учёного, — Как TV-112 стал антисоциальным. Ты заметил? — Нет, — не думая ответил TV-058, а потом всё-таки задумался. Осознание пришло к нему, и TV-058 стыдливо прижал свою круглую антенну к голове. — Я слишком зациклился на Саймоне и совсем забыл про TV-112… — Я, кажется, тоже, — TV-227 посмотрел перед собой и виновато потёр заднюю крышку телевизора. — Вы с Саймоном залюбились. — Успокойся, — перебил его TV-058. — Он может услышать. — Может, скажешь уже? — Иди и скажи TV-406, что хочешь за него замуж. — Это разные вещи, дурной! Он мой друг и коллега. — Вот и не возникай.       Недовольные, оба снова вернулись к работе. Не хотелось кому-то ещё показывать младшего руководителя в таком ужасном состоянии: неэтично и TV-112 был бы недоволен такому.       Поэтому утром TV-112 был восстановлен и запущен. TV-058 не спал всю ночь и буквально дрожал, надеясь, что не опоздал с починкой.       …TV-112 медленно приподнялся на столе и повертел головой. Никого не замечая, он опустил взгляд к своей груди и провёл по ней рукой: едва заметный шрам неясной формы — то ли рваный круг, то ли просто клякса — чуть выделялся на общем фоне. TV-112 разочарованно прогудел и поднял взгляд на учёного и начальника. — Я жив? — тихо пробормотал он. Учёный кивнул, а начальник встал в позу и сложил руки на груди. — А что, на небеса захотелось? — TV-227 недовольно забурчал, и TV-112 напрягся. — Ты опять переработал. — Я делал свою норму… — неуверенно начал TV-112, но его перебили. — Ты намеренно себя уничтожаешь, — твёрдо сказал TV-227 и приблизился. Он упёрся кулаками на край стола, и TV-112 чуть отодвинулся. — Почему?       TV-112 повернулся к учёному и посмотрел на него. Младшрук выглядел как несчастный котёнок, но TV-058 лишь отрицательно мотнул головой, и TV-112, не найдя поддержки, медленно вернулся к начальнику. — Я не вижу никакого смысла. — То есть? — Я просто… Просто я должен работать. Я обещал Алисе, что не буду грустить по ней, а я грущу. Грусть меня изъедает. Я должен работать, а не грустить.       Начальник и учёный переглянулись, и начальник вздохнул. — Понятно… — TV-227 погладил экран ладонью. — Ещё один с депрессией. — «Депрессия»? — не понял TV-112, но ему не ответили. — Одевайся, — сказал ему начальник. — Тебе ведь так некомфортно, я знаю.       TV-112 благодарно кивнул, взял со стола одежду и начал одеваться. Рубашку ему заменили, чему TV-112 удивился. Он надел пальто и снова посмотрел на двух старших товарищей: те агрессивно шумели друг на друга. — Я могу идти? — тихо спросил он, и оба кивнули. — Мы к тебе потом зайдём, — сказал учёный, и TV-112 чуть поклонился.

***

      TV-112 был рад, что его не стали донимать расспросами. Он чувствовал себя по-прежнему плохо и шёл в цех придерживаясь за бок. Цеховые молча провожали его взглядом, и лишь один, который был относительно умный, обеспокоился. — Н-начальник… — пробормотал он, чуть приближаясь. — Как вы?       TV-112 молча посмотрел на него и понял, что сейчас не хочет вообще никого видеть. — Оставь меня в покое, — попросил он его, и робот кивнул. — Хорошо.       Цеховый ушёл, и TV-112 закрылся в кабинете. Удивительно, но в этот раз ему не хотелось орать на них.       Сегодня TV-112 должен разгрести завалы, которые образовались за время его отсутствия. TV-112 впервые не хотелось сидеть допоздна, но ему было некуда деваться, поэтому со вздохом, он сел за работу.       К вечеру в дверь постучали, и в кабинет зашёл TV-406. — З-здравствуйте… — отозвался TV-112, поднимая голову. TV-406 молча кивнул, а после удивлённо оглядел кабинет. — А ты почему ещё здесь? — А? — TV-112 поднялся и вышел из-за стола. Он поправил рукава рубашки и посмотрел на телевизора. — У меня работа. — Потом сделаешь, — TV-406 приблизился и показал на компьютер. — Выключай. — Но… — Выключай, — TV-406 сложил руки на груди. — Это приказ.       TV-112 послушно выключил компьютер и непонимающе посмотрел на заместителя. А тот кивнул на дверь. — Тебе спать пора, TV-112. — У меня осталась работа… — снова ответил он. — Я не могу всё бросить. — Твоя починка отнимает времени в разы больше. Пойдём, — TV-406 снова мотнул головой на дверь. — Иди, спи, а утром возвращайся.       TV-112 снова послушался.

***

      TV-406 стал захаживать к нему каждый вечер. TV-112 больше не мог задержаться допоздна, его из кабинета чуть ли не в пинки выгонял заместитель. TV-112 сначала обижался на него и не шёл на контакт, затем смирился, а уже после подпустил к себе поближе.        — Я понимаю прекрасно, что у тебя случилось. На Саймона, кстати, тоже недавно набросились. Их антенны манят, дело вообще не в тебе… Тебе стоит сменить отношение к работе и цеху в целом.       TV-112 лениво склонил телевизор вбок и мигнул экраном. TV-406 не замолкал и продолжал читать нравоучения, а TV-112 мучился. — Пока твоя сестра вернётся, ей не к кому будет приходить. — Да нету никакой сестры… — пробормотал TV-112, и TV-406 замер. — Что? — TV-911… — TV-112 поднял на него взгляд. — Она так бесследно исчезла, будто её никогда и не было. Может, это всё — обман? Эффект Манделы, матрица… я не знаю…       TV-406 устало вздохнул и полез под пальто. Он достал планшет, включил и начал что-то искать. TV-112 через него смотрел в стену, а после повернулся на оклик. — Взгляни, — TV-406 дал ему планшет, и TV-112 всмотрелся в экран.       Ночь, темнота и лужа крови. Скибидисты горой валялись на потрескавшемся асфальте, а перед ними, сложив пальцы в «победу», стояла TV-911. Её экран ярко горел красным и был практически единственным освещением в этой тьме. На экране светилась улыбка, а фотография была датирована сегодняшним днём.       TV-112 замер. Он медленно провёл пальцами по экрану планшета, ощущая, как собственный экран шумит, и прижал планшет к груди. Телевизор чуть загудел, и TV-112 снова погладил технику. TV-406 молча смотрел на него. — А раньше это нельзя было показать?.. — едва слышно отозвался TV-112, возвращая планшет. — Или хотя бы сказать, что всё хорошо. — Я связался с твоей сестрой только недавно, — TV-406 пожал плечами и снова спрятал планшет. — Извини, но ей придётся ещё немного задержаться.       TV-112 с грустью вздохнул и спрятал экран в ладонях. TV-406 поддерживать в таких ситуациях не умел, поэтому встал и чуть склонился в его сторону. — Не переживай, TV-112. Она в целости вернётся. Я тебе обещаю. — Не надо обещать мне ничего, — TV-112 недовольно забурчал и отвернулся. TV-406 растерялся, а TV-112 продолжил: — У вас перерыв вроде закончился уже.       TV-406 долго смотрел на него, а после наконец ушёл. Молча, больше ничего не говоря. TV-112 понимал, что зря так наехал на своего почти что руководителя, но иначе отреагировать не мог.       Вечером ему на планшет пришло несколько фотографий от TV-406. И на всех — TV-911.

***

      TV-112 не поумнел и не стал богом психологии и самопознания, но хотя бы привык к адекватному режиму. Время летело быстро, и он не поспевал за ним: возвращение Спикермена-Титана, того самого, у которого детишки — «мастурбеки»; плен Саймона; Саймон стал учёным. И теперь TV-112 не избежал встречи с ним.       Саймон спокойный. Что удивительно, ведь TV-112 по слухам сложил о нём представление как о маленьком дурачке. «Надо поменьше вдумываться в слухи, — подумал TV-112. — Про меня тоже много что говорят…»       Саймон собрался делать нового агента. TV-112 в подробности вникать не стал, но понял, что это будет объединением всех фракций. От колонок взяли звук, — как бы TV-112 к ним ни относился, он знал, что звук пока что лучшее оружие, — а от камер агенту досталось ночное зрение. TV-112 не хотел, но его буквально силой утащили на тестирование нового агента.       Элит или же TV-060. Высокий (ростом с учёного), крепкий и вполне себе симпатичный. И если телевизионные носят пальто, то этот ходит в кожаной куртке. Цвета подобраны так хорошо, что в TV-112 даже заурчал его внутренний эстет. Но сейчас не об этом.       TV-112 сразу всем видом дал понять элитному агенту, чтобы тот к нему не лез. Он огрызался, не смотрел на него, сам не понимая, почему так себя ведёт. Телевизоры только ещё раз убеждались в сумасшествии младшрука, а вот Элиту было всё равно: всё так же приветливо улыбался.

***

      TV-112 смотрел на фотографию сестры и гладил планшет рукой. Ситуация на фронте медленно, но верно ухудшалась, а от TV-911 давно не было никаких новостей. TV-112 боялся, что эти фотографии, которым уже полгода, станут для него последними. Посмертными или как обычно выражаются… TV-112 не знает.       К нему в дверь постучались, и TV-112 отозвался. Дверь открылась и тут же закрылась, и на пороге появился Элитный. — Разрешите? — он выудил из нагрудного кармана пропуск, и TV-112 махнул рукой. — Заходи…       Элитный благодарно улыбнулся и прошёл к TV-112. Он почти бесшумно выдвинул стоящий стул, сел на него и сложил руки на коленях.       Почему TV-112 не стал смотреть пропуск, как и всегда делает? Просто недавно он перебирал старые фото и прочие вещи, что достались ему от сестры, и задумался о великом. TV-112 понял, что выглядит неадекватно. Жизнь надо ценить и сильнее не усложнять, а то снова что-нибудь лопнет, и этот раз будет последним. Это не значит, что он полюбил цеховых, но TV-060… Он буквально единственный, кто не достаёт TV-112, а уважает. Отдалённо он напоминал TV-112 сестру, поэтому шипеть на него было неправильным. — Как дела? — поинтересовался TV-112. Элит посмотрел на него, оглядел кабинет и задумался. — Диск один прикольный нашёл с фильмом. Это детектив, я посмотрел, и мне понравилось. Хотите… я вам тоже дам? — Элит с надеждой посмотрел в красный экран, и TV-112 зажался. — У меня работа. — Как хотите, — Элит пожал плечами и снова принял спокойный вид. А TV-112 напрягся, сжал руки в кулаки, чтобы он не видел, и забегал взглядом по столу. — Я… — неуверенно начал TV-112. — Я найду время для фильма… постараюсь.       Элит не стал улыбаться, как-то хихикать или задавать лишние вопросы. А просто достал диск из дыма телепорта, положил его на край стола и подтолкнул к TV-112. Специально, чтобы не трогать его руку. — Вот… — его экран приветливо улыбнулся. TV-112 перевёл взгляд на диск и взял его в руки, а TV-060 двинул антеннками на своих динамиках. — Я думаю, вам это понравится.       TV-112 провёл пальцами по обложке и открыл коробку, а после выудил из неё диск. Это фильм, который ему когда-то приносила сестра…       TV-112 поднял взгляд на Элита и спрятал диск. — Спасибо… — тихо отозвался он, и TV-060 кивнул. — Я просто хотел сделать Вам приятно. Может, ещё что-то сделать? — Да, нет, этого достаточно…       TV-112 отставил коробку с диском в сторону и, опершись на кулак, посмотрел на Элита.       TV-112 даже не заметил, как TV-060 занял место в его жизни. Он никогда не навязывался, стойко выдерживал паранойю TV-112 и не давал непрошенные советы. TV-060 вообще будто бы знал, как разговорить TV-112, сумел подобрать к нему подход… Будто он его загипнотизировал.       TV-112 потёр пальцем стол и поднял экран на Элита. — Любишь музыку? — тихо спросил он, и TV-060 как ожил. — Музыку? — он закивал. — Да, конечно.       TV-112 встал из-за стола и подошёл к шкафу. Элит проводил его взглядом, а TV-112 залез внутрь и достал проигрыватель. — Вам помочь? — Не надо.       TV-112 поставил проигрыватель на стол, а затем вернулся, чтобы взять пластинки. Он сел на своё место, а Элит опустил взгляд в коробку с пластинками и охнул. — «КИНО»… — удивился Элит, и TV-112 почувствовал, как его антенны дрогнули. — Ты их знаешь? — Ага. Моя любимая группа.       TV-112 замигал экраном и подпёр телевизор кулаком. TV-060 с интересом рассмотрел все обложки, а затем вытянул одну — ту самую, которую больше всего любит TV-112.       TV-112 поставил пластинку на диск и запустил проигрыватель. Заиграла музыка, и TV-112 откинулся на спинку стула. TV-060 провёл по аппарату ладонью, стёр слой пыли и растёр его между пальцев. — Давно не использовали, — сказал он, пряча руку обратно в куртку. TV-112 не ответил: ушёл в свои мысли и даже приглушил экран.       TV-112 действительно давно не слушал музыку. Какое-то время он пользовался проигрывателем, а после забросил его. Он привык делать это с кем-то; понимал, что неправильно, но иначе не мог. Пластинки напоминали о сестре… А сейчас TV-112 было комфортно.       Он снова глянул на Элита и неловко потёр между собой руки. — Чего ты этим добиваешься? — спросил он на моменте припева, задней мыслью надеясь, что Элит не услышит. Но его антенны вздрогнули, и TV-060 вывел на экран «о_о». — Что именно? — не понял он, и TV-112 замялся. — Сидишь со мной… Ты единственный, кто не навязывается ко мне, но при этом ты почти всегда рядом.       TV-112 действительно не понимал. А может, просто не хотел признавать. — Вы… — TV-060 почесал заднюю крышку телевизора рукой. — Вы хотите услышать правду или отмазку?              TV-112 напрягся: снова что-то плохое. — Правду. — Вы мне нравитесь, — ответил Элит, и TV-112 замер.       Системы разве что не засбоили. После «курвы», «спидозника» и прочих ласковых прозвищ, вечных приставаний и шуток TV-112 вообще перестал считать, что может кому-то нравиться. Он буквально в ужасе уставился на TV-060, не зная, как реагировать. А TV-060 ждал ответ. — Почему?.. — выдавил из себя TV-112. Элит для вида задумался и потёр экран пальцами. — Вы умный, — он загнул палец на руке, и TV-112 уставился на него, — Очень серьёзный и ответственный, — ещё один, — И красивый. — С чего ты это взял? — Я это вижу, — Элит пожал плечами. — Вы здесь единственный, кто действительно серьёзно относится к войне. Нет, другие тоже, но… — Элит смущённо мигнул экраном. — У нас даже… Вкусы схожие! В музыке и фильмах. Поэтому Вы для меня очень классный. Я рядом с Вами прям комфортно себя чувствую, мне хорошо. «Мне тоже…» — подумал TV-112, но вместо этого сказал: — Я не могу, — и отрицательно мотнул телевизором. — Ты мне не нравишься, TV-060…       TV-112 не понимал, что чувствует, поэтому решил ответить так. Он знал, что люди, — а соответственно, и роботы, — на такие слова обижаются и исчезают. Но TV-060 не подал виду. — Хорошо, — TV-060 кивнул. — Я понял. — И ты не будешь истерить?.. — не понял TV-112.       Пластинка остановилась, и Элит выудил её из проигрывателя. Он бережно спрятал её обратно в обложку, а TV-112 молча наблюдал, не в силах остановить его. — Вы мне нравитесь просто потому, что… нравитесь, а не чтобы получить ответную реакцию, — TV-060 убрал обложку в коробку к остальным пластинкам. — Я был бы рад, если б нравился Вам… Но это здесь неглавное. Просто не отталкивайте меня.       Элит поднялся и взял проигрыватель в одну руку, а коробку с дисками в другую. — Вынужден уйти: меня вызвал Саймон. Вещи… — он показал головой на предметы. — Убрать туда, где и стояли? TV-112 кивнул и задрожал. — Да…       Элит убрал всё по местам, попрощался и ушёл. А TV-112 остался сидеть в кабинете. Он молча смотрел куда-то вдаль, чувствуя, как аккумулятор кипит и работает так, будто вращается на проводах.       Впервые TV-112 так себя чувствует и даже не знает, с кем ему поговорить: у учёных есть свои заморочки, а начальник и TV-406… TV-112 вспомнил, как начальник выискивает тайный пошлый смысл в обычных словах и решил, что ему не нужно такое счастье. Если начальник узнает, то TV-112 сгорит со стыда.       

***

      TV-112 улёгся на кровать и подключил себя к розетке. Он поднял экран к потолку, замигал им, а после перевернулся на бок. Уставший аккумулятор стал наполняться энергией, и TV-112, рукой обнимая подушку, уткнулся в неё экраном и мелко задрожал. «Я правда… могу кому-то нравиться?»