Энни, ты попалась!

Если бы Энни призналась в том, что ей категорически не хватает Кайзера и его чертового внимания, то она бы летала вместе с ним в разные страны и смотрела его почти ежедневные футбольные матчи, но так как времени у самой девушки нет, то она сидела дома, приходила по вечерам домой с работы парикмахера из знаменитого салона, пила дорогущее вино, которое покупал ей Кайзер, скидывая по миллионам ей на карту с подписью: «Кайфуй, моя звезда». А звезда кайфовала. Хвасталась подругам счётом на карте и задавалась вопросом какого хрена она вообще работает, если у неё есть невероятно богатый парень, который за один матч получает чуть ли не по миллиардам? Может, просто забыть, что Кайзера рядом нет? А только по чертовому FaceTime на телефоне. Зачем ей этот экран, в котором изображался её мужчина, если к нему нельзя прикоснуться и заняться сексом? Ей категорически не хватало Кайзера. По ночам она каждый раз обнимала подушку, представляя, как сильные руки, но такие любящие и нежные обнимают её со спины, а губы касаются шеи в горячих, кружащих голову поцелуях... Энни ненавидела жить в пустой квартире без него. Не казалось это уже все это таким большим без него. Её парня. Девушка вытаскивает из пачки сигарету и зажигает её. Она любила курить, а Кайзер — нет. Не разрешал, мол, здоровье испортит, а она ему ещё нужна. Нужна же, конечно, как без этого? Но пока парень не видит, можно и изобразить из себя дракона с сигаретой, который дышит едким дымом. Телефон Энни зажужжал и она быстро вытащила его. На экране было написано: «My world» и приписанное красное сердечко. Она быстро тушит сигарету, поправляет свои темные волосы и уходит в комнату, отвечая на звонок. — Алло, любимый? — ласково сказала Энни, облокотившись на перила. Но ответа не было. Слышались только стоны, тихие рычания. — Кайзер? — спросила она ещё раз, нахмуривая брови. Что он там делает? Послышалось молчание и снова стон, за ними тихие шлепки. — Любимая... М-м-м... — Да что ты там делаешь? Трахаешься сам с собой? — раздражённо спросила она, ещё больше нахмуриваясь. — Можешь нормально ответить? — Знаешь, я тут представляю, как ты сверху, смотришь на меня моей любимой улыбкой, трахаешь меня... И мы вместе с тобой кончаем. — Это что, секс по телефону? Кайзер, ты дурак? — спросила Энни, но ее губы тут же изогнулись в ухмылку. — Не дурак я, любимая... — простонал Кайзер, вспоминая их прошлые близости и откинул голову назад, обращаясь со своим членом почти грубо, как будто сейчас это было не в его руке, а снизу лежала Энни, прогибаясь под ним, от чего закусил губу, продолжая держать телефон дрожащей рукой. — Энни... Кайзер убрал руку с члена, а та была липкой и немного противной, что потом быстро потянулся за салфетками. — Энни, звезда моя, я тут недалеко в отеле остановился, приходи, — сказал Кайзер, уже без стонов и прочего. Девушка же посмотрела скинутый только что адрес отеля, хотя задавалась вопросом, почему этот негодяй не пришёл домой. Но, по крайней мере, она на шаг ближе к своему молодому человеку. Энни отключила звонок и вышла из своей огромной квартиры. Стук каблуков разносился по улице от быстрого шага. Отель, слава всему на свете, находился не так уж и далеко, поэтому не потребовалось много времени, чтобы дойти до места назначения. Дрожащей и потной рукой постучала в номер, где находился Кайзер, замерев от предвкушения. Послышались быстрые шаги и во всей своей красе перед ней появился Кайзер, который тут же схватил беднягу и прижал к стене. Ухмылка расползлась чуть ли не до самых ушей, когда руки двинулись под рубашку девушки и сжали бока, заставив пискнуть. Свободная рука намотала её темные волосы, отчего голова поднялась, щеки стали красные, как помидор, но Кайзеру только на руку. Мужчина прижал девушку сильнее к стене, почти грубо, как ей и нравилось, начиная оставлять поцелуи на шее, покрыв красными засосами. Энни подняла голову в стоне, давая больше доступа к шее, и положила руки на сильные плечи футболиста, вжимаясь в эту чёртову ледяную стену. Одним лёгким движением Кайзер снял со своей жены чёрное платье, которое приятно упало с её плеч, обнажив прекрасные черты великолепного тела, что даже захотелось трахать до бесчувствия. Кайзер поднял взгляд, ухмыляясь. Ему нравилось, как она поддавалась, давая ему разрешение. Нравилось слушать то прерывистое дыхание, что щекотало уши. Блять, она идеальна. Мужчина довольно жмурился, когда коснулся нижнего белья своей миледи, нахально проникая туда рукой, дразняще обводя клитор. Энни закусила губу почти до крови, тихо застонав, будто намекая, чтобы её наконец взяли. Как и Кайзер, который уже двадцать раз проклял тесноту в гребанных джинсах, которые давили так, как будто вот-вот порвуться. Только бы сдержаться... Руки скользнули чуть глубже, отчего Энни вздрогнула, застонав от сладостных ощущений внутри себя. Она знала, что Кайзер любит дразнить, хоть и сам сдерживается, как может. — Идеально, — шепчет ей на ухо Кайзер и целует Энни в щёку. Тёплое, давно известное чувство расползлось в груди, когда мужчина смотрел в её прекрасные дрожащие серые глаза. Кайзер готов поклоняться ей всю чёртову ночь. Но вместо того, чтобы сказать все свои мысли и не портить сея процесс, решил уйти туда с головой. Двигал пальцами осторожно, чтобы не дай боже причинить своей прекрасной боль, ведь всегда обходился с ней нежно, как с чем-то хрупким, пока Энни медленно кончала... Закончив, Кайзер грубо схватил её за бедра и потерся своим естеством о вход, наклонив голову вверх от предвкушения. С грубым, но осторожным толчком он втрахивался в неё, как мог, как позволяла вся чёртова сдержанность. — Ебаный... — стонет Кайзер, продолжая покрывать и так дрожащую от всех ощущений Энни, которая будто прилипла к этой ебучей стене, что даже больно. — Ах, Кайзер... — тихо стонет девушка, покрывая шею мужчины поцелуями, пока бедра заняты делом, втрахиваясь в ответ, говоря об оргазме, но Кайзер хоть и хотел кончить, не сейчас. Не так быстро. Толкается немного сильнее и быстрее, отчего Энни громко застонала, закрывая рот рукой, чтобы не мешать другим слышать все это. — Не надо так, пусть все слышат, кому ты принадлежишь, — сладко шепчет Кайзер прямо ей в губы, держа девушку за руку, медленно кончая, отчего Энни немного громче застонала, как и Кайзер, кончив вместе. Горячие, слегка суховатые руки мужчины двинулись к талии, притягивая к себе и увёл возлюбленную в страстный поцелуй, вложив туда всю тоску по ней, что почти сжалось сердце, ведь они могли не видеться неделями, что Кайзер даже не мог каждое утро просыпаться и видеть красивое личико своей возлюбленной, опухшее от сна, а руки лежат поверх лба, который хотелось нежно поцеловать... Кайзер отстранился от поцелуя, как и от всех этих мыслей. Провел пальцами по её щеке, касаясь нежно, как будто пытался сломать, а выражение лица стало нежнее, голубые глаза наполнились любовью. — Я так сильно люблю тебя, моя радость, — от этих слов губы Энни расползлись в широкую, но тёплую улыбку. — Я тоже тебя люблю, очень сильно, — ответила она, нежно обнимая его, утыкаясь в грудь, как и любила это делать каждый раз, когда остаётся с ним наедине. Никто другой, только они вдвоём. Мужчина подхватил девушку на руки и положил на кровать, забираясь под одеяло рядышком с ней и обнял так крепко, насколько можно было, закрывая глаза. Но тут ему в светлую, казалось бы, совершенно невинную голову пришла сумасшедшая идея. Выражение лица стало серьёзным, и он сказал: — Энни, посмотри на меня. — Она тут же подняла голову, посмотрев на него своими серыми глазами. — Что такое, любовь моя? Михаэль не на шутку занервничал. Поежился на кровати, опустив взгляд, но тут же поднял его и спросил: — Энни, ты самая невероятная девушка на всем этом чёртовом свете, и я по уши в тебя влюблен, — последовала пауза, которая так и давила в воздухе. — Ты выйдешь за меня? Сердце Энни будто замерло, а внутри стало пусто. Глаза мгновенно расширились, щеки стали краснее помидора. — Я согласна, — выдавила она, все ещё в шоке, а Кайзер засветился счастьем, уводя свою будущую жену в нежный поцелуй, прижимая к себе своими сильными руками, которые дрожали. Мечта сбылась, наконец-то Михаэль нашёл ту, с которой он хочет провести остаток своей счастливой жизни...