Пламя и его тень

Если вы бросаете в нас пивными бутылками, бросайте хотя бы полными!

(Дейв Мастейн)

Если вас убьют – это же замечательно!

Прекрасный рекламный ход!

(Элис Купер)

ДЕРЕК ШВАРЦ

      То, что исполнил Радуга, весьма впечатляло. После общения с Дэнди его захлестнуло такое вдохновение, что Радуга начал играть почти на её уровне.       – Ты достойный соперник! Спасибо за соревнование! – Дэнди изящно поклонилась окончившему соло Стиву. – Если хочешь побить мой рекорд по сборке ударной установки – можно как-нибудь провести повторную «дуэль». А эту установку лучше, по-моему, пока не трогать, не то от неё отвалится ещё что-нибудь.       – Если мы приставим хай-хэт контроллер так, будто он в порядке, то никто сразу не заметит поломки, – заметил я. – Значит, можно не признаваться, что мы его сломали, и не платить штраф. Понятия не имею, сколько стоит такое отремонтировать.       Мы, как могли, приладили педаль и ретировались с репбазы.       – За углом есть дешёвая точка продажи хавчика, – сказал Джо и принялся здоровой рукой копошиться в кармане.       – Ого, Рекс мне ответил, – обрадовался он, достав телефон. – Он согласен вступить в группу, если вы ему понравитесь.       – И если он нам понравится, – добавил я. – Этот твой Рекс – какой он? Я знаю только, что у него французские корни и что он типа классный басист.       – Очень классный басист. С ним группе почти наверняка гарантирован успех.       – Если он такой офигенный, что ж тогда без группы болтается? – хмыкнул я. – И ещё: если этот твой Рекс будет из кожи вон лезть, чтобы стать круче меня, пусть сразу идёт лесом.       – Джо, я за лекарствами, – вклинилась Дэнди. – Купите мне хот-дог и чего-нибудь попить.       Пока Дэнди отсутствовала, мы узнали много интересного о потенциальном басисте. Фамилия его была Пастер, с ударением на второй слог. Он оказался родом из Квебека (Канада), куда его отец когда-то переехал из Франции. Выяснилось, что Рекс увлекается охотой и музыкой, умеет хорошо ездить на лошади и спортивном автомобиле.       Узнав, что рост парня 198 сантиметров, Радуга приуныл, ведь это значило, что он теперь не самый высокий в группе.       – Рекс очень худой, он не будет смотреться крупнее тебя, – попытался успокоить его Джо.       – Жирный Стиви, – захихикала Ребекка, благоразумно отойдя от брата подальше.       – Потрясающая ритм-секция, – вздохнул Альберт. – Два великана и я.       – Да не волнуйся, ты всё равно лучше всех! – заверил я и поцеловал его в щёку.       Когда мы проглотили свои хот-доги и выхлебали напитки, появилась Дэнди с бинтами и какой-то антисептической дрянью.       – Сам себя сможешь помазать? – спросила она, вручая Джорджу пакетик с лекарствами. – Я голодна, как волк. Сейчас поем и помогу тебе, если нужно.       Насытившись, наша колоритная компания отправилась гулять. Джо и Леви, оба с перевязанными руками, делали нас похожими на пациентов больницы.       – Представьте, что все мы сбежали из клиники, – начал фантазировать я. – У кого бинты – с теми всё ясно. А вот остальные – куда более тяжёлый случай. У Стива – радужная болезнь.       – Кхм... Довольно неоднозначно звучит, – фыркнул Пивас.       – Нормально звучит, – отрезал я. – В Стива вселилась Радуга Дэш, его любимая пони. А ещё его укусила оса. Это очень серьёзно, врачи потеряли надежду.       – Ух, – восхитился Стив.       – Идём дальше. У меня – Творческая Горячка. Из-за неё волосы на голове загорелись, и мозги потихонечку плавятся.       – А у меня? – завопила Бекки.       – У тебя – Синдром Бенджамина Баттона. Ты развиваешься в обратную сторону, от старухи к младенцу. На самом деле, ты – умудрённая жизнью женщина, и тебе восемьдесят шесть лет, но выглядишь ты так, будто тебе семь.       – Чтоб мне на месте провалиться, это офигительно! – Ребекка запрыгала на одной ножке.       – А я медсестра, – решила Дэнди, пока я не выдумал болезнь и ей. – Буду присматривать за вами всеми. Нужен же в компании хоть один здоровый человек!       Мы погуляли в парке, потом поехали ко мне, скинули на компьютер все сделанные сегодня видеозаписи.       – Когда прославимся, будем за деньги их продавать, – сказал я. – Группа Великого Игната на заре существования!       – Кто раньше продаст, тот молодец, – усмехнулся Джо.       – Дэнди, Джордж, а не могли бы вы посидеть вечером с Ребеккой? – сделав ангельское лицо, спросил Стив. – Нам с Игнатом и Леви надо на работу, в бар...       – Нет! – хором воспротивились наши звёзды.       – У нас отпуск всего две недели, лично я не собираюсь тратить вечера на альтруизм, – заявила Дэнди. – У меня куча дел, а Джо вообще себя плохо чувствует.       – Никто не заставлял его вчера бухать и жариться на солнце, а сегодня резать себе пальцы, – пожал я плечами. – В своих проблемах Джо виноват исключительно сам.       – Я и здоровый не стал бы сидеть с ребёнком, – буркнул Пивас. – Я что, похож на няньку?       – Твоя сестра уже не маленькая, может вечером посидеть одна, – заметила Дэнди. – У неё же есть игрушки, книжки. Пусть на компе поиграет, музыку послушает.       – Одной ску-у-учно, – заныла Бекки.       – В бар мы взять тебя не можем, но можем поставить возле сцены ноутбук с веб-камерой, – предложил я.       – И я буду за вами наблюдать! – обрадовалась девочка. – И будто бы тоже побываю в баре!       – Побывать в баре – это, конечно, важно, – хмыкнул Леви.       – Особенно для некоторых, которые столько дней проваляли дурака и только сегодня соизволили туда явиться с нами сыграть, – поддел его я.       – Мне надо было отдохнуть от учёбы и экзаменов, – начал оправдываться Альберт. – Кстати, как мы назовёмся? «Игнат, Радуга и Леви»? Группе нужно нормальное название.       – «Халцедон», – предложил я.       – Что это?       – Полудрагоценный камень. Не нравится? Есть другие варианты. «Антифаза». «Амплитуда». «Никарагуа». «Полипропилен». «Икосаэдр».       – Дерек, ты собираешь всё подряд. И варианты все какие-то странные.       – Странные – значит, интересные и уникальные! – распалялся я. – Предыдущие названия групп были длинноваты. Давайте назовёмся в одно слово!       – «Группа», – пошутил Джо. – Группа «Группа».       – Такое уже наверняка есть, – запротестовала Дэнди.       – Ладно. Наверное, лучше подумать над названием, когда к нам присоединится басист, – вздохнул Альберт. – В баре пока можно и так повыступать. Джо, Рекс не писал, когда хочет с нами встретиться?       – Пока нет. Но я его уже спросил.       – Кстати, – спохватился я. – Вам понравился мой Феликс? Почему никто о нём так ничего и не сказал?       – Ну, я не сказал, потому что его уже слышал, – произнёс Радуга, будто оправдываясь.       – Хорошая гитара. Классный звук, – похвалил Джордж. – Дорого стоила?       – Больше, чем ты получаешь в месяц! А как тебе, Дэнди? Согласна с мнением Джо?       – Согласна, – улыбнулась Дэнди. – Очень хороший инструмент.       Я просиял. Было жутко приятно, что мой электрогитар был единодушно признан клёвым. Вообще, я очень любил старушку Голди и временами скучал по ней, но Феликс всё больше овладевал моим сердцем. Любовь музыканта к гитаре – это почти как любовь к человеку или питомцу. Феликс – винно-красный, солидный – очаровал меня сразу, уже в магазине. Я готов был часами любоваться каждой его деталью, перебирать струны, пробовать звучание с разными примочками. Пожалуй, он стоил нашей с Радугой нынешней полуголодной жизни. Тем более, поесть можно было ходить то к Леви, то к Джорджу, да и в баре бывали щедрые дни, когда мы зарабатывали отнюдь не плохо.

АЛЬБЕРТ ЛЕВИ-СТРОСС

      Попрощавшись с Дэнди и Джо, мы отвезли Ребекку домой к Радуге.       – Умеешь пользоваться Скайпом? – поинтересовался Дерек. – Если да, то прекрасно. Мы позвоним тебе из бара, ты примешь звонок и будешь смотреть, как мы выступаем. Йогурт и булочка на столе – ими поужинаешь. А если будешь хорошо себя вести, получишь ещё и леденцы.       – Да ты прям образцовый папочка, – усмехнулся Стив. – Короче, Бекки, главное, что ты должна сейчас усвоить: мы на работе, и отвлекать нас можно только в чрезвычайной ситуации. Я буду время от времени проверять, нет ли от тебя сообщений, но не часто. Как устанешь – ложись спать, твоё место на матрасе. Пожалуйста, не проткни его. Наши вещи не трогай, иначе мы надерём тебе уши, когда вернёмся.       У дверей бара Стив протяжно вздохнул.       – Дэнди – потрясающая женщина. Если б она поехала с нами, я играл бы сегодня лучше всех барабанщиков планеты.       Дерек глупо хихикнул.       – Ты никак влюбился, Радуга. Вынужден тебя огорчить: наша Дэнди верна своему Джорджу и вряд ли в ближайшее время на кого-нибудь его променяет.       – Джо крут. Он заслужил её. – Стив посмотрел на осиный укус и вздохнул ещё раз.       Бар оказался грязным шумным заведением с пёстрой публикой и огромным выбором напитков. Для музыкантов предназначалась небольшая площадка с подобием ударной установки. Мы поставили на площадку свои комбики, подключили гитары, проверили звук. Акустика зала была хреновая, а микрофон Дерека то фонил, то отключался.       – Как вы вообще здесь играете? – недовольно шепнул я.       – Как можем, так играем. – Дерек долбанул микрофон о ладонь, и тот перестал работать окончательно. – Когда найдём заведение поприличней, сразу свалим из этой дыры.       – Дай я посмотрю микрофон.       Разбираясь с техникой, я не заметил, как около меня очутился нетрезвый субъект лет на двадцать старше.       – Эй, к-красавчик, п-пойдём в-выпьем, – спотыкаясь на каждом слове, предложил он.       – Иди ты к чёрту, пьянь! – напустился на него Радуга. – Кто тронет нашего гитариста, будет иметь дело со мной!       Дерек положил руку мне на плечо.       – Ни на кого и ни на что не обращай внимания. Пристают бухарики, плохой звук, долбанутая техника – всё это не важно. Мы здесь повышаем стрессоустойчивость и зарабатываем деньги.       Я вспомнил, как играл на концертах с «Пиццей» – когда на сцену пялилась толпа ровесников-неадекватов, Дерек скакал по сцене с широкими от наркоты зрачками, а рядом ухмылялся ныне покойный Бобби Отис.       «А в этом баре не так уж плохо», – подумал я, и на душе сразу стало светлее.       – Леви, давай превращайся в секси-гитариста, – скомандовал Дерек. – Ты же умеешь. Сделай так, чтоб тобой заинтересовался не только этот синяк, но и все посетители бара, обоих полов!       Я передёрнулся, представив себе, как местная публика гонится за мной, делая пьяные комплименты.       Добившись сносной работы оборудования, мы начали концерт.       – Прошу внимания! – провозгласил Дерек. – Наш коллектив расширяется! Теперь у нас есть ритм-гитарист и вот-вот появится басист!       «Может, и не вот-вот, – возразил я мысленно. – Совсем не факт, что Рекс захочет к нам присоединиться!       Зрители жидко, вразнобой захлопали Дереку. Выпивка и общение явно интересовали их больше, чем развитие местной группы.       – Сейчас мы исполним вам несколько песен собственного сочинения, – продолжал Дерек всё так же торжественно. – Но для начала позвольте представить моих товарищей! Ударные – Стивен «Радуга» Палленберг! Ритм-гитара – Альберт «Леви» Леви-Стросс! Ну и я – бессменный лидер группы Игнат – соло-гитара и вокал! Аплодисменты!       Раздалась очередная серия вялых хлопков.       – Игна-а-ат! – заорал какой-то тип с бутылкой водки.       Мы начали играть. Честно говоря, после нескольких месяцев вне группы мне было тяжеловато выступать на публике. То, что сегодняшняя публика не особо нас слушала, одновременно и помогало, и мешало.       «Если бы люди восторженно за нами следили – это дало бы мне адреналин. С другой стороны, раз они почти никак не реагируют – можно расслабиться...»       В этот момент в дюйме от моего лица пролетела пустая стеклянная бутылка. Всё случилось настолько внезапно, что я не успел даже испугаться.       Дерек резко прервал песню, обвёл зал максимально суровым взглядом.       – Кто это сделал? – спросил он с угрозой.       – Не я, – икнул тип с водкой.       – Я в совершенстве владею боевыми искусствами, – заявил Дерек всё так же сурово. – Если кто-то ещё посмеет бросить в нас чем-то тяжёлым, ему не поздоровится.       Посетители бара сидели, тупо хлопая глазами. Некоторые из них даже не повернулись, чтобы взглянуть на Дерека.       В конце концов, мы решили играть дальше. Выяснить, кто запустил бутылку, нам так и не удалось.       Вечер в баре почти не принёс мне положительных эмоций. Мне постоянно чудились летящие на сцену бутылки, банки, бомбы. Во время одной песни к Дереку подковыляла пьяная в стельку девушка и попыталась спеть с ним дуэтом. Потом какой-то парень начал просить у нас автограф, упал на пол и тут же уснул. Дерек считал, что это очень забавно, но я не чувствовал ничего, кроме отвращения.       – Стив, может, отключим Бекки в Скайпе? – предложил я между песнями. – Незачем ей всё это смотреть.       – Ой, да она по телевизору ещё хлеще найдёт, – отмахнулся «заботливый братец». – Если я её отключу, она закатит истерику, а то и сломает что-нибудь дома. Я хозяйке квартиры платить за ремонт не намерен. Пусть сеструха смотрит, как мы работаем, а заодно привыкает к нормальному музлу, хватит Бибера слушать.

ДЕРЕК ШВАРЦ

      Отыграв концерт, мы завезли Леви домой и отправились на съёмную квартирку, где ожидала нас Бекки. Настроение было паршивое.       – Из-за того, что какой-то псих кинул бутылку, Леви больше не хочет выступать с нами в баре, – злился я. – Что за фигня? Бар – это ж почти школа жизни, а если всего бояться – какой из тебя артист? Рокерам постоянно кидают на сцену что-нибудь: трусы поклонниц, дохлых кошек, цветы, записки с угрозами. Надо привыкать!       – Давай просто найдём нового гитариста вместо Леви, – предложил Радуга. – Всё равно твой парень хочет учиться в универе – вот и пусть учится, а мы будем играть.       – Ну, я не могу его просто так выгнать. Надо поискать временного участника, потом подумаем. Всё-таки, у Леви есть потенциал, мне бы хотелось раскрыть его сполна!       – Талант гитариста у него может и есть, но чтобы стать рокером – этого недостаточно.       Скептицизм Радуги разбесил меня ещё больше.       – Всего ему достаточно, он просто не понимает своё предназначение в мире! Я показывал тебе видео с последнего концерта «Пиццы»? Он там всех покорил своей сексуальностью! К нему потом девчонки за автографом в очередь стояли!       – Ему ж пофиг на девчонок, – не понял Стив.       – Ему и на парней пофиг, дубина! Его интересую только я. И вот теперь даже ради меня он не может преодолеть свой страх перед кучкой бухариков!       – Ты высокого мнения о себе! – Радуга хихикнул, и я вполсилы двинул ему в плечо кулаком. – Нам пока и твоей гитары хватит, был бы бас. Если Рекс окажется нормальным парнем, то без Леви вполне обойдёмся.       – Этот Рекс на каждое сообщение Джорджу отвечает по сто лет. Чем он постоянно занят, если у него нет группы?! – Я не мог успокоиться, меня раздражало абсолютно всё. – В Портленде летом столько фестивалей, мы могли бы попытаться сыграть хотя бы на одном! Надо начинать раскручиваться, а мы даже группу собрать нормальную не можем!       – Зато Леви отдал нам всю свою сегодняшнюю часть заработка, – заметил Стив. – А дали нам немало, этот русский мафиози с водкой спьяну расщедрился.       – И всё-таки Леви будет играть с нами! – Я в сердцах ударил ладонью по рулю. – Найдём местечко получше этого грязного бара и заставим его выступать! Пусть знает, как предавать друзей и откупаться деньгами!       Радуга покрутил пальцем у виска.       – Игнат, уймись. Зачем насильно затаскивать в группу? Леви скучный, неоригинальный тип. Мы ведь мечтаем о ярком бэнде – на фиг нам сдался молчаливый гот? Он ведь не музыкант мирового класса.       – Я сделаю из него музыканта мирового класса! Он у меня ещё прославится! – повторял я мстительно.

***

      Дома нас ждала зарёванная Ребекка.       – Я ничего не делала, а он ло-о-опнул! – причитала она, размазывая слёзы по лицу.       Выругавшись, я ворвался в комнату и увидел то, чего, в принципе, следовало ожидать: матрас миссис Солсбери, плоский и дырявый.       – Мы же говорили: осторожнее! – взбесился Радуга. – Ничего она не делала! Как же матрас лопнул тогда? Ух, будь ты мальчиком, я бы задал тебе трёпку!       – Наверное, его ещё можно заклеить? – робко предположила Ребекка.       – Вот сама и заклеивай! Цветной бумагой, скотчем, чем хочешь! – Стив явно был вне себя от ярости. – Джордж одолжил нам хорошую вещь, а ты её испортила! Что я теперь скажу?! «Прости, не уследил за сестрой»?!       – Давайте я переночую сегодня у Леви, а Бекки – на моём месте, – предложил я. – Завтра утром придумаем, как всё заклеить. У Леви золотые руки, он точно справится.       – А в вас в баре всегда кидают бутылками? – немного осмелев, осведомилась Ребекка.       – Нет, сегодня был единственный раз. И из-за этого Леви не хочет больше там с нами играть! Может, ты знаешь, как переубедить его, Рапунцель?       Бекки на минуту задумалась.       – Попроси его, как друг, – сказала она наконец. – Ну… или как парень. Когда мама просит о чём-то папу, он рано или поздно соглашается. Вот и ты попробуй.       – Ты меня на роль мамы в нашей паре, что ли, назначила? – Рассуждения Бекки показались мне очень забавными.       – Когда будешь сегодня засыпать – обними Леви, как я – своего мишку. – Ребекка взяла плюшевого медведя и, обхватив его, легла на кровать Радуги. – Вот так, видишь? Скажи ему, что он очень нужен вам на концертах. И что ты защитишь его от всех опасностей.       – Его обнимешь, – фыркнул я. – Он вечно засыпает, завернувшись в одеяло, и не дай бог положить на это одеяло руку или ногу. Говорит – в обнимку неудобно. А от опасностей я его как защищу? Нужно просто не бояться, а встречать опасности лицом к лицу, во всеоружии! Но Леви, видимо, проще спрятаться в тень, в одеяло – куда угодно – лишь бы не рисковать.       – Перевелись нынче прекрасные смелые принцы! – картинно развела руками Бекки.       – Тебе-то концерт понравился? – вмешался Радуга, которому надоело слушать про Леви.       – Вы опять пели свои шумные песни, – сморщилась девочка. – Я надеялась, вы исполните что-нибудь получше. Странно, что кто-то вообще дал вам денег!       – Когда-нибудь ты дорастёшь до наших песен и будешь ими гордиться! – пообещал Радуга и начал озабоченно разглядывать свою руку.       – Болит? – посочувствовал я. – Может, надо поискать какую-нибудь мазь от осиных укусов?       – Я отыграл два концерта, и она совсем опухла, – пожаловался Стив. – Если до завтра не пройдёт, придётся идти к врачу.       – Зато завтра вечером играть не придётся! – сообразил я. – Мы с Леви, Джо и Дэнди хотели вместе посмотреть финал «Музыкального дебюта США». Работой в баре можно на денёк и пожертвовать.       – Смотреть конкурс? Я с вами! – обрадовался Радуга.       – Если ребята захотят видеть тебя и твою сестрицу, – ухмыльнулся я.       Радуга сердито посмотрел на Бекки.       – Веди себя так, чтоб нас хотели видеть, поняла? – буркнул он.       – Кстати, как всё-таки ты проткнула матрас? – заинтересовался я. – У тебя есть игрушечные ёжики? Или единороги с острыми рогами и ногами?       – Не скажу, – надулась девочка. – Он сам лопнул. Он старый и некачественный.       – Вот только врать не надо! Нормальный был матрас! Пока с тобой не повстречался! – от злости Радуга даже заговорил в моей манере.       – Короче, Стив, я поехал к Леви, а вы воюйте тут сами, – объявил я и выскользнул за дверь.