Падение звезды. Другая история

У Феликса не хватает сил. Учëба, родители, друзья. И музыка. Музыка, что стала для него бременем. Музыка, которую ему приходится слушать и играть каждый день. Музыка, на которую он не может придумать текст. Музыка, которую он так ненавидит. То, что раньше давало ему силы и желание двигаться дальше, сейчас причиняет ему невероятную боль. Выгорание заставляет страдать от дела своей жизни. Феликса это убивает. Он столько влил в эту музыку. Он жил этой музыкой. Своей музыкой. Он не хочет есть, не хочет спать, не хочет говорить. Но ему приходится. Он запихивает в себя еду, которую потом либо сблëвывает, либо старается быстрее переварить. Спать ему мешает бессоница, которая с каждой неделью посещает всë чаще. Говорить ему приходится как с семьëй, так и с друзьями. И что одни, что другие прекрасно видят, что что-то ни так. Хотя Феликс максимально старался это скрыть, особенно от парней из группы. Он не хочет, чтоб они волновались из-за этого, как ему казалось, пустяка. Это только его проблемы. Поэтому жалко натягивает свою улыбку, ведя себя как позитивный дурачок, каким он и был раньше. Примерно два месяца назад. -Чëрт... - тихо бубнит парень, смотря, как на пальце краснеет маленькая царапина. В последнее время Феликс в кровь стирает пальцы, когда играет. Даже хуже, чем прежде. - Всë нормально, Фели́с? - подаëт голос брюнет, что стоит с басс-гитарой сзади. - Да, всë в норме. - натягивает улыбку, заводя руку за спину. Враньë. Полное. - Ладно, мне уже пора. Уйду первым. Всем пока! - быстро проговвривает брюнет, убирая гитару в чехол. Он всë равно оставит еë здесь. - До завтра. - прощается Джон, наблюдая за действиями лидера группы. Что-то явно с ним не то. Как минимум, Джон подметил трясущиеся руки, усыпанные пластырями. На улице прохладно, но Феликс не особо обращает на это внимание. На нëм тонкая футболка и джинсы, сумка через плечо, увешенная значками и наушники в ушах. Нет, он не слушает музыку. В наушниках царит полная тишина, а надевает он их скорее просто по привычке, либо, чтоб к нему не подходили люди на улице. В лицо дует холодный ветерок, от чего волосы слегка калышатся. Наверное, лишь сейчас его голову ничего не наполняет. Так легко. - Замëрзмешь, если будешь раздетым ходить. - раздаëтся сбоку и на плечи падает собственная чëрная зипка. Феликс вроде как оставлял еë в студии. Кареглазый дëрганно вздрагивает, поворачивая голову. Джон стоит почти вплотную, смотря прямо в глаза, отчего Феликс быстро их отводит. - Чего пугаешь, долбаëб. - снова натягивает на лицо улыбку, стараясь отойти от шатена. От этой улыбки Джона уже тошнит. Нет, не от улыбки Феликса, а именно от этой. Лживой, несчастной, фальшивой. - Феликс, что происходит? - подходит ещë ближе, пытаясь поймать бегающий взгляд карих. - Что?... - парень медленно пятится назад, пока не упирается спиной в сетчатый забор, - Ты о чëм? Всë же нормально вокруг. На его лицо лезет неловкая улыбка, а глаза бегают по всей улице, обходя парня в серой кофте. - С тобой что происходит? - ловит в руку чужое запястье, несильно сжимая. Он не хочет делать ему больно, просто держит, чтоб не сбежал. - И только не говори, что всë нормально, всë равно не поверю. Феликс резко замолкает. Взгляд опускается вниз, под собственные ноги. Ему определëнно страшно. Пальцы сжимают стальную проволоку до невероятной боли. Может ли он сказать правду? Имеет ли на это право? - Это только моя проблема. Не волнуйся, Джон, я скоро со всем разберусь. Обещаю. - врëт. Нагло врëт и даже в глаза не смотрит. - Врëшь ведь. - цедит зеленоглазый, смотря, как поджимаются чужие губы. - Всегда говоришь, что всë в порядке, а потом с новыми пластырями ходишь и таблетки глотаешь. Думаешь мы с Томом совсем дебилы и не заметили, что ты похудел? Когда ты ел в последний раз? А руки почему трясутся? А спал когда? И не смей не ответить. - уже со злостью выдаëт шатен. - Джон, вы что тут творите? - на плечо шатена ложится рука сероглазого, что пытается обрисовать всю ситуацию перед ним у себя в голове. - Да какая вам вообще разница?... - шепчет Феликс, сильнее впиваясь пальцами в проволоку. - Вечно лезете туда, куда вас вообще не просят. Уже на полу крике срывает с себя чужую руку, отталкивая шатена, что наваливается на Тома. Его переполняет печаль, ненависть, стыд. Всë, что всë это время было внутри него, пожирая изнутри, сейчас вырывается наружу. Возможно, он пожалеет об этом, но молчать было ужасно неприятно. Он не хочет продолжать делать больно близким себе людям. Ему надоело быть обузой для группы. Поэтому он будет врать, говорить первое пришедшее в голову. Феликсу просто надоело всë это. Это был его предел. - Хотите знать? Окей! Расскажу! - кричит почти в полный голос, сжимая кулаки. - Мне надоело! Мне всë это надоело! Музыка, группа, концерты, - быстро кидает взгляд на парней, - вы. Я устал. От музыки устал. Внутри что-то резко щëлкает, а рот застывает в попытке вымолвить последние слова. Последние слова Феликса. - Думаю, что нам лучше распасться. - в горле застывает ком и брюнет невольно думает, что сейчас его стошнит. - Спасибо вам за всë. Но ByStar больше не будет. И Феликса тоже больше не будет. Я устал быть им. Это наш..., нет, это мой конец. Не проронив больше ни слова, брюнет срывается с места, быстрым шагом уходя в глубину улицы. На его глазах наворачиваются слëзы, но он считает, что всë сделал правильно. - Феликс, стой! - Том бросается за ним, но за руку его останавливает шатен. - Он ведь сказал, что это конец. Уже ничего не сделать. Мы вряд-ли сможем его переубедить. - спокойной проговаривает Джон, но собственные кулаки сжимаются с невероятной силой, ногтями протыкая кожу. Это и вправду был конец. Конец ByStar. Конец их музыки.

***

Четвëртый учебный год универа начинается с общей линейки. Джон бы не пошëл на неë, если бы не Том, который потянул за собой. А если быть точнее, то пришëл к нему в квартиру и насильно вытолкнул на улицу. Осень в Сургуте ранняя, поэтому листья уже формируют из себя ковëр на земле. Воздух свежий. - В группе написали про нового одногруппника, говорят, что он из Тюмени переводится. - сероглазый тычет в телефон, читая всë, что за ночь успели настрочить одногруппники. - Тебе то какая разница? У нас в группе 46 человек, ещë один особо ничего не изменит. Или подружиться хочешь? - вопросительно поднимает одну бровь шатен, выкидывал в мусорку палочку от леденца, которую нашëл в кармане. - Может и хочу. Я ни с кем кроме тебя не общался, - брюнет опускает взгляд в пол, слегка поникнув, - после того, как Феликс ушëл. Дальше оба шли молча. Тема ByStar и Феликса была у них под немым запретом. Слишком много ран они доставили им. Слишком тяжело было про это забыть. В универе ничего за лето не поменялось. Серые полы, бежевые стены... Впрочем, они не меняются уже лет так 10. Парни проходят в свою аудиторию, садясь за последнюю парту. За следующие двадцать минут аудитория полностью заполняется людьми. Невольно слышатся разговоры впереди сидящих девочек. - Как ты думаешь, новенький красавчик? - говорит одна из девушек, что была в чëрном брючном костюме. - Ну, мне кажется, что какой-нибудь заучка или ботаник. - отзывается вторая девушка в белой блузке и синих штанах. - Ставлю сотку, что он гей. - в их разговор резко встревает Том, от чего девушки негромко рассмеялись. - Ловлю на слове, Рома. - отвечает одна из них, слегка посмеиваясь. Через пару минут в аудитории появляется мужчина в голубой рубашке. Он просит студентов быть потише и быстро чиркает что-то в блокноте. Джон смотрит в окно. Ему не особо было всë это интересно. В его голове звучала лишь одна мелодия на гитаре. Его гитаре. - Итак, как вы уже знаете, с этого года у вас будет новый одногруппник. Он переведëн из Тюменя. Прошу любить и жаловать. Джон невольно переводит взгляд на дверной проëм, куда входит фигура. И у шатена глаза раскрываются в удивлении. В начале аудитории, около стола преподавателя стоит парень. На нëм чëрные широкие джинсы, белый лонгслив и чëрная футболка сверху, чëрная сумка через плечо. Длинные волосы, касающиеся плеч, проколотые уши с несколькими пирсингами. И больно знакомое лицо. Джон не может поверить в это, поэтому, как только первая пара заканчивается, прорывается через толпу к парню, налетая на него. Обнимает за шею, вдыхая знакомый запах духов. Да, Феликс терпеть не мог другие ароматы, кроме этого. Вслед за ним на них налетает Том, отчего все вместе они падают на пол. - Извините, но не могли бы вы встать? - кряхтит брюнет, пытаясь приподняться. Они всë таки поднимаются и брюнет начинает оттряхивать свою одежду. - Это правда ты, Феликс? - вопрос прилетает сразу в голову, стрелой пронзая сердце. Кареглазый подымает взгляд, смотря на двух парней перед собой. Нет. Быть не может. - Простите, но мне нужно идти. Потом познакомимся. - опускает взгляд в пол и уходит в сторону туалета, оставляя двух парней позади. Это точно Феликс.