Доброе утро, господин Мин

      Вечера пятницы в клубах проходили примерно одинаково: кто-то зажигал на танцполе, кто-то напивался, а кто-то искал себе пару на ночь. Понятное дело, никто не запрещал это всё совмещать, но сегодня Юнги не интересовали ни танцы, ни алкоголь. Поэтому он сидел за барной стойкой, потягивая безалкогольное пиво, и скользил взглядом по залу.       Мин не был частым гостем в подобных заведениях, с его графиком работы и врождённым трудоголизмом вообще тяжело было выкроить свободное время, тем более на развлечения. Последние две недели были особенно загруженными, но сегодня они с партнёрами заключили крупный контракт, поэтому можно было отдохнуть, забыв о том, что он большой начальник. Вспомнить бы ещё, как это делается.       Кажется, Хосок и Намджун настолько устали от ворчания Юнги в последние дни, что, списав всё на сексуальную неудовлетворённость, практически прямым текстом посоветовали пойти потрахаться. Что ж, возможно, они были правы. Именно поэтому Юнги сегодня и припёрся в этот клуб, вместо того чтобы провести тихий вечер наедине с собой.       Не сказать, что он был фанатом одноразового перепихона, вовсе не из-за каких-то моральных принципов или чего-то подобного, боже упаси, просто потому что редко когда секс с незнакомцем ему нравился и запоминался. Нет, он мог быть неплохим, но химии не случалось, и желания встретиться ещё раз не возникало. Возможно, ради той самой химии нужно было сначала узнать человека, но на долгие знакомства и свидания времени не хватало. Так что Юнги продолжал периодически заходить в бары или клубы, чтобы не только снять напряжение, но и попытать удачу в надежде найти того, с кем они сойдутся как две детали одного пазла. Впрочем, сегодня его устроил бы и первый вариант.       Сканирование танцпола не дало результатов, и Мин уже развернулся к бармену, чтобы обновить пиво, когда заметил его. Красивый темноволосый парень на другом конце барной стойки встретил его взгляд, но не отвёл глаза и, кажется, ни капли не смутившись, продолжил разглядывать, а потом улыбнулся как хорошему знакомому и махнул рукой в знак приветствия. Если это не сигнал к действию, тогда что?       Юнги не спеша подошёл к незнакомцу и присел на стул рядом с ним. Вблизи тот был ещё красивее, и Мин без зазрения совести пожирал его взглядом, отмечая детали. Выделенные тенями глаза, пухлые губы, растянутые в соблазнительной улыбке, тотал блэк, как и у самого Юнги, аутфит, который нереально ему шёл. Черная атласная рубашка, надетая поверх майки, сползла с одного плеча, открывая потрясающий вид на ключицы и шею с тонкой цепочкой. На каждой руке по несколько массивных колец, которые делали его очаровательно маленькие пальчики ещё более хрупкими.       — Мне стоит сказать одну из этих фразочек для знакомств или я могу сразу узнать твоё имя? — спросил Мин, хотя шутки ради уже придумал в голове что-то банальное про ангела, ему бы подошло.       Парень прищурил глаза, пристально глядя в ответ, как будто оценивал серьёзность прозвучавших слов. Или просто прикидывал, стоит ли знакомиться?       — А если я его не назову? — наконец выдал он и усмехнулся.       — Хм, ну, в таком случае я… буду называть тебя так, как мне захочется. А ещё тебе придётся выслушать мой личный топ самых всратых подкатов.       — Звучит угрожающе, — засмеялся парень. — Я Чимин.       — Просто Чимин?       — Да, — пожал он плечами. — К чему усложнять?       — Ну, тогда я просто Юнги.       — Как насчёт минета, просто Юнги? — спросил Чимин как ни в чём не бывало.       Вот так сразу? Неожиданно. Хотя, признаться честно, было большое желание согласиться.       Но прежде чем Мин успел как-то отреагировать, на стойку перед ними поставили два шота с большими шапками взбитых сливок, и всё встало на свои места. Так вот какой минет имелся в виду. Юнги рассмеялся, отрицательно покачав головой, и дал знак бармену обновить пиво.       Чимин же убрал руки за спину и медленно наклонился к шоту, в последний момент разрывая зрительный контакт. Так же медленно без помощи рук он обхватил своими пухлыми губами стопку и запрокинул голову назад, позволяя содержимому оказаться у него во рту. Только спустя пару секунд он осторожно вынул её изо рта и проглотил коктейль, а затем прошёлся кончиком языка по губам, слизывая остатки ликёра.       Юнги мог только как заворожённый наблюдать за тем, как плотно губы Чимина сжимают стекло, и мысленно представлять их совсем в другом месте. Тем временем уже вторая стопка была пуста, но на этот раз осталось немного сливок на нижней губе.       — Эм, ты запачкался… вот здесь, — Мин отзеркалил место, указывая на свою губу.       — О, спасибо, — поблагодарил Чимин и стер излишек подушечкой большого пальца.       А после этого обхватил его губами, облизывая и слегка посасывая, и выпустил с пошлым чмокающим звуком. Юнги часто наблюдал за тем, как девушки пьют эти шоты — которые на его вкус были слишком сладкими, сам он отдавал предпочтение чему-то цитрусовому — но еще ни разу это не выглядело так сексуально. Во рту стало слишком сухо, и он готов был расцеловать бармена, поставившего перед ним бокал с пивом, который Мин за несколько глотков опустошил наполовину.       — Эй-эй, полегче, — послышался лёгкий смех. — Так и напиться недолго.       — Не волнуйся, оно безалкогольное, — ухмыльнулся Юнги, — так что я держу себя в руках.       — А жаль, — пробормотал Чимин, видимо, надеясь, что его не услышат, а потом добавил уже громче: — Ну, раз так, ты не будешь против потанцевать.       Не дождавшись ответа — да, собственно, и вопроса не звучало — Мина потащили в толпу под аккомпанемент какого-то популярного трека, но он ничуть не возражал, а наоборот хотел посмотреть на танцующего Чимина. Как он и предполагал, зрелище впечатляло и не оставляло равнодушным никого вокруг. Буквально. Юнги замечал взгляды, которые бросают в их сторону, и даже не мог их осуждать, ведь сам был загипнотизирован.       Он готов был поставить на то, что Чимин как минимум в прошлом занимался танцами. Такие плавные и грациозные движения создавали впечатление, будто ему не приходилось прилагать никаких усилий. Казалось, что он просто отдался своим чувствам и музыке, позволяя телу двигаться на автопилоте.       Мин подошёл к нему со спины и ощутил обволакивающий аромат какого-то знакомого парфюма, оставил горячее дыхание на шее, а затем осторожно, почти невесомо прикоснулся к рукам. Касания не были напористыми или пошлыми, он оставлял ему контроль и возможность самому выстраивать границы дозволенного, готовый в любой момент отступить. Только вот его не собирались отталкивать.       Чимин повернул голову и посмотрел таким пронзительным взглядом, что по телу пробежала волна мурашек. Юнги опустил глаза на мучительно соблазнительные губы всего в паре сантиметров от него, оставалось только слегка податься вперед, чтобы его встретили на полпути. Секунда — и он ощутил, как ответили на его поцелуй, нежный и сдержанный вначале, но стоило Чимину развернуться и им оказаться лицом к лицу, как всё поменялось.       Мин почувствовал горячий язык на своих губах и разомкнул их, позволяя углубить поцелуй, притянуть себя за талию и запустить руку в длинные тёмные волосы. Ощущался сливочно-миндальный вкус недавнего коктейля. Что он там говорил? Слишком сладко для него? Забудьте, теперь это стало его любимым сочетанием.       Где-то на задворках сознания Юнги пытался немного анализировать ситуацию, которая казалась не совсем обычной. Он позволял Чимину вести в этом поцелуе, хотя как правило сам был тем, кто берёт инициативу. Но какая, к чёрту, разница, пока оба наслаждались происходящим.       Сложно сказать, сколько это продолжалось, но в какой-то момент они оторвались друг от друга, загнанно дыша. Очень кстати музыка сменилась на более медленную, и теперь можно было не спеша покачиваться в танце и говорить тише, наклонившись друг к другу.       — Здесь шумновато. Не хочешь поехать ко мне? — спросил Юнги и прикусил мочку уха, ощутив вновь сбившееся дыхание Чимина в районе своей шеи. — Ты ведь тоже этого хочешь?       Маленькие пальчики на его плечах сильнее сжали ткань кожанки, как бы отвечая на вопрос, но этого было недостаточно. Правда в том, что Мин хотел Чимина и только его. Для себя он уже решил: либо уедет отсюда вместе с ним, либо один. Однако не в его правилах напирать, Юнги считал, что «нет» — это законченное предложение, поэтому готов был принять отказ.       Чимин же запустил пальцы в его волосы, слегка сжимая длинные пряди, прошёлся языком по чувствительному месту за ухом, пуская по телу мурашки, а потом прикусил за хрящик. И судя по довольному хмыканью, он прекрасно понял, что нашёл слабое место Юнги.       — Поехали, — ответил Чимин. — А за руль пустишь?       — Ещё чего, любитель минетов, — усмехнулся Мин. — После двух шотов не пущу.       — Ну, попытаться стоило.       Чимин пожал плечами и потянул Юнги в сторону выхода, по пути проходя через бар и расплачиваясь. На парковке Мин разблокировал свою чёрную Lamborghini Huracán, отгоняя толпу любопытных зевак. Такое внимание льстило, чего греха таить, иначе он бы не приехал в клуб на этой машине. А видеть восхищение в глазах Чимина было по-особенному приятно.       — Ого, — присвистнул тот.       — Что, — Юнги приподнял одну бровь, открывая дверь со стороны пассажира, — не похож на владельца дорогой тачки?       — Дело не в стоимости, — Чимин сел в машину, дождался, пока Мин занял своё место, а потом продолжил. — Просто от тебя я ожидал чего-то… скучного и надёжного. Но спорткар? Это интересно, — он пристегнулся и перевёл взгляд на наблюдавшего за ним Юнги. — Оу, прости, иногда я говорю не подумав.       — Тут не за что извиняться, — успокоил тот, улыбнувшись, и завёл мотор. — Но знаешь, ты первый, кто мне такое говорит, — Чимин начал крутить кольца на пальцах, не смотря в его сторону. — В чём-то ты прав, потому что на работу я езжу на скучном и надёжном, как ты выразился, Мерседесе. Появись я на этой машине, мои сотрудники отреагировали бы точно так же.       Скучать по дороге до квартиры не приходилось. На каждом светофоре Чимин присасывался к его рту и творил с ним что-то невообразимое, одновременно создавая гнездо на голове. К концу поездки сексуальное напряжение достигло такого пика, что, заехав в подземный паркинг, они ещё долго не могли отлипнуть друг от друга, как и в лифте по пути на последний этаж.       С трудом оторвавшись от губ Чимина, Юнги каким-то чудом ввёл код, впуская их внутрь квартиры, и тут же был прижат к стене. Он нереально заводился от подобного напора, но трахаться прямо у входной двери не входило в его планы, а путь до спальни в конце коридора казался непреодолимым. Поэтому Мин указал на диван в гостиной, на котором очутился уже через несколько секунд вместе с Чимином, оседлавшим его бёдра.       От влажных поцелуев в шею Юнги вело настолько, что он неожиданно для себя начал тихо постанывать. Уши и шея всегда были его слабым местом, но ещё никогда они не получали так много внимания, как сейчас. Его слишком хорошо чувствовали и, казалось, на каждый его отклик реагировали с удвоенной силой, успевая при этом постепенно стягивать одежду с них обоих.       Когда они остались по пояс голыми, Чимин остановился и отодвинулся, заглядывая в глаза.       — Пока мы не начали, я хочу кое-что обсудить.       — Слушай, — Юнги понял, что они не обговорили довольно важный момент. — Я в целом не против экспериментов, но сегодня я не готовился быть снизу, так что…       — Насчёт этого можешь не переживать, я как раз предпочитаю принимающую позицию, поэтому я готовился, — перебил он, улыбнувшись, и подмигнул, а потом стал более серьезным. — Но…       — Но?       — Я люблю контролировать процесс, потому что… — Чимин опустил взгляд и начал пальцами выводить узоры на груди Юнги. — Мне тяжело довериться незнакомому человеку, и как пассив я чувствую себя в уязвимой позиции. Ну, и обычно я лучше знаю, как доставить себе удовольствие. Не всех такое устраивает, чьё-то хрупкое эго не выдерживает, когда их начинают поучать. Я, вроде как, ставлю под сомнение их мастерство, — он закатил глаза, отчего у Юнги вырвался смешок. — Так что, если тебе это не нравится, то мы…       Мин взял его лицо в свои ладони и мягко поцеловал, обрывая поток слов.       — Чимин, мне нравишься ты. И я хочу, чтобы нам обоим было хорошо и комфортно, окей? Я хочу, чтобы ты был искренен в своих желаниях и делал так, как тебе хочется, договорились? — кивок. — Я остановлю тебя, если что-то будет не по мне. А теперь, пожалуйста, — ещё один поцелуй. — Сделай что-нибудь со стояками у нас в штанах.       Чимин засмеялся и слез с колен. Он втянул его в очередной долгий и головокружительный поцелуй — с такими губами других быть просто не может — и освободил их обоих от остатков одежды, перед этим достав из своего кармана презервативы и маленький бутылёк смазки. В глазах мелькнуло что-то дьявольское, и Юнги понял, что теперь они точно не смогут остановиться. Да и захотят ли?       — Я хочу сесть тебе на лицо, — признался Чимин, закусывая губу. — Ещё в клубе хотел трахнуть твой рот, но ставить на колени в туалете показалось слишком жёстким.       — Довольно… откровенно, — и пиздецки возбуждающе, нужно добавить.       — Ты сам просил меня быть искренним, — Чимин пожал плечами. — Так что это твоя вина.       Он опрокинул Мина на диван и, по пути оставляя дразнящие поцелуи на животе, груди и шее, подполз к его лицу. Юнги никогда раньше не чувствовал в себе тягу к подчинению или передаче контроля, но сейчас, лежа с членом во рту, ограниченный в действиях он откровенно наслаждался происходящим. Каждый стон на высокой ноте, доносившийся сверху, заставлял его мычать от удовольствия. Чимин придерживал голову Юнги и сам плавно входил в его рот почти до самой глотки, но не перекрывая доступ кислорода.       — Нет, я больше не могу, — он отстранился, чмокнул Мина в губы и потянулся за смазкой. — Я хочу, чтобы ты смотрел, как я это делаю, но не трогал себя.       — А тебя я могу касаться?       — Только если я сам попрошу.       Чимин откинулся на подушки напротив Юнги и широко развёл ноги, полностью перед ним раскрываясь. Хорошая растяжка — как иронично — ещё раз подтверждала мысль о занятии танцами и заставляла фантазию подкидывать интересные позы, где это можно было использовать, но об этом потом. Сейчас всё его внимание было сосредоточено на Чимине, который медленно вводил в себя два блестящих от смазки пальца.       Он тщательно разрабатывал себя, раздвигая тугие стенки ануса, добавляя ещё лубриканта. Прикрыв глаза, Чимин слегка хмурил брови сперва от дискомфорта, а потом от нарастающего удовольствия. Комната наполнилась хлюпающими звуками и короткими всхлипами, когда он начал сгибать пальцы, стимулируя простату.       Казалось бы, что сложного в том, чтобы просто быть наблюдателем и наслаждаться порно в реальном времени? На деле для Юнги это оказалось почти невыполнимым. И хрен с ним, что нельзя было прикасаться к себе, нестерпимо хотелось коснуться Чимина. А лучше сжать пальцами его упругие бёдра, развести их ещё больше и пройтись широкими мазками языка по мошонке, а потом и между ягодиц, толкаясь во влажный вход. Затем медленно самому растягивать его до тех пор, пока они оба не сорвутся.       Но сегодня Юнги в другой роли, и всё, что ему было разрешено, это смотреть. Он жадно ловил каждую эмоцию на лице Чимина, пока тот откровенно трахал себя сначала двумя, а потом тремя пальцами. Каждый стон, срывающийся с его красных истерзанных зубами губ, был музыкой для ушей и заставлял его член истекать смазкой.       В какой-то момент Чимин решил играть грязно и начал водить пальцами ноги по его бедру, дразня и наблюдая за ответной реакцией.       — Чимин, — прохрипел Юнги не своим голосом. — Я держусь из последних сил.       — Если честно, я тоже, — выдохнул Чимин, вынул из себя пальцы и потянулся за презервативами, сразу открывая один из них. — Правила всё те же: ты меня не трогаешь, пока я сам тебя об этом не попрошу. Надеюсь, ты справишься, иначе придётся тебя связать.       Он вызывающе улыбнулся и зажал кончик презерватива во рту, затем забрался верхом на Мина и опустился к его эрегированному члену. Прижавшись к головке губами, он медленно опустился вниз, раскатывая латекс по стволу, насколько это было возможно, дальше помогая себе руками. Для Юнги и смотреть на это было чересчур возбуждающе, а уж от ощущений горячего рта хотелось заскулить, и он не стал сдерживаться.       Потом Чимин вылил ещё смазки, распределил её, несколько раз проведя пальцами от головки вниз и обратно, пристроил член у входа и одним движением плавно опустился на него, замерев на какое-то время, тяжело дыша. Его грудь часто вздымалась, глаза были закрыты, а язык то и дело облизывал искусанные губы.       — Поцелуй меня, — тихо попросил Чимин.       Юнги не медля сел и притянул его за затылок, впиваясь в чувственные губы. Он тут же углубил поцелуй, не стесняясь доминировать, пока ему это позволяли. Страсть постепенно перетекла во что-то более размеренное и тягучее, а после Мина аккуратно толкнули в грудь, возвращая в прежнее положение, напоследок оставляя лёгкий поцелуй на носу.       Чимин расставил ноги, откинулся назад, опираясь на бёдра Юнги и фиксируя их, и начал двигаться, постепенно наращивая темп. Видел ли когда-нибудь Мин картину более развратную, чем эта? По ощущениям — нет. Сейчас он не мог вспомнить, особенно когда наблюдал, как член Чимина раскачивался от прыжков, ударяясь о живот, пока его собственный сжимали до помутнения в глазах.       Юнги стискивал руками обивку дивана, чтобы не сорваться и не нарушить правила их игры. С тем как Чимин скакал на нём верхом, не сдерживая себя и полностью отдаваясь удовольствию, это было очень сложно сделать.       — Юнги-и, — простонал тот. — Сожми мои бёдра, — от властного голоса бросило в дрожь, и Мин тут же впился пальцами в гладкую кожу, подчиняясь. — Сильнее, Юнги.       Казалось, можно было кончить только от звука собственного имени, слетевшего с чужих губ. Всё сейчас было слишком. Слишком быстро, слишком ярко, слишком горячо. Хотелось притянуть к себе Чимина, быть с ним максимально близко, одним целым, двигаться бесконечно долго и медленно. Но одновременно с этим не было сил остановиться.       Будто прочитав мысли Юнги, Чимин сбавил темп и наклонился вперед, нависая над ним.       — Двигайся вместе со мной, — прошептал он.       Одной этой фразы было достаточно, чтобы Мин начал неистово вбиваться в него, сминая ладонями ягодицы, буквально натягивая на себя до упора. Потом он просунул руку между их потными разгорячёнными телами, обхватывая член Чимина и заставляя того скулить у себя на груди. Крышу сносило от остроты ощущений и от того, как они чувствовали друг друга.       Чимин тем временем вперемешку с вырывающимися стонами покрывал его грудь беспорядочными поцелуями, прикусывал соски, сжимал плечи, впиваясь короткими ногтями и продолжая насаживаться на его член, подаваясь навстречу. Возможно, после останутся царапины и засосы, но сейчас было абсолютно плевать.       Первым оргазма достиг Чимин, выкрикивая его имя уже сорванным голосом, сжимая волосы до лёгкой боли, и обмяк на его груди. Юнги не хватило надолго, и он кончил практически следом, изливаясь в презерватив и прижимая Чимина к себе. Так они лежали в обнимку в тишине, нарушаемой только их загнанным дыханием, не двигаясь, пока Мин не заговорил.       — Это было… вау.       — Ага… согласен, — пробормотал Чимин куда-то в грудь.       — Я не против повторить. Даже хочется запереть тебя здесь на все выходные, — сказал Юнги, перебирая взмокшие чиминовы волосы.       — Прости, но у меня уже назначено свидание, — на этих словах неприятно кольнуло в груди, — с моей работой. Так что в эти выходные я трахаюсь исключительно с документами.       — И кем же ты работаешь с таким графиком?       — Личным помощником, — Чимин ответил после небольшой паузы и даже, казалось, немного напрягся в руках Юнги.       — Это достойная работа, как и любая другая, и не такая лёгкая, как может показаться, — возможно, это была скованность от банального стеснения своей должности, и Юнги чувствовал потребность приободрить его. — Особенно если начальник нагружает тебя работой даже в выходные.       Чимин поднял голову и заглянул Мину в глаза. Он смотрел так, будто пытался в них что-то найти, но потом расслабился и благодарно улыбнулся.       — Спасибо. Мой начальник, он…       — Мудак? — не удержался Юнги, на что Чимин весело рассмеялся.       — Хах, типа того. Жаль, что я не могу сказать ему это в лицо, — ухмыльнулся тот. — Но если серьёзно, я не считаю его мудаком. Может, считал поначалу, но потом понял, что он просто трудоголик, который женат на своей работе и такого же отношения ждёт от остальных. Я работаю не так давно и пока не всё успеваю в срок, вот и приходится делать часть работы сверхурочно.       — Ну, в чём-то я могу его понять, сам такой же, но если бы у меня был такой усердный работник, я был бы с ним помягче, — лёгкий поцелуй в губы. — Может, мне удастся переманить тебя к себе?       — Кто знает, господин Юнги, — усмехнулся Чимин, возвращаясь к своему амплуа дерзкого соблазнителя.       — Нам нужно в душ.       — Я не против. Неси меня.       — Я смотрю, у кого-то хорошо получается командовать, — наигранно возмутился Мин, но всё же встал вместе с Чимином, повисшим на нём коалой.       — Просто кто-то хорошо поддаётся дрессировке, — хихикнул тот, а потом ойкнул, получив шлепок по заднице.       Естественно душ с неспешными поцелуями плавно перетёк в горячий петтинг, а после во второй раунд уже в спальне. Под конец сил хватило только на то, чтобы вытереться салфетками и уснуть в обнимку, укрывшись одеялом.       Наутро Юнги чувствовал себя как никогда отдохнувшим. Возможно, причина была в том, что утро наступило после полудня, или же в плотно закрытых шторах, что и позволило спать так долго. Обычно он не зашторивал окно, получается, об этом позаботился Чимин?       Кстати о нём. Место на кровати пустовало, в квартире было тихо, и Юнги нахмурился. Он был не из тех, кто сразу выпроваживал своих любовников, и надеялся, что они хотя бы позавтракают вместе. Пройдясь по дому, Мин окончательно убедился в том, что Чимин ушёл. На кухонном столе его ждала маленькая записка с выведенным аккуратным почерком:       Спасибо за вечер. Мне было хорошо       Кто знает, может, мы когда-нибудь       встретимся и повторим       — Вот так, значит. Даже номер не оставил, — Юнги смял записку и швырнул в мусорное ведро.       Да, это был ни к чему не обязывающий секс на одну ночь, они друг другу ничего не обещали, но ведь можно было оставить какой-то контакт, чёрт возьми. Им ведь было хорошо, Мин сам об этом говорил вчера, об этом даже в записке прямым текстом сказано, так почему бы не повторить?       Настроение было испорчено на весь день, и Юнги даже не мог понять почему. Может, из-за той пресловутой химии, которую он так искал с другими партнёрами? Это был не просто секс, это было идеальное совпадение. Чимин заводил, интриговал, удивлял и заставлял желать большего. Было обидно вот так упускать возможность встретиться с ним ещё раз.       Как бы то ни было, убиваться по этому поводу Юнги не собирался.       Он активно убеждал в этом Намджуна, которому сам позвонил и рассказал о своих вчерашних приключениях. Не то чтобы Намджун его об этом спрашивал, но как хороший друг, конечно же, выслушал и посочувствовал. А зачем Мину сдалось это сочувствие? Он ведь в полном порядке и уже думать забыл о Чимине, или как там его звали.       Юнги был свободным человеком, не обременённым отношениями и обязательствами, именно поэтому вечером он поехал в тот же клуб, чтобы развлечься. Да, именно за этим, вовсе не потому, что искал кого-то в толпе или хотел поговорить с барменом, который работал вчера. И домой он уехал один просто потому, что стало скучно.       В таких непонятных чувствах и самоубеждениях прошли все выходные. На утро понедельника Юнги всё-таки признался себе в том, что, возможно, Чимин зацепил его чуть больше, чем ему казалось и хотелось. От этого он немного успокоился и решил заняться тем, что умел лучше всего — работой.       В офис Мин приехал рано, как и всегда. Ему нравилось отсутствие пробок на дорогах и возможность избежать лишних встреч с сотрудниками, в том числе со своим секретарём. С последним как-то особенно не хотелось встречаться.       Намджун был тем, кто убедил Юнги в необходимости взять личного помощника. Он же провёл все собеседования и отобрал подходящего на его взгляд кандидата. Мин не хотел с этим связываться и согласие своё дал скорее для того, чтобы Намджун от него отстал. Его самого всё совершенно устраивало, и он отлично справлялся без чьей-либо помощи.       Возможно, из-за желания доказать это или из-за собственной вредности, он без зазрения совести грузил своего помощника дополнительной работой, надеясь, что тот не выдержит и сам уволится. К удивлению Юнги, подчинённый держался уже третью неделю и никуда не собирался уходить.       После начала рабочего дня Мин позвонил в приёмную и попросил секретаря приготовить ему кофе. Сам он зарылся в бумаги, ещё раз проверяя подписанный контракт перед передачей в юридический отдел. Дверь тихо открылась, но Юнги, слишком увлеченный чтением, даже не поднял взгляда.       — Доброе утро, господин Мин, — раздалось над головой, когда на стол поставили чашку кофе и стакан воды.       — Доброе…       Доброе утро, господин Мин.       Он слышал эту фразу каждый день на протяжении двух недель наряду с бесцветным «да, господин Мин». Секретарь был немногословным. Хотя, если подумать, это Юнги не давал ему возможности высказаться, сам почти не разговаривал и не пересекался с ним, стараясь свести их общение к минимуму. Он либо раздавал указания, не дожидаясь ответа, либо писал в корпоративный чат. Пожелание доброго утра было, пожалуй, единственной фразой, которую Мин мог гарантированно слышать ежедневно. Но сегодня она звучит и воспринимается по-другому. Этот голос. Нет, не может быть.       Юнги поднял голову, но помощник уже развернулся к нему спиной и почти вышел из кабинета, взявшись за дверную ручку.       — Секретарь Пак, — тот вздрогнул и замер.       — Да, господин Мин, — было произнесено тихо, но сомнений не оставалось.       — Повернитесь ко мне, пожалуйста.       После тяжёлого вздоха мужчина перед ним отпустил ручку и медленно развернулся.       Чимин.       Это был он. Правда внешний вид совершенно отличался от того, каким Юнги его видел в первую их встречу. Ага, первую, именно так. Сейчас в застёгнутой на все пуговицы белой рубашке, в галстуке, с другим цветом волос, без макияжа, украшений и… в очках?.. он выглядел более серьезным, без намёка на игривость. Стоп, что? Помнится, его волосы не были…       — Рыжие? — браво, Юнги, это ведь первое, о чём стоило спросить.       Но эффект на Чимина это произвело, видимо, своей абсурдностью, потому что он засмеялся, напоминая того самого привычного Чимина, запавшего в душу.       — Да, господин Мин. Подумал, с новым цветом волос есть вероятность, что вы меня не признаете.       — Поменьше сарказма. Почему ты сразу не…       — Ну уж нет, — перебил Чимин, обвиняюще тыча в него пальцем. — Не тебе сейчас строить из себя обиженку, я жертва в этой ситуации. Это я две недели по уши завален работой, которая не входит в мои обязанности. Да-да, не смотри на меня так, господин Ким составил мне подробную должностную инструкцию, но я молчал и делал всё, что мне поручали. И что я получил взамен? Постоянно недовольного начальника, который едва смотрит в мою сторону и при случайной встрече даже не узнает, — на последних словах его голос стал неестественно высоким, с истерическими нотками.       — Ты закончил? — осторожно поинтересовался Мин, когда Чимин замолчал.       — Нет! — он сел на стул напротив Юнги и подвинул к себе принесённую чашку кофе. — Серьёзно, Мин Юнги, я, когда тебя увидел в клубе, сначала даже испугался, но потом взял себя в руки и подумал: начальники тоже люди, что такого, мы же не на работе. Когда ты подошёл познакомиться, я решил, что это какой-то прикол, но подыграл. А потом я понял, что это не шутка и ты реально меня не узнаёшь, хотя сомневался я до последнего, если честно. Но там как-то… стало не до этого. Да, вот такой я безвольный, не смог отказаться от секса с начальником, на которого у меня краш! Ой… — Чимин отвёл взгляд, слегка покраснев, поднёс чашку к губам и сделал несколько больших глотков, а потом скривился. — Фу, как ты пьёшь эту несладкую бурду? — он схватил стакан с водой, выпивая и его.       За время этой речи, больше похожей на обвинительный приговор, Юнги испытал целый спектр эмоций от чувства стыда до полного охеревания. Ну что тут можно было сказать? Виновен. Он откинулся на спинку кресла, закрыв лицо руками, и просто засмеялся. А на душе при этом стало так хорошо и спокойно.       — Начальник мудак, говоришь? — отсмеявшись, спросил он у Чимина.       — Ну, технически, я такого не говорил, ты сам сказал, — пожал тот плечами.       — Иди сюда, — Юнги потянул его за руку, желая посадить себе на колени, но Чимин неожиданно вырвался и встал.       — Ну уж нет, господин Мин, соблюдайте субординацию. И вообще, у меня ещё куча работы, — он как маленький ураганчик сгрёб грязную посуду, какие-то бумаги со стола и стремительно полетел к выходу, бросив напоследок угрожающее: — Вечером поговорим.       А Юнги снова засмеялся, думая о том, как всё нелепо и в то же время удивительно получилось. Потом они обязательно всё обсудят и вместе посмеются, а пока было достаточно и этого. Ему ещё предстояло заслужить прощение за две недели откровенного игнора и за своё поведение в целом, и он обязательно что-нибудь придумает.       Теперь ему придётся следить за тем, чтобы Чимин заканчивал работу вовремя и уходил в положенное время. Чтобы точно быть уверенным, лучше, конечно, лично отвозить его домой. Возможно, даже к себе домой.       С сегодняшнего дня Юнги будет улыбаться каждое утро, слыша то самое «Доброе утро, господин Мин».