Ноябрьское воспоминание

      Она сегодня отлеживается дома, несмотря на будничный день и превосходную посещаемость в вузе… Штормило настолько сильно, как будто бы вчера было пьяное воскресенье, а сегодня уже суровый понедельник с кучей проверочных работ. Голова трещала от мигрени, а живот предательски тянуло, что бедная черная лебёдушка даже ноги поджала ближе к груди своей; сил не было даже подняться с кровати, чтобы хотя бы минимальный или приблизительный диагноз поставить самой себе. Все, что эта девушка, что являлась студенткой четвертого курса Казанского Федерального Университета, на факультете юриспруденции, смогла заставить себя взять телефон в трясущиеся руки и написать несколько сообщений с молебным криком о помощи. На деле же эти сообщения не выглядело так драматично, как оно могло показаться тебе, читатель, не более, чем милая просьба о том, чтобы подруга пришла после пар и побыла рядом.       Но стоит ли говорить о том, что эта самая подруга, которая училась в другом месте, уж больно настырная, и ради своей страдалицы просто свалила с занятий, даже не уведомив о своем уходе старосту группы? Она, что носит несколько лет короткие стрижки броского цвета, тату и даже пирсинг на самых видных местах, как чувствовала, что сегодня придется куда-то бежать да торопиться, и вот оно самое, нежно-тревожное чувство, добавляло в её темп лишь больше адреналина. Кто бы мог подумать, что тайно возлюбленная настолько сильно когда-то давно-давно вскружила голову, что теперь Декабрина чуть ли не стелется и не вырывает самой себе сердце, что бьется ради одного взгляда, вздоха и когда-то желанного поцелуя? Такая, казалось, односторонняя и нежная любовь уже длится на протяжении нескольких лет, но студентка музыкального училища до сих пор прячет все в себе, хотя, как ей казалось несколько раз, на самых глупых вещах палилась со своими чувствами. Например, на концерте, где Кабри играла со своей группой, в открытую призналась кому посвящена следующая песня с достаточно лирическим посылом, но в привычном для самой исполнительницы стиле. Или же те самые ситуации с неловкими покраснениями на ушах и щеках после различных интимных или дразнящих шуток со стороны самой возлюбленной?       А стоит ли вообще упоминать о том, как перед каждым снов в голове этой низкорослой девчушки всплывает одна и та же картина с пьяным поцелуем? Это было около полугода назад, в ноябре, когда на улицах Казани лег первый снег. Кажется, это был четверг, ведь в памяти студентки четко отпечаталось то, что на следующий день после всего происходящего пришлось идти на пары. Её друзья решили собрать вечеринку в честь того, что на улице наконец-то появились адекватные сугробы! Блин, вот идиоты, но да ладно, студенту только дай повод, он в порывах усталости от пар хоть на край света двинет свое бренное тело, чего уже говорить про пьяный угар? Не лучшее, конечно, время, но что есть, то есть. Кабри любезно позвала отличницу с собой, на что та согласилось только в счет такой же потребности в отдыхе. Машенька не очень любила называть свою подругу кратким именем, но при друзьях она не желала Декабрину позорить, поэтому даже мирилась с тем, как сократили красивое русское имя. Да и ей, Маше, что легко пьянеет от самого даже незамысловатого коктейля с низким процентом градуса, было бы просто неплохо посмотреть за стаканом Кабри, ведь нынче время такое, что могут что-то подсыпать, а после увезти на короткий спарринг в постели за девственность, если и вовсе в лес для отсутствия судимости. Та, что будет работать адвокатом, такие празднования не нравились, но ей просто нужно было отвлечься от Конституции РФ и дать себе некую волю.       Киякова прекрасно понимает, как сильно влияет на Яровскую. Если раньше Маша и вовсе не соглашалась приходить даже на поздние концерты, то теперь девушка может и вовсе не приходить ночевать, развлекаясь где-нибудь все это время. У Кабри было ощущение, что Маша теперь не та самая ванильная папина дочурка с розовыми очками на кончике носа, а самая настоящая девушка, о которой мечтает каждый музыкант. В чем суть: Машенька теперь вникает даже в свою ужасную песню по лексике, но понимает все те посылы, что в ней были заложены Пару раз даже отличница заучивала мотивы и в свободное время пыталась составить аккомпанемент на клавишах своих излюбленных. Кияковой это до жути нравилось, сделала объект своей любви лишь краше, как и самой желалось. Только вот речь далеко не об этом! Пожалуй, нам стоит вернуться в то воспоминание, которое преследует Кабри уже долгое время. Маша осталась за небольшим столиком с мягкими кожаными креслами, пока сама Декабрина отошла в сторону бармена, чтобы заказать безалкогольный напиток своей тайной спутнице, а в это время друзья-музыканты девушка шустренько подсели к такой деловитой красавице. Мало того, что обсыпали комплиментами, так еще и были добры и ласковы к местному половинчатому адвокату. Один, конечно, успел девушке положить на чуть оголенное колено свою руку, но те, кто уже был знаком и с пылким нравов Кабри и с нежной Машей, сразу дали понять, что поступать нехорошо этот человек, ведь позднее и вовсе, как говориться в этих кругах, пизды может получить смачной. Это заставила Яровскую в очередной раз поблагодарить таких приятных кавалеров чьих-то, после того как те уговорили девушку выпить. «Сидишь тут одна, грустишь, хоть и с бокалом!» - единственный аргумент, который заставил группу юношей приободрить девушку к питью чужого алкоголя. Декабрина будет, конечно, против, но несколько парней так убедительно обещались в случае чего защитить, что отказывать таким вежливым парням – грубость во всех её проявлениях.       И, как стоило ожидать, ту слишком сильно дернуло от алкоголя. Естественно, в пределах разумного, и Мария прекрасно понимала, что вокруг происходит. Она неловко икнула и тут же отодвинула стакан, прикрывая краешки губ тонкими пальцами, напиток оказался не по силам желудку молоденькой девицы, что той и вовсе поплохело самую малость. И стоит отметить то, что Кабри всегда бывает в нужное время и в нужный момент. Она строго оглядела своих балбесов, после чего их разогнала. Киякова знает свою подругу от и до, именно поэтому она подставляет свое плечо и осторожно, за талию одной рукой, придерживает Машу. — Много выпила? — встревоженно вопрошает младшая, осторожно направляя подругу в сторону туалета. — Нет, твой один стакан. — неуверенно отвечает та и приостанавливается, чтобы подышать немного совсем. — Ты чего? Тяжело тебе, да? — а когда в ответ услышала уставшее «угу», то сразу развернулась осторожным движением и направилась уже к выходу.       Через пару минут они уже стояли и дышали чистым прохладным воздухом, накинув на плечи вещи теплые. Кабри неловко курила в сторону, пока Маша руками облокотилась на перила около входа, после чеговыпрямилась. Она почувствовала себя немного легче, но не настолько, как ей бы хотелось. Яровская обернулась на подругу, после чего вытащила у той из рук сигарету и тут же выкинула ту прямо в снег. Киякова несколько опешила и даже опустила руки, чтобы не мешать всему представлению, который сейчас и будет. Только вот, действительно представление – Маша поддалась вперед, прямо к своей подруге, после чего немного голову к той склонила, чтобы узнать всю правду, которую в себе прятала Декабрина. — Скажи, пожалуйста, ты долго будешь еще молчать? — Молчать о чем? — Сама прекрасно знаешь о чем… — Брюнетка расплывчато улыбнулась, после чего ближе склонилась, едва касаясь своим носом до кончика чужого. – Я же вижу по твоим глазам… По твоим губам… — Я-я-я не понимаю, о чем ты толкуешь! — девчушка лишь больше распереживалась и чуть ли не вжалась спиной к плитке голой, после чего руки свои осторожно пустила к чужому лицу, нежно обхватив пухловатые щеки. Она не была смелой по своей сути в таких отношениях к людям, но сейчас она успевает пройтись кончиком пальца по краюшку губ, будто бы оказывает так лишь большее доверие. — Любишь ты меня, правда ведь? Да и зачем-то все скрываешь, а я все знаю, и всегда знала. — Маша прикрывает глаза, после чего шумно выдыхает куда-то в сторону. Она руку свою отнимает от девичьего тонкого бедра, после чего ладонью закрывает подруге глаза и уверенно касается своими губами до чужих. — Маша… Машенька, ты чего сегодня? — Кабри, стоя на пороге чужой квартиры, снимает с себя кожаную косуху и проходит во внутрь квартиры. — Голова у тебя умная, не зря ты мне дубликат ключей сделала. После своих слов Киякова проходит в спальню к своей подруге и осторожно касается ее лба, не желая ту разбудить. Температуры не было, но и выглядит, даже сквозь сон, очень уставшей. Исполнительница вышла на кухню и поставила чайник, после чего и вовсе принялась за готовкой легкого завтрака. Все таки и самой было интересно, что с девушкой случилось, поэтому в моменты свободных минуток подбегала к ней обратно и проверяла, не проснулась ли и вовсе. Как только она услышала, что чайник отключился, то совсем осторожно присела на краешек кровати, после чего принялась девушку будить. — Хей, ты меня слышишь? Просыпайся, спящая красавица. Я тебе завтрак приготовила и чай сейчас налью. — М-м-м, больно… — осторожно мямлит Яровская и приоткрывает свои серые глаза, направляя те на свою подругу. — Где болит? Ты, может быть, отравилась здесь? Мы вчера с тобой вместе обедали, но я себя чувствую хорошо… — Кабри вздыхает и помогает брюнетке встать, приподнимая одеяло. Девушка оглядела осторожно все то, что было вокруг подруги, пока не увидела красные пятна на белоснежной простыне, после чего присела на корточки и осторожно поймала девочку за руку. — Ты свой календарь проверяла? Тебе вот и плохо, что гости из Краснодара приехали. Маша теперь сама опешила, после чего посмотрела на свою пижаму и покраснела неловко, что обратно на ноги накинула одеяло. Декабрина поднялась на ноги и подошла к тумбочке, откуда достала упаковку прокладок. Позже помогла встать и вовсе дойти до ванной. — Значит так, ты пока ополоснись, я тебе вещи и полотенце сейчас принесу, за постель не переживай, я уберу. — легким движением руки Кабри включает свет и запускает в комнатку свою подругу, после чего закрывает двери и делает несколько шагов. — Декабрина! — Мария подходит к двери и ту обратно открывает, после чего облокачивается немного, не стесняясь того, что может упасть. — Подойди, пожалуйста. Девушка возвращается обратно, придерживая теперь дверь тоже, после чего подняла голову и оглядела смутное лицо. Во взгляде можно было прочитать вопрос и удивление, но Киякова была терпеливой, именно поэтому дожидалась того, что ей хотят сказать. — Я тебя люблю. — Машенька отводит неловко взгляд, но после хватает одной рукой чужую, прикладывая к своей груди, из которой сейчас вырвется сердце. — Сильно-сильно, ты чувствуешь? — Да успокойся ты, теперь каждый раз это будешь говорить? — Декабрина улыбается и приподнимается на носочки, чтобы поцеловать студентку в губы. – Давно мне надо было сказать все тебе, верно? — Мне каждый раз сниться сон, как я тебя тогда поцеловала. — Яровская смущенно склоняется к подруге и прикрывает глаза. — Тебе тоже ведь, правда? — Конечно правда, я же тебе недавно говорила об этом… — та, что ниже осторожно целует подругу в щеку, после чего начинает говорить шепотом. — И…И я тебя люблю, Маш. — Пожалуйста, будь со… будь со мной, пожалуйста. – Маша осторожно набирает в грудь воздух, после чего лицо прячет в чужом плече, она крайне сентиментальная девушка, поэтому и сейчас пустила слезу, поскольку ей было это все слишком важно. — Слышишь? — Ну Маш… Ты что, плачешь? — Декабрина от себя девушку немного отодвигает и теперь целует в волосы, улыбаясь. — Боже, ты иногда такая глупенькая, конечно, я буду с тобой. Всегда-всегда буду рядом, вот увидишь. Все-все, не плачь, ты и так измотана, еще и это… Давай, иди в душ, а после сядем и позавтракаем, хорошо?