Соберу твоё сердце до малейшего осколка

На следующий день Хёнджин проснулся достаточно рано. На улице уже светило солнце, освещая своими лучами всю комнату, делая её ещё ярче, чем она есть на самом деле. Он аккуратно открыл глаза, потихоньку «загружаясь» и вспоминая, что произошло. Парень помнил всё достаточно чётко и ясно. Помнил все прикосновения, поцелуи и ощущения, которые испытал. Помнил всё до последнего момента, но теперь он не знал, как себя дальше вести. «Может избегать какое-то время? Надо немного отойти от произошедшего, а потом… Нет, это паршивая идея. Бини это обидит очень сильно, я знаю. Тогда что? Может просто делать вид, что всё хорошо? Хотя почему делать вид? Всё же действительно хорошо прошло и моё самочувствие… Думаю, это нормально после первого раза такое чувствовать», — думал Хёнджин. Его посещало миллион вопросов, на которые парень не мог дать ответ, из-за чего появлялись новые. Это сильно давило и Хёнджин помотал головой, чтобы немного стряхнуть эти мысли. Перевернувшись на спину, Хёнджин глянул в сторону, но не заметил Чанбина. Этот факт немного расстроил, но он вспомнил, что у старшего сегодня съёмки с раннего утра. Его внимание привлёк красивый букет цветов, стоящий на прикроватной тумбочке. Это были ромашки. На них падали лучи солнца, что создавали эстетичный вид. Хёнджин взял телефон и сделал несколько фотографий, не вставая с кровати, после чего заметил записку, которая лежала рядом с цветами. Парень потянулся к ней, взял и лёг обратно, открыв её: «Доброе утро, хорёк ^.^ Эти цветы для тебя. Знаю, что ты любишь все, но, насколько я помню, ромашки тебе нравятся больше всего. Надеюсь, что я не ошибаюсь. Мне очень хотелось сделать для тебя что-то приятное, поэтому проснулся немного раньше и сходил за цветами

Я люблю тебя. Твой Бини;)»

Прочитав записку, Хёнджин ярко улыбнулся. Его переполняло чувство любви к старшему, от чего он захотел позвонить ему, но вовремя вспомнил, что во время съёмок телефон всегда оставался в сумке. Хёнджин взял телефон и как только зашёл в соцсети, увидел знакомую картину. Он не помнил, чтобы выкладывал её в качестве, а лишь показывал в прямом эфире, когда рисовал. Услышав песню, Хёнджин понял, что эта та самая, посвящённая Феликсу, вышла в самый неожиданный момент. Парень на какое-то время даже забыл, что песня должна выйти, и прослушав её ещё раз, он улыбнулся. Хёнджин зашёл в вызовы и набрал Феликса. Длинные гудки немного напрягали, но вскоре прекратились, и на том конце взяли трубку. — Привет, Ликс-и. Не отвлекаю? — спросил Хёнджин, обняв своего плюшевого медведя. — Привет. Нет, я как раз к дому подъезжаю. Скоро буду, — сказал Феликс и положил трубку. Хёнджин откинул телефон на кровать и спустя пару секунд, когда до него дошла фраза Феликса, он вскочил с кровати и оделся. Парень заправил кровать и постарался как можно быстро привести себя в порядок. — Джини, я дома, — послышался голос из коридора. Феликс снял куртку с обувью, после чего прошёл в квартиру. Он поставил сумку в своей комнате и направился на кухню. — Я соскучиться успел. Можешь немного чаще дома появляться? — возмутился Хёнджин, зайдя на кухню. На его шее висело полотенце, а волосы были слегка влажные от косметических процедур. Парень обнял Феликса со спины, тем самым остановив приготовление завтрака. — В ближайшее время проведу время с тобой. — Феликс повернулся к Хёнджину лицом и обнял его в ответ. — Слышал твою песню. Она шикарная, но мне показалось, что грустная. Есть какой-то подтекст, который даёт понять, что что-то не так. Словно ты хочешь сказать что-то, но по каким-то причинам не можешь это сделать, — рассуждал он, замечая, как эмоции на лице Хёнджина говорят сами за себя. — Я написал эту песню в порыве эмоций и чувств, поэтому, скорее всего, так и кажется. — Хёнджин присел за стол и подпёр голову рукой. — Ты прям, как Чанбин. Он тоже написал песню «좋아해서 미안» под эмоциями. Тогда он не знал, куда деть свои чувства к тебе, поэтому написал её, — сказал Феликс, продолжая говорить. Хёнджин задумался над словами младшего. Его удивило не то, что Феликс давно знал о чувствах Чанбина, а слово «тоже», которое произнёс он. — Откуда ты знаешь о моих чувствах? Кто тебе это рассказал? — удивился Хёнджин, так как единственный, кто знал про влюблённость к Феликсу, был Чанбин. — Бини рассказал ещё давно, — ответил Феликс, думая, что отвечает на совершенно другой вопрос. — И тебя это совершенно не удивляет? — Хёнджин нахмурился, мысленно стараясь провести логическую цепочку. — Нет. Чему удивляться, когда нравится человек? — Феликс закончил с готовкой и поставил завтрак на стол, а сам присел напротив Хёнджина. — Прости, что сам тебе не сказал об этом. Я думал, что потеряю тебя, как друга. И прости за ту махинацию, которую провёл Бини, чтобы ты жил со мной. Прости… Прости, что обманули тебя насчёт отношений. Просто я хотел, чтобы ты обратил на меня своё внимание. И я очень счастлив, что посвящённая тебе песня понравилась, — улыбнулся Хёнджин, замечая, как выражение лица Феликса с каждым словом меняется. Ликс был в шоке от сказанного другом, от чего его рот слегка приоткрылся. — Я тебе нравлюсь? Ну… Как парень? — спросил Феликс, немного отойдя от шока. — Джин-и, но… Ты же с Бини встреча… Погоди. — Ликс стал в ступор ещё больше, осознав то, что сказал Хёнджин. — То есть ты с Бини на самом деле не встречаешься? И вы просто обманывали всех? — В глазах Феликса, помимо шока, было некое разочарование совместно с непониманием ситуации. — Твою ж… — Хёнджин прикрыл рот ладошками, понимая, какую ошибку только что совершил. Понимая, что он проговорился, вывалив всю правду такой, какая она есть, Хёнджин не знал, куда себя деть. — Ликс-и, нет. Ты всё немного не так понял, — собирался оправдаться Хёнджин, хотя догадывался, как выглядит со стороны. — Что тут можно не так понять? — Феликс сложил руки на груди, нахмурившись. Ему было до глубины души не приятно осознавать, что его обманывали, смотря при этом в глаза. Хёнджин вздохнул, виновато опустив голову. Он собирался с мыслями и после небольшой паузы решился рассказать младшему всё в самых мельчайших подробностях. Парень не скрывал ни малейшей детали, рассказывая произошедшее так, как было. Хёнджин искренне надеялся, что Феликс поймёт, простит и в дальнейшем эта история будет вспоминаться с улыбкой. — И потом я просто написал детскую записку, подкинул ему в сумку и ждал ответной реакции, — закончив длинный рассказ, Хёнджин не поднимал голову и не смотрел на Феликса, так как было слишком стыдно. — Лишнее доказательство того, что я самый настоящий трус, — добавил старший, вытерев две дорожки слёз, которые предательски потекли по щекам. Феликс, выслушав рассказ Хёнджина, успокоил свои эмоции и встал со стула. Он заметил слёзы Хёнджина, которые тот постарался скрыть. Младший подошёл к другу и заключил его в объятия. — Ты не трус, хён. Просто ты опасался потерять друга, которым дорожишь. Что в первом, что во втором случае тебе было страшно за то, что многолетняя дружба развалится, — сказал Феликс, поглаживая Хёнджина по спине, тем самым его успокаивая. — Я сейчас с ним по-настоящему встречаюсь, Ликс-и. Уже как две или три недели. Но та песня, которая вышла… Она полностью просвещена тебе. Те чувства и эмоции были искренними на момент написания. Только так я мог хоть немного почувствовать себя лучше. — Хёнджин обнял Феликса в ответ и вздохнул. — Ликс-и… У тебя с Сынмином всё серьёзно? — спросил он, мысленно ругая себя за этот вопрос. — А что? Хочешь, чтобы я стал твоим любовником? — посмеялся Феликс, за что получил шлепок по заднице. — Ауч! — возмутился он на это действие. — Серьёзно конечно, Джин-и. Если честно, я не думал, что он ответит взаимностью, но я решил рискнуть. — Ты смелый в отличие от меня. — Хёнджин поник ещё больше, прикрыв глаза. — Хорошо, что ты мне тогда не признался, Джин-и. Потому что я бы не смог ответить тебе взаимностью из-за Сынмина. Поэтому всё так, как должно быть, — сказал Феликс и Хёнджин поднял на него взгляд, задумавшись. — Ты прав, Ликс-и, — улыбнулся Хёнджин и получил поцелуй в макушку. Феликс присел обратно за стол и парни начали завтракать, попутно что-то обсуждая.

◦༄◦°˚°◦.¸¸.◦°˚°◦༄◦

Когда ребята приехали на стадион, где буквально через несколько часов должен быть их концерт, они пошли в зал ожидания. Парни расположились там и ждали, когда стафф их позовёт на проверку аппаратуры и всего остального, чтобы концерт прошёл без единой ошибки. Парни в это время занимались своими делами. Хёнджин сидел на диване и лазил в телефоне, время от времени наблюдая, как Минхо гоняет Сынмина, который его дразнит. — Солнце, мне скучно. — Чанбин обнял Хёнджина со спины и незаметно для всех поцеловал его в шею. Так как камеры были включены и записывали происходящее для контента, Чанбин старался сдерживать своё желание зацеловать и заобнимать Хёнджина. — Пойди отожмись или поприседай, — ответил ему Хёнджин, не отрывая взгляд от телефона. Он почувствовал поцелуй на шее, от чего внизу живота приятно скрутило, но парень не подал вида. Хёнджин видел камеры и контролировал свои действия по отношению к Чанбину. Он не хотел, чтобы стафф задавали лишние вопросы и тем более узнали про отношения. Чанбин хитро улыбнулся, после чего убрал улыбку с лица и стал напротив Хёнджина. Парень стал приседать, смотря на Хёнджина хищным взглядом, будто на добычу. Его мышцы напряглись и выглядели рельефнее, чем обычно. Чанбин знал, что Хёнджин часто залипал на него, когда ребята вместе ходили в спортзал. Он видел, каким взглядом смотрел на него младший. Хёнджин перевёл взгляд с телефона на Чанбина, когда тот стал его дразнить. Залипая в который раз на мышцы, Хёнджин, казалось, забывал, что такое дышать. — Теперь отжимания, — сообщил Чанбин и поставил руки на столик, стоящий около дивана, начиная упражнение. У парня стали работать мышцы рук, от чего Хёнджин стал чувствовать себя на пределе. — Прекрати, Бини, — полушепотом произнёс Хёнджин, желая прекратить собственные страдания. С каждой секундой парень всё больше и больше стал чувствовать, как возбуждается. Благо на нём была длинная худи, прикрывающая низ. Хёнджин понимал, что не сможет выйти на репетицию в таком состоянии, поэтому встал с дивана и направился на выход. Он переживал, что камеры запечатлели всё, что не надо, поэтому сунул руки в карманы худи, чтобы оттянуть её вниз. Зайдя в туалет, Хёнджин убедился, что там никого не было, и облокотился о раковину. Его дыхание было учащённым, а руки слегка подрагивали. Парень старался успокоиться и как только к него более менее это получилось сделать, дверь туалета открылась. — Иди кого-то другого подразни. Скучно ему… Теперь мне знаешь, как весело? Вот так весело, — возмутился Хёнджин, поднял худи и показал всё ещё ярко выраженное возбуждение, а затем опустил её обратно. — Как мне теперь идти на репетицию? — добавил он. — До репетиции ещё около двух часов, — сказал Чанбин и подошёл к Хёнджину сзади, обняв его со спины. — И что? Предлагаешь пойти подрочить в уголке? — грубо спросил Хёнджин, тем самым вызвав тихий смешок у старшего. — Если хочешь, то можешь. Руки до и после помой, — произнёс Чанбин. — Но вообще я другое предлагаю. Идём. — Он взял Хёнджина за руку и завёл в одну из кабинок, закрыв её на замок. — Бини, ты… Ты сумасшедший? Что ты творишь? — спросил Хёнджин, будучи в растерянности и шоке от действий парня. — Сейчас люди могут зайти, а мы тут… Перестань. — Он старался остановить Чанбина, но тот прижал Хёнджина к стенке кабинки, посмотрев на него усмиряющим взглядом, от чего тот поджал губы и замолк. — Заткнись и получай удовольствие, — произнёс Чанбин низким голосом, от которого коленки Хёнджина подкосились. Парень поцеловал старшего, принимая его правила игры. Вернувшись обратно в зал ожидания, Хёнджин присел обратно на диван и взял упаковку орешек со стола, стоящего рядом. Его сердце бешено колотилось внутри и создавало впечатление, что в следующую секунду проломит грудную клетку. Парень кушал орешки, пытаясь успокоить себя. Такого адреналина он никогда не получал, даже когда впервые прокатился на американских горках или же впервые сел в самолёт. Хёнджин не заметил, как к нему подошли и чья-то рука взяла несколько орешков из упаковки. — Скажите пару слов, — послышался голос Сынмина, который ходил с камерой и доставал всех подряд. Хёнджин поднял взгляд, так как подумал, что обращаются к нему, но заметил рядом стоящего Чанбина, который украл несколько орешков. — Кушаешь полезные продукты? — спросил Сынмин. — Всё полезно, что Бини в рот полезло, — сказал Чанбин и взяв ещё несколько орешков, он улыбнулся, смотря в объектив камеры, после чего пошёл к другим ребятам. Эта фраза вызвала смех у Сынмина и тот пошёл доставать остальных, а Хёнджин остался сидеть в ступоре от подобного высказывания. Щёчки парня покрылись румянцем, а его мысли посетили недавние воспоминания. — Чего ты тут один сидишь? Идём кушать. И вообще, куда вы с Бини пропали? Мы искали вас, — начал говорить Феликс, присев рядом. — Мы с Бини в туалет ходили, — произнёс Хёнджин и встал с дивана. — Идём кушать, я сильно проголодался. — Хёнджин приобнял Феликса за плечи и пошёл к ребятам, которые уже кушали заказанную еду стаффом. Спустя время парней позвали на сцену, чтобы провести репетицию и проверить всё оборудование. Парни прогоняли каждую песню, а Сынмин с Феликсом периодически снимали свои влоги в период перерыва. Они воровали камеру друг у друга, после чего бегали, на ходу что-то рассказывая. — Хо, спаси меня! — Феликс прибежал к Минхо и стал за его спину, держа при этом камеру. Парень знал, что старший его обязательно спасёт, тем более от Сынмина. — Ничего, Ликс-и, ночь длинная, — ухмыльнулся Сынмин и оставил попытку отобрать камеру, не желая нарываться на Минхо, после чего ушёл. Феликс остановил запись камеры и с лёгким испугом в глазах посмотрел на уходящего Сынмина, после чего услышал тихий смешок от Минхо. — Мне бы кто таким угрожал. — Минхо глянул в сторону Джисона, который игрался с Хёнджином и Чонином. — Вы долго не ссоритесь, так что не переживай, — сказал Ликс, обнимая Минхо со спины. — Идём, следующий прогон твоё соло, — добавил Феликс и вновь включил камеру, рассказывая, что поймал кота, на что Минхо делал вид, что ему не нравятся объятия и вообще, он устал от такой липучки, как младшенький. Концерт парней проходил на высшем уровне, как и всегда. Фанаты были в восторге от того, что увидели своих кумиров, а ребята с наслаждением выступали и получали невероятное удовольствие от этого. — Иди сюда, — сказал Феликс не в микрофон, подозвав Хёнджина к себе. Старший увидел в руках Ликса бутылку с водой и сразу же понял, в чём дело. Он прибежал к Феликсу и тот обнял его, прислонившись лоб ко лбу. Парень вылил всю воду на себя и Хёнджина, после чего они стали танцевать на припеве песни, слыша даже через наушники, как кричат фанаты от их взаимодействия. Когда концерт закончился, парни вернулись обратно в зал ожидания, делясь своими впечатлениями. Они были очень счастливы, в чём убеждались каждый раз, когда проводили концерты, видели своих фанатов и слышали, как те счастливы увидеть их. Получая их любовь, они хотели отдать свою вдвойне.