Твоё дыхание, как яд...

В дверь снова постучали. На этот раз стук был настойчивым и требовательным. Дазай напрягся, отстраняясь от Чуи. Кто еще мог прийти? Неужели Мори вернулся? -Я открою, - прошептал Ацуши, чувствуя напряжение в комнате. Он подошел к двери и осторожно приоткрыл ее. На пороге стоял Куникида. Его лицо было бледным, а глаза метали молнии. -Дазай! - прорычал он. - Что здесь происходит?! Мы получили сообщение, что Мори… что Чуя… Куникида замолчал, увидев Чую, сидящего на полу и опирающегося на Дазая. Его глаза расширились от изумления. -Чуя?! Ты… ты жив? -Куникида, - слабо улыбнулся Чуя. - Да, жив. Благодаря Йосано. Куникида перевел взгляд на Йосано, потом снова на Дазая. В его глазах читалось недоверие и облегчение. -Что здесь вообще творится? - спросил он, входя в комнату. - Мы думали, что Мори… -Мори здесь был, - перебил его Дазай. - Он… он убил Чую. И заставил меня вернуться в мафию. Куникида застыл, как громом пораженный. -Что?! Ты… ты вернулся в мафию?! -У меня не было выбора, - ответил Дазай, опуская голову. - Он угрожал моим друзьям. -Но… но ты же… - Куникида не мог подобрать слов. Он всегда считал Дазая предателем, но никогда не думал, что тот снова вернется к Мори. -Я знаю, - перебил его Дазай. - Я предал вас. Но я сделаю все, чтобы исправить это. -Как ты собираешься это исправить? - спросил Куникида, скрестив руки на груди. - Ты же понимаешь, что теперь ты враг Агентства? -Я знаю, - повторил Дазай. - Но я найду способ. Я должен остановить Мори. -Мы поможем тебе, Дазай, - сказал Ацуши, глядя на него с сочувствием. - Мы не оставим тебя одного. -Спасибо, Ацуши, - улыбнулся Дазай. - Но это моя битва. Я должен сразиться с Мори сам. -Ты не сможешь сделать это один, - возразил Куникида. - Мори слишком силен. -Я знаю, - ответил Дазай. - Но у меня есть план. Он посмотрел на Чую, который внимательно слушал их разговор. -Чуя, ты поможешь мне? Чуя кивнул, не раздумывая. -Конечно, Дазай. Я всегда буду рядом с тобой. Дазай улыбнулся. Он знал, что с Чуей рядом он сможет справиться с чем угодно. -Тогда вот что мы сделаем… - начал Дазай, и его голос стал твердым и решительным. Он начал рассказывать свой план, и по мере того, как он говорил, в глазах Куникиды появлялось все больше и больше понимания. План был рискованным и опасным, но это был единственный способ остановить Мори и вернуть Дазаю свободу. Вместе они разработали детали плана, учитывая все возможные риски и препятствия. Они знали, что им придется столкнуться с множеством трудностей, но они были готовы к этому. Они были командой. И вместе они могли победить любого врага. На следующее утро Дазай попрощался с Чуей, Ацуши и Куникидой. Он знал, что это может быть последний разговор, но все же надеялся на лучшее, хотя да от Дазая это странно услышать. Он вышел на улицу, где его уже ждал Мори. Тот стоял у чёрной машины, поправляя перчатки, и на его губах играла лёгкая, почти отеческая улыбка. — Дазай-кун, я надеялся, что ты примешь разумное решение. — Мори открыл дверь. — Поехали. Нас ждут дела. Дазай молча сел в машину. Всю дорогу он смотрел в окно, запоминая каждый поворот, каждый дом. Чувство опасности смешивалось в нём с холодной решимостью. План был готов, и теперь оставалось только играть свою роль — роль преданного подчиненного, сломленного и покорного. В штабе мафии его встретили настороженными взглядами. Старые «союзники» не верили в его возвращение, но приказ Мори был законом. Дазай улыбался своей привычной ленивой улыбкой, но внутри отсчитывал часы до решающего момента. Тем временем Чуя, вопреки ожиданиям, не остался в безопасном убежище. Он связался с Ацуши и Куникидой, и они начали действовать. Ацуши использовал свою связь с людьми из трущоб, чтобы распустить слухи о готовящемся перевороте внутри мафии. Куникида через старые каналы Агентства передал зашифрованное сообщение президенту Фукудзаве, объяснив всю правду о шантаже Мори. Чуя же взял на себя самое опасное — он решил пробраться в кабинет Мори в тот момент, когда Дазай будет отвлекать босса. Их связка, годами отточенная в сотнях боёв, снова оживала. Только на этот раз они сражались не за мафию, а за право не быть собаками на поводке. Вечером, когда солнце окрасило Иокогаму в багровый цвет, Дазай сидел в комнате для совещаний и ждал. Дверь открылась, и вошёл Мори. Бой должен был начаться с минуты на минуту.