Благосклонности судьбы.

Милпорт. Нил сидит на трибунах Милпортского стадиона и наблюдает, как убирают пластиковый куб и настилают искусственный газон прямо на паркет, где буквально час назад падали на корт обессиленные игроки. Они проиграли с сравнительно небольшим отрывом в 2 очка, что перекрыло им дорогу в следующие игры. Он держит в руках сигарету, но вспомнил он об этом когда она дотлела до фильтра. Он не сделал ни одной затяжки. Где-то чуть позади слышиться тихий скрип открывающейся двери. Это заставляет его резко одернуться, схватиться за сумку и уже приготовиться бежать. Его же не должно здесь быть. Он уже должен был отправиться "домой". Почему он так сильно растерял свою бдительность? Но он успокоился когда увидел подходящего к нему тренера Энрнандеса. Нил слегка подвинулся освобождаю тому место, где раньше лежала сумка с его "формой" . –Я что-то опять не заметил твоих родителей на игре, – Слегка заинтересовоным голосом нарушил тишину Эрнандес. –Они в отъезде – привычной ложью ответил Нил. –Все еще или опять? – поинтересовался тренер. Нил не потрудился ответить. Потому что ни один вариант не был верным. Ложь уже стала привычной частью его жизни, а кровавую правду Эрнандесу лучше не знать. Поэтому он ему соврал, как и сотни раз до. Он врет всем. Всем. Врет. Вокруг него только ложь. Ложь. Ложь. Ложь. – Думаю, один раз, можно было сделать исключение, – немного лениво протянул тренер, протягивая руку к Нилу, и тот, поняв чего просит Эрнандес, отдал ему окурок который еле заметно но мерцал оранжевыми точками. Эрнанднс быстро потушил окурок о бетонную ступень и щелчком отправил того в полет с направлением к урне. – Кто же знал что эта игра будет для нас последней? – Нил вздохнул и вытянул шею, закидывая ее назад. Все тело гудело. Поражение в домашнем мачте выбило команду Милпорта из финала. Мда. Подошли так близко и все зря. Нил не сдержал тяжелый вздох при этой мысли. – Чуть позже позвоню, сообщу им счет. Скажу что ничего интересного они не пропустили. – Ну как знаешь, –Эрнандерс поднялся со своего сиденья и развернулся к Нилу. – Стадион скоро закроют, так что поторопись, – После этих слов мужчина немного взошел по лестнице и вышел, оставив Нила наблюдать как работники расстилают исскуственый газон для скорого матча футболистов. Когда те все закончили и начали уходить, Нил тоже встал и пошел к выходу. Он только отошел от ряда и уде начал подниматься но.. Он услышал чьи-то шаги. Мало ли, вдруг это просто работник? Но незнакомец подал голос. –Натаниэль. От этого холодного и до боли знакомого голоса кровь застыла в жилах, а от произнесенного им имени сердце Нила остановилось. И ниодному из величайших философов или ученых не известно, зачем он решил обернуться когда надо было бежать. Бежать. Бежать. БЕЖАТЬ. Он мог до бесконечности повторять эти слова в своей голове но его мозги отказывались функционировать и он обернулся... Там стояла тень. Невысокий мужчина опирающийся на трость. Нет. Нетнетнетнетнет... Тецудзи. Нет. Пожалуйста. Нетнетнет. Морияма. Нет. НЕТ. Только не это. Только не сейчас... Его нашли. Но он еще может убежать. Ведь так? –Ната... – Повторил мужчина уже раздраженным и сердитым голосом начиная приближаться к нему. Нил дернулся заглушая слова мужчины громкими шагами. Он не видел никого и нечего. Он просто БЕЖАЛ. Путь был прост: добежать до раздевалки, через которую к нему зашел Эрнандес, и из раздевалки был почти что прямой выход на улицу. Но Тецудзи был не один. И когда парень уже схватился за ручку двери, кто-то остановил его ударив клюшкой по ребрам. Вся сила удара пришлась прямо в солнечное сплетение. Из него вылетел непонятный сдавленый звук после которого он упал на пол. Перед глазами плавали белые пятна вызваные болью. Он видел как вокруг него собрались тени. Он слышал их голоса, голосос Тэцудзи... И этот голос. Голос Рико Мориямы. Ему стало окончательно плохо. Он. Не смог. Убежать. Его добили ударом по голове и он отключился. –Пора возвращаться, Натаниель.