Сад

             Коснувшись торчащей ветки куста без листьев, слегка совсем, я ненароком сломал её и та глухо упала мне в ноги. Она изначально выглядела хрупко, но сейчас и вовсе ничтожно, когда я несильно прижал её подошвой к сухой траве – треснула, рассыпалась.       – Это место не может быть мной, что за бред. – смотрел я себе под ноги, скрестив руки, а после направился дальше вглубь по не протоптанной, но проглядывающейся дорожке.       Дикий, отрешённый, тёмный...              Прямо за замком находилась оранжерея, совершенно пустая и тихая. Там было бы приятно находится, будь она чуть повежливее к тем, кто туда заходит. Ни один солдат пиковой империи ещё не продержался там и десяти минут, что позволяет мне побыть одному. Мрачное место, кажется навевает неприятные чувства не столько своим видом, иначе она бы хорошо сочиталась с моим королевством, сколько атмосферой. Это очередной раз доказывает, что откройся я кому-либо, он тоже долго не протянет. Это меня не очень-то пугает: остаться одному... я уже один, куда же хуже. Не то, чтобы я не хотел высказаться кому-то, только вот слишком много во мне того, что знать можно не каждому. Да, бывает я зову кого-нибудь стража моего замка, высказываюсь ему, а он пытается давать мне непрошенные советы, иногда пугается и боязно задаёт дополнительные вопросы,.. Потом отправляется на казнь. Чтобы свидетель моей души ещё оставался жив? Да ни за что. Каждый знает: Если я начинаю вести себя с ним мило, его вскоре ждёт смерть. Он может, конечно, начать меня избегать, но тогда казнь не заставит себя долго ждать. Монстр ли я? Да, монстр.       Появление сада, как душеизлияние, – яркое и сильное, и прочувствовав это на себе, невозможно потом забыть. Он буквально стоит на костях, но сколько продолжается в глубину – не знаю. Не вариант, при таком раскладе, искать какие-то останки, да и зачем? Никому не скажу, что в тот злополучный момент я себя не контролировал. Эмоции сами нахлынули на меня и поглотили с головой. Почему именно сад? Я никогда не любил цветы за их хрупокость. Я не такой, как они...       Почему сад?..       Почему мёртвый?..       Почему мой...       Не смотря на отталкивающую ауру, я люблю здесь находиться. Здесь вечно пасмурная погода, неконтролируемая генератором, будто вот вот хлынет ливень, но в саду ещё ни разу не шёл дождь. Из-за этого не страшно сюда приносить блокнот для рисования. Ну а что? Я не умею рисовать, но размазывать краску по белому листу приносит некое удовольствие, невольно расслабляет. Когда не хочу рисовать – смотрю на сухие кусты и выжженную траву, слушаю скрип дерева за прижатой к стволу спиной. Вход у сада один, смотрит чётко в сторону места съезда правителей. От него по бокам идут кусты роз... Наверное роз, я никогда не видел в этом месте цветов.       – Почему же вы не цветёте? – как всегда хмуро присаживаюсь я на корточки перед одним из кустов. Много чести этим сухим веткам, но так вижу их лучше. – Кажется, я виноват в вашей смерти,.. в существовании, даже так, – моя рука тянется к суку, чтобы, то ли просто коснуться, непонятно чего добиваясь, то ли сломать, опять. – Простите, что не умею по другому. – шепчет мой голос, когда шершавая поверхность ощущается на пальцах песком, вот-вот рассыпится на мельчайшие частицы. Ладонь зачем-то снова сжимается в кулак с той веткой внутри, что тут же, не дожидаясь пока пальцы полностью её накроют, глухо трескается. В груди что-то сжимается от этого звука, как будто я этим незапланированным и импульсивным действием сделал себе больно. Каждый день делаю это, а какой смысл? Как будто я по одной веточке пытаюсь уничтожить этот чёртов сад.       – Суховато, не думаешь? – я, действительно очень испугавшись внезапного голоса со спины, тут же обернулся к источнику, с дико колотящимся сердцем в груди.       – Вару! Не пугай так, мать твою! – я кашлянул, положив на грудь ладонь, на секунду закрыв глаза, а после прозрел и уставился на своего валета, что молчал, смотря в ответ сквозь зелёные очки, из-за чего не понятна была его эмоция. – А ты, вообще, что тут делаешь? – руки я поставил на пояс, подступив на шаг ближе, но, слегка расслабившись, повернул голову в сторону тропинки проходящей рядом, по которой я всегда ходил. Она плутала среди сухих кустов и пустых клумб, но тем не менее была не очень видна невооружённым глазом. Неужели пятому было не влом искать, как пройти вглубь оранжереи и неужели его любопытство настолько сильно? Не вериться.       – Да так.. Захотел понаблюдать за тобой, – как змей проговаривал тот каждое слово. Моё нутро чувствовало неладное, хотя не мог понять что именно. Я нервно сглотнул. – Часто, я видел, ты идёшь не в замок, а куда-то за него.       – Ты следил за мной? Зачем? – недобро оскалился я, но как-то на душе всё равно легче стало. Будто мне надо было всё это время с кем-то поговорить, а не безответно вопрошать мёртвые растения.       – Просто так, – ехидно заулыбался пятый, тряхнув своими кудряшками с короной из генератора на них – глупее украшения не видел. На моих губах почему-то показалась ухмылка, хотя ничего смешного в том, что кто-то, типо Вару, знает теперь, где я провожу время, я не видел. – Что это за место? – обернулся назад мой валет и взглянул на пасмурное, занесённое серыми перистыми облаками небо над нами.       – Тебя это не касается! – мои руки скрестились на груди, а зубы стиснулись, пока я созерцал спину оглядывающегося по сторонам Вару. Мне, словно раздвинув толстые тюремные прутья, протискиваясь между узкими стенами тёмных коридоров, что у меня внутри, в душу залезли, разгоняя спокойствие, что уже давно заключалось в вечном беспокойстве.       – Тут так красиво. – и тишина. Я не двинулся, но глаза лишь чуть-чуть стали шире, а зрачки, кажется, немного стали больше; сердца стук выровнялся.       – Что ты сказал? – будто не расслышал я, но на самом деле просто не мог поверить в чужие слова.       – Хах, у моего короля оказывается проблемы со слухом? – парень немного повернул голову, еле засвечивая сбоку свои прищурены глаза, а я даже не разозлился на этот издевательский вопрос, даже раздражения никакого не почувствовал, но что-то другое внутри всё же происходило; радость что-ли? Сложив ладони друг к другу и прижав их к губам, я уставился в ноги Вару, точнее в землю, что была под ними. Там, сквозь какую-то трещинку в твёрдой, сухой земле, проклёвывался маленький-маленький белоликий цветок, неприметный, бедный малыш, как только его выловили мои глаза? Легонько тряхнул головой и медленно опустил руки – теперь в том месте абсолютно ничего нет. Я нахмурился: явно схожу с ума...       – Пик?       – А-?       – Я уже несколько раз тебя позвал, ты чего, как глухой? – ближе подошёл ко мне валет, непонятливо заглядывая под опущенное лицо, волоча за собой по земле плащ.       – Что красивого ты здесь вообще увидел? – неожиданно раздражённо задал я вопрос, вернувшись к предыдущей теме диалога. Вару облизнул пересохшие губы и подмял их друг под дружку, кажется, – не уверен, потому что не вижу, – смотря в сторону. Чёртовы очки.       – Не знаю, но меня очень привлекает эта загадочность. Здесь, будто всегда осень, всегда Хеллоуин, а я люблю этот праздник, хе-хе, – хихикнул пятый и продолжил. – Здесь уютненько, хоть, хах, с первого взгляда не скажешь) – брови над карими глазами нахмурились, выражая отрицание, отказ верить в чужие слова.       – Но он же такой... – я огляделся за спину, где открывался вид на дерево в центре. – Безжизненный. Мёртвый, куда не посмотри. – и повернулся обратно.       – Что? Ты считаешь сад мёртвым? Почему? – я промолчал, мне нечего было сказать на это. Я не могу объяснить, просто чувствую, что он умер вместе со мной. Он же моё создание. – Ты ошибаешься. Я, например, не вижу этого, – Мои глаза прошлись по рядом сохнущим кустарниковым розам и посмотрели вперёд – в зелёные очки. – Он, как спит, и его просто нужно разбудить. – хихикнул пятый. Я медленно замотал головой, поджав губы.       – Сними свои лживые стёклышки, Вару. Ты же не видишь того, что вижу я, не так ли? – клон тут же потерял свою улыбку и, немного погодя, кажется, сомневаясь, потянулся снять очки с переносицы. Пропавший зелёный искусственный цвет открыл мне такого же цвета глаза с длинными чёрными ресницами и лисьей формой, что, как у хитреца, не могут скрыть улыбку. Улыбающиеся глаза – так вот, как они выглядят. Вару, пока я пялился в них, уже куда-то спрятал очки и не спешил снова говорить. Сбоку подул лёгкий ветерок, которого здесь тоже никогда не было, и я услышал шелест листьев, шумный, красивый, что сливался с моим учащённым дыханием.       – Я вижу его цветущим, но очень уставшим, где-то глубоко внутри тебя. – палец пятого ткнул меня в грудь и меня отпустило от оцепенения. Я посмотрел по странам и ничего не увидел – ничего не изменилось. Что же это было?       – Ты почувствовал это? – на удивление для себя, воодушевлённо поинтересовался я у своего валета, несдержанно расплывшись в небольшой улыбке.       – Что?       – Это был ветер... Здесь. – слегка посмеивался я, всё оглядываясь по сторонам, а потом нечаянно глянул под ноги. Там была трава, но не сухая и ломкая, а зелёная и цветущая мелкими бутончиками каких-то цветов. Она выросла так высоко, что смогли утопить в себе наши с Вару ноги по икры. Я даже испугался, но ещё больше меня вогнал в страх тот факт, что в порыве лёгкого счастья, мои руки неосознанно схватили чужие ладони в перчатках. Их хозяин не то, чтобы был против и поэтому не сопротивлялся, а только уступал себя моим касаниям. – Чёрт, прости. – только заметив, отнял я свои руки, накрыв их друг дружкой.       – За что? – расплылся в улыбке Вару, посмеиваясь, вглядываясь в мои глаза, которые стыдливо прячутся под волосами, свалившимися мне на лицо. – Скажи, ты сейчас... в данный момент счастлив? – внезапный вопрос от пятого, которого ожидать совершенно не стоило, застал меня врасплох, но он был, как... как никогда кстати.       – Наверное... Да? Немного.       – Ммм... – Вару покосился на рядом растущий куст и я посмотрел туда же. Я уже второй раз не поверил своим глазам: на когда-то ломких, сухих ветках рассыпалось множество зелёных листиков, сквозь которые проглядывались большие румяные бутоны. – Начинаю понимать, что значит твой сад. – я повернулся к ним и боязливо, аккуратно беря их головки ладонями, дотрагиваюсь до розовых, не очень знакомых мне цветов. Похоже, что это пионы. Мои пальцы прошлись с сердцевинки до крайних лепестков, аккуратно их рассоединяя, выпуская сладкий аромат наружу.       – Кажется,.. Это всё из-за тебя... – забылся я на секунду, очарованный прелесными растениями.       – Да?       – Нет! – я тут же пришёл в себя и, дёрнув свои руки от розовых бутонов отвернулся, касаясь запястья. Цветение тут же прекратилось, а в груди неприятно закололо, забилось сердце. Лучше оставить так, как было. Всё здесь вокруг настолько хрупкое, что страшно всё испортить.       – Пик? Ты чего такой странный? – и снова укол. Я ещё и странный. Да, ладно, это так.       – Я чёртов монстр и не достоин этого, – мои ноги сами неспешно понесли меня обратно к большому сухому дереву. – Тебе лучше уйти отсюда.       – Что?! – услышал я со спины. – Да чёртосдва я уйду! – клон направился за мной. – Не уйду, даже если ты позовёшь стражей! – я резко встал на месте, вдупляя в землю, и мой валет тоже остановился. Стражи... Никто же не может здесь находиться так долго, как уже здесь находится Вару. Неужели ему не хочется сбежать? Укрыться? Ему здесь не плохо?       – Эй, ты что-нибудь здесь чувствуешь? – повернулся я к пятому, с явным нескрываемым шоком в глазах. Тот сначала не ответил, потому что до него ещё не дошёл смысл этого странного вопроса.       – Если только жажду и небольшое раздражение, но в целом... нет? Из негативного, если ты это имеешь ввиду.       – А... Тебе не хочется из сада уйти или-?       – Нет! Я же сказал, – Вару подошёл ближе, приняв мою фразу за очередное придложение исчезнуть отсюда. Очень близко. Так, что по моему телу пробежали мурашки, а сбоку снова подул ветер и рядом снова, как и несколько секунд до этого, с шуршащим звуком разваливающейся во все стороны зелёной листвы, расцвели пионы – пахучие и нежные. Парень передо мной тут же удивлённо, явно не ожидав, посмотрел на них. – И всё же, это я? – он перевёл взгляд на меня и подступил ближе – я шагнул назад. На лице клона появилась не злая, но что-то замышляющая улыбка. Ещё один шаг на два моих, ещё два – мои три и вот я, когда что-то внезапно вызвало у меня игровую, в самом не пошлом смысле этого слова, улыбку, развернулся и понёсся вдоль распускающихся за мной кустов, по зеленеющей траве. Вару, которого очень удивило это действие, и он явно ожидал чего угодно, но не этого, поглядев мне в спину несколько секунд, рванул следом. – Эй, стой! Хаха, от меня же не спрячешься!       Я чувствовал, что задыхаюсь, но продолжал бежать, слегка посмеиваясь с глупости происходящего и улавливая слова раздающиеся сзади, что вот я устану и меня тут же настигнет учесть. Какая? Не уверен, но в целом не важно. Никогда я не ощущал себя более свободно и живо, чем сейчас, огибая невысокие клумбы, на которых тут же выростали высокие кусты сирени, пряча меня в своих тёмных листьях от смеющегося вслед преследователя. По краям, по низам зелёных стен, что отгораживали сад от белой бесконечности, распускались жёлтые одуванчики, издалека казавшиеся разбрызганой краской. Я, на немного затормозив около одной из стен, удержавшись о её цветущие ветки, чтобы не упасть, открепил от воротника пряжки плаща, что ужасно мешался, и кинул его куда-то в пестрящую красками траву, оставшись в привычном снаряжении только без брони, которую я не надевал за ненадобностью. Из-за угла показался Вару, но и я уже скрылся за листвой вдруг расцветшей лозы над аркой из веток, попутно засучевая рукава грубой кофты тёмно-фиолетового цвета и убирая упавшие на лицо волосы,во время того,как я нагибался.       – Шустрый какой! – услышал я мельком издалека за собой и несдержанно засмеялся, чуть не споткнувшись о пустоту.       Сейчас смотря на окружающее меня буйство флоры и не скажешь, что всё это то, во что превратился мой сохнущий и гниющий в своей гнетущей атмосфере сад. Вару был догадлевее и наблюдательнее меня, ведь понял, лишь раз побывав здесь, что же это за место, когда я, метающийся от варианта к варианту, а под конец вовсе отчаявшийся, снова и снова приходил сюда, чтобы побыть в одиночестве и утонуть в своих мыслях, и переживаниях; сад тоже за меня переживал, сад так же как и я прибывал в отчаянии от невыносимо скучного и бессмысленного существования.       Я уставший, выбившийся из сил, уже смирившись с поражением, затормозил недалеко от большого дерева в центре оранжереи, а Вару, нагнавший в тот же момент, свалился вместе со мной в высокую траву, что скрыла нас от остального сада. Моя грудь часто вздымалась от попыток востановить в лёгких то количество кислорода, что было изначально, перед этой погоней. Она закончилась ничем, но я так счастлив. Тёмная кофта с засучеными рукавами задралась, оголяя небольшую часть моего торса, на виске выступил пот, рот жадно глотал воздух, а на лицо прилипли тоненькие, влажные фиолетовые волоски, которые я поспешил убрать, чтобы не мешались. Доза дофамина получена, поэтому я больше ничего больше не хочу. Хотя нет, хочу: просто лежать на спине и смотреть на ясный, на удивление безоблачный, бледно-голубой простор.       – Выдохся, мой король? – вдруг надо мной, точно так же тяжело дыша, навис мой валет и закрыл собой небо, улёгшись на меня своей тяжёлой тушей. Солнечные лучи проскальзывали сквозь его кудри и между нами, делая ситуацию ещё сказочней. Я не отвечаю на поставленный, явно риторический вопрос и невольно улыбаюсь, но пытаюсь себя от этого сдерживать. Как заколдованный: мои ладони тянутся к шее парня, а он в ответ складывает свои локти по бокам от моей головы, огибая её руками, наклоняясь ближе, оказываясь в нескольких сантиметрах к моему лицу. Зелёные глаза секундно скочили на мои губы и вернулись обратно. Я осознав, что случилось покраснел. По крайней мере я почувствовал, как колит щёки. В корни моих волос заправились чужие пальцы, убирая фиолетовые прядки с лица. На это я нахмурился, но быстро расслабился снова. Не думаю, что сейчас так уж важно быть сдержанным.       – Что ты делаешь?       – М? – отозвались, шире улыбаясь, но ничего не ответили. Я, перебирая свои пальцы за шеей Вару, повернул голову налево – там были лишь мои разбросанные по земле волосы и стена примятой травы, что пахла соответствующе. Вспомнил, что где-то в глубине сада, помимо недавнего кинутого в траву плаща, я когда-то оставил ещё и тяжёлый ключ. Вару, кажется, тоже: у него так же не было плаща и его короны из генератора, что всегда приминала объёмные зелёные кудри. Мы оставили за спиной всё, за что держались, и как-то легче стало, легче думать и решать, легче показать чувствам путь наружу. Пятый был с этим согласен, я видел это по его глазам, которые так красиво блестели из-за солнца, просачивающегося через траву.       – Не уйдёшь значит...– не договорив, я многозначительно исказил лицо неуверенностью, мня губы друг другом и не осмеливаясь отвести взгляд. И Вару снова неправильно меня понял. Как мило.       – Даже если снова начнёшь гнать, не уйду. – хмыкнул парень, а после него прыснул и я. Это даже забавляет: я говорю непонятно и он выбирает лишь один вариант того, что я имел ввиду, по его мнению. Но назревший только сейчас нормально сформированный вопрос, сделал моё лицо более серьёзным.       – Тебе правда не хотелось уйти из этого мрачного места? Тут же не было ничего интересного, всё сухое и ломкое. – я беспокойно продолжал теребить, теперь уже помимо собственных пальцев, волосы парня, но не показывал этого волненья на своём лице.       – Пока ты здесь – нет, – хихикнул по свойски Вару, как и всегда, и продолжил: – А сейчас ещё больше не хочу.       – Невыносимый валет. – я цокнул и показательно отвернул голову, но парень вернул моё лицо в прежнее положение, коснувшись ладонью щеки. Сердцебиение резко усилилось, когда Вару припал к моим губам, а я сейчас же понял, что только этого и ждал всё время нашего валяния на земле. Откуда-то снова подул ветер, но сильнее чем было несколько раз до этого. Он кренил траву вокруг нас и морозил мне пальцы, а сзади раздавался шум густой кроны дерева. Руки крепче обняли шею пятого клона, притягивая его ближе, хотя куда уж. Сомкнутые ресницы иногда подрагивали от воодушевления, от мягкости целующих губ. Вару, поняв, что я очень даже не против, осмелел, стал напористее, аккуратно взял мой подбородок, этим пошире размыкая губы, без слов прося разрешения углубить поцелуй.       – Только не торопись. – шепнул я и самостоятельно протолкнул язык в чужой рот, услышав после одобрительный стон. Парень нежно расчёсывает пальцами мои волосы и неровно дышит, как сонный котёнок, из последних сил играющий с шариком запертым в округлом коробк`е с отверстиями. Его грудь плотно прижималась к моей, что становилось ещё тяжелей, но зато я кожей как-то чувствовал чужое сердце, бьющееся, так же как и у меня за рёбрами, между лёгких и это ощущалось во всём теле, каждой его частичкой. Я коснулся кончиками пальцев подбородка Вару, заставляя его отстраниться, оставив между нами лишь горячий воздух и ещё несколько сантиметров. – Всё, хватит, это реально утомляет, хах. – прикрыла ладонь мои алые, непривычно ноющие губы, а валет лишь ухмыльнулся, довольный тем, что сделал со мной, чертёнок маленький.       – Зато я – нет. – он вдруг нырнул к моей шее, оттягивая ворот кофты, и подарил мне ещё один добавочный поцелуй в оказывается чувствительное место. Я сдержал свой голос, оттащив наглеца от себя за шиворот.       – Нет! Ты – тоже!       – Почему же?       – Я сказал. – я, ухмыльнулся, сжал челюсть парня за щёки, и питянул к себе, один последний раз чмокнув в губы.

***

      – Что будешь делать после собрания? – задал мне вопрос мой валет, сидящий на соседнем белом подобии трона, уже под конец съезда правителей.       – У меня, на удивление, хорошее настроение, поэтому пойду в сад. – без доли сомнения ответил я.       – Мм... – Вару сложил руки и немного отворачиваться от меня. Я, не долго думая, потянулся к ладоне пятого, что лежала на монолитном столе, легонько касаясь кончиками пальцев чужих фаланг, и, сводя брови к переносице, чувствую, как краснею. Его пальцы тут же ожили, потянувшись в ответ, неприлично заметно сплетаясь с моими, что я, на всякий случай, глазами пробегаюсь по всем присутствующим клонам, убедиться, что на нас никто не смотрит. Мой валет молчал, словно чего-то ожидая и тогда я, тихо, осторожно проговорил:       – Будешь там со мной?       – Да. – на лице Вару засияла улыбка, салатовые глаза через боковое зрение уставились на меня и я, не выдержав лисьего взгляда, уткнулся лицом в свои сложанные руки, безудержно заулбавшись.       Я не уверен ещё в том, что правильно понял смысл, каждого расцветающего растения, в зависимости от моих эмоций и чувств, но что-то мне подсказывает, что-то меня зовёт, там, в глубине цветущего сада в зелёной листве, окутанные чарующей пахучей аурой цветут, именно мои, до невозможности красивые кроваво-красные бутоны кустарниковых роз. 🥀❧🌹