сравнения в чувствах

***

у тани в квартире довольно тихо, если сравнивать с той, откуда с горячим следом на щеке сбежала апина. интерьер простенький: подобие дивана, что мягче, чем собственная кровать; какой-то цветок в горшке, столик у окна и брюнетка на подоконнике.  у нее точеные ключицы. сквозь майку это видно и очень даже сильно. снова заплетенный хвостик, а из него слегка выбиваются прядки и прямо по ее изящным рукам. они курят в синхроне и времени на поговорить, получается, что не хватает.  апина сбросила с себя верхнюю одежду еще при входе. осталась в одной майке. уже по-хозяйски легла и руки к верху. кончики пальцев чувствуют импульс от дыма курящей ивановой, а это мурашками отдается по коже. вспоминает: замужем соски от простого курения не твердели. сигарета как-то быстро кончается и приходится чуть перевернуться на скрипучем диване–она замирает. замечает падающий свет от ночника, как он обволакивает таню полностью и глаза уже отвести не может. —ты на меня так засматриваешься,-иванова прокашливается, но улыбается и даже виднеются зубы,-ленка, я не папка с новыми нотами.  да какие там ноты, думает апина, когда танька не делает ничего, но лена уже готова сорваться и уйти туда, откуда пришла. тяжко делить воздух и квадратные метры с некогда панельной звездой. какой же дурой она была. —ты такая красивая, когда рядом никого,-с придыханием доносит она до ивановой на своих высоких нежных тонах, ставя локти на подушку, а рукой с распростертыми пальцами прикрывает часть лица. не стыдно, но по инерции. сегодня таня выглядит серьезной: от нее апина слышит лишь редкие шутки, параллельно с тем, как сигарета остается между пальцами и у тани дрогают губы.  табак вылетает в приоткрытую форточку, а таня по случайности обдирает краску с подоконника штанами, в попытках аккуратно слезть с него.  —мне так нравятся твои кудри,-таня спрыгивает на пол и цветочный горшок практически падает. лена заметно тушуется, а иванова от такого поведения рдеет.  —мама сказала, что вермишель,-лена заметно грустнеет, теряясь в своих волосах по пути к рукам ивановой. пальцы у брюнетки такие тонкие и холодные от посиделок с открытым окном, но лена чувствует, что в груди что-то пульсирует и горячей отдушкой отдается у обеих. они лежат бок-о-бок и касаются плечами, готовившись слиться воедино, потому что уже невозможно–быть слишком сдержанными. —за вермишель твоей мамке не прощу никогда,-резко отрезает таня, когда пальцы сами накручивают прядку. лена молчит и делает подобие понимающего взгляда. поворачивает голову и находит глазами чужие. пристально всматривается в них, в еле заметные мешки под глазами с осыпавшейся тушью и она понимает–сейчас кульминация. —апина-апина, что ты творишь?-стонет иванова от ее красоты обреченно. таня тянется ладонью к виску, спускаясь ниже по скуле и щеке, доходя до губ и большим пальцев надавливая на нижнюю. лена играет в ответ, приоткрывая рот и пуская большой палец ивановой внутрь. губами сжимает его, языком обводит медленно. таня долго молчит–в ступоре краснеют ее щеки, зрачки сужаются и дыхание становится частым.  апина не выдерживает, одергивая руку ивановой и губами прижимаясь к чужим.  —ты слишком вакуумный пылесос,-обмякая губами в губах, говорит апина. таня только стопорится и на секунду приостанавливается–передышка на короткий смешок, лена понимает. ей от этого тоже смешно. любя.  она снова целует и по чувствам это может сравниться буквально ни с чем: у апиной большие губы и сильно бьется сердце, а это моментально влияет на все защитные реакции тани.  всепоглощающий чувственный порыв не может быть схож ни на что: таня слишком широко открывает рот, захватывая руками голову лены. и лене нравится ею придуманное сравнение с вакуумным пылесосом–не хватало обоих. но тани, конечно, больше.