Репетиция оргазма

Вечер буднего дня. Все школьники уже идут домой, либо ломают голову над домашним заданием, а работники сельских учреждений готовятся закрывать свою рабочую смену. Небо в свою очередь потихоньку начало сдаваться вечерним краскам, а ветер с каждым разом становился все сильнее. Казалось, что усталость накопилась не только у людей, но и у природы. Стоило только выйти на улицу, вдохнуть уличного воздуха, как ты сразу превращаешься в недееспособного человека. И лишь только в доме культуры все было так легко и беззаботно, что все то, что происходило за день сразу отходило на второй планы, поставив в приоритет скрытый отдых. Сегодня была очередная очень важная репетиция. Все участники постановки с трепетом относились к своей работе. Они вслушивались в каждое сказанное слово, просматривали все показанные сценки от начала до конца и, кажется, вникали в это дело с головой. Иван был одним из главных героев в этом представлении, а также являлся непосредственным руководителем кружка. Он как и все горел этим делом и относился к нему ответственно. Но в последнее время к работе в этом месте его тянуло не его любовь к театральному мастерству, а кое что другое. Кое кто... Григорий играл злодея и был в этом очень хорош. Он безупречно владел импровизацией и своими эмоциями, поэтому эта роль ему досталась не просто так. На сцене ему часто приходилось проявлять физические способности: падать или принимать не самые удобные позы. И именно это, по мнению Ивана, делало его безумно сексуальным. Юрченко буквально не мог сдержать себя видя, как его коллега стоит на коленях или когда у него случайно задирается футболка. А его волосы... Он бы прямо сейчас запустил в них руки и окунулся с головой. А потом он бы воплотил все свои фантазии в жизнь... И как же сильно он пытался сдержаться от стона, чувствуя, как Григорий берет его за запястье или случайно кладет руку ему на спину. Весь его разум был просто затуманен, когда он слышал его нежный голос, который потом эхом оставался у него в голове. Но пока тут есть люди, нужно строить из себя серьезного работника, чтобы никто не заметил ничего лишнего. К этому времени репетиция уже подошла к концу и все актеры собрались в зале, чтобы обсудить волнующие их моменты. Многие задавали свои вопросы, получая развернутый и понятный ответ, а кто-то просто слушал в стороне уже зная нужную ему информацию. Иван посмотрел в сторону выхода из зала, рядом с которым стоял Григорий, яростно смотревший что-то в своем телефоне. И тут Юрченко понял, что пора действовать и тех намеков, которые он успел подать ему за месяц было вполне достаточно, для выполнения всех его планов. - Итак, на сегодня все, завтра собираемся ровно в шесть, прорепетирум ещё несколько раз - сново посмотрев в сторону и видя, что нужный ему человек собирается уходить, сказал Иван - Григорий Викторович, останьтесь, поможете мне с декорациями. Все разошлись что-то бурно обсуждая, освобождая концертный зал. Григорий поднялся на сцену и прошел за третью кулису, чтобы скотчем закрепить одну из картонных декораций. Иван незаметно встал сзади, соблюдая дистанцию в несколько метров. Но все равно с этого расстояния он видел мужчину во всей красе. Его стройные бедра, которые облегали его синие джинсы, манящий торс, который скрывала красная футболка, его оголённые щиколотки, хоть они и не были важной частью человеческого тела, они все равно цепляли внимание. Сердце забилось быстрее, а дыхание участилось. Руки предательски дрожали, а голова ничего не могла сообразить. Все мысли перебило четкое слово в голове побуждающее к действию. И Иван решился. Аккуратно подступив сзади, Юрченко положил свои холодные руки на мужской торс, предварительно запустив их под футболку. От этого старший повернулся и выронил скотч из рук. - Ты чего делаешь? - дрожащим голосом, не до конца осознавая происходящее, промычал Григорий. Он давно замечал за коллегой непонятные взгляды и странную реакцию на прикосновения. Он все это замечал и не сопротивлялся, а наоборот присоединился к чувствам Ивана и был им солидарен. Поэтому сейчас он закрывает рукой рот, когда чужие руки начали блуждать по его телу. А Юрченко, кажется, никогда и не был стеснительным мальчиком, потому что так хорошо доставлять удовольствие мужчине за кулисами сцены, куда в любой момент могут зайти люди, умел не каждый экстраверт. Руки Ивана добрались до сосков, которые он обвивал своими пальцами, дёргал из стороны в сторону, оттягивал и вытворял с ними такие вещи, что Григорий мог кончить уже на этом моменте. - Ты не представляешь, как долго я этого ждал - шепчет Иван кладя голову мужчине на плечо. После чего поворачивает чужую голову на себя и притягивает для поцелуя, управляя своим языком так, будто он уже не раз побывал у него во рту. И в этой обстановке, каждое его действие доводит Григория до оргазма, ведь он тоже давно мечтал заполучить тело Юрченко или отдаться ему с корнем. И сейчас, когда это начало сбываться, он млеет от каждого вздоха. После этих слов Иван медленно снимает чужую футболку обнажая рельефный верх. Впервые Григорий чего-то застеснялся и попытался руками закрыть голое тело, но Юрченко резко убирал его руки, вблизи рассматривая каждый сантиметр мужского корпуса. После пары минут молчаливых блужданий глаза, Иван принялся выцеловывать, те места до которых он недавно прикоснулся взглядом. С каждым поцелуем он все сильнее возбуждался и оставлял все более алые засосы. Все шея уже была в следах от настырных губ, которые с каждой секундой спускались все ниже. И уже через минуту Григорий ощущает теплое дыхание у ширинки и непроизвольно чувствует, что в штанах стало ещё меньше места. Видя неприличный бугорок, Юрченко усмехается и облизывает губы, принимаясь расстёгивать ширинку синих джинсов, которые так долго скрывали самое главное. Замок быстро оказывается внизу, Иван спускает чужие джинсы и снова засматривается на оголённые бедра, теперь открывшиеся ему с новой стороны и опять ставя Григория в неудобное положение. Юрченко принимается выцеловывать внутреннюю часть ляжек на, что получал удовлетворительные тихие стоны. Завершив "разогрев", Иван подцепил резинку мужских плавок и потянул ее вниз, освобождая член Григория. Он обхватывает его своими пальцами. Пока еще медленно, будто чего-то боится, начинает двигать ей, вызывая у Григория тихий и протяжный, пусть заглушенный, пусть полу, но все же стон. А Иван становится смелее, немного опускает голову и обводит языком головку его члена. Григорий томно выдыхает и опускает взгляд на макушку Юрченко, тихо и смущенно фырчит, прикрыв глаза и легко прикусив свою нижнюю губу. А Иван уже, расслабив глотку, заглатывает член коллеги чуть ли не до основания, быстро двигая головой, умело, удовлетворяя его оральным путем. При том, еще умудряется и языком ласкать головку, иногда чуть плотнее сжимает губы, порой напротив, расслабляет их. Григорий лишь тихо постанывает, давно опустив свою руку на волосы Юрченко, запутавшись в его волосах. Он иногда толкается ему навстречу, а Иван принимает толчки и пытается подобрать нужный темп. И подбирает его, действует так, как этого хочет старший. Стоны становятся все менее сдержанными и более приятными для слуха Юрченко. Зал наполняется пошлыми почмокиваниями и сбивчивыми вздохами двух парней, что понятия не имеют, куда себя деть от удовольствия и немыслимого желания касаться друг друга. Они вдвоем давно позабыли, что находятся не дома, а в месте, где помимо их тоже могу находиться люди. Но про это вспоминать было некогда, ведь оральные пытки быстрым шагом подходили к концу. Григорий томно и протяжно выдыхает вперемешку со стоном, крепче сжимает пальцами волосы Ивана и, чуть двинувшись бедрами вперед, изливается в рот младшего. Юрченко тихо кашляет и сглатывает, все до остатка, медленно и постепенно выпускает член изо рта, высасывая, так сказать, остатки. После чего Иван не спешил помочь одеться коллеге, а напротив оставив его голышом, лишь только натянув на него свое худи, поднялся на ноги и притянул для поцелуя и, уж точного не одного. Впиваясь в губы с напором, но в тоже время и с нежностью, почти что сносил с ног старшего, ведь он, кажется, совершенно им не насытился. И Григорий разделял его чувства и также не хотел выпускать из его своей хватки, яростно прижимая его к себе. И ничего не могло помешать их идиллии. Они прямо сейчас смогли выпустить свои чувства на свободу и наконец выразить взаимное притяжение . Разве есть ещё что-то важнее? Ручка входной двери в зал резко отворяется. Мужчины были заняты друг другом и не слышали ни единого шороха, даже если бы услышали, то внимание бы не обратили. Свет с коридора проникает в полу темный зал. Кто пришел сюда, явно искал кого-то из их двоих, потому что рабочее время закончилось час назад. - Иван Юрьевич - говорит женский голос, сначала не заметив два силуэта в тени - Твою мать! - всё-таки обратив внимание на сцену, где на столе сидел Григорий, а рядом человек, которого она искала, все никак не может от него отлипнуть, сказала...