True/Истинные

Я лежала на каменном алтаре, который, к моему удивлению, был теплым, с развратно разведенными в стороны ногами, где находилась голова Руди, что пробовал меня на вкус там, внизу, как и обещал. Естественно из моего рта от таких ласк вырывались бы стоны, а иногда и крики, если бы Басти не заткнул бы его жадным поцелуем. Одной рукой я сильнее прижимала старшего Лестрейнджа к своей промежности, подаваясь ему навстречу бёдрами, а другой - ласкала одну из своих грудей, так как вторая была в ладони младшего брата. Таких острых ощущений я не испытывала никогда, да и в моей прошлой жизни секс с сразу с двумя мужчинами считался развратом. Даже я так думала, а теперь... Мысли из моей головы испарились, когда внизу живота стали сокращаться мышцы так, будто их сводило судорогой, а у меня появилось чувство будто я хочу в туалет. Неужели это оно? - Давай, милая, - сказал Рудольфус хриплым голосом, - кончи для меня... Последние слова стали для меня спусковым крючком, и я испытала такое блаженство, что аж вскрикнула от накативших чувств. Я ощущала пальцы пока ещё жениха в себе, наслаждаясь этим действом, как и поглаживаниями Рабастана. Но вдруг я оказалась лежащей на животе и перекинутой поперёк алтаря. Нетрудно догадаться, что сейчас будет происходить. Честно, я немного боялась, ведь все-таки это тело девственно, да и я никогда не была сразу с двумя. - Не переживай, милая, - прошептал Руди, покрывая мою спину лёгкими поцелуями, - тебе только стоит попросить нас остановиться... Самое, что интересное, я не хотела, чтобы все прекратилось, так как от картинок, что появлялись в моей голове, я начала снова возбуждаться. Набравшись смелости, я шире расставила ноги, открывая доступ старшему Лестрейнджу, а младшего притянула к себе, схватив того за ягодицы, так, что его член оказался перед моим лицом. - Герми, что ты дела... Вопрос Рабастана потонул в его протяжном стоне, так как я взяла его немалых размеров агрегат себе в рот и принялась сосать. Не скажу, что я была опытна в минете, но кое-что все-таки умела, да и магов жены не балуют такими ласками, считая это унижением и грязью. Что касается братьев, вернее Руди, то Беллатрикс, могу сказать с уверенностью, скорее была бревном в его постели, если такое изредка случалось. Мысли о бывшей жене моего будущего мужа всколыхнули во мне что-то такое, что я непременно решила доказать своим мужчинам, что я самая лучшая. С силой вцепившись в ягодицы младшего Лестрейнджа и практически полностью вобрав в свой рот его член, я начала интесивней двигать головой, отчего рука мужчины запуталась в моих волосах. Я так отдалась процессу, что не заметила неторопливые поползновения Рудольфуса, во власти которого была моя нижняя половина, а ощутила их в полной мере, когда он полностью вошёл в меня, отчего из моих глаз брызнули слезы, а рот раскрылся с немом крике... - Потерпи, любимая... - старший брат гладил мои ягодицы, боясь пошевелиться, а Басти - мои щеки, пытаясь отвлечь от неприятных ощущений. - Мерлин! Какая же ты узкая и мокрая... Это самое сексуальное, что я слышала, поэтому двинула бёдрами навстречу своему первому мужу, тем более боль уже практически прошла, и вернулась к своему прерванному занятию, снова делая второму Лестрейнджу приятное. Каждый толчок Руди вызывал во мне приглушенные стоны, а также желание того, чтобы его брат быстрее кончил мне в рот. Это случилось через несколько минут, а ещё чере пять - я почувствовала, как меня наполняет горячее семя и исчезает чувство наполненности. - Ещё! - возмущённо воскликнула я Мой возглас потонул в новом стоне удовлетворения, так как Басти вошёл в меня и начал быстро двигаться. Черт! Это прекрасно! Теперь же у моего лица пристроился Руди, член которого был измазан моими соками и кровью и который я тут же начала облизывать. Но мне не дали руководить процессом, так как старший Лестрейндж намотал мои кудри на руку и до конца погрузил своего нижнего друга мне в рот, отчего я аж закашлялась, однако его хватка на этом не ослабла. Подстроившись под темп Рабастана, первый муж стал быстро двигаться, вбиваясь в мой рот. Я быстро привыкла к этому, и самое интересное, не чувствовала отвращение или отторжения к тому, что делают со мной мои мужчины... Когда я почувствовала, что вот-вот кончу, то начала играться с яйцами Руди, а также сжимать губами его член, отчего муж зарычал, так как мне хотелось, чтобы мы все вместе достигли пика. Но довести своего мага до разрядки я не смогла, так как тот отстранился от меня и направился в сторону Басти. Я поняла, что сейчас будет происходить. Чтобы наша магия гармонично переплеталась между собой и будущий ребёнок имел двоих отцов, то кто-то из них двоих должен выступить проводником... Послышался болезненный моего второго мужа, движения которого замедлились, но потом... через меня стал проходить такой поток магии, что мне стало аж трудно дышать, но вместе с этим было и очень хорошо. Меня моментально прошиб оргазм, после которого я просто распласталась на камне рода, прикрыв устало глаза и негромко постанывая от действий ещё резвящихся позади меня братьев... Это случилось через пару минут, когда нас троих осветила вспышка магии, а братья наполняют меня своим семенем и магией, замедляя движения. Последнее, что я помню, - это неописуемое блаженство...

***

Братья Лестрейнджи... - Герми, что с тобой? Маги, как только брак был подтверждён, обнаружили, что их новоиспеченная жена безучастна к происходящему и лежит поперёк алтаря со стекающей из влагалища и рта спермой, свесив руки и голову. Рудольфус побледнел как полотно и проверил пульс девушки, который, слава Мерлину, прекрасно нащупывался. Жива!.. Что мы с Басти с ней сделали? Старший Лестрейндж винил себя в состоянии Грейнджер, видя её безвольное тело. Он подхватил её на руки и понес в хозяйскую спальню. - Иди за Снейпом, - сказал он младшему брату, - пускай продиагностирует Гермиону. Рабастан тут же вылетел из ритуального зала и помчался выполнять приказ, ведь сам чувствовал себя не в своей тарелке. Как и Руди, он костерил себя на все лады за то, что высказался о желании быть втроём во время закрепления брака. Наше сокровище просто не выдержало такого напора Магии... Хорошо, что Герми просто потеряла сознание, а ведь у неё могло и остановиться сердце, будь она слабее. Накинув халат и не заморачиваясь внешним видом, волшебник засунул голову в камин, назвав адрес кабинета декана Слизерина. - Что ты хотел, Лестрейндж? - Рабастан не обратила внимание на недовольство коллеги по цеху, которое сразу же исчезло, сменившись беспокойством, когда рассказал о произошедшем. - Минуту, соберу все необходимое. Как братья не называли бы зельевара, они знали, что тот никогда не откажет кому-то у помощи. И сейчас они готовы были забыть все обиды, лишь бы Снейп поставил их сокровище на ноги. Он, увидев бессознательную Грейнджер, лежащую на кровати и прикрытую простынью, тут же подскочил к девушке и начал бормотать заклинания, а также вливать зелья одно за другим. - И как она только согласилась на полноценную триаду? - спросил декан Слизерина. - Это же опасно для нее. Как вы её уговорили? - Она сама предложила... - Слабоумие и отвага... - недовольно сказал зелеьвар. - Большое истощение, поэтому очнется часов через двенадцать как минимум... Но Леди Лестрейндж лучше подпитывать вашей магией. - Спасибо, Снейп. Он кивнул братьям и тут же удалился, так как те уже устраивались на кровати рядом со своей Истинной. Они обняли её, каждый со своей стороны, и моментально уснули, ведь ни на одной ведьме сказался ритуал... Портретный зал Лестрейндж-менора... - Сильна девочка, даже очень... Основатель рода был доволен ведьмой, которая оказалась Истинной его потомков. Он ощущал её чистую магию, которая питала стены менора, и счастливо улыбался на своём портрете, замечая, как кривятся некоторые покойные представители рода, в особенности, отец братьев, которые смогут наконец-то выбраться из ямы, куда их затянул Корвус. - И чем же ты не доволен, потомок? - обратился родоначальник к последнему покойному Лестрейнджу. - Род процветает, обещает пополниться сильными наследниками... - Она грязнокровка!.. Отец братьев хотел сказать что-то ещё, но увы, у его портрета пропал рот. - Я предупреждал о том, что к Леди Грейнджер нужно относиться уважительно, причём всегда, независимо от того, присутствует она в этом зале или нет. Ангелус, почему твой сын не знает элементарных правил приличия и не может держать язык за зубами? Дед живых Лестрейнджей тяжело вздохнул и многообещающе посмотрел на сына, который лишь отвернулся, задрав кверху голову. - Признаюсь, избаловал, - ответил родитель Корвуса, - даже позволил жениться на выбранной им кандидатуре. Но видимо, это было чересчур, раз он так поступил с моими внуками... Покойные Лестрейнджи возмущённо загудели, недобро смотря на отца братьев, и начали высказывать свое мнение по поводу его решения в отношении судьбы своих детей и отношения к матери рода. Кто-то напомнил потомку про Беллатрикс, которая надменно смотрела на предков рода, будто они никто и звать их никак, а также про её угрозы спалить весь потретный зал, что поступили, когда один из волшебников пожурил женщину за её поведение. Гул, созданный покойниками, нарастал и не мог остаться незамеченным обитателями поместья, поэтому диалог портретов прервало появление Рудольфуса, одетого в один лишь халат, что заставило предков сразу же замолчать: - И что здесь происходит?..