Синь Мо против Цзяньгуй: великая битва двух Императоров полу-демонов

Ваньнин открывает глаза, автоматически елозя ладонью по постели. Мо Жань редко когда поднимался, прежде чем Ваньнин проснется. Он либо читал какую-то из своих странных книг по маджонгу и прочим настольным играм, либо тихо наблюдал за своим спящим мужем (что, по идее, должно казаться жутким, но Чу Ваньнин — слабый и старый человек — находил это приятным. Мо Жаню нравилось смотреть на него, о, Боже…)  Но теперь все, что он ощутил — это едва теплые простыни из какого-то не особо приятного к телу материалу. Ваньнин предпочитал хлопок, потому что он не раздражает кожу, как шелк, и не был настолько грубым, как лен.  У них в семье по шелку в свое время сходил с ума только Тасянь-Цзюнь, но после их полного слияния, Мо Жань полностью охладел к этой ткани.  — Мо Жань? — Позвал Чу Ваньнин хриплым ото сна голосом. И, черт, что здесь было не так? Его голос никогда не был таким высоким и режущим уши, даже когда он заболевал.  Он подскочил на кровати, осматривая убранство места, в котором оказался. Вместо привычных стен, завешанных его чертежами, был... Бамбуковый домик с множеством вееров и картин? Что за глупости? Было ли комфортно жить в подобии храма?   Вычурное трюмо в углу комнаты с аккуратной кипой бумаг. Это точно не привычный творческий хаос Чу Ваньнина. Он поморщился. Мо Жань не чурался убраться на рабочем месте своего мужа, но не редко получал по рукам за это, поскольку позже Ваньнин не мог найти крайне важное дополнение к своему чуду инженерии, хотя помнил, что оставлял этот лист ровно на левом краю стола.  Огромная постель с чертовыми шелковыми простынями, на нем самом был надет шелк! Все было шелковым, это выводило и делало Ваньнина больше злым, чем расстроенным. Неприятно было ощущать, как ткань прикасается к его груди, животу и в общем ко всему телу.  Помимо прочего — где его муж?  — Шицзун, — из-за угла выглянуло это.  Кудрявое невесть что смотрело своими краснющими глазами и мерцало чем-то вроде необычного родимого пятна промеж бровей. Волосы, прибранные в хвост, делали этого человека похожего на какую-то курчавую собаку, а мантия, распахнутая на груди — какой ужас, он всегда ругался, когда Мо Жань ходил с душой на распашку, и ладно бы в пределах их дома и леса, но на рынок! — оголяла слишком, слишком много голой кожи. Ваньнин определенно не желал этого видеть.  Он поморщился: кто бы ни был этот мужчина, оставалось надеяться, что они спали раздельно. Желательно, чтобы этот человек — на улице. Слишком вульгарный, и так думает Ваньнин, чьим мужем был Мо Жань! Более бесстыдного человека придумать было невозможно.  Незнакомый мужчина был высоким (почти как Мо Жань), сильным (грудь Мо Жаня была шире и объемнее), не очень страшным (сравнивать с ним Мо Жаня было бы грубостью: очевидно, что муж Ваньнина победил бы в этой сомнительной битве), его взгляд был неуверенным и жалостливым (как у Мо Жаня, когда Ваньнин начинал злиться).   — Кто ты? — Чу Ваньнин выпрямил кисть, пытаясь призвать Тяньвэнь. Знакомая дрожь прошлась по его руке.  — А-Юань? — Полные губы мужчины надулись, — он что, ребенок? — а глаза заслезились.   Спустя минуту Тяньвэнь наконец соизволила явиться. Парой метких ударов он смог связать незнакомца, который и не пытался увернуться.  Он скорбно принимал раны, понурив голову.  — Мое имя — Чу Ваньнин. И тебе лучше сказать, как я здесь оказался и где мой муж, иначе я убью тебя, не раздумывая ни секунды.     Шэнь Юань блаженно потянулся, натыкаясь рукой на что-то крепкое и горячее. Странно, разве Бинхэ не вставал за несколько часов до пробуждения своего мужа? Обычно его можно было найти на кухне или у воды, занятым стиркой…  — Бинхэ? — Промычал он.  — Кто такой Бинхэ? — Раздался чей-то донельзя недовольный голос. Более грубый и низкий, чем у Бинхэ.   — Мой муж, — спросонья Шэнь Цинцю не включал мозг, наслаждаясь последними блаженными минутами.  Крепкая мозолистая ладонь легла на талию Юаня.   — С каких это пор у моего Ваньнина появился второй муж? — Он почувствовал поцелуй за ухом и его тело пробила знакомая дрожь.   Что за нахуй…  Глаза Шэнь Юаня распахнулись, и первое, что он увидел, было определенно не его домом.  Более аскетично, более маленькое: куда делись его веера, подаренные друзьями? Где стеллаж с книгами? Почему на его рабочем столе такой срач, если Бинхэ каждый вечер там прибирался, сортируя рабочие бумаги?  И, конечно, стоило ему повернуть голову в бок, он заверещал.  Это был не его дом! Более того, это был не его муж!  О нет, он что, снова попал в очередную арку какой-то там из сотен жен оригинального Ло Бинхэ?  Но он не мог вспомнить из какой это было главы. В книге никогда не появлялось симпатичных молодых людей, кроме самого Бинхэ.  Конечно, лежащий рядом мужчина, скрививший лицо в возмущение, ни был таким же хорошеньким, как муж Юаня. Он был более грубым и не с такими аккуратным чертами, как у Бинхэ. Легкий загар покрывал тело этого, — по выводам, поспешно сделанными Шэнь Цинцю, — антагониста? Бинхэ от природы имел бледную аристократичную кожу!   Тяжело выдохнув, мужчина рядом резко положил свою ладонь на тонкую шею Шэнь Юаня, крепко сжимая, но не настолько, что можно было бы задохнуться. Больше предупреждающе, чем угрожающе, но менее боязно от этого не стало.  — Кто ты, нахуй, такой, — прошипел он. Темные глаза, казавшиеся фиолетовыми, метали молнии.  Стоило заметить, что мужчина внушал страх, если хотел.   Все же, какое-никакое сходство с Ло Бинхэ у него определенно было.  — Я — Шэнь Юань! — Руки его пытались отодрать чужие пальцы со своего тела. Он бы вообще хотел знать, а было ли нынешнее тело — его! — И мой муж Ло Бинхэ скоро должен быть здесь, давай-ка…  — Сначала вам бы с твоим Бинхэ нужно вернуть мне моего мужа, — рука сжалась только сильнее. — Так что завали пока своего ебало, — как грубо, молодой человек! — И давай подождем пару минут, — он резко подорвался с кровати, стаскивая с нее Шэнь Юаня. В мгновение, мужчина призвал какую-то странную светящуюся лозу, обмотав ей свое-чужое тело Юаня. — Напиздеть мне ты в любом случае не сможешь, даже не пытайся. Хотя, если тебе нравится боль...  — Нет!  Пока его не пытаются убить или причинить боль — что ж, ладно, это можно перетерпеть.  — Послушай, молодой человек, я не представляю угрозы. Мой муж, как бы горделиво это не звучало с моей стороны, Император и полу-демон, так что, прежде чем, — промычал Шэнь Цинцю. — Производить над моим телом какие-то инсинуации, тебе следует подумать, — мужчина напротив поморщился.  — Как много слов, блять, — он помассировал виски. — В прошлом я тоже был императором, — устрашающая ухмылка коснулась его губ. — И я также полу-демон, так что не думаю, что твой Бинхэ представляет угрозу для меня или Ваньнина. К тому же, это, блять, даже не твое тело.  — Послушай, не мог бы ты использовать меньше матов, пожалуйста? Я не знаю тебя и, тем более, понятия не имею кто такой этот Ваньнин. Есть некоторый шанс, что наши души поменялись, — и, прежде чем незнакомец сильнее разъярился, Цинцю поспешил добавить. — Но Бинхэ наверняка это уже понял! У него, эм, есть крутой... — совершенно забывшись тараторил Юань.  — Что такое "крутой"?   — ...демонический меч, пусть и раздробленный, но он действует! Все хорошо, — Юань хотел привычно погладить мужчину по волосам, как своего мужа, чтобы успокоить, но, погодите, он все еще был связан по рукам и ногам.  — Не нужно пытаться меня трогать, — фыркнул в отвращении мужчина. — Твое имя?  — Шэнь Юань, — пробормотал он задумавшись. — Шэнь Цинцю, предпочтительнее, да, лучше так, иначе Бинхэ может расстроиться, если услышит, а он, понимаешь...  — Мне похуй, — вздохнул мужчина. — Я Мо Жань, — уже, получается, знакомец, сел на разворошенную кровать. — И через сколько он явится?  — Для начала мне нужно понять, где я вообще нахожусь...   — Гора Наньпин.  — У нас нет такой горы, — Юань попытался улыбнуться, но столкнувшись с хмурым злым лицом Мо Жаня, поник головой. — Можешь рассказать мне о своем муже? Похоже, ты его очень любишь!  — У меня нет желания с тобой говорить, уж прости, ты каким-то образом украл тело Ваньнина, — он сложил руки на груди и, кажется, надул губы? О, Боже, это тактика, которую любил использовать Бинхэ! Но Мо Жань не был Ло Бинхэ, так что это не особо подействовало на Юаня.   — Он симпатичный? — Мужчина завертел головой в поисках зеркала.   — Нет нужды смотреть на Ваньнина, чтобы понять, что он самый красивый человек из всех, — глаза Мо Жаня превратились в узкие щелки.   — О нет! — Усмехнулся Шэнь Цинцю. — Тогда, увидев его, Бинхэ влюбится в него и забудет про меня, — он скривил карикатурное грустное лицо.  Мо Жань на шутку даже не улыбнулся. Он сидел неподвижно пару секунд, после чего:  — В этом случае я просто убью его, и проблема решится сама собой.  — Почему ты такой грубый, Мо Жань! Я сомневаюсь, что твоему Ваньину это бы понравилось! Я такой же заложник ситуации и, уверен, что мой Бинхэ мил и почтителен с ним.  — Лучше бы это было правдой, — тем не менее, он поднялся с места и принес небольшое зеркало, направив его на Юаня. — Смотри.  — О! — Шэнь Цинцю удивленно рассматривал прямой чуть вздернутый нос, красивые тонкие губы, узкое лицо с выдающимися скулами, и аккуратными глазами феникса. — Очень, очень красивый, действительно! — Мо Жань ухмыльнулся довольно.  — Конечно, — смотря на лицо Ваньнина мужчина и впрямь несколько смягчался. — Еще он крайне добросердечный, немного наивный, сильный и восхитительно умный, — Мо Жань загадочно вздохнул, а затем нахмурился. — Пора бы твоему Бинхэ явиться.   — Очень надеюсь, что твой муж не убил моего.  — Блять, — рот Мо Жаня распахнулся. — Пиздец, он на самом деле мог бы...  Шэнь Юань сдержал порыв закричать в отчаянии. Кто знал, что в опасности в этот раз будет не он сам, а Бинхэ!  — Но ты сказал, что Бинхэ сильный демон, так что, — мужчина взъерошил свои волосы.  — Бинхэ не стал бы драться с кем-то в моем теле, это же Бинхэ!  — Как тогда он стал императором, блять?   — Конечно, он самый сильный, но Бинхэ такой нежный и чувствительный, мой муж может убить любого, но, — Юань прикусил губу, уже начиная скучать по своему мужчине. — В общем, не важно, он бы скорее умер, чем нанес мне удар.  — Тогда мне остается надеяться, что Ваньнин не был настолько импульсивным, как обычно, — ладонью он подпер подбородок, смолкая.  Им ничего не оставалось, кроме как ждать.     — Шицзунь, я, — мужчина, связанный Тяньвэнь, скривил лицо в уродливой, на взгляд Ваньнина, гримасе: он не умел успокаивать людей (только если это ни был Мо Жань), а в особенно таких больших и туполобых!   — Я не твой учитель! — Ваньнина, помимо всего прочего, раздражала одежда, но стянуть ее с себя он не мог, не тогда, когда на него смотрит какой-то мужчина. — Хорошо, — он сделал глубокий вдох. — Я понятия не имею кто ты, где я оказался и, в конце концов, чье это тело, потому что я, очевидно, не такой низкий и тощий, — Чу Ваньнин взмахнул длинным рукавом спальных одежд. — И я ненавижу шелк! Почему у вас все в шелке?   — Ты не Шэнь Юань? — Слезы на глазах мужчины высохли моментально. Его лицо приобрело серьезность и хмурость. — Ты не мой муж...  — Ты, определенно, тоже не мой муж. Есть вероятность, что мы поменялись душами в какой-то момент, но я не могу представить, что могло этому послужить. Вы использовали какой-то артефакт? — Ваньнин постучал пальцами по подбородку. Слишком мягкие пальцы, вероятно не знающие работы. Он кинул взгляд на ладони без единой раны или мозоли. Мо Жаню бы больше понравились эти руки?    — Откуда вы?   — Гора Наньпин, — вынырнув из самоуничижительных мыслей, ответил Ваньнин.   — Это пик Цанцюн, я никогда не слышал о вашей горе, — нахмурился мужчина. — Мое имя Ло Бинхэ, — мимолетом упомянул он.  — Не могу сказать, что мне приятно познакомиться, — голова начинала болеть. — Вероятно, я даже, — голос сорвался. — Не в своем мире?   — Скорее всего, так и есть. Отвечая на ваш вопрос: А-Юань действительно принес недавно странный артефакт. Какая-то руна, я могу показать вам, — Бинхэ дернулся. — Не могли бы вы...  Чу Ваньнин окинул его скептическим взглядом: этот Бинхэ был явно сильным человеком и заклинателем, это буквально витало в воздухе. С его аурой было что-то не так, она рябила, и Тяньвень, без ведома хозяина, искрилась и двигалась.  — Лучше скажите, где он.  — В столе, — Бинхэ уронил голову на грудь. — Я бы не стал причинять вам вред.  — У меня нет причин тебе верить, мальчик, — Ваньнин рылся в ящике и, наконец, нашел незнакомый камень с золотистой руной. Он был тяжелым и очень грязным, неровным, Ваньнину не приходилось ранее иметь дело с чем-то подобным. — Этот? — Бинхэ кивнул.   — Я мог бы, на самом деле, проникнуть в ваше измерение, но это было бы затратно на самом деле, потому что я понятия не имею насколько оно далеко.   — Плевать, пробуй, — мужчина взмахнул руками, утопая в этих дурацких рукавах. Как можно было хорошо себя чувствовать в этих одеяниях? Уж очень хотелось увидеть это изнеженное существо.  Подойдя к настенному зеркалу, Ваньнин непроизвольно ахнул.  Это был симпатичный человек: все в его лице было гармонично, аккуратные пухлые губы, очень мягкие на вид, большие, зеленые глаза мерцающие ехидцей, квадратный выдающийся подбородок.   Конечно, на фоне этого мужчины сам Ваньнин выглядел... хотелось бы верить, что хотя бы приемлемо.   Нежная кожа, красивое лицо, сильное ладное тело, все в самом Ваньнине уступало этому Юаню.  Сморщившись, Чу Ваньнин понял, что даже такая неприятная эмоция на этом лице выглядит притягательно.   — Синь Мо спрятан, мне пришлось бы иметь волю над своим телом, чтобы хоть что-то сделать. Он очень непокорный, — пролепетал Бинхэ.  В любом случае, подумал Ваньнин, вряд ли бы Ло Бинхэ поднял руку на тело своего мужа.  Двинув кистью, он отозвал Тяньвэнь.  После спешных копошений мужчины, наконец, явился миру этот самый Синь Мо. От меча, хоть и сломанного и треснутого, разило тяжелой демонической энергией: Ваньнин чуть не задохнулся, его слегка повело в сторону, и Ло Бинхэ бросился к нему.  — Руки, — прошипел Ваньнин, едва сдерживаясь, чтобы не ударить мужчину.   — Простите.  — Делай уже, что нужно, — он сунул в рукава руну.  Рубанув мечом по воздуху, появилась рябящая трещина, кровавые всполохи мерцали в ней, и Ваньнин сделал шаг.     Долго Шэнь Юаню действительно ждать не пришлось.  Спустя час гробового молчания и беспокойных проходов Мо Жаня с кухни в спальню, посреди комнаты появилась рваный портал, из которого выскользнуло его тело. О, он действительно был таким аккуратным в сравнении с Бинхэ! Его мужская гордость была уязвлена.  Мо Жань замер, разглядывая тело Шэнь Цинцю с некоторой брезгливостью, затем переведя взгляд на понурившегося Бинхэ, вышедшего вслед за телом своего мужа.  О нет! Бинхэ расстроен!   — Золотко? — Позвал Мо Жань и голова незнакомца метнулась в его сторону.  — Мо Жань! — С облегчением выдохнул мужчина, подходя к нему. — Боже, — он схватил большие ладони своего мужа, крепко сжимая.  — Ваньнин, — Мо Вэйюй потянулся, чтобы обнять своего мужа, но тут же отпрянул. — Я не знаю, как вы поменялись душами, но можно как-то, — он завертел руками. — Поменяться обратно, потому что это немного странно и неприятно трогать не тебя.  — Это тело, — он рвано выдохнул. — Приятное.  — Детка, — Мо Жань закатил глаза, фыркнув. — Я же знаю, что тело моего мужа самое прекрасное. Это слишком, — мужчина осмотрел его со знанием. — Нежно. И это точно не те руки, которые учили меня писать. А эти губы точно не те, которые...  — Мо Жань!   Тем временем, Бинхэ семимильными шагами подошел с Шэнь Юаню, глядя на него своими печальными глазами.  — Я говорил оставить эту руну, — он нахмурился.   — Я знаю, душа моя, — голова Юаня склонилась к плечу, он протянул руку, зарывшись пальцами в кудрявое безумие на голове своего мужа. Как же он не ценил этого! — Понятия не имею, почему именно наши с Ваньнинем души поменялись, но я все исправлю!   — Потрудись, — странно было видеть на своем лице такое хмурое и недовольно выражение, но думать об этом было не время, он быстро выхватил камень из чужих рук, начиная производить странные махинации.  Напряженные минуты тянулись в тишине и беспокойстве, а после — у обоих мужчин закружилась голова.  Открыв глаза в следующий раз, они оказались в объятиях Ло Бинхэ и Мо Жаня.   — Фу, — скривился Ваньнин, выпутываясь из хватки Ло Бинхэ. — Спасибо, — он вскинул подбородок, идя к Мо Жаню, который подталкивал растерявшегося от головокружения Шэнь Цинцю в сторону его мужа.  — Детка, — он довольно заулыбался, притягивая к себе Ваньнина. — Я скучал, — уткнувшись носом в шею Ваньнина, он блаженно вдохнул.  — Ты дурак, мы только что виделись, — Чу Ваньнин осторожно ткнул в его лоб пальцем.   — Ты Ваньнин? — После милований со своим мужем, Шэнь Юань подбежал к мужчине.  — Чу Ваньнин.  — Ты такой красивый! — Рассмеялся он, хлопнув в ладони. — Типа, как главный герой романа, понимаешь? Ты должен собирать гаремы! Типа, толпы женщин, понимаешь?   — Что за глупости? — Скривился Чу Ваньнин, под довольно урчание Мо Жаня.  — Ой, да, прости, ты замужний человек, но, тем не менее, в свое время я читал уйму книг про таких как ты, — возбужденно болтал Шэнь Цинцю. — Такой загадочный и серьезный, но мягкий в душе, нуждающийся в любви и...  — А-Юань, — протянул Ло Бинхэ. — Пожалуйста, не нужно так...  — Ты, конечно же, самый красивый, Бинхэ, — он на автомате погладил его по голове. — Просто это так фэнтезийно, переместиться в чужой мир! Здесь наверняка множество удивительных монстров! Ты вообще видел оружие Мо Жаня?  — Мо Жаня? — Постное лицо Ло Бинхэ не было замечено восторженным Шэнь Юанем.  — Это он.  — Это я, — осклабился Мо Вэйюй,  глядя на мужчину. — Привет, — если приглянуться, можно было заметить, что он выше этого Ло Бинхэ на один сантиметр.   Всего один, но это была самая важная единица в жизни Мо Жаня.  — К слову, твой муж очень грубый! Я не сделал ничего плохого, но он так много матерился, типа, крайне много, понимаешь?   — Мо Вэйюй, — рыкнул Ваньнин, пихая своего мужа под ребра. — Что мы говорим людям, с которыми были грубы?  — Шицзун, — и, о, Боже, кажется, у Ло Бинхэ было сходство с Мо Жанем в некотором роде. Эти щенячие глазки и покорно склонившаяся голова, когда его ругаешь.   — Ло Бинхэ был очень милым, — по лицу Мо Жаня прошла рябь.  — Прости, пожалуйста, Шэнь Цинцю, — мгновенно выпалил он, отдавая вежливый поклон.   — Бинхэ всегда очень милый, — довольно вздохнул Шэнь Юань. — Ты прощен, Мо Жань. Быть может, нам стоит выпить чаю? После всего этого стресса, понимаешь, — от потер шею.  — Пожалуй, — кивнул Ваньнин. — У нас остались пирожные?   — Да, золотце. Я сделаю чай, — мужчина невесомо поцеловал его в макушку.   — Бинхэ, помоги ему, — попросил Юань, садясь за обеденный стол.  Мужчины переглянулись друг с другом, в их взглядах сквозило непринятие, но спорить со своими мужьями они не стали, и пихаясь, пытались войти в узкий дверной проем.  — У вас здесь очень скромно, — поддел Бинхэ.    — О, просто мой муж не изнеженная принцесса, требующая замки, — моментально отбил Мо Жань. — Все эти шелка его только беспокоят, он очень скромный.   — А-Юань тоже!  — Я заметил, — саркастично протянул он. — И физически тоже, под стать тебе.  — Я мог бы убить тебя прямо сейчас, но это бы расстроило А-Юаня.  — Я уже знаю, что ты какой-то там невъебенный полу-демон-Император. Я, кстати, тоже, приятно знаться, — Мо Жань злорадно ухмыльнулся, заваривая ароматные листья.   Пока двое демонических императоров спорили и язвили, словно дети, борющиеся за внимание матери, Шэнь Цинцю вел практически монолог с Чу Ваньнином.  — Я готов умереть за Бинхэ! — Воскликнул он. — Я фактически умер, — призадумавшись, добавил.  — О, — Ваньнин печально вздохнул. — Я тоже.  — Братан! — Юань всхлипнул в кулак, пытаясь притянуть к себе брыкающегося Чу Ваньнина.  — Понятия не имею что означает это слово.  — Это что-то типа "друг" или "приятель".  — Мы ни то и не другое.  — Вообще так приятно жить без этого дерьма в голове типа, она называла себя Системой, это был полный кошмар. Не говори того, не говори другого! А потом она просто пропала. Та-ак, расскажи мне о всех существах и растениях вашего мира достойных внимания, — он скрестил пальцы, смолкая.  — Хм, — Ваньнин растерялся. — Я не интересуюсь ботаникой, но знал одного хорошего человека, у которого был целый сад различных трав.  — Может быть, цветы?   — Мы определенно не будем говорить о цветах, — Ваньнин напряженно поджал губы. — Никаких цветов.  — Окей, — неловко протянул Юань. — Тогда что насчет этих ваших лоз?  — Это мое духовное оружие, ее зовут Тяньвень, — услышав зов, лоза появилась в руке хозяина, нежно касаясь его рук. — У Мо Жаня — Цзяньгуй.   — О, Боже, у вас парное духовное оружие! Точь-в-точь я видел у Мо Жаня, только цвет другой! — Ваньнин в ответ на это высказывание залился стыдливым румянцем.  — Что-то в роде того, да.  — Вы двое хорошая пара, — признался Цинцю. — Очень славные. Был бы еще Мо Жань более милым с другими, но я понимаю! Он был взволнован, что его муж вдруг бац!  — Мужчина громко хлопнул в ладони. — И исчез! Я бы был в бешенстве.  — Я тоже некультурно повел себя с Бинхэ.  — О, он будет в порядке, — Юань похлопал его по плечу ободряюще.  Они еще долго разговаривали на отвлеченные темы, а позже к мужчинам подключились и их мужья. Мо Жань привычно шутил, поглаживая Ваньнина где только достанет, подтрунивая над Ло Бинхэ.  Но, в целом, несмотря на то, что все изначально казалось пугающим и чудовищным, закончилось оно же крайне приятно.  Шэнь Юань был в восторге: за одну, хоть и прерванную на некоторое время, жизнь, он побывал сразу в двух сянься мирах!   Шан Цинхуа просто сдохнет от зависти.