Шрамы от наказания

Эндрю, как обычно, целовал Нила на крыше, проходясь пальцами по шрамированным запястьям, когда какое-то странное ощущение отвлекло его. Он оторвался от губ недоумевающего Джостена, который, тем не менее, сразу же отодвинулся на сантиметров тридцать. Хотя сейчас подобная дистанция была ни к чему, поэтому Эндрю снова притянул его к себе, но на этот раз для того, чтобы внимательнее присмотреться к запястьям. — Эндрю? – Нил говорил тихо, но заинтересованно. Миньярд едва заметно нахмурился, наконец разглядев то, что отвлекло его от поцелуя. — Что это? – он ткнул пальцем в один из шрамов от прикуривателя. На самом деле, в то, что было под ним, но Нил, похоже, ещё не понял. Или притворялся. — Подарок от Лолы, – он криво усмехнулся, а затем, состроив обеспокоенное выражение лица, протянул полу-насмешливо. – У тебя что, амнезия, Эндрю? — Я не про ожог, придурок. Под ним. Что это? – кажется, Нил всё-таки притворялся, если его внезапно побледневшее лицо и дрогнувшая рука что-то значили. Эндрю напрягся. — Это, – Нил прикусил губу, нахмурившись, – шрамы. От наказания. Миньярд крепче сжал чужое запястье в руке, сузившимися в подозрении глазами смотря прямо на нервного, очевидно, снова желающего соврать Нила Джостена. — Подробнее, – Эндрю несильно, но настойчиво дёрнул его за запястье, на что Нил лишь сокрушенно вздохнул и опустил взгляд, готовясь вытряхнуть очередную тайну из своего бездонного ящика под названием "прошлое". — Наказания за причастность к, – он на секунду замялся, – Дню Благодарения. Из лёгких Эндрю будто разом выбило весь кислород. Он мгновенно понял, о чём идёт речь. Нет, Эндрю Джозеф Миньярд не верил в сожаления. Нет, Эндрю Джозеф Миньярд не отрицал, что Джостен так или иначе причастен к инциденту с Дрейком. Но, возможно.. Возможно, он не был бы против, если бы выразился в тот момент иначе. Конечно, не то что бы его состояние тогда подразумевало возможность думать, прежде чем делать, и всё-таки. Эти безошибочно узнаваемые Миньярдом шрамы, которые он каждый день видит на своих запястьях, не должны были оказаться и на коже такого человека, как Нил Джостен, ведь он всегда стремился к выживанию. Хотя, учитывая всё, что до этого момента успел увидеть Эндрю – бесконечное мученичество, сколько бы раз Нилу не говорили прекратить, немного менее заметные и вредные дёргания за волосы в попытке сосредоточиться, сжатие кулаков до покрасневших следов от ногтей при гневе, прикусывание губы от беспокойства, – удивляться внезапному порыву к самоповреждению такого рода должно быть сложно. Но, черт возьми, это ведь касается Нила Джостена – человека, покрытого шрамами, особенно от ножей, с ног до головы, и при этом ни один из них не был оставлен собственноручно им. Ну, теперь, как оказалось, такие всё же были. Эндрю рвано выдохнул, пытаясь придать лицу нейтрально-наплевательское выражение. К счастью, доведенная до автоматизма невозмутимость не подвела. — Подробнее, Абрам, – Нил хмыкнул, так и не подняв взгляда на Эндрю, который продолжал сверлить его прожигающим взглядом карамельно-карих глаз. — Это показалось подходящим решением в тот момент, – слышать подтверждение своей догадки было тяжело, но Эндрю героически сохранил свой обычный образ "мне плевать на всё, всех и вся". – Я не знал, что делать. — Ты тупее, чем я думал, – Нил вздрогнул, снова расплывшись в этой неправильной улыбке, но Эндрю заставил себя продолжить, несмотря на желание откусить себе язык. – Серьёзно, Джостен? Ты всю свою гребанную жизнь пытался выжить, а тут вдруг так просто берёшь и решаешь порезать свои гребанные запястья? — Вина была для меня новой, неизвестной переменной, – Нил тихо вздохнул, поднимая на Эндрю уязвимо-честный взгляд. – Я знаю, что это было глупо. Но что сделано, то сделано, Эндрю. Я не собираюсь повторять произошедшее. Эндрю всей душой ненавидел Нила Джостена. Он ненавидел то, что придурок был раздражающе красив, что он заставлял Миньярда чувствовать, что он был чёртовым мучеником. Он ненавидел то, что Джостен, который должен был оказаться галлюцинацией или, как минимум, несбыточной мечтой, всё же оказался здесь, с ним. Оказался в пределах досягаемости Эндрю, будучи реальным. И теперь добавился новый пункт: Миньярд ненавидел Нила за то, что тот был таким, блять, глупым (но еще больше он ненавидел себя, ведь позволил этому случиться). Да, в тот день Эндрю сказал ему понести ответственность за свои действия, но он не обвинял Нила в произошедшем, а указал на его причастность. — Я иногда забываю, что ты тупее камня. Спасибо, что напомнил, – Миньярд глубоко вздохнул, продолжив уже серьёзнее. – Но, Абрам, я никогда тебя не винил. Да, ты причастен из-за того, что приставал ко мне с этим, но согласился в итоге я. А виноваты здесь только ебаные Лютер и Дрейк. Не ты был тем, кто пытался трахнуть меня против воли, или тем, кто добровольно привёл насильника в дом. Прекрати думать о всякой херне. Нил удивленно смотрел на Эндрю, будто пытаясь найти опровержение его словам в выражении лица. Но, что бы он там ни увидел, Миньярд точно знал, что ни следа лжи или неуверенности не было. — Эндрю, – в одном маленьком вздохе было столько отчаяния и смирения одновременно, что Эндрю засомневался, не потеряет ли Нил сознание от переизбытка чувств. – Спасибо. Миньярд не думал, что может хотеть ударить кого-то настолько сильно, но Нил уже доказал, что умеет удивлять. — Да или нет? – Эндрю наклонился ближе к лицу Джостена, непроизвольно опуская взгляд на обкусанные, но такие чертовски манящие губы. — С тобой всегда да, Эндрю, – он впился в губы Нила в тот же момент, как тот закончил произносить последнюю букву его имени. Да, кажется, Эндрю только что узнал, что непроизвольно довёл Джостена до гребанного лезвия, пусть его слова и послужили скорее спусковым крючком. Но сейчас не время для самокопания, ведь совсем рядом с ним, такой чертовски честный и доверчивый, сидел Нил, которому Эндрю прямо сейчас пытался передать хоть каплю интеллекта через поцелуй. Всё остальное можно отложить на потом. Нил пообещал, что больше такого не повторится, и Эндрю верит в это. В конце концов, впереди у них несколько часов поцелуев на крыше, сигареты на двоих и излюбленное, понятное только им "Я тебя ненавижу, Джостен. Уже 479 процентов" и "Я тебя тоже, Дрю".