Часть 1
20 октября 2024 г., 01:34
Вэгги с тяжёлым вздохом ставит последнюю коробку в своей новой квартире. Переезд показался лёгким занятием, учитывая, что из прошлой жизни памятных вещей у неё не так уж и много, но таскать всю мебель в одиночку всё равно было утомительно.
Хотя Вэгги не собиралась скучать по своему прежнему дому, в настоящий момент переезд был скорее профессиональной необходимостью. Она участвовала в нескольких фотосессиях для перспективных брендов, специализирующихся на нижнем белье и фетишах. Сделав себе довольно громкое имя, многие просили Демонессу помочь в запуске новых линеек.
Работа моделью под псевдонимом «Демонесса» позволила ей вести повседневную ангельскую жизнь: она смогла соответствовать строгим требованиям родителей, в то же время зарабатывая деньги на второй карьере. Переезд из маленького городка предоставил ей больше возможностей, а также некоторую независимость от консервативной семьи, в которой она росла.
К сожалению, это также означало, что ей придётся гораздо больше платить за жильё. К счастью, она нашла новую работу в соседней кофейне в дневные часы, что помогло бы сводить концы с концами до тех пор, пока карьера модели не пойдет на взлёт (если это вообще когда-нибудь произойдёт, строго напоминала она себе).
Она ещё раз окинула взглядом квартиру — пустую и заставленную коробками — всё, что нужно было для старта её новой жизни.
***
— Тройной моккачино без кофеина с двойной пенкой и без сахара для Нифти! Чарли быстро перевела дыхание после выкрикивания столь длинного заказа. Ей пришлось трижды попросить невысокую девушку повторить сказанное после того, как быстро она протараторила свой заказ. Но радостный взгляд, с которым клиентка Нифти сделала первый глоток, убедило Чарли в том, что она запомнила всё правильно. — Детка, ты круче некуда. Я уж успел забыть, что она хотела. Она одаривает своего друга Энджела лучезарной улыбкой, расположившись напротив стойки. — Как у тебя дела, Энджел? Я как раз собиралась уходить на перерыв. Скоро должна приступить к работе наша новая сотрудница, и я хочу быть готова к её появлению! В ответ Энджел лишь смеётся, провожая Чарли до дверей, чтобы во время перерыва они могли хоть немного побыть под солнечными лучами. Или, точнее, чтобы Чарли получила немного солнечного света, ведь сам Энджел прячется в это время под своим бело-розовым зонтиком. — У тебя скоро съёмка? — Спрашивает его Чарли, зная, что он делает всё возможное, чтобы защитить свою кожу от любых воздействий. — Сегодня днём, — подтверждает Энджел, закуривая сигарету и предлагая её Чарли, которая вежливо отказывается. В то время как Энджел был одержим каждой незначительной деталью своей внешности, его внутренности, по его словам, «были не столь важны». — Думаю снова сняться у Хаска. Чарли прячет смешок за ладонью, зная, что Энджел хочет чаще работать с Хаском по нескольким причинам. Одна из них заключается в том, что владелец линии обычно присутствует на съёмках. И так уж оказалось, что он ещё и очень сексуальный мужчина, в которого Энджел был влюблён, хоть и отрицал это. — Хаск всегда хорошо платит, — подмигивает Энджел и краем глаза замечает девушку, приближающуюся к ним. — А эта сучка довольно симпатичная. Только сиськи бы ей побольше. Прежде чем Чарли успевает отчитать Энджела за подобный комментарий, она замечает её: невысокую девушку с длинными серебристыми волосами, перевязанными ярко-розовой лентой, в тёмных шортах и розовой рубашке в тон. Она выглядит так, будто могла бы работать в кофейне, если бы не её нервная походка. Форма работника кофейни, волнение на лице, быстрый шаг в их сторону. Вскоре до Чарли доходит. — Ой! Ты, должно быть, Вэгги! Меня зовут Чарли, я владелица кофейни «Хэппи». Очень приятно познакомиться! Энджел ухмыляется и быстро проскальзывает внутрь кофейни, позволяя им познакомиться на улице. Но по тому, как Чарли и Вэгги краснеют, разговаривая друг с другом, он понимает, что жизнь в качестве лучшего друга Чарли вот-вот станет очень интересной.***
Несмотря на то, что первые дни в кофейне были загруженными, они были и весёлыми. Вэгги обнаружила, что ей нравятся все разговоры со своим боссом. «Босс» — это сильно сказано: хотя Чарли и владела этой кофейней, она была скорее дружелюбной коллегой, чем полноценным начальником. Тем не менее, Вэгги проявляла к ней должное уважение, несмотря на то, что Чарли настаивала на том, что ей это не нужно. Прошла почти неделя, прежде чем Вэгги, наконец, записалась на съёмку под псевдонимом «Демонесса». Данная съёмка должна была проходить с кем-то по имени «Принцесса», что только усиливало переживания Вэгги. Она никогда раньше не участвовала в совместных съёмках и не знала никого по имени «Принцесса». Ей могла оказаться кто угодно. С другой стороны, её собственное имя могло ввести в заблуждение, поэтому Вэгги старалась не придавать этому слишком большого значения. Она сама наносит базовый макияж. Её об этом не просят, но Вэгги привыкла помогать визажистам, когда может. Таким образом, они могут сразу приступить к созданию желаемого эффектного образа для съёмки. — А ты симпатичная, — улыбается визажистка, поправляя повязку на глазу. Вэгги задаётся вопросом, искренна ли она или говорит просто для вида. — Я Черри, ты здесь новенькая? — Да, только переехала сюда, — объясняет Вэгги. — Раньше я долго работала моделью, но в маленьком городке перспектив не так много. — Продвигаемся вверх по аду, — смеётся Черри над собственной шуткой. — Шучу, здесь не так уж и плохо. Что ж, давай я подготовлю тебя. Вэгги сидит в кресле, по её ощущениям, около часа, позволяя Черри пробовать разные стили, пока не найдёт подходящий. Посмотрев в зеркало, Вэгги шокирована тем, насколько смелым получился образ. Обычно у неё очень традиционный «смелый» макияж, но то, что делает Черри, — это нечто совершенно новое. Поверх обычного смоки айс у неё большой розовый крестик на левом глазу. Её светлая челка, как обычно, зачесана набок, но волосы собраны в высокий хвост розовой лентой. Костюм, который ей дали, по мнению Вэгги, делает её ещё более крутой. Боди чёрного цвета с белыми перчатками и сапогами на высоком каблуке. На талии у неё розовый пояс в тон, а на шее — белый чокер с тремя кольцами. Вместо привычного хлыста для верховой езды ей досталось длинное копьё, которое, как она не стесняется удостовериться, когда играет с блестящим концом, — ненастоящее. — Не волнуйся, это подделка, — смеётся фотограф, подходя к ней. — Мы хотим показать вас с Принцессой в эпической битве, поэтому мы будем переключаться между игрушками и традиционными стилями оружия. — Понятно, — медленно кивает Вэгги, привыкая к новой ситуации. Она и раньше участвовала в съёмках, но они никогда не были такими стилизовано продуманными. Это в равной степени волнующе, странно и захватывающе, и Вэгги приходится сдерживаться, чтобы не выставить себя полной дурой. — Скоро ли я познакомлюсь с Принцессой? — Она как раз заканчивает макияж, — заверяет Вэгги фотограф, указывая на съёмочную площадку. — Ты пока устраивайся поудобнее, я бы хотел начать с твоих сольных снимков, пока мы ждём. Вэгги подходит к съёмочной площадке, которая также превосходит все её ожидания. На ней обычный зеленый фон, а реквизит и декорации используются для создания апокалиптической сцены. Вэгги лежит на удивительно удобных деревянных ящиках. Первые несколько сделанных фотографий получаются настолько неловкими, что ей кажется, будто её тут же выгонят со съёмки, но как только фотограф отпускает несколько шуток, она начинает расслабляться, чувствуя себя комфортно в своей собственной шкуре. — Идеально, прекрасно, потрясающе! — восклицает фотограф после каждого щелчка камеры и вспышки, увлекаясь настолько, что он не сразу слышит, как приближаются остальные. — О, похоже, Принцесса готова. Ну, тогда начинаем! Вэгги задыхается от смеха, подтягиваясь при помощи ящика. — Приятно… Она замолкает при виде высокой девушки, стоящей перед ней. На ней облегающее розовое мини-платье, чёрные перчатки и чёрные ботинки, похожие на те, что были у Вэгги. Её волосы распущены, что Вэгги ещё не совсем привыкла видеть, но она безошибочно узнаёт ту, кто называет себя «Принцессой». — О-о! Вэгги, — неловко хихикает Чарли, потирая затылок. — Да, совершенно не ожидала тебя здесь увидеть. Эм… рада тебя видеть. Я как бы… ну, в свободное время я устраиваю кое-какие съёмки и… да, забавы ради. Я очень надеюсь, что это никак не помешает нам на работе в кофейне и… — Всё в порядке, — быстро проговаривает Вэгги, чтобы прервать болтовню Чарли. — Я ведь тоже здесь, верно? — Да, конечно, ты права — Чарли складывает пальцы пистолетиками и притворно стреляет в Вэгги, прежде чем выйти с ней на съёмочную площадку. В руках она держит копьё, похожее на то, что дали Вэгги, и те позвякивают металлическими концами друг о друга в ритме, в котором фотограф делает снимки. Несмотря на неловкое начало, Демонесса и Принцесса — профессионалы и, в конечном счете, с недавнего времени подруги. Они смеются и играют с оружием, не обращая внимания на то, что копья сменяются хлыстами, а затем и фаллоимитаторами забавной формы. Вэгги на мгновение теряет равновесие, когда к её ошейнику прикрепляют поводок, который держит Чарли, но она справляется с этим, и фотографии получаются хорошими, судя по одобрительным возгласам фотографа. Однако, что действительно сбивает их с толку, так это конечное указание. — Хорошо, а теперь поцелуйтесь! Девушки замирают, ловя себя на том, что смотрят друг на друга. Они и раньше целовались — Чарли даже на съёмках, — но сегодня этот момент кажется таким интимным. Фотограф повторяет просьбу ещё несколько раз, прежде чем Чарли, наконец, решается и сокращает расстояние между их губами. Для Вэгги это словно волшебство — будто всё её тело воспаряет к небесам и поёт вместе с ангелами. Губы Чарли мягкие, и даже обильное количество блеска не делает их отвратительно липкими. По вкусу они отдалённо напоминают клубнику, и Вэгги вспоминает, что это её любимая ягода. Поцелуй заканчивается слишком быстро, фотограф говорит им, что они могут идти, и девушки возвращаются к своей повседневной жизни, как будто этой страстной съёмки никогда и не было.***
— Прости! — Ой, прошу прощения. — Не стоит! — Ой, блин! Чарли откидывается на спинку офисного кресла. В самой глубине кофейни находится подсобка, однажды переоборудованная в её кабинет, в которой Чарли пребывает довольно редко. Но после всего произошедшего ей просто нужно на минутку побыть вдали ото всех. Точнее, побыть вдали от Вэгги. Не то чтобы ей не нравилась эта девушка — совсем наоборот. После их незапланированного поцелуя прошлой ночью было трудно воспринимать Вэгги просто как ещё одну коллегу. Губы этой девушки были такими мягкими и нежными, её наполнило такое чувство теплоты, как будто она вернулась домой. Не в тот дом, как сейчас, с родителями, которые, кажется, никак не могут ужиться друг с другом. А в тот, когда она была маленькой и смотрела на своих папу и маму так, словно они создали целый мир. И даже несмотря на это уютное домашнее чувство, поцелуй всё равно получился сексуально насыщенным — атмосферу подпитывали секс-игрушки, с которыми они играли. Чарли думает, что если бы это не было съёмкой, она бы захотела испробовать эти игрушки вместе с Вэгги. Обычно она не проявляет такого внимания к своим коллегам ни в кофейне, ни на съёмочной площадке. У неё был секс с некоторыми моделями, с которыми она работала, но она никогда не вспоминала о них после этого. Другие бариста ходили с ней куда-нибудь выпить и повеселиться, но она никогда не хотела целоваться с ними. Но Вэгги. Красивая и милая Вэгги, с которой было так весело работать. И вдобавок ко всему, она была такой сексуальной и энергичной на съёмках. Чарли уже видела несколько неуместных снов с её участием, а после их совместной съёмки стало только хуже. Сумев перевести дыхание, Чарли возвращается в зал, чтобы помочь коллегам. Вот-вот начнётся час пик, и если она сможет сосредоточиться на взбивании молока, то ей не придётся думать о… — Ой! Вэгги прижимает руку к себе, и Чарли понимает, что она пролила на неё горячее молоко. — Надо скорее промыть! Чарли, задыхаясь, тащит Вэгги к раковине и включает холодную воду. По крайней мере, рана выглядит не так уж плохо и должна быстро зажить. Но это никак не смягчает чувство вины, которое испытывает Чарли. — Всякое бывает, — повторяет Вэгги снова и снова, но Чарли знает, что если бы она просто была чуточку внимательнее, то не причинила бы Вэгги вреда. Если бы она меньше переживала из-за желания увидеть девушку обнажённой, такого бы не случилось, и им не пришлось бы разбираться с ожогом.***
Потребовалось немало усилий, чтобы убедить Чарли не везти её в больницу. Вэгги понимала, что рана была неглубокой, а благодаря мази от ожогов и повязкам она быстро заживёт. У неё была назначена ещё одна съёмка, но она была всего лишь фут-фетишистская, так что ожог на руке ей никак сейчас не помешает. Однако было трудно не беспокоиться об этом. Её не так сильно волновало, что она обожглась, её беспокоило, насколько беспечной она была. Она была невнимательна и опрокинула на себя кипящее молоко, потому что её разум был слишком занят мыслями о том, как ей понравилось целоваться с Чарли и как она хотела бы повторить поцелуй. Вэгги была не такой. Она была не из тех, кто легко забывает о мире вокруг, позволяя кому-то полностью завладеть её мыслями. Но после того поцелуя… Вэгги представляла его во сне несколько раз. Мягкие губы казались ей такими же реальными во сне, как и наяву, что заставляло её жалобно стонать, уткнувшись лицом в подушку. Она так и не смогла избавиться от этого ощущения.***
— Чарли, ну расскажи мне. Вспышка света при ещё одном снимке, и Энджел меняет позу так, что кажется, будто он сидит верхом на Чарли. Его бедра начинают гореть от такой позы, с помощью которой нужно было показать на камеру страпон и иллюзию того, что они занимаются сексом, но оплата за данную съёмку оправдывала это. Работа с Хаском всегда стоила того. — Ну… ты же знаешь, она такая… — Чарли громко вздыхает, и щелчок камеры подсказывает ей, что пришло время пошевелить бедрами и сделать вид, что она входит глубже. — Она такая милая. И забавная, и добрая, и сексуальная. Ты бы видел её, Энджел! Она была похожа на какую-то соблазнительную богиню! Ещё один щелчок, и Энджел слезает с Чарли. Хаск меняет страпон на другой рекламируемый продукт. Они почти романтично обнимают друг друга, а между ними стоит бутылочка со смазкой. Энджел бросает похотливые взгляды на Чарли и отвечает. — Так почему бы тебе не пригласить её на свидание? — Потому что, — краснеет Чарли, не осознавая, что камера приближается к ней ещё ближе, чем раньше. — Она моя коллега. И это была просто съёмка, не думаю, что она также запала ей в душу. Это мой глупый мозг не может выкинуть её из головы. — Не знаю, Чарли, — Энджел берёт смазку и начинает размазывать её по простыне. — Я был в кофейне после той съёмки, и, кажется, ты ей тоже очень нравишься. — Это не так, Энджел, — продолжает спорить Чарли, и теперь немного ароматизированной смазки стекает по уголкам её губ. На вкус сладко, но не сравнимо с губами Вэгги. — Послушай, я простая девчонка, которая по своей же глупости влюбилась. Не более. — А что, если я скажу тебе, что уже поговорил с Вэгги? — насмехается Энджел, и Чарли в шоке закрывает рот руками. Камера щёлкает, и где-то вдалеке Хаск хвалит их за такой отличный снимок. — Шучу, Чарли, но ты никогда не узнаешь наверняка, пока не попробуешь. — Я не могу. — Поговори с ней завтра, — мурлычет Энджел, наклоняясь ближе к своей подруге. — Помнишь, что ты у меня в долгу? — Ты не можешь так пользоваться этой услугой! — Чарли умоляет, но Энджел ничего не хочет слышать. Ещё несколько снимков, и Хаск, наконец, говорит им, что они свободны. Как раз вовремя, ведь Чарли находится всего в нескольких секундах от того, чтобы покончить и с жизнью Энджела, и, что ещё хуже, с его карьерой.***
— Привет. — Привет. Две девушки смущённо стоят друг напротив друга. Смену должна была открывать Веросика, но она в очередной раз взяла больничный, и только Вэгги была свободна. Единственной проблемой перед началом смены было то, что они останутся лишь вдвоём. — Надеюсь, ожог не помешал твоей съёмке, — говорит Чарли, указывая на всё ещё забинтованную руку Вэгги. Но Вэгги лишь смеётся. — Не беспокойся, — каким-то образом разговор снимал напряжение, которое она чувствовала, узнав, что работать будет наедине с Чарли. — Это была съёмка для фут фетишистов. — О, я помню, когда-то делала кучу таких! Парням и правда нравятся ножки. — Это точно, — соглашается Вэгги, пропуская Чарли вперёд, чтобы она открыла двери. — Я хотела с тобой поговорить. Чарли запирает за ними дверь и поворачивается к Вэгги. Они пришли достаточно рано, чтобы на разговор хватило времени. — Что такое? — Послушай, Чарли, после нашей съёмки я… Я должна уволиться. Чарли ошеломлённо смотрит на неё и молчит. Уволиться? Она была готова ко многому, но не к этому. — О, у тебя… эм… стало гораздо больше заказов на съёмку? Знаешь, ты очень талантлива. — Нет, это из-за тебя. — Между ними повисает молчание, и Вэгги понимает, что она произнесла. — Подожди, нет, не так. Я имею в виду… что я больше не могу относится к тебе как к коллеге. Когда ты рядом, я… всё думаю о… — О нашем поцелуе? — О нашем поцелуе. Они обе вздыхают, каждая думая о том, что хочет сказать, пока слова витают где-то в воздухе между ними. «Наш поцелуй». До открытия остаётся всего пять минут, и Чарли знает, что другого такого шанса у неё не будет. Она быстро целует Вэгги, удостоверившись, что на улице никого нет. — Не уходи. Пожалуйста. — Я… На этот раз Вэгги целует её, и на часах пролетают последние секунды, которые они могут провести вместе. — Я останусь. Ради тебя, Чарли. Последний поцелуй, и они вынуждены расстаться, открывая двери кофейни, чтобы начать новый день.
