Перчатки

У Твика имеется одно очень интересное наследственное заболевание - атопический дерматит, чаще называемый экземой. Узнал он о его существовании в раннем детстве, когда помогал маме убираться по дому и засунул руки в ведро со средством для мытья полов. Через пару минут он уже бегал по всему дому с истеричными криками, что его руки разъедает кислота, и скоро он и вовсе останется безруким. После он сидел на высоком стуле и хныкал, пока его мама мазала небольшие воспаление на ручках маленького Твика и говорила, что все с ним в порядке, и у его отца тоже имеется такое заболевание.  С того времени у Твика всегда с собой была цинковая мазь и таблетки от аллергии, ведь после семи лет его паранойя по поводу разъедания рук кислотой никуда не ушла, а только прогрессировала. Особой проблемой было то, что из-за постоянного стресса и переживаний Твик часто раздирал зудящие ранки на сухих руках, из-за чего он всегда с паникой отпрашивался в туалет на уроках с кровавыми руками. Это очень сильно мешало ему жить - часто мешало писать, ведь основным местом раздражений были руки и кисти парня. Мешало ему убираться и мыть посуду, ведь Твику еще не удалось найти такое средство для мытья посуды, которое бы не заставляло его руки гореть от аллергической реакции, а надевать перчатки было все так же неудобно из-за очень сухой кожи рук.  Никакие кремы не помогали ему, и из-за зуда у Твика часто была бессонница. В такие моменты он звонил своему другу, ну, или не совсем - Крейгу Такеру. Даже в супер сонном состоянии он поднимал трубку и выслушивал нервные крики блондина, успокаивал его и уговаривал намазать руки мазью, а потом только после того, как слышал что парень сопит ему в трубку, засыпал и сам. Так продолжалось до того момента, как парни не съехались, поступив в один колледж. Им еще не было восемнадцати, но родители Твика зная, какой Крейг «хорошенький молодой человек» были уверены, что их сын в хороших руках и спокойно отпустили его во взрослую жизнь. Родителям Такера особо не было о чем переживать, ведь знали, что их сын самостоятельный и пары сотен баксов в месяц ему хватит, хоть Крейг и долго противился идее получать деньги от родителей за пределами дома. Единственное, на что он действительно любил их тратить - так это на Твика, а в частности на всевозможные таблетки, мази и вещи, которые бы успокаивали его. В их съемной квартире в каждой комнате и на каждом углу встречались всевозможные плюшевые игрушки, мягкие подушки и конечно, куча детских антистрессов. Крейга это ничуть не смущало, и даже он сам часто теребил в руках очередного мягкого и цветного котика за завтраком, или обнимал большого медведя за вечерним просмотром фильма вместе с Твиком. Так же экзема появлялась тогда, когда Твик находился в холоде. С учетом того, что их город проживания был не самым южным, холодно там было почти всегда. И именно всегда Крейг заставлял Твика надевать перчатки, коих у них был нескончаемый запас. Больше всего у них было шерстяных перчаток, ведь шерсть лучше держит тепло, а именно это ему и нужно было. Правда Твик не всегда вспоминал брать их с собой, и часто «получал по шапке» от заботливого бойфренда. - Твик, ты опять без перчаток, у тебя руки дрожат. За спиной блондина послышался привычно монотонный голос, слегка гундосый от перепадов температур, ведь они только вышли из дома и уже шагали по туманным улицам в колледж. - А? Д-да? Блин, точно… - Не делай вид, будто случайно их забыл. Я тебя знаю. Крейг почти сразу его перебил, подходя ближе к Твику, который нервно рассматривал свои краснеющие и слегка трясущиеся руки. Он сгибал пальцы, чувствуя как кончики слегка немеют от холода, а ранки на фалангах и костяшках растягиваются, давая некомфортное ощущение боли. - Я взял твои розовые с собой. Надевай. Брюнет вручил в руки Твика розоватые шерстяные перчатки, а тот сжал их в нервных руках, пару секунд будто не понимая, что с ними делать. После он все таки зашевелил руками, выпрямляя перчатку для того, что бы надеть ее, но тихо зашипел, почувствовав очередную боль с раздраженных ран и уже не смог продолжить из-за очередных спазмов шеи. Подобные нервные тики были частыми и постоянными, в частности из-за СДВГ, который ему диагностировали еще в начальных классах. Крейг сразу заметил это и со спокойным лицом взял руки Твика в свои, помогая ему надеть перчатки, осторожно и заботливо, проверяя, что бы все пальцы были на своих местах и что бы ему было удобно. Твик после этого сжал губы и вновь посмотрел вниз на свои руки, медленно сжимая пальцы и чувствуя приятную ткань на коже, постепенно отогревая руки. - С-спасибо. С теплотой сказал блондин, продолжая свой путь к колледжу, осторожно беря Крейга за руку. Он знал, что парень всегда берет с собой его перчатки, и наверное по этой причине сам не утруждался вспоминать про них и брать их с собой. По этой же причине Крейг и брал их, зная, как Твику всегда приятно получать подобную заботу с его стороны. И опять же, первоначальной причиной появления раздражений были всевозможные моющие и химические средства, с которыми он познакомился еще в детстве. Именно поэтому сейчас в их квартире стоит посудомойка, из моющих средств у них только все максимально натуральное, а основной уборкой занимается Крейг. В принципе, бытовые задачи были основной причиной их споров. Твик все время противостоял правилам Крейга, что он только готовит и делает остальные мелочи. В то время как Крейг делает все остальное: и стирает, и драит, и моет, и все прочее. Он не соглашался с этим, поэтому Крейг часто ловил Твика на мытье посуды и прочих делах, которые он не должен делать.  - Твик, что ты делаешь? Все тот же знакомый голос, с ноткой раздраженности заставил парня дернутся, но не сдвинутся с места или повернуть голову. Он продолжил водить губкой по тарелке, которая уже была чистая. Все его руки были в пене, а лицо было искажено в болевой гримасе от щиплющей боли в руках, которая прогрессировала с каждой секундой. Но Твик был упрямым, и вид полной раковины грязной посуды вызывал непреодолимое желание все это немедленно вымыть руками, ведь он считал что посудомойка плохо с этим справляется. Ну и еще одной причиной такого поведения являлось желание доказать Крейгу, что он тоже может делать подобные дела по дому. - Я тебе говорил не трогать посуду, я ее сам потом загружу в посудомойку. После этого вновь последовала тишина, в момент которой Крейг ждал, пока парень остановится и наконец отойдет от раковины. Но он этого не сделал, и Крейг сделал всего пару шагов в его направление, когда услышал дрожащий голос сквозь зубы. - Я сам помою. Я сам могу это сделать. - Нет, не можешь, у тебя все руки красные уже.  Командующий, но как можно более спокойный голос приблизился к нему, и Твик увидел, как Крейг забирает у него пенную губку. Он же пытается противостоять, кладя тарелку обратно в раковину и потянув руки за губкой, но его остановили хватом за запястья. - Крейг, хватит, я с-сам все помою! Твик звучал очень раздраженно и говорил сквозь зубы, но руки его нещадно тряслись и тики глаз выдавали то, что ему было больно. - Нет, ты только хуже сделал. Посмотри на свои руки. Крейг говорил строго и серьезно, но не перегибая, зная что Твику очень не нравится, когда на него ругаются. Когда ответа не последовало, его голос стал мягче.  - Надо смыть пену, и я обработаю тебе руки.  Тут Крейг почувствовал, что Твик больше не сопротивляется, и направил руки Твика под не сильную струю теплой воды, перед этим убедившись, что бы она была именно теплая, а не горячая или холодная. Он знал идеальную температуру воды, что бы не навредить раздраженной коже Твика. Бережно отмыв средство с уже менее трясущихся рук, он выключил воду и приказал Твику сесть на стул, не вытирая руки об полотенце и дать им высохнуть самим.  После он ушел из кухни и вернулся через пару минут, с мазью, ватными дисками и бинтами. Твик в этот момент уже сидел на стуле, держа руки на коленях ладонями вверх. Он проследил за тем как Крейг раскладывал все на кухонном столе и придвигал стул, что бы сесть напротив него. Он чувствовал как его сердце быстро билось и старался успокоиться, глубоко вдыхая и выдыхая, как его учил Крейг. Тот же сел напротив Твика и выставил одну руку, второй выдавливая немного мази на палец. Когда Твик ладонью вниз положил свою руку в руку Крейга, сразу почувствовав его теплоту, сидел смирно, иногда тихо шипя, пока Крейг почти невесомо касался его ран и размазывал холодную мазь по раздраженной коже, попутно спокойно и почти шепотом успокаивая парня. Еще пару минут, и он уже бинтовал руки Твика выше большого пальца, а так же некоторые пальцы по отдельности, там, где раздражений и ран было больше всего. Аккуратно завязав последний узел он отрезал лишние куски бинта и закрутил колпачком мазь, поднимая взгляд на Твика.  - Вот и все. Что бы больше я тебя у раковины не видел. Он сказал это с улыбкой, получая такой же небольшой смешок от блондина, что означало то, что он уже успокоился. Крейг убрал все принадлежности и вернулся на кухню, доставая их любимые кружки и включая чайник, проворачиваясь к улыбающемуся Твику  - Черный или зеленый? - Зеленый.