Галимый плагиат

      «Шан Цинхуа в край охуел», — проносится в мыслях Шэнь Юаня, когда грёбаная Базука десятилетия падает на голову Ло Бинхэ и того накрывает розовым дымом с громким «ПУФ».       Или это были звуки его читательского возмущения напополам с разрушающимися остатками нервной системы. Серьёзно, Самолёт, серьёзно, блять?! Откуда здесь фандом «Реборна»?! И почему в этой сплагиаченой, бессовестно содранной, нагло спизженной дичи должен участвовать именно он?!       Трансмигратор звучно сглатывает и делает шаг назад. Из блядского розового дыма, на месте которого оказался невинный Белый Лотос, появляется вполне узнаваемый силуэт почерневшего после Бесконечной Бездны Ло Бинхэ.       Тот недоуменно оглядывается, видя знакомые окрестности родного пика, пока не замечая Учителя, и Шэнь Юань делает попытку в стратегическое отступление. Как по сюжетному роялю из кустов под ногой хрустит ветка с клиновыми листочками, непонятно как появившаяся на Цинцзин, где растет один чёртов бамбук, и протагонист словно в замедленной съёмке переводит на него, как кажется трансмигратору, жаждущий крови взгляд.       Время замирает.       Шэнь Юань прекрасно знает, что он действует на будущего Ло Бинхэ, как красная тряпка на быка, и старается не двигаться, обливаясь потом, пока панический голос в голове бьётся в истерике, приказывая бежать со скоростью сверхновой. И орать.       — Учитель, что…       Голос главного героя становится спусковым крючком и Шэнь Юань стартует не хуже олимпийских чемпионов, сверкая пятками и чуть ли не отрываясь от земли обеими ногами и улепётывая по воздуху.       — Учитель!       Ну, нет, он не намерен останавливаться и принимать свою участь раньше положенного срока! Да и вообще не намерен! Помирать так-то страшно! Гори в аду чёртов никудышный авторишка Самолёт с его никудышной писаниной!       Ло Бинхэ что-то кричит ему в спину, но трансмигратор разгоняется не хуже гоночных каров, что не слышит ничего, кроме тока крови и стука обезумевшего сердца в ушах, по громкости напоминающего взлёт ракеты в космос.       Наплевав на всевозможные дотошные предписания Му Цинфана, на отравляющий организм Неисцелимый, из-за которого он может упасть с высоты птичьего полета и двинуть кони на радость протагонисту, расшибившись всмятку, трансмигратор запрыгнул на меч и взметнулся вверх в крученом пике, взяв курс на Байчжань.       «Легкий бриз сдувает с черепа лицо», — так бы Шэнь Юань описал свой эпичный полёт меж облаков, если бы ему в руки дали пергамент и кисть. Так же как Ло Бинхэ нагонял, так и время действия Базуки десятилетия заканчивалось. Шэнь Юань отсчитывал про себя секунды, надеясь выжить.       К тому моменту, как почерневший протагонист садится ему на хвост, трансмигратор уже летит над плацом пика Байчжань, где Бог Войны, раздухарившись, превращает учеников в инвалидную команду «тренировками в стиле Вонголы», вбивая несчастных по колено в землю.       — Учитель, подождите!       Бинхэ вытягивает руку, чтобы схватить его.       Фляга издаёт коронный свист, и Шэнь Юань панически орёт дурниной на ультразвуке:       — ЛЮ ЦИНГЭ-Э-Э-Э-ШИДИ-И-И!!! СПАСИ-И-И!!!       Трансмигратор делает последний рывок и кубарем влетает в Бога Войны, сбивая оного с ног. Следом слишится «ПУФ» и сверху на них падает мелкий Белый Лотос. Их всех накрывает розовым дымом.       Блядским розовым дымом с блёстками.       Шэнь Юань загнано дышит, будто пробежал марафон в сорокаградусную жару без глотка воды, из раза в раз прокручивая в голове, насколько же он, по факту, был на волоске от смерти. Лю Цингэ, буквально сбитый с ног и придавленный двумя немаленькими тушами, хрипит что-то нечленораздельное. Ло Бинхэ наверху издаёт испуганный писк.       — Шэнь… Цинцю, какого… хрена.       Шэнь Юань устало скатывается в сторону, встаёт, думает, как будет всё объяснять, и уверенно кивает.       — Кажется, у меня искажение ци.       И падает в обморок.       У него нет ни моральных, ни физических сил объяснять что-либо, в особенности, хреновые писательские способности Самолёта и его галимый плагиат.       А Шан Цинхуа он убьёт позже.