Жемчужина в огненном сердце

— Что мне с тобой делать? — вздохнул Вэнь Жохань, беспомощьно смотря на своего сына. — Так просто взять и за бесценок выложить такую идею… ему. Сам бы поломал мозги, от него не убудет, а так, получается, что ты вместо него разобрался с проблемой, хотя это его обязанность, — говорил Вэнь Жохань, иногда пренебрежительно посматривая на Гуаншаня справа. Я перевёл взгляд на Цзинь Гуаншаня. Тот скривился от слов отца, но опять же ничего не сказал, а только скрыл свои эмоции под веером. Внимательно вглядываясь в него, я с удивлением понял, что Глава Цзинь даже сейчас не особо хочет решать проблему с сиротами. Даже вид, что хочет, не делает! Но зато Цзинь Гуаншань вдруг цепко посмотрел мне в глаза. — Признаюсь тебе, у меня были сомнения, что идею с сиротами предложил на самом деле Жохань или один из его людей и выставил все так, будто ее придумал ты… — Самодовольный павлин, — прошипел на это мой отец, а Цзинь Гуаншань громко закашлялся, пытаясь перекрыть слова Вэнь Жоханя, упорно делая вид, что ничего никто не слышал. — Я сожалею, А-Жэнь, что так думал. Теперь я лично убедился в твоём уме. — Тебе есть о чем сожалеть, — снова перебил Гуаншаня отец, випивая еще вина, пока Глава Цзинь опять подбирал слова. — Твоя идея… — Гуаншань все же замялся, — Очень хороша. Я не понимаю, как никто не додумался до неё ранее. Отец снова сверкнул темным глазами. Было видно, что ему есть что сказать и по этому поводу, но смотреть на словесное избиение самодоволтных павлинов мне уже поднадоело. — Это действительно значительно снизит на улицах количество бедных детей-сирот, — продолжил Гуаншань, а я скептически посмотрел на этого бессовестного человека. — Конечно. Цишань Вэнь за этим проследит, — впервые улыбнулся я, а у Главы Цзинь нервно дернулась бровь. — В каком… смысле? — спросил Глава Цзинь. — Ну как же? Отец лично взял дело в Сучжоу под контроль, во главе ордена Югэн Ли он поставит своего человека. Разве все не очевидно или я в чем-то ошибся? Тогда я тут же попрошу прощения! — пообещал я. А Вэнь Жохань удовлетворенно хмыкнул, когда как Цзинь Гуаншань снова был вынужден промолчать. — Ты как всегда прав, А-Жэнь. Раз Глава Цзинь не может обеспечить выполнение своих приказов на своей территории, мне, как Верховному заклинателю, не остается ничего, кроме как вмешаться напрямую, задействовуя ресурсы Цишань Вэнь, — весело отозвался Вэнь Жохань. — Ты же согласен со мной, Гуаншань? Я лишь усмехнулся. Еще бы Глава Цзинь отказал отцу, который так незаметно, но совершенно очевидно намекал Цзинь Гуаншаню на очень, очень большие проблемы в случае другого ответа. — Конечно, Жохань. Твое решение, как всегда справедливо, — кивнул Цзинь Гуаншань, хотя было очевидно, что ничего справедливого он в подобном решении отца не видит. — Вот и замечательно, — спокойно отозвался Вэнь Жохань.

***

Отцу хватило еще одного дня, чтобы уладить все дела. За это время мы прогулялись с Сюэ Яном по Сучжоу, за обедом я подробно обговорил с отцом все детали детского приюта, а вечером снова гулял. По сути я просто был рядом с Сюэ Яном, стараясь не выпускать его из своего поля зрения. И уже на следующее утро мы готовы были возвращаться в Безночный город, а Сюэ Ян все еще не дал ответа, остается он в Сучжоу или принимает мое предложение и отправляется с нами в Цишань Вэнь. Я, честно, переживал, что Сюэ Ян не так привязан ко мне, как это было в фанфике. Не делаю ли я ошибку? Волчонок передо мной в будущем вырастет безжалостным волком. Я верил, что есть шанс воспитать в нем милосердие и сострадание. Но без ответных шагов навстречу от Сюэ Яна подобное прививание гуманизма не даст своих плодов. А мне жутко не хотелось однажды услышать новости об уничтожении клана Чан, кровавой резне в храме Байсюэ, убийствах мирных жителей отдаленных деревень, а также ослеплении Сун Цзычэня. Не говоря уже об ужасной судьбе Сяо Синчэня, который на свою доброту всегда получал от Сюэ Яна только зло. — А-Ян. Что ты решил? — серьезно спросил я. Все вещи были собраны, приказы отданы. Осталось меньше получаса как мы поднимемся в небо, улетая в Безночный город. Сюэ Ян молчал, лишь изучая меня исподлобья своим темным взглядом. — Я пойду с тобой. Но не дай небожители, ты меня обманешь, — зло прошептал Сюэ Ян. Я лишь дернул уголкос губ. Я не обманывал Сюэ Яна. Да и в чем моя выгода? Только в том, что я приложу все силы, чтобы вырастить из этого волчонка не отъявленного психопата, а достойного человека. — Я рад, что ты принял такое решение. Ты не будешь разочарован. Но. Придется учиться и потратить много сил, чтобы стать сильным заклинателем, — наставительно сказал я, на что Сюэ Ян закатил глаза. — Не занудствуй. Не тупой. Понял, — огрызнулся Сюэ Ян. — И первым делом отвыкай разговаривать в подобном тоне, — сказал я. — Да я…! — Ученик Цишань Вэнь, — перебил я возмущение волчонка. — Ты согласился. Значит будешь жить по правилам Цишань Вэнь. — Вот прилетим в твой Цишань Вэнь тогда и буду! — показал мне язык Сюэ Ян, на что я закатил глаза. Нелегко придется учителям в Цишань Вэнь. Впрочем, нелегко будет и Сюэ Яну. Главное, чтобы эти две силы, столкнувшись друг с другом выстояли.

***

Спустя довольно продолжительный путь мы наконец прибыли в Безночный город. Слезая с меча отца, я обратил внимание на Сюэ Яна. Того слегка покачивало от первого полёта на мече, но глаза ребенка светились восторгом. А при виде Безночного города Сюэ Ян даже остановился, в оцепенении разглядывая его. — У тебя еще будет много времени для того, чтобы изучить Безночный город вдоль и поперёк. Но сейчас нам нужно идти, — сказал я, щипая Сюэ Яна за рукав. — Куда это? — подозрительно прищурился мальчик. — Я обещал тебе «крышу над головой». Вот и пойдем тебе сейчас определять место, знакомить с другими адептами и правилами в ордене, — сказал я. Отец все равно сейчас был занят. Конечно, позже я зайду еще к Сюю, а потом пойду помогать отцу разгребать бумаги в кабинете, которых наверняка набралась большая стопка из-за нашего продолжительного отсутсвия. То меня ранили, то пришлось делать крюк до Югэн Ли. Я вел Сюэ Яна за собой, подробно рассказывая обо всем. Слава небожителям, в Цишань Вэнь не было никаких стен с тысячами мягко говоря не совсем полезных правил. Но больше акцент я делал на том, как нужно вести себя с соучениками и учителями. Я считал, что для Сюэ Яна, это самая важная и одновременно самая проблемная часть. Дикий волчонок ладно ругался. Это было поправимо. Но с тем, что эта зубастая мелочь могла покалечить доверчивых ребят и безмозглых подростков, я не собирался мериться. — И опять же никого калечить за взгляд, слово, смех, звук и что еще нельзя. Не кусаться, пальцы не ломать, глаза не выкалывать, уши не рвать, зубы не выбивать, кости не ломать и все остальное, до чего может додуматься твоя немытая голова, — вещал я. — А срать-то у вас можно? — набычившись спросил Сюэ Ян, но я уже имел иммунитет к грубостям этого волчонка. — Грубо, — откликнулся я, давая волчонку веером по лбу, вырабатывая у того рефлекс против ругательств. — Для подобного есть специально отведенные места. На публику, на потеху или для пакости кому-то, убедительно прошу воздержаться от подобного. Будешь после такого валяться с отбитыми ягодицами. А вообще… — я обернулся к бандитски ухмыляющемуся ребенку, — запомни главное. Относись к другим, как хочешь, чтобы относились к тебе. Лишишь кого-то глаза? Тебя тоже его лишат. Вот сейчас Сюэ Ян меня внимательно слушал, всматриваясь в мои глаза. — Все, что ты сделаешь с другими, я прикажу сделать с тобой. Это не улица, Сюэ Ян. Здесь не живут одним днем. И тебе придется научиться не выживать, а жить среди других людей по их правилам, если хочешь долго пользоваться благами в виде бесплатной еды, одежды и спального места, — серьезно сказал я. — Мы поняли друг друга? — Око за око, гэгэ, — прищурился Сюэ Ян. — Мне это подходит. Я приподнял бровь, несколько удивившись как спокойно Сюэ Ян отреагировал на мой ультиматум. — Но тогда пообещай, что все, что попытаются сделать со мной, вернется хозяивам, — вцепился в мою руку Сюэ Ян, не отводя взгляда от моих глаз. — Справедливо. Я при тебе предупрежу о подобном всех. Ты можешь рассчитывать на меня. Если кто-то нарушит мой приказ, его ждет наказание, — мрачно сказал я, на что Сюэ Ян клыкасто улыбнулся. Можно было подумать, что Сюэ Ян один подобный чертенок на этом свете. Как бы не так. Я прекрасно знал, что дети и подростки в этом мире могут быть жестоки. Очень жестоки. Просто несоизмеримо. И не всегда до них с первого раза удавалось докричаться с позиции милосердия и доброты. То, что я воспринимал как должное, для некоторых было диким и странным. Но я был твердо намерен переучивать все общество. И для неокрепших умов, в которых бушевала вседозволенность, фраза «око за око» удивительным образом помогала видеть границы, которые не стоило переступать.