Риквидация Мортизитов

Морти смешно морщил нос во сне и пускал слюни. Рик этого не знал. Морти тяжело дышал и царапал спину, если ебать его в миссионерской позе. Этого Рик тоже не знал. Морти вырубался сразу после оргазма. Мог ли Рик называть себя умнейшим существом во Вселенной, если не знал таких вещей? Взгляд скользнул по татуировке под левым соском. «…успел получить на Кровавом Хребте». Теперь все вставало на свои места, да? Рик никогда не верил в эти метки. Только еблан потратит всю свою жизнь на поиски паршивого соулмейта. Тем более что найти его, не потеряв, невозможно. Рик до последнего надеялся, что это Дайен. Хотел услышать от нее эти слова, и боялся до жути одновременно. Но ужаснее всего то, что когда Дайен все-таки умерла, она не проронила ни слова. Рик не запомнил, о чем они говорили перед ее смертью. Может это было что-то вроде «дорогой, сполосни тарелки после обеда» или «милый, Бет сломала свой говорящий ножик». Но точно не «ты любишь меня», выжженное на его предплечье. Дайен никогда не утверждала, только спрашивала. Рик искренне надеялся, что соулмейтом Морти окажется кто угодно, принимавший участие или знающий о Кровавом Хребте. Таких ведь было пол галактики. Их половины душ никак не могли быть единым целым. Какие половины душ, — Рик одернул себя. Он много раз вскрывал человеческое тело, и четко осознавал, что в этом комке тканей и органов, криво обтянутых кожей, никакой души нет. Морти становился самостоятельным. Он уже отправлялся в приключения в соло, говорил, пусть и неумело, на десятках языков и уверенно управлялся со всем боевым арсеналом Рика. Морти уже мало о чем спрашивал, только утверждал, и это с каждым разом бесило деда все сильнее и сильнее. Он лишь продолжал заебывать деда вопросами о Кровавом Хребте. — Рик, ты столько талдычишь о том, что ты умнейшее существо во Вселенной, но не знаешь где этот ебаный хребет? Ты уверен, что тебя твоей тупой версией не подменили? — Морти, гандон, отвяжись. У меня дела поважнее, чем отвечать на вопросы, которые по первой ссылке гуглятся. И Морти навел справки. Как оказалось, гуглить-то его Рик научил. Теперь Морти знает, что битва на Хребте велась оппозиционерами против Межгалактической Федерации. Морти знает, что Хребет стал Кровавым после этой битвы. Морти знает, что его дедушка был там. Только что делать со всей этой информацией, Морти понятия не имеет. Рик нахмурился. После очистки дома от мозговых паразитов прошла уже почти неделя, но ему все не давал покоя листок бумаги. Небольшой квадратик, на котором он написал число 6. Их было только шесть. Но почему тогда путем нехитрых подсчетов получалось, что их сейчас семеро? Саммер спит у себя, Джерри и Сонный Гэри храпят на диване внизу, мистер Жопосранчик в больнице, а Бет на кухне роняет слезы в бокал вина. Морти всхрапнул и перевернулся, будто догадывался, о чем думал дед. — Р-рик, да хорош ломаться, я знаю, что ты был на Хребте. Расскажи. — Морти, поганец ты мелкий, отъебись. Твой дедушка занят, спасая твою конкретно жалкую жизнь. Морти выбрал неудачный момент, чтобы продолжить тему Хребта. Они уносились с планеты Судной ночи. Рик сглотнул слюну с привкусом рвоты, надеясь, что внук перестанет быть таким настойчивым. — Рик, ты понимаешь, что я не успокоюсь? Расскажи, расскажи, расскажи, — талдычил внук. Рик защелкал тумблерами, переводя корабль в режим автопилота и тут же выпуская из кондиционера Морти усыпляющий газ. Морти сразу притих, и Рик было усмехнулся, но сам потерял контроль. Рик проснулся от ощущения задницы на своем члене. Его бы все устраивало, если бы, когда он вырубался, он не был бы с собственным внуком в тарелке. — Сучка старая, если ты еще раз брызнешь в лицо мне этим газом, я расскажу маме п-про Судную ночь. Очевидно, Морти проснулся раньше него, и перехватил управление кораблем. Он практически сидел на коленях Рика, сжимая штурвал в руках и периодически щелкая кнопками. Морти обернулся на деда, гневно сверкая глазами. — К-куда мы летим? — голова еще не соображала со сна, поэтому Рик не догадался определить местоположение по проносившимся мимо астероидам. А может, просто не хотел, чтобы Морти отворачивался. — К возмездию, — усмехнулся парень. — В мир сисек. С тех пор Рик успел побывать в тюрьме Федерации и выбраться оттуда. И все время, что он висел над пропастью, падение куда займет вечность, он думал о том, что Птичья Личность — не соулмейт для Морти. Ведь он умер, очевидно, каркнув что-то, явно непохожее на ностальгические воспоминания о Хребте. Идея изначально была бредовая, но Птичья Личность оставался последним из возможных вариантов. С другой стороны, было даже забавно, что одна похороненная в прошлом любовь Рика сойдется с… новой? Он кинул бутылку в стену. Конечно, пределы его отвратительности не были для него секретом, но осознание собственных чувств убивало медленно, но верно. Все-таки, даже будучи самым умным существом во Вселенной, в вопросах собственных чувств ты можешь быть полным профаном. Морти проснулся от звука перезарядки бластера. Знакомое дуло, так часто угрожающее другим, теперь уставилось ему в лоб. — Р-рик? — Морти, не строй из себя неженку и дай мне все сделать быстро. — Я не понимаю, с-с-сделать что? От волнения Морти стал заикаться больше обычного, и это только вывело Рика из себя. — Продолжаешь свою роль играть? Ты продолжаешь, с-сучара? — Р-рик, что ты?.. А-а-а… — на лице Морти проступило понимание. — Не можешь отпустить историю с паразитами? Думаешь, я один из них? — Морти, такие трюки придумали даже раньше, чем я перестал в трусы серить. Я знаю, что ты паразит, и пора бы и тебе признать это. — С-серьезно, Рик? Серьезно? По-твоему, я, а не стремный мужик, который всегда ходит в пижаме? Я, а не безработный нытик, который до своих — скольки лет? — еле дожил? Видишь, я даже блять не знаю сколько ему лет! По-твоему, я, а не депрессивная алкоголичка, по совместительству лошадиный хирург? Такая профессия блять вообще есть? По-твоему, я, а не гипертрофированный образ асоциальной высокомерной девочки-подростка? По-твоему, я, а не поехавший социопат-шизофреник с паранойей? Морти сорвался, сорвались и голосовые связки. — Сученыш, не делай твое убийство затяжной драматичной сценой. Выстрел в лоб, ты поблюешь розовой жижей и перестанешь генерировать в моем мозгу сопливые воспоминания о нас с тобой. — Рик, я ничего не генерирую. Перестань обвинять меня в том, на что я на генетическом уровне не способен. Ты постоянно бздишь, как я бесполезен, и как тебя достало мое присутствие. Так вспомни что-нибудь плохое, это не так уж и сложно. Морти извивается под ним, как угорь на сковородке. Тихо всхлипывает и сжимает непослушные волосы ученого. Рик широко лижет его соски, сжимая в длинных пальцах член. На каждый звук тело реагирует сильнее обычного, а Рик ведь еще и ужрался в говнину. После этой истории с Заступниками он не мог выносить Морти на трезвую голову, а поэтому, выхлебав все из фляжки, пошел нажираться по барам. Заступники. Одна мысль о них отрезвила, вызвав ярость. Жалкие эгоистичные ублюдки, давящие на желание каждого найти собственного героя. Наверное, Морти нашел своего среди них. Наверное, Морти сдерживал стоны, потому что стыдился. Эта мысль заставила Рика скрутить соски Морти, вырывая у внука болезненный стон. — Заткнешься, когда я скажу, сучка. Рик вколачивал податливое тело в матрас, и Морти больше не сдерживался. Он кричал во всю глотку, кричал так, будто не боялся, что это услышат все. Будто хотел этого. Рик с криком схватился за виски. — Перестань заставлять меня вспоминать это дерьмо! Этого не было, а ты генерируешь бред, который твое возбужденное подростковое сознание считает приятным воспоминанием! — Я-я ничего не делал! Старый ты м-маразматик, вспомни хоть что-нибудь! Рик помнил только прошедшую ночь. Морти долго ласкал языком его член, зарываясь носом в волосы на лобке и прикрывая глаза, как будто даже наслаждался этим. Немыслимо. Но он так и не дал Рику кончить, буквально умолял взглядом, чтобы его хорошенько оттрахали. И Рик выполнил эту просьбу, выбивая громкие стоны из стоящего на коленях внука. Морти уже почти распластался по кровати, и Рик только сжимал его член, чтобы тот не кончил раньше времени. Морти крупно подрагивал, уже не стонал, только всхлипывал. И Рик рывком поднял его, заставив опереться руками о стену, и дотрахивал, наслаждаясь непрерывным тихим мычанием внука. Рик закричал и ткнул Морти дулом в лоб. — Р-рик, да у меня даже метка есть. У паразитов же не бывает меток, так? Рик не знал. Зато он помнил, как, когда Морти в последний раз спросил его о Хребте, Рик сжал парню горло и не отпускал, пока на глазах у того не навернулись слезы, а щеки не покрыл легкий румянец. Перед глазами вспыхнула другая сцена. Рик сжимал Морти горло, грозя задушить, а тот хрипло выдыхал остатки воздуха и царапал деду спину. Морти почти кончил, но Рик умел ловить момент. Поэтому он одновременно отпустил горло внука и прижался губами к его, не давая глотнуть воздуха, но даря долгожданный поцелуй. Они ведь еще ни разу не целовались. — Да ты боишься, — Морти широко распахнул глаза. — Морти, еблан ты этакий, я ничего не боюсь. — Да не пизди, Рик, ты боишься! Рик со вздохом закатывает глаза. — Ну давай, Морти, раскрой свою наитупейшую мысль дедушке. А я тут пока постараюсь со скуки не сдохнуть. Морти нисколько не останавливает самодовольный взгляд деда и периодические порыгивания с его стороны. — Ты боишься потерять меня, — победно заявляет парень. — Морти, если ты не паразит, твоих версий существует буквально бесконечное число, а твоих точных копий, за исключением необоснованных влажных мечт и несбыточных надежд, несколько миллиардов. Да я блять, при желании, могу планету заселить твоими нудящими дрочащими двойниками, но мне без надобности. ПТСР я уже успел получить на Кровавом Хребте. — Ну давай, Рик, замени меня. Пожертвуй мной ради успокоения своей разъебанной психики, а потом найди мою копию. Это же так просто, да только ты, ссыкло старое, привязался ко мне. Морти совершенно не пугает, что бластер все еще заряжен и направлен ему прямо в лоб. Его совершенно не пугает перспектива падения на кровать со стекающей из дырки на лбу кровью, как не пугает отсутствие какой-либо реакции со стороны деда. Морти знает, что он прав. И уж чему-чему он научился за несколько лет с этим старым алкашом, так это использовать это преимущество. Рик знает, что проиграл. Каждое слово этого самодовольного пиздюка резало похлеще ножа, а Рика резали бесчисленное количество раз. Но боль ведь все равно другая, правда? Он искренне боялся, не впервые в жизни конечно, но это был явно один из вопиющих случаев. Ему угрожали бесчисленное количество раз, а сейчас Морти даже и не пытался. Но колени все равно подрагивали, а бластер в руках конкретно так трясся. В общем, по всем параметрам это был исключительный случай. Они едят мороженое с мухами после Яйцелюбов. Они смотрят межпространственное кабельное. Они летят в тарелке, и Рик на секунду поворачивается к Морти и целует его, а потом всю оставшуюся дорогу недовольно бурчит на подколы внука. Рик и Морти на веки-вечные. На сто лет. Рик не верил в судьбу, злой рок, кару небесную, если угодно, но этот момент явно был еще давно соткан на полотне судьбинушки, чтобы в удачный момент дать под дых Санчезу. — Ты любишь меня. Рик проиграл. И за несколько лет с этим пиздюком уж чего-чего, но признавать своего поражения он так и не научился.