Пока ты мне держишь за руки, у меня ничего не болит...

Едкий запах спиртного уже до краёв наполнил помещение, взъелся в стены, потолок, в само моё бессмысленное существование. Боль в желудке с каждой секундой всё нарастает, сгибая меня пополам. Может, болит вовсе не там? Может, это всё сердце? А может, где-то глубже, дальше? Там, куда не за что и никогда не доберётся хирургический скальпель? Горячие слёзы брызжут из глаз, обжигая щёки. Рубашка липнет к телу, срастаясь с ним в единое целое. Кажется, попробуешь стянуть её с плеч, и кожа, будто бумажная, отправится следом, попутно заливая пол бордовой жидкостью. Хочется выть, выть на всю улицу. Отправится в реку вместе с японским писателем. Вздрагиваю, когда ты тянешь ко мне свои тёплые руки. – Ты как? – Всё в порядке. – отвечаю я с притворной радостью. В порядке, правда же? Правда же!? Все чудесно! Я дышу! Я жива! У меня есть семья, друзья! Что ещё нужно для счастья? Что ещё нужно, чтобы не глотать по ночам солёные слёзы!? Всё внутри переворачивается с ног на голову, когда ты усаживаешь меня на одно из своих коленей, чуть прижимая к себе. Ёрзаю в отчаянных попытках устроиться по удобнее. – Ты такая умничка! – треплешь меня за щеку. Твои губы расплываются в нежной, добродушной улыбке. Не такой, как у остальных в этой бесстыжей, душной комнате. Не в пьяной гримасе, что прячет уродство души, а в настоящей искренней улыбке. Обхватив меня за плечи, прижимаешь тесней. Чувствую, как твоя щека жмётся к моей. Ямочки на ней становится все отчётливее. – Знаешь, если у меня когда-нибудь родится дочка, я обязательно назову её в твою честь! Мои обветренные губы сами собой расплываются в горькой улыбке. Снова прижимаешь меня к себе. Кажется, у меня уже ничего не болит. Совсем ничего. Будто и не болело вовсе. Комнату снова заполняет гам чужих голосов. Но меня это уже совсем не беспокоит. – Не, не, не! Я слишком слабая, чтобы быть на таком важном месте. – отвечаю я одному из не умокающих голосов. Замечаю твой испытующий взгляд. Ты смотришь мне в глаза, заглядываешь в самую душу. – Ты не слабая! Ты столько всего сделала! Ты сделала то, что никто в этой комнате ни разу не сделал! Ты просто умничка! Слышишь? Умничка! Прижимаешь меня к себе ещё разок, всё приговаривая: "Ты сделала это! Ты сделала, только ты!" Тянут за рукав. Знаю, кто и знаю зачем. – Слезай давай. Ей же тяжело, не видишь? А мне совсем не хочется. Я так хочу остаться. Оставайся с тобой навсегда. Порываюсь вперёд. Ты тут же тянешь меня назад, притягивая к себе. – Остань от девчонки. Пускай сидит! – Слезай. – настаивает голос. – Она мне не мешает. Кому говорю, пускай сидит. Уже я обхватываю тебя за плечи. Нет. Не слезу. Не уйду. Ни за что не уйду, хоть убейте. Я останусь. Останусь, даже если придётся разбить кому-нибудь голову. Даже если придётся запачкать руки по локоть в крови. Плевать. Я останусь с тобой. Ты - мой кислород, ты... Ты - солнце. Без тебя, без твоих тёплых рук я погибну, завяну, заржавею, как старый гаечный ключ. Господи, прошу, если ты всё-таки существуешь, прошу, прошу, позволь мне никогда не покидать этих нежных объятий, этих тёплых рук!