Ссора

— Ты несешь полную хуйню! Так начался мой вечер. Сегодня я вернулась домой, и диалог с Чаном сразу не задался. Эмоций было много, ведь это наша первая ссора в отношениях… Да еще и в первый же раз, когда я осталась у него на ночь! Не так я думала провести вечер… — Ну да, а ты же у нас самый умный! — я сделала шаг к нему навстречу. Он не отступил назад. — Посмотрите, блять, на меня! — Ты снова, блять, перевираешь мои слова! — тон и громкость его голоса повысились. — Я сказал, ты не доверяешь мне. Как можно упустить такую «маленькую деталь»?— он подчеркнул последнее совершенно идиотской интонацией. — Подумаешь, мой лучший друг всего лишь пытался поцеловать тебя! Ну… Да, это интересная ситуация… Я не планировала рассказывать об этом случае, однако сболтнула лишнего. Но ничего не было! Суть в чем: все мы знакомы со времен школы, и друг этот бегал за мной, словно собачка… Я бы могла даже утверждать, что у нас было нечто типа любовного треугольника, где страдали все его участники. Но я сделала выбор! И он смеет сомневаться в нем?! — Хватит истерить, словно это я на него напрыгнула! Так ты во мне уверен?! — мои эмоции были на грани. — Я уверен в тебе, — твердо сказал он, делая шаг мне навстречу. — Я просто не могу понять, какого хрена? — Я повторяю двести пятнадцатый раз, я не хотела, чтобы ты волновался! — я тоже двинулась вперед, не заметив этого. — Просто охуенно! — он взмахнул руками, но я не дернулась. Сейчас мы стояли так, словно это был вестерновский фильм – сцена с разборками двух пафосных мужиков, любящих оказаться настолько близко, что слюни летят друг на друга. — Я поняла уже, как поступила, хватит психовать! — я смотрела на него со всей злостью в глазах. Наши носы почти соприкасались. Я бы сказала, что это выглядело смешно, но только чувства это вызывало совсем другие… Не понять, хотелось от этой злости откусить ему нос или метить немного ниже? — Не испытывай мое терпение, — склонив голову набок, он произнес сквозь зубы. — Да ладно? А то что? — я повторила его движение головой, и ухмылка появилась на моем лице. Немного безумная, потому что, честно, отчасти хотелось ему врезать. Заткнуть так точно. Он стиснул челюсти, а выражение его лица будто стало жестче от моего вызывающего тона. Возможно, даже зря я это сказала. Неправа здесь все-таки была я, и я это признаю. Мы ведь до сих общаемся все втроем, и утаивать такую деталь от своего парня было бессмысленно. Вот его друг и не стал. Молодец, черт возьми. Но скрыла я это действительно исключительно потому, что не хотела, чтобы он беспокоился! В моменте того друга-романтика, черт его дери, я оттолкнула сразу же, обозвав эгоистом и придурком… В любом случае, наверное, не стоило так вести себя с Чаном сейчас… Хотя он повел себя ничуть не лучше, закатив совершенно тупой скандал, раздув из мухи слона! Неужели нельзя хотя бы попытаться понять меня?! Беру свои слова назад! — Или ты узнаешь, что значит завести меня слишком далеко, — он произнес низким голосом. Его голос всегда становился немного ниже, когда он злился, будто бы он пытался запугать оппонента, словно животное. Смешной. — Хах, да что ты? — я улыбнулась шире. По ощущениям, кровь во мне просто кипела. — Теперь сыплешь угрозами? — Предупреждаю, — все также твердо говорил он, в очередной раз сжимая челюсти от переполняющих его эмоций. Его дыхание было шумным и тяжелым, и по одному только взгляду читалось, насколько он был взбешен. Стоило бы испугаться, не доверяй я этому придурку. — Серьезно? Чан посмотрел на меня сверху вниз, его глаза сияли от бурлящего внутри гнева. Он немного прищурился, в очередной раз взглянув на мою ухмылку. Близость была почти электрической, а воздух вокруг заряжен напряжением. Он слегка наклонился, и его голос упал почти до шепота. — Не испытывай меня, дорогая. Результат может тебе не понравиться. Он звучал так, словно сейчас взорвется. Вот он, шипит и потрескивает фитиль, еще секунда, и он детонирует. Однако я смогла различить нотки игривости в его голосе. Но такие, словно ходишь по лезвию ножа. — А может и понравиться, — я эхом отозвалась на его слова. Все его тело выглядело напряженным, будто струна. — Ты играешь с огнем. — А ты разве - нет? У Чана на секунду перехватило дыхание от моего упрямства. Я была права, он тоже определенно играл с огнем. Весь разговор свелся к провокации. Он посмотрел на меня – ярость в его глазах, смешанная с чем-то еще. С чем-то первобытным и голодным. Он наклонился еще ближе, его губы зависли у моего уха, когда он снова заговорил. — Ты выводишь меня, ты знаешь это? Мое сердце стучало так быстро, что я слышала пульс в своей голове. Чувства были настолько сильными, что бесконтрольно это стало уходить в какое-то другое русло… Я положила свои ладони ему на шею, притянув ближе. — А ты невозможно, блять, меня раздражаешь, — прошептала я, сжимая немного сильнее, чем нужно было. А хотелось бы придушить совсем придурка. Кажется, ощущение моих рук на его шее только добавило масла в огонь. Он словно вздрогнул от моего шепота и без предупреждения оттолкнул меня к столу, от стука с которым с него что-то упало. Его пальцы теперь сжимали мою челюсть – несильно, но ощутимо. Он заставил смотреть на себя. Я засмеялась. — Боже мой, какая жалость, — отозвалась я о том, как он потерял контроль. И дело в том, что если бы это произошло в более… скажем, обычной обстановке, то, вероятно, я бы порвала с ним в эту же секунду, но сейчас… О, сейчас это была игра, правила которой мы оба приняли негласно. Теперь здесь было соревнование - кто, кого и каким образом. Нам обоим невозможно хотелось доказать друг другу, кто прав в этой ситуации. И нас выбрал интересный способ. — О, думаешь это смешно, да? — его голос звучал тихо, с издевкой. — Думаю, ты слишком много болтаешь. — Это я-то болтаю? — вскинул бровь он. — Бред здесь говоришь только ты, — он наклонился ближе, издавая немного презрительный смешок, а голос упал до низкого соблазнительного шепота. — Может, мне стоит найти лучшее применение твоему рту. — Да? — я совершенно точно знала, что это означает, но все равно спросила. — Например? — Например, такое, — он ответил быстро, даже нетерпеливо. Его губы буквально впечатались в мои меньше, чем через секунду, и руки теперь крепко сжимали бедра. Поцелуй вышел грубым. А я человек простой – на грубость отвечаю тем же. Я зажала его губу между своими зубами, прикусывая. Он же издал звук, похожий то ли на мычание, то ли на рык. Выбив из него реакцию, я была довольна результатом. Однако от бурлящей злости не избавилась. А появившееся вдруг желание (будто бы это было неожиданно, как же) только разожгло меня еще сильнее. Я сжала край стола так сильно, что белели костяшки. Смесь боли и удовольствия, кажется, только подогревали его и без того взвинченное, бешеное состояние – ладони стали сжимать мои бедра сильнее, отчего я поморщилась, а его язык скользнул в мой рот по-хозяйски. Но мне не хотелось, чтобы он думал, будто бы он здесь теперь главный. Будто бы его скандал сойдет ему с рук, чертова истеричка. Я слегка прикусила его язык, посмеиваясь над своей же шалостью. Он отстранился, заглядывая мне в глаза. — Ты хочешь поиграть, да? — он облизал свои губы, сглаживая острое ощущение от укуса. О боже, как он был зол – это читалось в его глазах. Настолько же очевидно, насколько и то, как сильно он хотел продолжить. — А что, не выдержишь? Теперь он улыбнулся – как хищник, хитрый и опасный. — Малыш, я могу выдержать очень и очень много. И даже тебя. — Даже? — с сарказмом ответила я, притянув его обратно. Перехватив инициативу на себя, я крепко сжимала его рубашку, пока целовала его быстро и смазано. Его руки гуляли по моему телу, периодически останавливаясь на талии и бедрах. Мне нравилось. Мне очень нравилось. Его губы переместились ниже, быстро проходясь по линии челюсти и уже прикусывая шею немного ниже. Я зашипела – было больно и щекотно одновременно. Моя рука автоматически оказалась в его волосах, сжимая и чуть оттягивая его назад, чтобы ослабить ощущения. — Аккуратнее. — Терпи. Он продолжил с такой же силой, каждый раз засасывая кожу до приятных покалываний. — Конченый, — сквозь тяжелое дыхание ответила я. Чан усмехнулся, прижимаясь ко мне и чувствуя, как мое тело реагирует на его прикосновения. Он знал, что я изо всех сил старалась сдержать свою настоящую реакцию, но он был полон решимости преодолеть это сопротивление. — Ты всегда говоришь мне самые милые вещи, — его голос сочился иронией. Он снова укусил меня за ключицу, и теперь его ладони забрались мне под майку. Я лишь цокнула на его комментарий, оглаживая плечи и перемещая свои ладони на его спину. Я больно поцарапала его ногтями через ткань - специально, на что он инстинктивно прижался ко мне сильнее, кусая в ответ. От боли я резко схватила его за подбородок, совсем не сконтролировав это действие. Он поднял голову. Шумно дыша, я будто впала в ступор от накатившей новой волной злости, не имея возможности выбрать следующее действие. Сжать еще сильнее, поцеловать, укусить, оттянуть за волосы или оттолкнуть его к чертям собачьим? Видя мое смятение, нахмуренные брови и яростный взгляд, он лишь ухмыльнулся. Я взглядом проследила за его блядским языком, надавливающим на его щеку изнутри. Невозможно, сука, сильно хотелось стереть эту улыбку. Руки под моей майкой сжались чуть сильнее. Он будто смеялся над моей беспомощностью. И выбор как-то сам собой пал на последний вариант… Я сильно оттолкнула его за плечи – от неожиданности он от отшатнулся назад, чуть не потеряв равновесие. Это его взбесило. Секундой позже я, притянутая за руку в ответ, уже летела на кровать. Он навис сверху, его руки на локтях по обе стороны от меня. Он прижимал меня своим телом, а взгляд прищуренных глаз бегал по моему лицу. Теперь улыбалась я - ехидно и нагло. — Что, уже не терпится, да? — позволила себе подразнить его я. — Не беси меня, блять, — ответил Чан. Я хотела возразить, продолжая нашу игру с огнем, но не успела. Не заметила, как его колено оказалась между моих бедер… Он сильно надавил. От неожиданности я не сдержала предательски вырвавшийся стон. Но он быстро заткнул меня поцелуем, так что я лишь промычала в его губы. — Так-то лучше, — прошептал он, едва ли отстраняясь, чтобы также быстро заткнуть меня обратно. Он продолжал надавливать, медленно двигая коленом, и только это уже сводило меня с ума. Мои руки хаотично сжимали его рубашку, а сердце стучало, словно бешеное. Поцелуй был до боли голодным, и я будто уже не давала отчет своим действиям. Словно его одежду с него стягивала не я. И мягко сказано - стягивала… я буквально сорвала ее, одним неловким движением чуть не избавившись пуговиц. — Ну, тише, — с улыбкой проговорил он совершенно по-ублюдски снисходительным тоном. Что я для него, идиотка? Однако когда мой взгляд опустился ниже, дыхание перехватило. Так глупо, что я не видела его без верха ни разу со времен физкультуры в школе… И он… очевидно поменялся. Так сильно, что у меня пересохло во рту. — Раздевайся, — сказал он, отстранившись. По его голосу я слышала, как желание внутри него горело настолько сильно, что грозилось сжечь его до тла изнутри. Я нахмурилась, хотела возразить, как он смеет вообще мне указывать? Но он только продолжил: — Быстрее, — командующим тоном низко произнес он, вновь смотря на меня сверху вниз. Кажется, я стала проигрывать. Я приподнялась, чтобы снять майку и выкинуть ее куда-нибудь. И только она слетела, как Чан, схвативший меня за шею, прижал обратно к кровати. — Умница, — с этой блядской улыбочкой прошептал он. — Пошел ты, — прошипела я. Последствия моей дерзости были мгновенными – он сжал шею сильнее, и снова надавил коленом между моих ног. Из-за нехватки воздуха я издала звук, похожий на скулеж… Боже, как жалко это звучало. Почти сразу же он отпустил меня, но не дал говорить – его губы снова впечатались в мои. Его ладони параллельно расстегивали мои джинсы, стягивая вниз. Ему пришлось отстраниться, чтобы снять их с меня полностью, и я хотела воспользоваться моментом, чтобы перехватить инициативу на себя. Но когда я попыталась встать, он снова грубо откинул меня обратно. От внезапного падения я резко вдохнула, чуть не закашлявшись. Однако то, как реагировало мое тело, ему только нравилось. — Ты… — хотела возразить я, но он снова перебил меня. — Чш-ш-ш, — прошипел он, опускаясь ниже. Не медля ни секунды, он оказался между моих ног, и плотно прижался к моему белью лицом. Затем я почувствовала на себе настойчивое влажное давление сквозь ткань, отчего мои ноги задрожали… Я инстинктивно попыталась свести их, но Чан сжал внутреннюю сторону моих бедер, разводя их обратно. — Боже, малыш, — он отстранился с какой-то животной ухмылкой. Весь его подбородок был мокрым, несмотря на то, что я все еще была в белье. Он медленно вытер лицо тыльной стороной ладони. — Даже так? Я почувствовала укол ни пойми откуда взявшегося смущения. Будто бы мой собственный парень не имеет права так сильно меня возбудить… Я буквально могла ощущать, как нагреваются мои щеки, розовея. — Ты в курсе, что я могу врезать тебе коленом? — не подумав, выпалила я, отчего он засмеялся. — Да ладно, мне приятно, — продолжал улыбаться он. Я снова хотела возразить, чтобы хотя бы как-то попытаться победить в этой ситуации, но щеки предательски рдели только больше. А он же не ждал ни секунды, крепко сжимая мои бедра и разводя их в стороны. — Смотри на меня, — властно сказал он, снова прижавшись ко мне через белье. Я вновь почувствовала его язык – настойчивый, такой же нетерпеливый, быстрый. Меня снова пробрала мелкая дрожь, ноги сами тянусь друг к другу, но Чан не позволял, оставляя следы на моей коже от своих пальцев. Я шумно дышала, пока он тщательно вылизывал ткань на мне. В какой-то момент Чан, хищно улыбнувшись, освободил одну руку, ладонью отодвигала мое белье в сторону. Я поджала губы - а будь у меня и уши как у какой-нибудь кошки, поджала бы и их, так жалобно я себя ощущала. Это только раззадорило его, и он прильнул ко мне снова. Ощущая его горячий язык уже полностью, я издала первый дрожащий стон. Захотелось откинуть голову назад и спрятаться, лишь бы он не видел, как сильно горит мое лицо… и как сильно я сейчас проигрываю в той игре, что мы начали… Но стоило мне шевельнуться, как он, тяжело дыша, произнес: — Смотри на меня! — царапая мое бедро. Я зашипела от боли, но вернула голову в прошлое положение, встречаясь с его затуманенным взглядом. Это было просто невозможно – выдержать его таким. От одного его выражения лица хотелось скулить от нетерпения. А он понимал это, не заставляя меня ждать. Он раздвинул мои половые губы пальцами, сразу беря языком быстрый темп. Я тут же сжала одеяло под собой, оттягивая, словно хотела порвать, а он все сверлил меня взглядом. Я продолжала смотреть на него в ответ, хоть мне и было безумно неловко быть настолько открытой сейчас… Моя челюсть мелко подрагивала, отчего я сильно прикусила губу. Все-таки, это был конец. Для меня. Я не могла больше сдерживать свое желание и свои эмоции. Я извивалась под его языком, каждый раз получая шлепок по бедрам, когда смела отвернуться. Блять, будто бы я могу это контролировать! Конченый, блять, придурок, как же он хорош в этом… Очередной раз выгнувшись в спине и закидывая голову назад, я снова получила шлепок по и без того уже пылающей от его ударов коже. Рефлексы сработали быстрее, чем я успела сообразить, и я со злостью схватила его руку, откинув ее в сторону, случайно поцарапав тыльную сторону его ладони. Странное ощущение резко кольнуло в груди, словно я не должна была так делать. Словно… не имела права. Ведь мне не разрешали. Фу, что за мысли! А не дохера ли он хочет? Чану, конечно же, это не понравилось. А мне очень понравилось то, как ему это не понравилось. Я не смогла сдержать самодовольной ухмылки, когда он поднялся выше, снова нависая надо мной. Он грубо сжал мой подбородок, не давая пошевелиться. — Кажется, я говорил смотреть на меня, — ответил он, когда на его лице нарисовалась такая же ублюдская улыбка. Нравятся же ему эти игры, я же знаю. — Когда кажется, креститься надо, — со смешком выдавила я, не в силах даже нормально пошевелить ртом, сжатым в его ладони. В это время его вторая рука уже была мокрой от моей смазки. — Какие мы смелые, — его лицо оказалось непозволительно близко к моему. — Ты же нихуя не можешь сделать. — Как же т… — почти мгновенно съязвила я, но на середине фразы просто вскрикнула. Все мои мысли оборвались, когда я почувствовала его пальцы внутри себя. Он протолкнул их резко и глубоко, с силой надавливая вверх на ту самую чувствительную точку, заставляя меня инстинктивно вскинуть бедра. Он сразу же набрал быстрый темп, а я мгновенно начала задыхаться. Я крепко схватилась за его плечи, словно за спасательный круг, не прекращая стонать. А он смотрел на меня так, будто высмеивал – продолжал улыбаться унизительно и вскинул брови с самым саркастичным выражением лица в мире. Будто все его естество говорило «ну, ну, и что ты мне сделаешь?» — Хватит, все, прекрати, — прохрипела я, не выдерживая его напора. Но, кажется, этот идиот услышал все наоборот. Добавив третий палец, он вдавил меня в кровать сильнее, двигая рукой невыносимо быстро. Я снова вскрикнула, откинув голову назад, и опять старалась порвать под собой простыни. Его движения были недолгими – не представляю, как такое вообще можно исполнять дольше пары секунд – но очень, очень интенсивными. Остановившись, он дышал почти также тяжело как и я, но был явно доволен своим результатом. А его результатом была я – с потерянным взглядом, искусанными губами и мелкой дрожью. Мне хотелось убить его. За то, что он творит со мной, мне хотелось, как минимум, избить его как следует. Но он будто знал, за какие ниточки нужно дергать… — Ты очень красивая, — чужой горячий шепот опалил мне ухо, заставляя все тело покрыться мурашками. Чертов манипулятор… Если бы я еще и не знала, что он и правда так думает… Я притянула его к себе, чтобы поцеловать. Пока мне разрешали брать контроль на себя, я поменяла нас местами, оказываясь сверху. Губами я спустилась ниже по его шее, почти сразу же оказавшись на ключицах. Больше всего мне хотелось спуститься к его прессу… Он не давал мне покоя с того момента, как я его увидела. Покрывая мокрыми поцелуями его грудь, я оставила влажную дорожку языком до его пупка, затем снова поднимаясь чуть выше, наслаждаясь его дрожащим дыханием. Блять, как мне нравилось его тело. И хоть я и была без ума от его торса, я не смогла задержаться там надолго, уже стягивая с него остальную одежду. Не дай бог он еще подумает, что я тут им восхищаюсь… После того, как он со мной себя повел… Господи, и что я строю из себя, уже давно выйдя из игры? Цирк да и только. Причем уехал, а клоуны остались. Избавившись от всего лишнего, я нетерпеливо прижилась к нему языком, проводя по всей длине. Он шумно вдохнул, задерживая воздух, ни на секунду не сводя с меня взгляд. «Красивый», подумала я, рассматривая его член, пока медленно проводила рукой вверх-вниз. Он не выдержал, вскидывая бедра навстречу. Но молчал. Взгляд был почти завороженным. — Что, уже не такой разговорчивый? — улыбнулась я. — Отсоси, — цокнул он, тоже не сдерживая улыбки. — Это оскорбление или просьба? — я засмеялась. Но все же видно было, как он едва ли терпел. Я словно физически ощущала, как он прокручивал в голове миллионы способов заткнуть меня так грубо и жестко, как он только смог бы. Я ускорила поступательные движения рукой, пока языком спустилась ниже к яичкам, медленно облизывая и посасывая. От звуков, которые издавал Чан, пробегали мурашки по коже… Я сглотнула, пытаясь сосредоточиться, но все тело горело. Затем я снова вернулась наверх, ни на секунду не отстраняясь, также проводя языком по всей длине. А он все смотрел на меня, кажется, не моргая. Словно был очарован, хоть и до боли возбужден. Я смочила его член своей слюной, опять подняла взгляд, встретившись с его голодным и даже немного встревоженным — будто готов был сорваться в любой момент. Я облизала свои губы и наконец вобрала головку в свой рот. Он нахмурился, прикусывая губу. Да так сильно, что я уверена, он почувствовал металлический привкус. Лишь на секунду представив это, у меня закружилась голова… Я старалась опуститься ниже по его мокрому от слюны члену — медленно, чтобы в первую очередь разогреть свое горло. Его грудная клетка поднималась все чаще и чаще, он дышал рвано, и это не могло меня не радовать. Почувствовав, как головка приближается к задней стенке горла, обещая спровоцировать рефлекс, я начала двигаться обратно наверх, стараясь втянуть щеки как можно сильнее. Чан зажмурился и откинул голову, томно промычав. А я бы хотела улыбнуться, да рот был занят. Я отстранилась, убрав мешающие локоны, что вечно спадали вниз. Заправив одну сторону волос за ухо, я почувствовала, как теплые ладони коснулись моей головы. Я подняла взгляд и столкнулась со взглядом Чана. Он был сосредоточен, но при этом абсолютно потерян. Такой другой, такой… милый. Точно ли это он был пару минут назад? Впрочем, мне нравилось то, как я могу довести его до таких состояний - до того, как он теряет контроль от одной мысли обо мне и до того, как едва ли может издать хоть какой-либо звук, наблюдая за мной околдованно. Он собрал мои волосы вместе в одной руке, а затем сильно, очень сильно сжал, создавая натяжение. Я резко нахмурилась и проскулила — но совсем не от боли. Он прекрасно знал, что это одно из моих самых слабых мест. Внизу живота так сильно стянуло, что я в очередной раз не сдержалась. Движения стали резкими, отрывистыми и более глубокими. Я старалась двигаться быстрее, придерживая его член рукой, пока он давил мне на затылок в такт моим движениям. С одним из таких движений его головка резко уперлась мне в стенку горла, отчего я подавилась. Рефлекторно я дернулась назад, но мне не позволили. Намотав мои волосы на кулак, он прижал меня к себе с силой. Его выражение лица было спокойным, но его глаза будто смотрели сквозь меня… Он наслаждался тем, как пошло и низко я сейчас выглядела, задыхаясь его членом. Выражение лица было холодным, но взгляд - агрессивным. Я дрожала, мышцы живота непроизвольно сокращались, из глаз текли слезы, но я терпела. Я видела, как ему нравилось — он, блять, сейчас просто сойдет с ума. Чан разрешил мне отстраниться, резко разжав свою ладонь в моих волосах. Я сразу же приподнялась на локтях, сильно кашляя. Пришлось отдышаться, и, судя по его дыханию - ему тоже. По моему подбородку стекала слюна. Он просто пожирал меня глазами. Я ухмыльнулась - просто не смогла сдержаться, его восторженный вид перемешанный с похотью так сильно льстил мне. «Так значит тебе нравится?», думала я. «Заставлять меня давиться собственным членом?» — Трахни меня, — боже, мой голос прозвучал очень хрипло. — В рот, — я подползла ближе, оказывавшись у его лица. Не могла перестать улыбаться, черт бы с ним… Он облизал пересохшие губы. — Я кончу. — Так быстро? — произношу я с издевкой, довольная собой. — Дура, — ответил он. Но… его улыбку едва ли можно было назвать ухмылкой в этот раз. Такая теплая, полная любви улыбка. Снова рдели щеки. Придурок. Я закатила глаза на его комментарий и цокнула. Он засмеялся. — Ну до чего же она любит выебываться, — сказал он, переворачивая меня на живот. — Будто тебе не нравится, — я не сопротивлялась. — О-о, очень нравится, — он перекинул ногу через мои бедра, садясь сверху, а затем наклонился. Я не видела его, но затылком чувствовала снова появившуюся блядскую ухмылку на лице. — Таких потом очень приятно затыкать членом. — Какой же ты ублюдок, — издаю смешок я. — Будто тебе не нравится, — Чан передразнил меня моими же словами. В это время он потянулся рукой под подушку, достав оттуда презерватив. Я вскинула брови в удивлении и приподнялась на локтях, кидая вопросительный взгляд через плечо. Какого хрена оно сразу под подушкой? — Да ладно, будто бы никто не знал, чем сегодня все закончится, — усмехнулся он моему немому вопросу. Я снова закатила глаза и отвернулась обратно. Снова не могла перестать улыбаться. — Трахни меня уже, пиздабол, — нетерпеливо произнесла я, подложив подушку себе под грудь. Не успев даже толком опять посмеяться, я тут же вскрикнула, а звук моего голоса перемешался со звонким шлепком. Второй шлепок следом, и я сильно сжала подушку. Ягодицы горели. Я вновь повернулась, сильно сведя брови и тяжело дыша. — Грозно, — измывался он, опять наклонившись ко мне. Я хотела возразить, но… Но… Почувствовала, как… Я чувствовала, что… — Моя ты сладкая, — он звучал, как Чеширский кот, издав тихий смешок. Его член медленно входил в меня, а я жадно хватала ртом воздух, смотря на него из-под опущенных ресниц. Не могла ничего сказать… Не хотела… — Вот умница, — чуть ли не мурлыкал он, а мне хотелось врезать ему локтем каждый раз, когда он называл меня так. Он вошел в меня до конца, поднимая свой торс обратно наверх. Чан сжал мои ягодицы в своих ладонях так сильно, что я уверена, там останутся следы. Медлил, но сам ведь мучался. Гордый, блять… Он едва ли двигал бедрами. Темп был просто смертельно невыносимый, такой плавный… А мне это нравилось. Мне это так, блять, нравилось. Я мычала, кусая подушку, а он сзади гладил меня по волосам. Внезапно он рывком потянул меня за волосы, в контраст предыдущим нежным поглаживаниям, заставив встать на колени - отчего я снова мучительно томно промычала. Натягивая мои волосы в свою сторону, Чан начал двигать бедрами быстрее. Когда он сильно дернул меня на себя резким движением, я издала звук, больше похожий на всхлип, чем на стон. Я тут же пожалела об этом, думала он остановится, а мне… очень этого не хотелось. Но он, прорычав что-то совсем нечленораздельное, начал двигаться во мне грубее. Сдерживаться больше не было смысла - будто бы я не сдалась почти с первой же секунды этой ебаной игры - и теперь я стонала во весь голос. С каждым новым толчком он выбивал из меня крик, а когда он взял меня за руки, вытянув их назад, ноющая боль вперемешку с удовольствием заставляла меня издавать совершенно жалкие звуки. Да уж… Когда он отпустил меня, я упала грудью на кровать, но это не остановило его. Он надавил ладонью между лопаток, чтобы я прогнулась больше. Не знаю, сделал ли он это специально, но когда угол немного изменился, я чуть ли не взвыла от блаженства. Дрожащие ладони я положила себе на ягодицы. Немного сжав себя, я развела их в стороны, раскрываясь для него еще больше. На секунду Чан замедлился и почти остановился, видимо, рассматривая открывшуюся перед картину. Он дышал громко, но не так, словно он запыхался, а так, будто был разъярен. — Ты выглядишь, как шлюха, ты знаешь? — полушепотом произнес он, а затем одним резким движением вошел на всю длину. Я вскрикнула. Он продолжил двигаться быстро, а я безуспешно пыталась найти его торс позади себя одной рукой. Нащупав чужой пресс, я слегка надавила на низ его живота, намекая замедлиться или остановиться вовсе. — Нет, подожди, пожалуйста… — запыхаясь, мямлила я. Он не слышал. Или не хотел слышать. — Чанни, стой… С мучительным стоном он замедлился, выходя из меня. Оставалось только гадать - издал он этот безумно сексуальный звук от недовольства или от произнесенного мной имени? Он безумно любил, когда я называла его так (не при всех, конечно же, он же у нас большой и грозный серый волк), но в таком контексте он слышит его в первый раз... Я упала на бок, без сил. Нужно было прийти в себя - так много было ощущений. Он перевернул меня на спину, хотел нависнуть надо мной, но я его остановила. — Подожди, — тихо произнесла я, меняя нас местами. Теперь я сидела сверху, перекинув ногу через его бедра. Не став тянуть - мы оба это не вытерпим - я чуть приподнялась, направляя его в себя. Он опустил ладони на мои бедра, но пока ничего не делал, лишь слегка сжимая. Я опустилась на всю длину и… блять… Блять! Сильно прикусив свою нижнюю губу, я протяжно простонала. В такой позе его член вошел так глубоко, что давление изнутри заставляло дрожать даже без фрикций. Мои глаза закатывались от удовольствия, и мне пришлось опереться руками о его грудь, чтобы не упасть. Его ногти впились в мои бедра, но я не обращала внимания. — Блять, детка, ты сейчас очень... — Просто сейчас заткнись, — перебила я его, прикрыв глаза и откинув голову назад. Я двигала бедрами медленно, не поднимаясь. Все, о чем я сейчас могла думать, это только о его члене. Как глубоко его головка упирается в меня, как сильно надавливает с каждым движением моих бедер и… — Только повтори это снова и... — его голос звучал, мягко говоря, недовольно. Я резко закрыла его рот своей ладонью. — Заткнись, пока я тебя трахаю, я же сказала, — произнесла я голосом, полным животного желания и раздражения. Я склонила голову вперед и смотря на него из под упавших локонов моих волос. Его глаза расширились от удивления - нет, скорее шока. Он тряхнул головой, сбрасывая мою руку со своего лица, и вскинул свои бедра наверх, руками насаживая меня вниз. Я разозлила его. Я немного приподнялась на коленях, расставив руки по обе стороны от его головы, чтобы ему было удобнее трахать меня. Эта поза просто сводила меня с ума, хоть и ноги уже сводило от напряжения. — Да, да, да, да, еще, — полушепотом, задыхаясь, просила я. — Одержимая, — сквозь зубы процедил он, но мне было все равно. Пока он вдалбливался в меня под таким углом, мне было плевать на все вокруг. Но долго так сидеть я не смогла. Не представляю, какая должна быть физическая подготовка, чтобы продержаться так дольше пары минут. — Я хочу кончить, — сквозь одышку прошептала я, ложась на спину. Повторять ему дважды не нужно было - спустя секунду он оказался надо мной, сразу же входя и набирая быстрый темп. Думаю, ему просто было все равно, что я там сейчас хотела. Он наклонился ко мне, засасывая кожу на шее. Одной рукой я сжала его волосы, второй - ногтями царапала спину. Наши стоны заполняли спальню, распаляя нас еще сильнее. Я не могла уже терпеть. Оттолкнув его, заставляя отстраниться, я опустила свою руку вниз, прикасаясь к клитору. Двигая рукой по кругу, я будто отключилась от происходящего, способная только на протяжные жалобные звуки. Движения Чана стали более рваными и резкими, он сам уже был на грани. Встретившись с ним взглядом, я на секунду засмущалась. А он ни на мгновение не отвлекался от меня, смотря на меня, словно помешанный. Я чуть замедлилась. — Продолжай, — выпалил он. Я сглотнула, но тут же набрала прошлый темп. Все еще непривычно быть настолько открытой перед ним, но любая неловкость исчезала, когда я замечала, как сильно это сводило его с ума. Напряжение росло, я чувствовала подступающий оргазм каждой клеточкой тела, выгибаясь ему навстречу. Я держала темп, а он вбивался в меня сильнее, и я… я… — Я сейчас… — задыхаясь, произнесла я. — Давай, малыш, — нетерпеливо прошептал он. — Я… я… я сейчас… — я продолжала путаться в своих словах, мысль обрывалась на полуслове, а затем я резко… Широко раскрыв рот, я отчаянно пыталась схватить им воздух, беззвучно содрогаясь, когда оргазм захлестнул меня. Я продолжала двигать рукой, кончая, и лишь только после пары волн накатившего удовольствия я простонала до хрипа, замедляясь. — Боже, блять, — прорычал Чан, падая на локти и нависая надо мной. С оргазмом, я сжалась вокруг его члена, не оставляя ему и шанса… Еще пара толчков, и он вцепился зубами в мою шею, отчего я зашипела. Но почувствовав разливающееся тепло внутри, даже не пыталась возразить. Он держал мою кожу в своих зубах еще пару секунд, а затем упал набок, выходя из меня с ужасно грязным, пошлым хлюпающим звуком. Я все еще лежала на спине, пытаясь отдышаться. Укус на шее ныл очень сильно, но это только добавляло остроты ощущений. Кажется, Чан уже снял презерватив, выкинув его куда-то, теперь улегшись рядом и обнимая меня. Не было сил говорить что-либо. Кажется, мы оба вытрахали друг из друга всю дурь, не оставив от прошлой злости и следа. Я повернулась на бок, мы молча смотрели друг на друга. Я потянулась вперед, накрывая его губы своими, сразу же проникая языком в его рот. Это был самый ленивый поцелуй из всех, что у нас был. Прервавшись, мы соприкасались лбами, закрыв глаза. Сердце пропустило пару ударов. — Я люблю тебя, — тихо произнесла я. Я слышала, как его улыбка растянулась до ушей. — Точно? — поддразнил он. — А что, есть другие варианты? — я засмеялась. — Ну, знаешь… — цокнул он, не переставая улыбаться. Господи, он опять про это?! — Чан, блять. — Что? — сказал он с такой интонацией, будто виновата я. — Хватит ревновать! — Еще чего. — Я тебя просто отпизжу, — сквозь зубы процедила я, сжимая его волосы на затылке. — Только если во время того, как я тебя трахаю, — усмехнулся он, вновь обжигая шепотом мои губы. Я дала ему едва ощутимую пощечину, также улыбаясь в ответ. Рука после его слов просто двинулась сама. Он немного отстранился, заглядывая мне в глаза с удивлением, раздражением и... Боже, до чего смешной. Теперь я понимаю, что ему нравится. Этого оказалось более, чем достаточно, для того, чтобы разогреть его интерес. — Второй раунд? — игриво спросила я, укладывая его на спину и наваливаясь сверху, утягивая в мокрый, развратный поцелуй.