Невеста

Гажил только подходил к дому Леви. Всё тело ныло от боли, да и поездка в поезде знатно потрепала. Не хотелось ничего, кроме как упасть на мягкую постель. Ноги сами несли его, а руки открывали нужные двери. Тело тяжело упало на кровать и расслабилось. Взгляд скользнул в сторону, и вот он уже притянул её к себе. Парень медленно наклонился, его лицо скользило по мягким, шелковистым волосам девушки. Он вдыхал аромат, который исходил от них, и его глаза закрылись от наслаждения. Запах был таким нежным, оставляя после себя едва уловимый аромат сакуры. «Сменила шампунь?» Он улыбнулся, вспоминая, прошлый запах, который никогда ему не нравился. Тот запах был слишком сладким и приторным, с ванилью. Он не мог избавится от мысли, что спит не с девушкой, а с пончиком, обильно посыпанный ванилькой. Но сейчас, когда он вдыхал аромат её волос, по телу прошлась приятная дрожь. Снова вдохнул, наслаждаясь моментом, и его улыбка стала ещё шире. Рука, словно змея, ползла по талии и обвилась под грудью. «Лили?» Нахмурился Гажил, продолжая жамкать холмик, что был слишком мягок для кота. Да и тот ушёл на задание с другими иксидами, поэтому должен вернуться только в конце недели. «Не уж то грудь выросла?» Ликовал про себя парень, но лишь мгновение. Нет, ему и «до» всё нравилось. Но ведь хорошего много не бывает. — Ах ты, извращенец чёртов! Чей-то крик, не принадлежащий Леви, вывел парня из собственных мыслей. Ладонь, точно суровая реальность, звонка ударила по лицу. Мужское тело тяжело упало на пол. — Что случилось? В дверях стояла Леви, держа наготове скалку. — Гажил? От её тона у него сжалось сердце, а тело, казалось, вспыхнуло внутри пламенем. — Леви, я… Это не то… Она вообще не должна быть здесь… Гажил заикался, тараторил, — волновался. — Леви, он, — начала, слишком громко, Люси, но тут же была прервана. — Я ничего не делал! Ничего не видел! Ничего не трогал! И мне нравишься только ты! Вскочил, выбежал и спрятался в ванной. Первой прервала воцарившую тишину Люси, понимая, в какую нелепую и постыдную ситуацию влипла. — Ты не сказала, что мы поменялись комнатами? Леви похлопала глазками, потупя взгляд.

Два часа назад

Люси уже приняла ванну и готовилась ко сну. День выдался морально тяжёлым, хоть ничего толкового и не делала. Веки тяжелили с каждой минутой, она вот-вот уснёт, но ощущение чего-то приближающегося к лицу не давало покоя. Она, казалось, чувствовала, что кто-то идёт по одеялу, как по её собственной коже. Веки тяжело распахнулись и, поморгав ещё немного, закричала, вскочив с места, плотно прижимаясь к спинке кровати. Взгляд метался по белому одеялу в поисках незваного гостя. Внутренний голос кричал об опасности, но глаза ничего не видели. Встала и, в припрыжку, стала быстро трусить на себе футболку, смахивать кого только можно. — Таракан, — проскрежетала девушка, пытаясь успокоиться. — А вдруг он здесь не один? Вдруг он мне залезет в нос или ухо, пока я буду спать? Куда он вообще делся? Вдруг он уже на мне! Куда вообще смотрит Лили с Гажилом! Надо на них Нацу натравить, он быстро их сжарит. Фух, Святая Фейри, а пока… Дверь комнаты с грохотом закрылась. Тяжёлые шаги уверенно приближались. — Леви! — Вскрикнула Хартфилия, чуть ли не с ноги открывая дверь. — Я с тобой заночую! — Не столько вопрос, сколько утверждение. — Со мной? — Снимая тонко порезанные огурцы с глаз, удивлённо переспрашивает девушка. — Да! Люси уже взбила подушку и улеглась на кровати, ныряя под одеяло с головой. Леви представила, как приходит Гажил и начинает обнимать её. Как начинает прижимать, целовать и… щёки запылали алым цветом. — Нет, нет, нет! — Категорически заявила Леви, стягивая с «третьей лишней» одеяло. — Почему? — Запротестовала Люси, продолжая натягивать одеяло на себя. — Да как же, я… Язык не повернулся такое сказать. Как она может заниматься чем-то таким с Гажилом, когда за спиной спит Хартфилия. — Я буду тут! У меня в комнате не званные гости! — Гости? — Там, — смолкла, а точно ли можно ей сказать правду, — там… мышь пробежалась. После недавнего задания с Нацу у меня плохие воспоминания с грызунами. — У нас мыши?! — Завопила Леви, обнимая себя руками. — Надо было сказать тараканы? — Промямлила Люси, отметив бурную реакцию подруги. — И тараканы?! — Нет! Там просто пробежала мышь! — Оправдывалась Хартфилия, пытаясь уже забыть причину её прибывания в комнате Леви. — Но мы не может вместе спать! — Тогда может поменяется? Всего на одну ночь. Пожалуйста, Леви. «Пусть лучше мыши будут, чем Люси» — Ладно.

Настоящее время

— Скорее нет, чем да. — Глупо улыбаясь, отвечает Леви. Люси закрыла глаза, сжав губы в тонкую линию. «Нужно срочно съезжать обратно домой» Ночь была тёплой, а полная луна освещала Магнолию. Хартфилии не спалось, мысли о недавнем инциденте не давали покоя. Ей было стыдно перед подругой, хоть вины как таковой нет, но сердце было не на месте. Воздух стал тяжелее, чем прежде, что забивались лёгкие. Створки с грохотом открылись и она глубоко вдохнула. Мысли кружились в вихре неловкости. Она не единственная, кто волновался об этом случае. Воспоминания о прикосновениях вновь и вновь всплывали в мыслях. Гажил протяжно выдохнул. Леви сладко спала, изредка причмокивая. Мягкая улыбка появилась на некогда суровом лице. Ему стыдно перед ней, и он оставил лёгкий поцелуй на макушке, прежде чем вышел на балкон. Нужно проветрить мысли. Люси дёрнулась от резкого звука, и увидела его — уставшего и замученного. Чёрные волосы трепыхал слабый ветер, и она впервые увидела его таким загадочно красивым. Он стоял в свете луны и его лицо поблёскивало, словно звёзды. Сейчас его тяга к пирсингу не кажется такой нелепой, а скорее, частью его загадочной красоты. — Прости, Гажил. — Её шёпот коснулся его ушей. Гажил повернул голову, и в его взгляде читалось удивление, словно он увидел что-то новое и неожиданное. Люси ему слабо улыбнулась, опустив взгляд, её глаза были полны смятения и неловкости. Что-то внутри Гажила напряглось, сжалось, а затем и вовсе дало трещину, как лёд под весом чувств. Сам не заметил, как улыбнулся в ответ. — Ты не должна извиняться, Люси. Его тон был до удивления нежен, что девушка, с распахнутыми глазами и приоткрытым ртом, взглянула на него. Он смотрел на неё и в его глазах блестел лунный свет. Девичьи щёки покрылись румянцем. — Это ты прости меня, Люси. — Его голос был тихим и спокойным. Лица украшали едва уловимые улыбки, что скрывались в тени. В воздухе витала странная атмосфера, что пугала своей новизной и интересом. Она смотрела на высокого и широкоплечего парня и знала, что здесь ей не место. Он смотрел на хрупкую и миловидную девушку и знал, что в его сердце только Леви. Но даже так, каждый ловил себя на мысли, что такие ситуации довольно забавны. Хоть это было подло и эгоистично, но что-то манило повторить вновь.

***

Едва первые лучи солнца коснулись крыш, как Люси сидела за барной стойкой, подпирая слюнявый подбородок рукой. После ночной встречей с Гажилом не смогла сомкнуть глаз, придумывая разные ситуации и ход истории — вот оно проклятье писателя. Что-то тёплое коснулось спины, непроизвольно выгнулась, и взглянула из-за плеча. Нацу в столь ранний час стоял перед ней с улыбкой. От удивления даже сонливость отступила на время. Только открыла рот, дабы задать вопрос, как юноша опередил: — Люська, у меня для тебя сюрприз! Он весь светился от счастья, что девичье тело напряглось. Все его сюрпризы весьма необычны — начиная скелетом рыбёшки и заканчивая посещением жерло вулкана. Поразмыслив над нависшей опасностью, отвернулась, нагоняя упущенное сновидение. — Пошли быстрее! Пальцы обвили запястье и Люси буквально летела в воздухе. Драгнил бежал сломя голову, а девушка, словно летучий змей, с возгласами колыхалась позади. Нацу остановился, гордо задрав голову, прикрывая рукой глаза от палящего солнца. Люси заливалась кашлем, широко открывая рот, вдыхала побольше воздуха, а когда немного отпустило, грозно топоча, подошла к парню. Он улыбнулся, рукой взял за покрасневшие щёки и повернул голову. Глаза широко распахнулись, когда она увидела свой дом. Целый дом. — Сюрприз! — Весело бросил Нацу, мельтеша вокруг девушки. — Нравится, это всё я сделал! — Молоток с глухим ударом прилетел в голову. — Ауч! — Эй, ящерица, а ну не зазнавайся! Ты палец о палец не ударил, пока я всё здесь делал! — Встрял Грей, спрыгивая с крыши и поднимая молоток. — Что? Да я больше тебя тут трудился! — Возмутился Драгнил, оттягивая шарф пальцем. — На драку нарываешься? — Рубашка слетела с мужского тела, оголяя накаченный торс. — Да я тебя на куски порву! — Парировал он, жилетка полетела на землю, оголяя такое же прекрасное тело. — Нацу, оденься! — Возмутилась Люси, слегка покраснев. — Извращенцы! — Послышался третий мужской голос и два молотка прилетели в голову нарушителям спокойствия. — Люси, я так давно уже тебя не видел, что соскучился! — Залепетал Стинг, подбегая к девушке. Хартфилия застыла. Она знает этого парня мало, но уже могла охарактеризовать его, как настырного и заносчивого юношу. Его мало волновало, что о нём подумают, а что подумают об объекте его интереса — вряд ли такие мысли посещали его голову. Поэтому к Стингу она относилась со всей осторожностью, после произошедших инцидентов. Он портил её репутацию похлеще Нацу. Под ногами образовалась чёрная тень и из неё появился Роуг, что оттолкнул Стинга назад, не успев тот коснуться её руки. Ещё один странный, по мнению Люси, но от этого не менее милый паренёк. Он точно ходячая загадка, что невозможно разгадать за холодным спокойствием. — Леди, прошу вас. — Едва уловимый румянец выступил на бледных щеках. Он протянул руку ладонью вверх, опустив взгляд. Люси затаила дыхание от нахлынувшего удивления и милоты. Он точно рыцарь, что снизошёл со страниц книг. Улыбнулась, положив свою руку на его. Роуг дёрнулся, по телу табуном пробежалась приятная дрожь, а на лице появилась застенчивая улыбка. Он проводил её и, открыв дверь, пропустил внутрь. Люси светилась от счастья, всё было, как и раньше. За исключением нескольких поправок в интерьере. В центре комнаты стояла печь. Самая настоящая каменная, с дровами внутри и костром, печь. Взгляд скользнул на Нацу, что немного потрёпанный стоял позади. — Это моя идея! — Гордо выпалил парень, выйдя вперёд. — Я знаю, что ты по ночам замерзаешь, так что вот, пользуйся! Я просто подумал, что если уйду на задание, то кто будет греть тебе постель по ночам, вот и решил поставить. От услышанного все замерли, даже Грей, что был в курсе ночных вылазок товарища. Лицо Стинга было искажено от удивления, а его глаза вглядывались в лицо девушки, словно спрашивая: «Это правда?». Люси покраснела от такой бурной реакции, да и Нацу вроде и так сказал, а вроде и не так. — Вы спите вместе? — Тихо произнёс Роуг, в его глазах читалось некое предательство. — Нет, — прошептала девушка. — Конечно! — Задорно ответил Нацу. — Я же горячий парень! — Это правда? — Стинг медленно подходил к Хартфилии, что была на грани паники. — Нет, ну то есть да, ну в смысле нет, я … Дыхание стало рваным, сердцебиение усилилось, а глаза метались по четырём парням, что прожигали взглядами. — Парни, парни, парни, — вступился за девушку виновник непонимания, — да, мы спим в одной кровати, но это не значит, что мы… — договорить не дал кулак. — Нацу-сан, как ты мог так нагло воспользоваться девичьим телом?! — Стинг яростно набрасывался на Драгнила, пока тот лишь прыгал из стороны в сторону, уворачиваясь от атак. Вот уже потолок сыпется. — Воспользоваться? — Прошептала в недоумении Люси. — Нацу, я думал, ты просто заглядываешь к ней ночью, чтобы поболтать, а ты утоляешь свои животные нужды?! — Грей атаковал товарища. — Утоляет нужды? — Повторила Люси. — Так ты без ведома леди взял её тело?! — Роуга окутывала чёрная дымка, что распространялась по помещению, поглощая свет. — Взял тело? — Застыла Люси. Ситуация накалилась, когда Нацу в оправдание произнёс: — Ничего я не брал, она сама была не против! Нацу ходил по тонкому льду, что треснул на глазах, и все это понимали. Аура, что исходила от Люси, была во истину зловещей. Схватила за рукоять кнута и резким движением вытащила его со свистом. Ударила в воздухе, громкий хлопок пугал и восхищал одновременно. — Хватит обсуждать моё тело! Ни о каком недопонимании со мной и Нацу быть не может! Да он вваливается в мой дом, опустошает мой холодильник, забирается в мою постель, но не более! Понятно? — Скрепит Люси. Воздух был разряжен, что волосы становились дыбом. У всех было плохое предчувствие. Гулко раздался гром, а следом сверкнула молния, ударяя в крышу дома. Роуг среагировал быстрее остальных, а потому Люси уже стояла на улице перед зданием в объятиях парня. Описать, что испытывает девушка, никак нельзя. Злость, негодование, пустоту, обиду — всё смешалось в яркий коктейль эмоций. Она стояла и хлопала глазами, глядя на то, как черепица сыпалась вниз, а стены с треском падали в стороны. — С новосельем, что ли, — смешок послышался позади. Люси трясло от переизбытка чувств. Мельком взглянула через плечо и увидела Дреяра, что с улыбкой во все тридцать два разглядывал «отстроенный дом». Опять всё разрушено. Снова ей придётся где-то ютиться. Вновь будут какие-то недоразумения. И всё это из-за него с его глупыми молниями! — Лаксус! — Взревела Хартфилия, грозно делая шаг вперёд. Он с интересом взглянул в глаза полные гнева. Она была похожа на быка: вся красная от возмущения, ноздри раздувались от гнева, а в глазах горело пламя ярости. Ему нравилось всё, за исключением того, что её обнимают. Он не подал вида, но синие глаза словно заледенели изнутри. Роуг напрягся. Он чувствовал, как воздух накаляется. Дреяр не сводит с неё глаз, отчего хочется спрятать от его взора. Руки непроизвольно прижимают девичье тело ближе. — Скотина ты такая! Ты снова разрушил мой дом своей дурацкой молнией! — Гневалась девушка, пытаясь высвободиться. — Если хочешь мне что-то сказать, то подойди. — В его голосе слышится металл, а взгляд скользнул на Роуга. — Ну почему я? Что я сделала не так в прошлой жизни? Неужели мой род был проклят в прошлом, и я теперь буду страдать?! — Вопила она, не замечая холодные взгляды двух парней. В мгновение Лаксус исчез в молниях и появился перед Люси. Роуг растерялся и Хартфилия стояла уже подле Дреяра. Крепкая рука обвила талию девушки. Всё случилось настолько быстро, что некоторое время Люси с Роугом молча смотрели друг на друга. — А теперь говори, — шепчет на ухо парень, обжигая кожу горячим дыханием. Люси раскраснелась. — Лаксус, а ну верни её! — Крикнул Драгнил, атакуя согильдийца. Он не двигался, даже глазом не повёл. Огненный кулак Нацу приближался, и это сильно волновало Хартфилию. Нельзя сказать, что она ему не доверяет, но парень вовсе не прочь подставить подругу под свой удар. «Девушек не бью» — это не про него. Жар пламени опалял золотые волоски, согревал кожу и вселял ужас. Люси замерла, ни одной мысли не проскочило о том, чтобы хоть как-то увернуться. Ведь бьёт сам Драгнил, у него слова «немного», «слабо», «слегка» отсутствуют напрочь, так что хоть уворачивайся, хоть не уворачивайся, всё равно попадёшь под его пламя. В мгновение послышался щелчок и она уже парит высоко в небе. Непроизвольно хватается за Лаксуса, обнимает его за талию и прижимается всё сильнее. Глаза с ужасом смотрят вниз, где Грей с Нацу колдуют какое-то заклинание, а Стинг с Роугом ищут что-то под обломками бывшего нового дома. Лаксус улыбается, старается прижать к себе ещё ближе, дабы дать чувство защищённости. Взмахнул краем шубы, укрыл, и Люси больше не страшен холодный ветер, что прячется в небе. — Разве моя молния оставила бы такие разрушения? — Загоготал он, запрокидывая голову. — Да какая разница! — Его вопрос привёл в чувства Хартфилию, что совершенно позабыла о своём горе. — Дома же нет! — О, гляди, — игнорируя её возмущение, с улыбкой взглянул вниз, где Нацу с Греем во всю готовились к атаке. — Щенки, — уверенности ему не отбавлять, ядовитая ухмылка украшала лицо, словно детсадовец замышлял какую-то пакость. Тучи надвинулись над головами и гулко прогремел гром. Люси жалась к Лаксусу, впервые она так близко к грозной стихии. Молния сверкнула неожиданно и с треском ударила в согильдийцев, добивая разрушенный дом. — Лаксус! — Её крик смешался с громом. — Что? Это не я, — по-детски оправдывается парень, не в силах сдержать улыбку. Молния вспорола затянувшееся небо и ударила снова. От дома остался один уголёк. — Ты погляди, молния ударила. Он улыбается, видя, как слова заводят её. Она на грани чего-то безумного, эмоции внутри так и кипят. Внезапно она сжалась, а после раскрыла кулаки и протяжно выдохнула. — Поставь меня на землю. Спокойный тон напрягал Лаксуса. Он не против ещё поболтаться в небе, пообниматься и посбивать живые мишени молниями, но отчего-то не стал глупить, и выполнил её просьбу. Два обугленных тела лежали рядом. Роуг стоял в тени неподалёку и изредка бросал взгляды на Люси, что с обидой в глазах и пустотой в сердце, смотрела на развалены. — Люси! — Радостно воскликнул Стинг, выбрасывая кусок стены куда-то в сторону. — У меня для тебя подарок! — Он бежал словно на крыльях любви, что внезапно подпалила молния своей мощью. Обугленное тело глухо упало вниз. — Молния ударила. Надо же какая гроза. Дождь что ли будет? — Он даже не пытался быть хоть немного серьёзным, продолжая улыбаться. — Святые воробушки, что произошло? Люси лениво взглянула через плечо. Зереф стоял и с шоком осматривал место «жертвоприношений». Девушка лишь махнула рукой, мол, ничего такого, иди, куда шёл. Лаксус напрягся. Он избавился от всех надоедливых тараканов, но они всё лезут и лезут к ней. Взгляд скользнул на Роуга, что прятался в тени, и ухмыльнулся. Хоть сила у него и потрясающая, но ради понравившейся дамы не рискнёт. — Слабак, — шепчет Дреяр, прожигая взглядом паренька. Роуг возмутился, сжал ладони в кулаки и вдруг остановился. Он проиграл сражение до боя, так чего лезть сейчас? Не решается действовать, а потому стоять ему в сторонке. — Давай помогу, — и не дождавшись ответа, прочитал заклинание и место, где стоял дом, окутал пурпурный дым, а когда всё рассеялось, показалась крыша, а после уже и здание. Люси негодовала, ликовала и благодарила своего спасителя. — Зереф, ты просто чудо! — Обнимает его и тут же бежит обратно в дом, захлопывая дверь. Зереф улыбался, и с некой застенчивостью смотрел на дверь, за которой исчезла девушка. Это не ушло от сурового взгляда синих бездн. Лаксус фыркнул, взглянул из-за плеча и молния ударила в место, где стоял парень. — Один приём дважды не работает. — Со смешком говорит Зереф, с вызовом глядя на оппонента. Дреяр закрывает глаза и ухмыляется, растворяясь в молниях.